BIBLIOTEKA.BY is a Belarusian open digital library, repository of author's heritage and archive

Register & start to create your original collection of articles, books, research, biographies, photographs, files. It's convenient and free. Click here to register as an author. Share with the world your works!

Libmonster ID: BY-940

Share with friends in SM

Проблема британской политики в Ирландии, ее целей и задач является очень актуальной в настоящее время, интерес историков к ней не ослабевает1. Сущность проблемы может быть сведена к вопросу, какие культурные и политические факторы определяли направление британской политики в Ирландии на этом этапе.

Главными ее творцами выступили представители южного юнианизма: лорд Френч, вице-король с мая 1918 г., сменивший лорда Уимборна на этом посту, Уолтер Лонг, бывший главный секретарь Замка в 1905 г., и Эндрю Бонар Лоу, юнионистский лидер Палаты общин и Палаты лордов.

Большинство представителей британской администрации разделяли национальные предрассудки против ирландцев. Так У. Черчилль полагал, что в ирландском национальном характере присутствуют "предательские черты заговорщиков и убийц", а Бонар Лоу рассматривал ирландцев как "низшую расу"2. Руководители британской пропагандистской кампании, развернутой Дублинским Замком в 1920 - 1921 гг., придерживались аналогичных убеждений. Г. Поллард "устанавливал" связь между военной кампанией ИРА 1920 - 1921 гг. и характером ирландцев: "то, что произошло в Ирландии за эти годы, случалось время от времени и в прошлом и будет случаться в будущем, потому что ирландская проблема - это проблема ирландской расы и она корениться в расовых характеристиках этих людей"3. Такие предрассудки получили широкое распространение в кругах правительства и армии. Шовинизм и расизм были основой идеологии британского империализма, облеченной в форму "геополитической" теории превосходства Англии над остальными культурами и народами.

Хотя в Британии имелись внешние атрибуты демократии, военно-бюрократическая верхушка, монополизировавшая государственную власть, выражала интересы чиновничьей аристократии, промышленной и земельной олигархии и военных кругов. Эти группы составляли правящую касту Британии. Коррупция, сословная, религиозная и этническая дискриминация были неотъемлемыми чертами политического режима Британии. События начала века, первая мировая война создали условия для углубления этих черт. Начавшаяся в конце


Мельникова Светлана Викторовна - кандидат философских наук. Комсомольск-на-Амуре.

стр. 71

XIX в. либерализация режима натолкнулась на волну реакции 1910-х годов. С 1915 г. поражение британских либералов ознаменовалось приходом к власти коалиционных кабинетов, курс которых определяли юнионисты. Тенденция закрепилась после победы в Британии на декабрьских выборах 1918 г. коалиции Ллойд Джорджа и Бонара Лоу, в которой 335 мест получили юнионисты, 133 - либералы, 10 - лейбористы. Это были те же самые выборы, которые принесли Шин Фейн решительную победу в Ирландии, но в Британии победили другие силы: коалиция завоевала в Вестминстере 478 мест из 707, либералы Асквита, не вошедшие в коалицию, - лишь 28 мест, лейбористы - 63 места, став официальной оппозицией. Победа на выборах коалиции означала поражение британского либерализма и успешное осуществление государственного переворота в Британии, организованного представителями упомянутых кругов, стремившихся покончить с либерализацией и демократизацией рубежа XIX-

XX веков.

В марте-апреле 1918 г. кабинет начал кадровые перестановки и реформирование администрации Замка, приведшие к тому, что к 1919 г. все несогласные беспрекословно поддерживать политический курс юнионистского кабинета, оказались исключены из ирландской администрации. На ключевые посты выдвинулись наиболее реакционные политические фигуры. Первым шагом лорда Френча на посту вице-короля стало предложение, сделанное под воздействием У. Лонга, об аресте по сфабрикованным обвинениям в так называемом "германском заговоре" всего политического руководства Шин Фейн. Лонг давно вынашивал идею ареста лидеров Шин Фейн. В день назначения Френча новым вице-королем, 8 мая, он вызвал Б. Томпсона и потребовал объяснений, почему руководство Шин Фейн не арестовано. Томпсон заявил Лонгу, что их арест заблокирован приказом ирландской администрации, которая сочла доказательства их виновности неубедительными4.

Решение прежней ирландской администрации было вполне обоснованным. Ее лидеры, Уимборн и Дюк, сознавали возможные последствия для правительства ареста оппозиции по сфабрикованным обвинениям, но эта истина была недоступна для понимания Лонга и Френча. Кабинет поспешил одобрить предложения Френча об аресте лидеров Шин Фейн по обвинению в связях с врагом, подпадавшему под действие DORA от 15 мая 1918 года5.

За декабрьскими выборами 1918 г. последовали дальнейшие перестановки. 10 января 1919 г. Ллойд Джордж сформировал новое правительство. Уолтер Лонг из Министерства по делам колоний был переведен в Военно-морское министерство, на место главного секретаря Замка Эдварда Шорта был назначен Ян Макферсон. Эти политические фигуры, продвинувшиеся на высшие административные посты Замка, всячески способствовали расцвету в ирландской администрации наиболее примечательных черт, присущих юнионизму, направив свои усилия на изживание тех, кто не вписывался в юнионистские стандарты. На этом поприще помимо самого Макферсона, Лонга и Френча выделялся помощник заместителя главного секретаря Замка Джон Тейлор, бывший в 1905 г. личным секретарем Лонга. Уильям Э. Уили, юридический советник Замка, обвинитель на процессах участников Пасхального восстания, но затем сторонник более умеренной политики в Ирландии, писал о Тейлоре: "образчик старого правления Замка, он был юнионистом и не видел никаких возможных добродетелей во всяком, кто юнионистом не был"6.

Лорд Френч с неутомимой энергией принялся создавать один совет за другим. Традиционно организаторы военной диктатуры ограничиваются созданием одной хунты. Френч не мог этим ограничиться, виной тому был британский политический колорит: Исполнительный и Консультативный советы и

стр. 72

Военный комитет неизменно включали ограниченное число представителей все тех же кругов, военных, бюрократов и юридических советников. Даже главный секретарь Замка был исключен из состава Исполнительного совета, который не нес ответственности перед британским парламентом. Распределение функций между этими советами отсутствовало. Консультативный совет, по мысли Френча и Лонга, должен был стать "представительным органом ирландского народа". Ни Френча, ни Лонга не смутило отсутствие представительности как таковой, поскольку состоял он исключительно из южных юнионистов, как и отсутствие каких бы то ни было полномочий и связи с "ирландским народом". Несмотря на это, Френч и Лонг не оставляли надежды заменить им парламентский Гом Руль7. Простота военного ума не позволяла Френчу увидеть разницу между способом формирования и функциями армейского штаба и представительного органа законодательной власти. В свою очередь, Лонг, будучи рьяным юнионистом, также не мог понять, почему хунта, состоящая из нескольких влиятельных южных юнионистов, сформированная по приказу Замка и вице-короля, не может выступать в качестве представительного органа власти в Ирландии.

Конкретным воплощением наметившихся политических тенденций стало навязывание военного призыва Ирландии. Кабинет под воздействием Уолтера Лонга, Френча, Бонара Лоу и других счел, что ему удастся преодолеть сопротивление оппозиции и навязать решение о призыве. Именно Лонгу принадлежала идея совмещения Билля о Гомруле с военным призывом.

Ситуация в Ирландии стремительно накалялась. Главным источником дестабилизации в первой половине 1918 г. стало решение британского правительства распространить на Ирландию военный призыв. Война к этому времени была крайне непопулярна как в Ирландии, так и в Британии. Британские войска несли ужасающие потери. С 21 марта по 6 апреля 1918 г. британские военные силы потеряли 112 тыс. 366 чел. убитыми, раненными и пропавшими без вести8. Однако британский кабинет желал продолжить войну любой ценой. Вопрос о распространении на Ирландию решения о военном призыве начал активно обсуждаться с марта 1918 г. на заседаниях кабинета9. Британское правительство хотело совместить распространение Закона о военной службе на Ирландию с принятием Акта о Гомруле.

Некоторые представители дублинской администрации Замка, далекие от симпатий к Шин Фейн, выступили с критикой этой идеи. Генерал Джозеф Бёрн, глава ирландской полиции, заявил премьер-министру, что принятие подобных мер объединит большинство населения Ирландии против Британской империи и вызовет мятеж10. В ходе обсуждения вопроса в военном министерстве с представителями ирландской "замковой" администрации с критикой идеи выступили вице-король Ирландии лорд Уимборн и главный секретарь Замка X. И. Дюк. Они заявили, что призыв в любом случае не вызовет одобрения, но если он будет совмещен с Актом о Гомруле, то разные течения оппозиции объединятся11. По их мнению, призыв мог привести к массовым увольнениям из рядов полиции католиков и вызвать ее дезорганизацию. Главный секретарь Замка предостерег кабинет, полагая, что пренебрежение к общественному мнению обернется для правительства необходимостью вводить войска в Ирландию. Впоследствии из-за несогласия с политикой британского кабинета он подал в отставку12. Кабинет отбросил все критические замечания. В результате 16 апреля 1918 г. закон о призыве, распространявшийся и на Ирландию, вступил в силу.

С критикой обязательного военного призыва в Ирландии выступили представители Парламентской партии в Вестминстере. Дж. Девлин так охарактеризовал истинные цели британской политики: "Правительство находится в состо-

стр. 73

янии паники и оно хочет скрыть свои злодеяния, оно хочет прикрыть ошибки генералов, затемнить проблему и усыпить британское общественное мнение, поэтому оно представляет этот военный призыв для Ирландии, чтобы скрывая собственные преступления, оно могло распространить анти-ирландские чувства по этой стране и ввергнуть Ирландию в гражданскую войну... В Ирландии нет никакой национальной необходимости в призыве, это всего лишь подлый трюк"13.

Британская политика "призыва" способствовала стремительной консолидации оппозиции и позволила Шин Фейн сделать анти-призывную агитацию главным козырем своей предвыборной кампании декабря 1918 года. Блок Шин Фейн стал необычайно популярным, чему способствовали майские аресты ее лидеров. Накануне этого ареста, 17 мая 1918 г., агентура ИРА в Замке и шеф разведки ИРА М. Коллинз уже располагали информацией о готовящемся аресте и его точном времени, но ведущие политические лидеры предпочли бегству арест. Этот сознательный выбор республиканского руководства создал у британцев иллюзию, что они могут нанести удар по Шин Фейн в любой момент14. Ареста избежали военные лидеры, оставшиеся на нелегальном положении и приступившие к консолидации усилий по разгрому британского режима в Ирландии. По иронии, британский кабинет расценивал арест как "внезапное потрясение для экстремистов, которые были убеждены, что правительство не осмелится арестовать их лидеров"15. Британская политика также нанесла удар по полиции - единственному союзнику британской диктатуры в Ирландии.

Ирландия и, прежде всего, Шин Фейн выступала в качестве главного препятствия на пути господства юнионистской коалиции, которая намеривалась любой ценой подавить мятежную оппозицию. Ответом кабинета на рост напряжения в Ирландии стало углубление политики принуждения. В феврале 1918 г. графство Клэр было объявлено специальной военной зоной, в июне за ним последовало графство Керри, в сентябре - Западный Корк. Эти зоны находились под непосредственным управлением бригадного генерала, вводился комендантский час, запрещались собрания и закрывались рынки16.

Вскоре стало ясно, что введение военного положения на основе DORA (Defense of the Realm Act) в отдельных регионах или даже по всей стране не способно разрешить проблему17.

В это время на британском политическом горизонте замаячила перспектива социального взрыва. Различные профсоюзы по всей Британии выступали с требованием повышения заработной платы и сокращения продолжительности рабочего дня. С возвращением тысяч солдат резко возросла безработица. К концу января 1919 г. более 1 млн. солдат и офицеров были демобилизованы из британских вооруженных сил, к 30 октября 1919 г. число демобилизованных достигло 3 млн. 700 тыс., к ним прибавились 80 тыс. военнослужащих-женщин. С демобилизацией резко обострилась проблема безработицы среди бывших военнослужащих и военных рабочих. На биржах труда было зарегистрировано 3 млн. военных рабочих и 3,5 млн. военнослужащих, ожидающих переселения и трудоустройства. И хотя официальное число безработных сокращалось, реальная безработица была выше официальных цифр. К концу октября 1919 г. местные биржи по трудоустройству потратили 40 млн. ф. ст. на пособия по безработице18. На 31 октября 1919 г. около 480 тыс. мужчин и свыше 89 тыс. женщин были зарегистрированы официально в качестве безработных19.

Демобилизованные военнослужащие стали наиболее незащищенной социальной группой. Даже те из них, кто находил временную работу, часто снова оказывались в числе безработных. Их недовольство росло, и к выступлениям профсоюзов прибавились постоянные протесты ветеранов, часто приводившие к столкновениям с полицией. За июль 1919 г. крупнейшие демонстрации прошли в Шеффилде и Манчестере. В городах Лутоне, Ковентри, Суиндоне, Бил-

стр. 74

тоне и Фэйреме выступления с участием демобилизовавшихся военнослужащих переросли в массовые беспорядки20. Объединения демобилизованных солдат и матросов требовали расширить программу переподготовки бывших военных. По весьма оптимистичным подсчетам Министерства труда, в феврале 1920 г. переподготовки ожидали 20 тыс. бывших военных21. В июне 1920 г. министр труда сообщал, что около 167 тыс. бывших военнослужащих получают пособия по безработице в Британии22.

Министерство финансов подвергло критике доклад Министерства труда о безработице среди военнослужащих и объемы финансирования, предусмотренные программой их переквалификации. Сумма в 6 млн. ф. ст. на переподготовку ветеранов была сильно занижена. Так на переподготовку инвалидов было выделено лишь 3 млн. ф. ст., в то время, как эту сумму следовало увеличить до 21 млн, чтобы покрыть расходы, связанные с переподготовкой. Численность получавших пособия по безработице военнослужащих, по мнению Министерства финансов, превышала 200 тыс. человек23.

Идея использовать бывших военных для усиления полицейских сил в Ирландии бередила британские административные умы. В мае 1919 г. Уолтер Лонг предложил привлечь на службу в полицию RIC демобилизовавшихся военных и отправить в отставку главу ирландской полиции главного инспектора Джозефа Берна, которого он предлагал заменить его заместителем, оранжистом Т. Дж. Смитом, возглавлявшим в недавнем прошлом полицию Белфаста. Предложения Лонга поддержал вице-король лорд Френч24. У юнионистского окружения Джозеф Берн вызывал недоверие из-за того, что он был одним из немногочисленных католиков, оказавшихся на высших постах государственной службы в начале XX века. Кроме того, Берн выступил с критикой идеи привлечения на службу в полицию демобилизовавшихся британских военных, сознавая, что подобная перспектива не вызывает энтузиазма у служителей правопорядка и способна привести к дальнейшей эскалации конфликта в Ирландии25. В декабре 1919 г. Френч отправил Берна в отставку, заменив его Смитом. Этот момент стал поворотным пунктом в истории не только ирландской полиции, но и британского режима в Ирландии.

Полиция в Ирландии была представлена двумя основными силами: Ирландскими королевскими констеблями (RIC) и Дублинской столичной полицией (DMP). Штаб-квартиру RIC26 в Дублине возглавлял главный инспектор, у которого был один заместитель и три помощника. Глава полиции графства, инспектор графства, отчитывался перед штаб-квартирой. Графства делились на округа, во главе полиции которых находились окружные инспекторы, в населенных пунктах, входивших в округа, разделенных на более мелкие административные единицы, полицию возглавлял сержант, в подчинении которого находилось несколько констеблей. Полиция была расквартирована по участкам, получившим в народе название "бараки". В сельской местности они представляли собой одноэтажные строения сельского типа. К началу века полиция стала частью местного сообщества. К 1913 г. 86 % поступивших на службу в полицию были католиками, хотя в числе офицеров преобладали протестанты, к 1920 г. их число уменьшилось до 40%, что также стало одной из причин недовольства среди полицейских-католиков. Общая численность полицейских сил составляла 10 тыс. человек. К 1919 г. средний возраст служащих в полиции превышал 35 лет, многие имели стаж службы более 15 лет27.

К 1918 г., невзирая на полувоенную форму и подготовку, полицейские силы в Ирландии не были милитаризированы. Однако инспекторы графств составляли ежемесячные отчеты о политических настроениях в их регионе. В сельской Ирландии начала века уровень насилия, несмотря на его отдельные вспышки, заметно снизился, в результате сотрудники полиции выполняли су-

стр. 75

губо гражданские функции, такие как сбор статистики по сельскому хозяйству, борьба с незаконным оборотом спиртных напитков, охрана общественного порядка во время выборов и собраний. Большинство полицейских не носило оружия и не имело опыта его применения28. По свидетельству Дэниэла Голвина, прослужившего в полиции с 1907 по июль 1920 г. в графствах Голуэй и Типперэри, за тринадцать лет службы он ни разу не столкнулся с какими-либо серьезными преступлениями, за исключением мелких краж. Описывая причины своего ухода из полиции, он заявил: "Незадолго до моей отставки, я, фактически, превратился в солдата. Я должен был носить оружие и гранаты и оставлять винтовку у своей постели на ночь. Все мы жили за колючей проволокой иногда с 30 - 40 гранатами, расходованными из полицейского участка по ночам.... Когда я начинал служить, все было по-другому. У меня не было никакого оружия, конечно, оно было в полиции, но я никогда не носил его с собой, но за последние семь или восемь месяцев до моего ухода все переменилось"29.

Спокойствие сельской Ирландии было обманчивым. Возобновление революционного процесса и конфликта вокруг статуса Ирландии затронуло двойственную природу ирландской полиции. Полицейские силы в Ирландии были не готовы психологически и физически к войне с партизанами. Не будучи серьезным военным противником, служащие старой полиции представляли потенциальную опасность для Шин Фейн и ИРА как политическое меньшинство, лояльное режиму и среда, из которой враг Республики, британская администрация и армия, получали информацию. Функции тайной полиции выполняли два отделения: "G" Дублинской столичной полиции (DMP), которое оказалось в изрядно потрепанном после мировой войны состоянии, и Специальная служба RIC, собиравшая ежемесячные отчеты из графств Ирландии. Платные осведомители, лояльные граждане, трактирщики, иногда вынужденные работать под угрозой невыдачи лицензии, полицейские, выдающие себя за гражданских лиц, собирали сведения о настроениях и передвижениях граждан. Однако к 1918 г. Специальная служба RIC также находилась в состоянии крайнего упадка.

Первым шагом, приведшим к этому, стал разгром отдела "G" DMP. После Пасхального восстания служащие отдела "G", вовлеченные в политический шпионаж, часто сопровождали военные рейды, и к 1919 г. волонтеры могли установить личность едва ли не каждого агента разведки. В свою очередь полицейская разведка не могла похвастаться подобным знанием своего противника. Коллинз полагал, что все попытки свергнуть имперскую диктатуру в Ирландии разрушались усилиями провокаторов и шпионов. Коллинз и его ближайшие коллеги поставили первостепенную задачу создания эффективной разведки и контрразведки для борьбы с агентурой противника.

Тем не менее, взгляд на полицию как исключительно на пособника оккупантов, был бы весьма упрощенным. К этому времени полиция стала частью католического сообщества и чутко реагировала на изменения его настроения. Политика бойкота полиции и британской судебной системы, направленная на свержение колониального режима в Ирландии, фактически была объявлена республиканцами после атаки в Солохэдбэге, но официальное подтверждение Дойла получила в апреле 1919 года. Она привела к тому, что полицейские и члены их семей оказались в состоянии остракизма в собственном сообществе, против многих из них республиканцы предприняли политику запугивания.

Однако республиканский бойкот не был единственной и, возможно даже главной причиной массовых увольнений из полиции. Большинство полицейских все же были, прежде всего, полицейскими, а не злостными агентами оккупантов. Недовольство британской политикой в Ирландии, в целом, и милита-

стр. 76

ризацией полиции, в частности, стало одной из основных причин массовых увольнений. Многие полицейские были растеряны, сознавая, что правительство втягивает их в социальный конфликт против собственного сообщества. Джон Тэнгли, например, так заявил о причине своего ухода из полиции: "Единственная вещь, которую я должен был делать как полицейский с 1918 г., состояла в том, чтобы водить военных по окрестностям и выдавать им тех людей, которых они хотели забрать"30. Джон Кэддэн свидетельствовал: "Я просто не мог оставаться в таком окружении... Мне не нравилось, как они обращаются с людьми.... Они творили такое, в чем я не мог принимать участие"31. Пик увольнений совпал с завершением милитаризации полиции и пришелся на лето 1920 года. Невозможность пополнить стремительно редеющие ряды RIC отражала изменения, произошедшие в настроениях католического сообщества, не желавшего больше служить режиму, представлявшемуся этому большинству антинародным и тираническим.

В то время как в Дублине завершалась выработка политической программы Ирландской революции32, в неизвестной до тех пор деревне Солохедбэг близ Типперэри небольшой отряд местных волонтеров под руководством Шона Трейси, Шимуса Робинсона и Дэна Брина атаковал полицейский патруль, сопровождавший повозку с взрывчатым веществом гелигнитом. В ходе атаки были убиты двое полицейских. Хотя традиционно историки связывают начало войны с атакой в Солохэдбеге, этот шаг явно шел вразрез с политикой штаб-квартиры волонтеров, которая смотрела на организаторов атаки как на безответственных провокаторов, а убийство полицейских рассматривала в лучшем случае как трагическую случайность. Разгневанный Ричард Мэлкохи осудил атаку как попытку экстремистов втянуть волонтеров в преждевременную войну. Он вызвал организаторов атаки в Дублин, отказавшись даже принять их в своем офисе, и приказал им явиться к Коллинзу - генерал-адъютанту штаб-квартиры, ответственному за дисциплину. Мэлкохи настаивал на том, чтобы выслать "инициативных" волонтеров в Америку. Однако, так или иначе Солохэдбег означал окончание "конституционного" периода. Коллинз не разделял мнение Мэлкохи, полагая, что начало войны - это вопрос времени, поэтому главной целью встречи с Робинсоном для него было выяснить серьезность намерений местных лидеров. Вместо высылки в Америку Робинсон и Трейси отправились домой в Типперэри, отделавшись официальным порицанием.

Во время первой личной встречи с Имоном (Нэдом) Броем, одним из основных агентов Коллинза в отделе "G", накануне событий в Солохэдбеге Коллинз поддержал его мнение о том, что избавиться от власти британцев конституционными методами не удастся, и единственное средство на этом пути - война. Брой рекомендовал Коллинзу начать с атак на полицейские бараки, что должно было деморализовать RIC и ослабить ее связи с населением, но главный удар обрушить не на RIC или DMP, а на узкий круг лиц из этих структур, представлявших потенциальную опасность для ИРА и ее разведки. Именно Брой был тем агентом, который предупредил волонтеров о готовящемся аресте 17 мая, начав сотрудничество с ними еще в 1917 г. через личного агента Коллинза Гарри О'Хэнрахэна, брата Майкла О'Хэнрахэна, расстрелянного британцами рядового участника Пасхального восстания. Главным мотивом, толкнувшим И. Броя на сотрудничество с ИРА, было разочарование в британской политике в Ирландии. После знакомства с материалами Пасхального восстания разочарование переросло в ненависть. 7 апреля 1918 г. Брой ухитрился провести Коллинза и Шона Ньюнэна в сердце британской политической разведки - офис на Брансвик-стрит. Архив, хранивший историю политического шпионажа в Ирландии, представлял собой небольшую темную ком-

стр. 77

нату, в которой Коллинз и Ньюнэн провели всю ночь, изучая историю провокаторов, шпионов и предателей. В результате Коллинз принял решение создать собственную разведку по британскому образцу33.

К весне 1919 г. Коллинз наладил тесное сотрудничество с Диком МакКи, 26-летним командующим Дублинской бригады и другом Ричарда Мэлкохи, фигурой весьма влиятельной и популярной в рядах дублинских волонтеров. МакКи, собравший вокруг себя молодых радикалов, жаждавших действий, полагал, как и Коллинз, что война неизбежна. Его неразлучным другом и доверенным лицом был заместитель Питер Клэнси, содержавший галантерейный магазин на Талбот-стрит, в центре города, который использовался как постоянная конспиративная квартира. МакКи вооружил свою бригаду гранатами, купленными и украденными у британских солдат, а также винтовками и амуницией, захваченной во время рейда на британский военный аэродром в Коллинстауне 19 марта 1919 года34.

Впоследствии Коллинз собрал вокруг себя агентов Имона Броя, Джо Кавана, Джеймса МакНамару, Лили Мэрнин, Грэга Мерфи, Майкла Фоли, Тома Гэя, Дэвида Нэлигана, Питера Форлана, Патрика Мэнникса и других. Многие из них были сотрудниками полиции. ИРА установила контроль над коммуникациями почтовой службы, письменной корреспонденцией, телефонной и телеграфной связью, воспользовавшись монополией почтовой службы над этими видами связи. Разведка ИРА получила полицейский и военный коды и без труда расшифровывала все военные и полицейские сообщения.

Осенью 1919 г. доверенное лицо Коллинза адвокат Майкл Нойк приобрел множество офисов, зарегистрировав их на фиктивные двойные фамилии, чтобы быть уверенным, что новые владельцы не вызовут подозрений у их соседей. Главным стал офис по Кроу-стрит 3, прилегавший к Дейм-стрит - деловому центру Дублина. В этом здании на втором этаже располагался Департамент разведки штаб-квартиры ИРА, функционировавший как "Ирландская продуктовая компания". Коллинз редко заходил сюда, предпочитая находиться в районе Парнелл-стрит, где он встречался со своими агентами, получал сообщения и документы. Главным местом встреч были Воганз Отель и Дэвлинз трактир. Связным Коллинза с Кроу-стрит был Джо О'Рили, который регулярно забирал отчеты и корреспонденцию и передавал приказы Коллинза.

Коллинз перепоручил административную, рутинную работу своему заместителю Лайему Тобину, с которыми его связывали чисто деловые отношения. Тобин был участником Пасхального восстания. Он познакомился с Диком МакКи, который сделал его офицером разведки своей бригады. МакКи порекомендовал назначить Тобина заместителем директора Отдела разведки, полагая, что он обладает выдающимися организаторскими способностями35.

Тобин встречался с Коллинзом в одном из мест Парнелл-стрит. Два помощника Тобина, Фрэнк Торнтон и Том Коллен, также работали в офисе по Кроу-стрит, где происходил сбор и анализ информации об агентуре, персональных данных и активности противника, адресах и коммуникациях. Сюда стекались отчеты о перехваченной почте, прослушанных переговорах и доклады от разведки из регионов. "Разведка делилась на два направления: во-первых, сведения о передвижении британских сил по регионам, прибытие и отбытие и т. п., во-вторых, активность британских агентов, будь они люди Секретной службы, офицеры Военной разведки, офицеры разведки Вспомогательной дивизии или Черно-коричневых"36.

В архиве Отдела хранились также данные на информаторов, агентов и симпатизировавших ИРА служащих различных ведомств. Очевидно, что эта информация ни при каких обстоятельствах не должна была попасть в руки врага. У Тобина был приказ штаб-квартиры сжечь весь архив в случае перспек-

стр. 78

тивы британского рейда. Он вспоминал, как в один из дней вблизи офиса появился патруль Вспомогательной дивизии: "Внезапно кто-то из нашего отдела влетел в офис и сообщил, что большой патруль Вспомогательной дивизии движется по улице, и они уже вышли из грузовиков. Мы посмотрели в окно и увидели десять грузовиков Дивизии вдоль всей Дейм-стрит до самого угла Каседис-стрит. Оккупанты вышли из грузовиков и стояли группами на тротуаре. Мы немедленно приготовились сжечь все в офисе и отправили Долана, Чарли Берна и Гилфойла на лестничный проем первого этажа с гранатами. Чарли Далтон стоял у верхнего окна, готовый бросать гранаты в патруль, если они попытаются войти. Однако приказ не отдавался до тех пор, пока враг не начнет движение - нечто вроде вооруженного затишья воцарилось на полчаса. К нашему удивлению патруль вернулся к своим грузовикам и уехал. Мы, не понимая, что все это значит, начали расследование и выяснили, что единственной причиной появления патруля были часы их майора, которые он забрал из ремонтной мастерской, находившейся через две двери от нас"37.

Провал усилий ирландской делегации на Парижской Мирной конференции окончательно покончил с надеждой на мирное разрешение конфликта. Теперь даже Мэлкохи поддержал Коллинза и МакКи в их стремлении разгромить отдел "G". В июле 1919 г. для этих целей было создано специальное подразделение "Взвод". Дублинская бригада, особенно ее наиболее воинственный 2-й батальон под командованием Фрэнка Хэндерсона, стал основой для его формирования (Пэдди Дейли, Джо Леонард, Том Кью, Джим Слэттэри). Создание подобного подразделения, вовлеченного в убийства агентов британской разведки, было шагом весьма рискованным, поскольку оно не получило одобрения Дойла и политического руководства. Организация "Взвода" велась в тайне. Коллинз опасался реакции Де Валеры, которому Коллинз организовал побег из тюрьмы Линкольн в феврале 1919 г. и который возглавил в качестве президента вновь сформированный 2 апреля кабинет Дойла. Однако Де Валера уехал 1 июня с длительным визитом в США, добиваясь официального признания и симпатий американской общественности. Таким образом, Коллинз, МакКи и Мэлкохи улучили момент для того, чтобы проявить инициативу.

В качестве первой цели был избран сотрудник отдела "G" Патрик Смит. Командир "Взвода" Мик МакДоннелл приказал Джиму Слэттэри, Тому Кью, Тому Эннису и Мику Кеннеди застрелить его на мосту Драмкондра по пути домой. Члены "Взвода" явно не горели рвением выполнить этот приказ, по прошествии двух недель отслеживания маршрутов Смита и лишь после того, как МакДоннелл устроил разнос подчиненным за невыполнение приказа, они организовали 30 июля покушение, смертельно ранив Смита.

Это убийство не вызвало такой бурной реакции, как засада в Солохэдбеге, хотя очевидно, что оно было преднамеренным и его никак нельзя было счесть за трагическую случайность. Однако непопулярность Смита и растущее недовольство британской политикой сделали свое дело.

Тем временем в провинциях ИРА начала кампанию рейдов на полицейские бараки с целью захвата оружия, Центром активности стал Юг. Кроме того, 8 апреля 1919 г. в местечке близ Эйриза, Корк, ИРА организовала засаду на полицейский патруль, ранив троих полицейских38. События демонстрировали неэффективность британской политики в рамках объявления специальных военных зон. Аресты политического руководства Шин Фейн также не повлияли на военную ситуацию. Британские власти объявили Южный Типперэри специальной военной зоной в январе 1919 года. Позднее, 9 апреля 1919 г., военной зоной был объявлен Лимерик после атаки на здание бывшего работного дома, где находились полицейские бараки и тюремный госпиталь. Местная ИРА

стр. 79

6 апреля предприняла неудачную попытку освободить Роберта Берна, переведенного в госпиталь после участия в голодной забастовке политических заключенных39. Во время перестрелки между полицией и отрядом волонтеров двое полицейских были убиты, один ранен, потерей ИРА стал Берн, который также получил тяжелое ранение и впоследствии умер. Объявление Лимерика военной зоной привело к забастовке, поддержанной Ирландским профсоюзом рабочих транспорта и разнорабочих, что вызвало обеспокоенность британских властей, начавших осознавать опасность подобного союза для британского режима40.

Аналогичные события произошли 13 мая 1919 г. в Ноклонге, Лимерик, где все те же лица из 3-й бригады Типпэрэри организовали побег Шона Хогана, участника Солохэдбега, арестованного днем ранее и переправляемого на поезде в сопровождении вооруженной охраны в Корк. В результате перестрелки в поезде и на станции Ноклонг между ИРА и охраной двое полицейских были убиты. Инцидент, произошедший в специальной военной зоне Лимерика, привел ирландскую администрацию в состояние шока. События в Ноклонге и приезд американской делегации в рамках решений Версальской мирной конференции стали предметом специального обсуждения на заседании правительства41.

После того, как Дойл одобрил стратегию бойкота RIC, еще трое полицейских были застрелены в Типперэри. В ходе расследования убийства окружного инспектора RIC в Терлисе, произошедшего 23 июня 1919 г., желающих помочь полиции не нашлось. В ответ в июле 1919 г. в графстве Типперэри Шин Фейн была объявлена нелегальной организацией. В Фермое, где находилась штаб-квартира 16-й британской армейской бригады, отряд ИРА из бригады Северный Корк атаковал 7 сентября 1919 г. группу военных численностью 18 человек, возвращавшихся из церкви. ИРА захватила 13 винтовок, в ходе атаки один британский солдат был убит и четверо получили ранения, отряд ИРА беспрепятственно покинул место атаки на машинах42.

В ответ на атаку в Фермое под давлением Ллойда Джорджа 11 сентября 1919 г. Дублинский Замок объявил Дойл незаконной организацией, полиция организовала рейд на штаб-квартиру Дойл Эрин на Харкот-стрит, 76 в Дублине43. Реакция со стороны "экстремистских элементов" последовала незамедлительно. Руководство ИРА сочло эти действия объявлением войны. Вечером 12 сентября по приказу Коллинза "Взвод" организовал покушение на Даниеля Хоя, сотрудника отдела "G", руководившего рейдом полиции на Хакот-стрит. Хой был застрелен членами "Взвода" М. МакДоннеллом и Дж. Слэттэри на улице Таунсенд-стрит44. Коллинз приказал Пэдди Дейли, который с сентября стал командующим "Взвода", организовать очередное убийство сотрудника отдела "G" Томаса Уортона. 10 ноября 1919 г. Пэдди Дейли и Джо Леонард провели два часа в ожидании своей жертвы. Уортон появился в сопровождении еще трех полицейских. После первого выстрела револьвер Дейли заклинило, но Дейли и Леонарду удалось скрыться, воспользовавшись ошибкой одного из полицейских, оказавшегося на линии огня своих же двух коллег. На следующий день Дейли и Леонард, к своему стыду, выяснили, что кроме Уортона, получившего ранение и оставшегося в живых, была ранена маленькая девочка, случайно оказавшаяся на улице.

Тем не менее, невзирая на недостатки партизанской войны в городских условиях, к концу 1919 г. стратегия Коллинза, направленная на выстраивание собственной разведки по образцу британской, и одновременная ликвидация разведки противника до того, как он успеет собраться с силами, почти достигла своей цели. В отчете кабинету от 14 ноября 1919 г. полковник Э. Джонстон, комиссар DMP, сообщал: "Что касается морального воздействия этого насилия на Дублинскую столичную полицию, то для сил в целом он ничтожен. Однако

стр. 80

на политический отдел полиции, который состоит всего лишь из десяти человек, это насилие оказало вполне предсказуемый эффект, учитывая тот факт, что из столь малого числа людей двое были убиты, один получил серьезное ранение и на еще двоих совершено покушение"45.

Следующим шагом ИРА стала организация нападения на вице-короля лорда Френча по инициативе Коллинза, который для этих целей задействовал "Взвод". Несколько раз организаторы вынуждены были менять план покушения. Коллинз запланировал убийство Френча во время парада, проходившего по улице Колледж Грин на День примирения46. Предполагалось, что убийца будет стрелять из офиса, расположенного по Колледж Грин прямо напротив колледжа Тринити. МакКи уведомил МакДоннелла, что у стреляющего с этого места нет никаких шансов остаться в живых, а затем попросил его сделать это. После нескольких минут колебаний МакДоннелл согласился. Проведя бессонную ночь, на следующее утро он узнал, что МакКи вынужден был отменить операцию по приказу Кэтела Бру. Когда МакКи уведомил о деталях плана Бру, тот категорически запретил разведке ИРА это покушение, заявив, что стрельба в столь многолюдном месте создаст угрозу жизни многим людям, случайно оказавшимся на параде. Однако Коллинз не отказался от сомой идеи, рассчитывая на пропагандистский эффект от покушения на Френча. Окончательный план был принят и утром 19 декабря 1919 г. после сообщения от Броя о том, что вице-король прибудет из своего поместья в Роскоммоне. Отряд, вооруженный револьверами и гранатами, отправился на велосипедах к железнодорожной станции Эштаун, прилегающей к парку Феникс. В отряд из "Взвода" были включены МакДоннелл, Дейли, Леонард, Кью, Вини Берн и Слэттери. Коллинз задействовал также Дэна Брина, Шона Трейси, Шимуса Робинсона и Шона Хогана. Леонард привлек Мартина Сэйвиджа из 2-го батальона Дублинской бригады.

При звуке приближавшегося поезда группа Дейли заняла позицию вдоль маршрута кортежа за живой изгородью, в то время как МакДоннелл со своими людьми пытался заблокировать путь, выкатив поперек дороги телегу, но она съехала под откос в сторону дороги. Появившийся на дороге полицейский помог картежу, состоявшему из трех машин и военного грузовика, проехать по маршруту беспрепятственно. При подходе картежа группа МакДоннелла едва успела скрыться за кустами. Дейли вспоминал: "я бросил гранату в стекло второй машины и услышал грохот. Приближался военный грузовик, и я выхватил свой револьвер, вдруг Хоган закричал мне: "Берегись!" Я оглянулся и увидел, что он бросил гранату прямо между нами. Мы попадали на землю. Граната взорвалась. Взрыв не задел нас, но засыпал землей. К этому времени грузовик проехал. Возможно, инцидент с гранатой спас нам жизнь, поскольку мы оказались бы совершенно беззащитны перед военным грузовиком"47.

Вторая группа МакДоннелла открыла огонь, граната Берна разбила машину и отбросила полицейского через дорогу. Из третьей машины военные стреляли в ответ до тех пор, пока их машина не скрылась за поворотом в сторону Феникс-парка. Их пуля убила Мартина Сэйвиджа, тело которого его коллеги были вынуждены оставить, не имея возможности забрать с собой, поскольку они приехали на велосипедах. Из покореженной машины вылез солдат с белым платком и поднятыми руками, он оказался водителем машины. Члены ИРА позволили ему мирно удалиться.

Отряд беспрепятственно покинул место атаки. На следующий день стало ясно, что лорду Френчу удалось выбраться целым и невредимым после нападения. В ответ 7 января 1920 г. армия получила специальные полномочия: арест всех известных лидеров ИРА, депортация подозрительных лиц, которые не могли быть осуждены, право производить обыски в любом месте и в любое

стр. 81

время дня и ночи, в том числе массовые облавы, обыски, рейды и задержания на улицах и частных домах.

Однако, подобные "наполеоновские" планы марионеточной ирландской администрации и британского кабинета вступали в явное противоречие с их реальными возможностями. Конечно, ничто не мешало армии и полиции проводить свое время в массовых рейдах и облавах, но они никак не могли поспособствовать аресту лидеров ИРА, зато именно эти рейды стали основой, на которой начала выстраиваться политика государственного террора. Рейды, проводимые вслепую в условиях отсутствия данных разведки, часто сопровождались проявлениями насилия в отношении тех, кто не понравился по какой-то причине патрулю. Сама же британская разведка в Ирландии почти прекратила свое существование. Осознание этого факта пришло в январе 1920 года. Собственная армейская разведка практически отсутствовала, последняя попытка реанимировать отдел "G" была предпринята в конце 1919 г., когда в Дублин из Белфаста был направлен окружной инспектор Уильям Редмонд. Еще до его официального назначения 1 января 1920 г., Коллинз направил Фрэнка Торнтона, одного из двух помощников заместителя директора разведки ИРА, в Белфаст для установления связи с местной агентурой и получения информации о У. Редмонде. Отправка в Белфаст офицера столь высокого ранга свидетельствовала о чрезвычайной обеспокоенности Коллинза. Он серьезно опасался, что предстоящее расследование Редмонда выявит всю агентуру ИРА в Замке. Задачу "Взвода" упростил тот факт, что Редмонд передвигался по Дублину без сопровождения. Вечером 21 января он был застрелен членами "Взвода". Убийство одного из самых высокопоставленных представителей британской полицейской разведки произвело сильный пропагандистский эффект.

Функции разгромленного разведкой ИРА отдела "G" и Специальной службы RIC получила Специальная служба Столичной полиции Лондона, возглавляемая Базилом Томпсоном, которая была частью британской внутренней системы безопасности наряду с милитаризированной Секретной службой Министерства внутренних дел, MI5, возглавляемой капитаном Веноном Келлом. В период войны обе службы были вовлечены в борьбу с германской агентурой и весьма эффективно, поскольку после ареста в июне 1915 г. семи германских агентов германская разведка так и не возобновила свою деятельность на территории Британии48.

Эти спецслужбы проникли в каждую сферу общественной жизни. Они вели надзор за антивоенными движениями, социалистами и профсоюзами, организуя рейды на их офисы и дома активистов, занимались перлюстрацией корреспонденции и прослушиванием телефонов и телеграфа. До ноября 1918 г. тотальная слежка могла быть оправдана военной необходимостью, но в 1918 г. война закончилась, а слежка осталась. Британское правительство панически боялось выступлений профсоюзов и любых левых организаций. Страх усилился после Октябрьской революции 1917 года. Британский кабинет сознавал, что социальные проблемы Британии, как и ее военная политика, уже давно дали основание народу воспользоваться тем неприятным для правительства естественным правом, которое в числе прочих обосновал Дж. Локк. Британские разведывательные агентства под руководством таких ведомств, как Министерство военного имущества, Министерство труда, Специальная служба и Военная разведка, контролировали ряд организаций, таких как Национальная демократическая и рабочая партия и Лига британских рабочих. Рейды, аресты без суда и предъявления обвинений, угрозы, кражи, использование ультраправых групп и организаций в качестве провокаторов и агентов широко и свободно практиковались британскими спецслужбами. Даже когда нарушение элементарных норм права и законности привлекало внимание широкой общественности, ре-

стр. 82

акционное правительство, контролируемое военно-бюрократической хунтой, не пыталось предпринять каких-либо шагов, чтобы остановить деятельность спецслужб49.

С 1918 г. Томпсон начал составлять отчеты кабинету о деятельности любых левых и революционных организаций на территории Британии, попавших в поле зрения Службы. К 1919 г. он добился расширения Специальной службы Столичной полиции Лондона и выделения ее в качестве отдельного от Скотленд-Ярда ведомства с собственной штаб-квартирой. К началу 1920 г. Замок поручил ему восстановление британской разведки в Ирландии.

В марте 1919 г. британское правительство организовало еще одно ведомство - А2, целью которого должна была стать борьба с распространением идей социализма в армии и полиции. Руководителем ведомства стал подполковник Ральф Ишем. Хотя угроза мятежа в армии и полиции была реальной так как тягостные послевоенные условия жизни, как солдат, так и полицейских, располагали к распространению в их рядах левых идей, но волнения, охватившие армию и полицию под воздействием левой риторики, еще не означали, что в Британии начинается революция. Полицейский профсоюз 31 июля 1919 г. организовал забастовку в Ливерпуле, которую поддержала половина сотрудников местной полиции, и в Лондоне, которую поддержали лишь около тысячи полицейских Столичной полиции50.

В марте 1919 г. после очередной забастовки служащих армейского транспортного депо в Бетгерси, Кембервиле и Кемптон парке был организован Профсоюз солдат и матросов, ставший основой для Профсоюза солдат, матросов и служащих авиации. С началом демобилизации в январе 1919 г. всю британскую армию охватили волнения51. Наибольшим влиянием пользовался Лондонский комитет рабочих, включавший в себя множество профсоюзных и социалистических объединений. Именно против этих двух объединений была в первую очередь направлена деятельность А2.

Томпсон решил привлечь ресурсы А2 для инфильтрации агентов в руководство ИРА. Для этой цели он выбрал агента, известного под псевдонимом "Джон Джеймс", настоящее имя которого - Джек Бёрнс. Бёрнс едва ли получил какую-либо профессиональную подготовку. Его военная карьера закончилась в июне 1918 г. после службы в Греции в артиллерийском корпусе. Он был комиссован по состоянию здоровья из-за болезни сердца. По возвращении домой он оказался вовлечен в деятельность лондонских профсоюзных организаций бывших фронтовиков и таким образом попал в поле зрения службы Томпсона. К концу 1918 г. он был завербован и подключен к работе А2. Бёрс решился на работу в разведке из-за необходимости содержать семью. Он быстро завоевал доверие в кругах лондонских профсоюзов и социалистических клубов, став секретарем Профсоюза матросов, солдат и служащих авиации и членом Лондонского комитета рабочих. Через эти организации он вышел на Арта О'Брайна, лондонского агента Коллинза в этих кругах, заявив, что хочет поставлять оружие в Ирландию. Томпсон намеревался применить к ИРА ту же модель поведения, которую он применил в отношении аморфных организаций лондонских социалистов, что говорило о недооценки им ресурсов ИРА. В задачу Бёрнса входило завоевание доверия республиканских лидеров и установление с ними контактов. Бёрнс стал единственным британским агентом, который ближе других подошел к своей цели. Ему удалось добиться личной встречи с Коллинзом и руководством ИРА. Возвратившись в Лондон, он уведомил Томпсона, что Коллинз в отсутствие Де Валеры "стоит за всей активностью Шин Фейн"52.

Ко времени возвращения в Дублин в конце января 1920 г. Бёрнс уже вызывал подозрение у разведки ИРА. По сообщению Фрэнка Торнтона, но-

стр. 83

воявленный "друг" республиканцев сразу же сильно не понравился Тому Колену. Это предрешило его судьбу. Том Колен, Лайем Тобин и Фрэнк Торнтон решили проверить его лояльность. Они привлекли Бёрнса к передаче груза с оружием в офис якобы "Страховой компании" по Бачелор-Уолк53, улицы вдоль реки Лиффи, разделяющей Дублин. Торнтон сделал вид, что груз спрятан в подвале. После ухода Бёрнса груз был перенесен в другой офис разведки. В тот же день один из агентов ИРА, Дж. МакНамара, сообщил Торнтону, что на офис "Страховой компании" готовится полицейский рейд. С другой стороны реки Торнтон наблюдал, как военные и полиция окружили здание, ночью они нагрянули снова, выломали дверь и принялись перекапывать подвал54. Торнтон, Колен и Тобин сообщили Бёрнсу другую "информацию", якобы о предстоящей встрече республиканских лидеров в Дублине. Когда на указанный адрес военные совершили очередной набег, у руководства разведки ИРА не осталось сомнений55.

В тот момент Бёрнсу повезло, он уехал в Лондон за дальнейшими инструкциями от своего руководства. Не ведая о своем провале, он возвратился в конце февраля в Дублин и попросил организовать ему встречу с Коллинзом. К этому времени члены "Взвода", контрразведки ИРА, получили приказ о его расстреле. Ему сообщили адрес галантерейной лавки по улице О'Коннелл, куда он и явился, все еще ни о чем не подозревая. Оттуда Пэдди Дейли и Джо Леонард препроводили его в один из отдаленных углов северного Дублина, где их ожидали другие члены "Взвода". Дейли вспоминал: "Я сказал ему, что мы уверены в том, что он шпион и что он должен умереть, и если он хочет помолиться, то он может сделать это. Шпион быстро все понял и ответил: "Вы правы. Боже храни короля, я был бы счастлив умереть за него". Он отдал честь, в нем не было и тени страха"56. Провал Бёрнса был закономерным следствием не только его собственного незнания противника, но и безответственности его командования. Хотя Бёрнс был храбрым человеком и лишь выполнял свой долг, что вполне осознали его враги, в решающий момент он был не в состоянии понять, что противник настроен весьма решительно и готов применить против него его же методы.

Почти в то же время другого агента Томпсона постигла аналогичная участь в Корке. Генри Куинлиск, беспринципный авантюрист и предатель, стал сомнительным приобретением британской разведки, после того, как в ноябре 1919 г. предложил свои услуги Замку. Куинлиск, бывший член Ирландской бригады Роджера Кейзмента, столь неразборчиво навербованной из британских военнопленных-ирландцев, был хорошо образован. Он вышел на связь с Шоном О'Миртайлом, коллегой Коллинза по ИРБ, через знакомого Роберта Бреннана, сотрудника Отдела иностранных дел Дойла, но его легкомысленное поведение не внушало доверия Коллинзу и его окружению, что вызвало гнев Куинлиска, который решил перейти на другую сторону. Став платным британским агентом, он рассчитывал отомстить Коллинзу и решить собственные финансовые проблемы57. Куинлиск снова начал настойчиво добиваться встречи с Коллинзом, что вызвало беспокойство в рядах его разведки. Куинлиску поступила "информация", что Коллинз собирается появиться в Корке в отеле Рэнз. Вскоре руководитель секции телеграфистов ИРАЛаейм Арчер дешифровал полицейскую телеграмму, адресованную инспектору графства Корк, с приказом об аресте Коллинза в Рэнз58.

Под псевдонимом Салливан Куинлиск появился в Корке и попытался внедриться в местную ИРА. Не имея возможности поддерживать постоянную связь со штаб-квартирой в Дублине, руководитель разведки ИРА в Корке Флоренс О'Донохьюне не знал о Куинлиске. Он преуспел в создании весьма эффективной разведки, создал специальную группу из 6 человек, работавшую на полное время, которая взяла под контроль все направления британских

стр. 84

коммуникаций - телефон, телеграф и почту. Они перехватывали и декодировали телеграммы, прослушивали телефонные линии и вскрывали письма. Кроме того, О'Донахью приказал каждой единице ИРА в Корке отобрать наиболее способных офицеров и создать свой отдел разведки. Эти отделы состояли из офицеров, хорошо знакомых со средой и способных выявлять британских агентов и информаторов среди населения. Они вели наблюдение за полицейскими и военными бараками, отслеживая визитеров и перехватывая корреспонденцию подозрительных лиц. В результате местная разведка ИРА перехватила и дешифровала телеграмму о прибытии со следующей почтой письма от некоего "Салливана". О'Донохью быстро связал его с Салливаном, который недавно внедрился в ряды волонтеров Корка. Захваченная полицейская корреспонденция содержала письмо, неопровержимо доказывавшее, что Салливан был агентом британской разведки. Шпион был перехвачен до того, как полиция успела предупредить его59.

Неутомимый Томпсон разработал другой план борьбы с разведкой ИРА и подключил к этому предприятию Алана Бела, который расследовал покушение на Френча в Эштауне. Британская разведка знала, что Коллинз не только шеф разведки, но и министр финансов Дойла, и как министр финансов он вынужден хранить фонды своего правительства, Дойла, на банковских счетах граждан, пользующихся исключительным доверием. Начатое расследование передвижений финансовых фондов не вызвало энтузиазма в кругах сотрудников банков, хотя и весьма далеких от политики, но сознававших последствия возможного сотрудничества с Белом. В результате судьба Бела была предрешена - 26 марта 1920 г. он был застрелен членами "Взвода".

В начале апреля 1920 г. ИРА по приказу штаб-квартиры организовала по стране серию налетов на офисы по сбору подоходного налога и другие фискальные британские правительственные организации с целью уничтожения документации. К июлю 1920 г. усилиями ИРА функционирование британской системы криминальных судов, которая и без того находилась в состоянии кризиса, было почти полностью парализовано. Главный секретарь Замка констатировал коллапс судебной системы Запада и Юга Ирландии, явившийся результатом систематической кампании против ее представителей: "насилие и запугивания распространяются на всех представителей судебной системы, секретарей суда, мировых судей, судебных исполнителей, судебных курьеров и судебных приставов, здания судов поджигаются, а судебная документация уничтожается. Управленческий аппарат судов доведен до бездействия"60.

Кампания рейдов на полицейские бараки продолжалась. Первая удачная атака произошла в Корке 2 января 1920 г. в Каригтвохиле, когда был захвачен весь арсенал и амуниция. В этот же день ИРА Корка организовала еще две атаки в Баллигарване и Килмюррей, которые не удались. Эти атаки получили одобрение штаб-квартиры. Р. Мэлкохи рассматривал их как "начало общенациональной кампании в ответ на разгон Дойла"61.

Аналогичные нападения происходили регулярно в Лимерике, Типперэри, Корке, Керри, Клэре, Уотерфорде и других графствах Ирландии. ИРА Лимерика, возглавляемая Томасом Мэлоном, прибывшим с назначением от штаб-квартиры с целью реорганизации местной ИРА, быстро установила необходимые связи с командованием пограничных единиц ИРА в Типперэри, Корке и Клэре, а также с Эрни О'Мэйлли, военным инструктором и одним из офицеров разведки ИРА. Бригада Восточный Лимерик под командованием Тома Мэлона осуществила две атаки - в Балиландере 27 апреля 1920 г. и через месяц 28 мая в Килмаллоке. Для непосредственного участия в атаке в Балиландере было привлечено тридцать человек.

стр. 85

Часто атаки не достигали своей цели. В нападение на бараки в Килмаллоке оказались вовлечены люди из Клэра, Южного Типперэри и Западного Лимерика. Через Шона Трейси бригада Лимерика получила из Южного Типперэри дополнительную амуницию, часть оружия переслала бригада Восточного Клэра. Для планирования атаки потребовался сбор информации об активности британцев во всех пограничных графствах. Блокирование дорог и железнодорожных коммуникаций с целью предотвращения возможной переброски подкрепления потребовало участия всей местной бригады. Хотя отряд ИРА смог захватить арсенал бараков и почти полностью их разрушить, эта победа была пирровой, поскольку за ночь было истрачено такое количество взрывчатки, что проведение дальнейших запланированных операций стало невозможно, а захваченный арсенал не покрывал всех издержек. По некоторым предположениям, полиция потеряла двоих убитыми и восьмерых раненными. Единственной потерей ИРА стал Лайем Скалли. Утром отряд Мэлона покинул город и направился к границе Западного Лимерика и Клэра, где планировалось провести следующую атаку на бараки Ньюкаслвеста, но после осознания, что их оружия не хватит для проведения подобной операции, Мэлон вынужден был отказаться от этих планов. После этих событий бригада Восточный Лимерик создала мобильный отряд, оказавшийся впоследствии вовлеченным во множество операций.

Атака на бараки в Холифорде 11 мая 1920 г. в Южном Типперэри имела такой же плачевный результат. Впоследствии Э. О'Мейлли расценивал попытку штурма бараков в Холифорде как пустую трату амуниции62. Другая неудачная атака произошла в Северном Типперэри 26 июня 1920 г. в Борисокэйн близ Нина. Истории с неудачными попытками захвата арсеналов полицейских бараков вновь повторились 7 июня в Дрангэне на границе Типперэри и Килкенни, а затем 11 июля в Риэркросс близ северной границы с Лимериком. Среди главных организаторов значились все те же лица (Ш. Робинсон, Ш. Трейси, Э. О'Мейлли). К лету 1920 г. ИРА решила отказаться от атак на полицейские бараки, поскольку стратегия ИРА вынудила британцев перевести большинство полицейских отрядов в более укрепленные строения и усилить их гарнизоны. В этих условиях атаковать бараки плохо экипированным волонтерам становилось все сложнее63.

В марте 1920 г. британский кабинет, осознав кризис режима, провел очередную перестановку ключевых фигур в администрации Замка. Я. Мак-Ферсона на посту главного секретаря сменил сэр Гамар Гринвуд, пост главнокомандующего всеми британскими военными силами в Ирландии получил сэр Невил Макриди. По инициативе Френча, 16 апреля кабинет приступил к расследованию причин коллапса администрации Замка. В состав комитета по расследованию вошли руководитель Уоррен Фишер, заместитель министра финансов и глава Министерства по делам государственной службы, и два других члена - Альфред (Энди) Коуп, заместитель министра по делам пенсий, а также Р. Харвуд, товарищ министра финансов. Меры, предложенные комитетом, ничего не могли изменить ни в общей ситуации в Ирландии, ни в принципах политики британского кабинета. Отчет комитета отражал полный хаос: "Администрация не управляема. С технической стороны она никогда не была удачной и сейчас совершенно устарела; отсутствует гораздо более важная сфера - получение достоверной информации и консультации ирландского правительства в отношении политики и практической возможности ее применения"64.

Меры, которые предложил комитет, сводились к технической замене административных кадров Замка. Фишер рекомендовал заменить МакМэхона на сэра Джона Андерсона в качестве второго заместителя главного секретаря Замка, а Джона Тейлора на Энди Коупа. В результате новая администрация попол-

стр. 86

нилась сотрудниками из различных министерств британского правительства. Тремя ключевыми фигурами из числа сотрудников секретариата стали Джон Андерсон, Энди Коуп и Марк Стерджис. Главным результатом "реформ" стало усиление влияния британского кабинета на политический курс Замка, но способности контролировать ирландскую политическую жизнь у британского режима не было. Никакой новизны рекомендации комитета не содержали, в их основе лежали все те же политические принципы - опора на военно-бюрократический аппарат, создание новых административных хунт и восстановление системы политического шпионажа, в крахе которого комитет усмотрел главную причину коллапса Замка. Стремление к перестановкам отчетливо выражало непонимание истинных причин происходящего. Британские политики не отдавали себе отчета в том, что в кризисе режима повинны не люди, представлявшие режим, а его характер и отношения с ирландским обществом. Поскольку хунта, состоявшая даже из самых прогрессивно мыслящих людей, не перестает быть хунтой, постольку и Дублинский Замок нельзя было превратить в демократический институт.

Громоздкий управленческий аппарат, растянутость коммуникаций, низкая мобильность, привычка действовать в условиях открытого фронта, распыленность сил делали британскую армию непригодной для ведения войны с партизанами. Общее число британских солдат и офицеров в Ирландии к ноябрю 1919 г. составило 37 259 чел., но военное командование в Ирландии постоянно требовало увеличить численность войск. В ноябре 1919 г. британцы разделили свои силы в Ирландии на семь бригад, объединенных в две дивизии - 5-ю со штаб-квартирой в Кара под командованием генерал-майора Хью Джудуайна и 6-ю со штаб-квартирой в Корке под командованием генерал-майора Питера Стриклэнда65.

В мае 1920 г. генерал Невил Макриди запросил у кабинета министров перебросить в Ирландию еще 8 батальонов и выделить дополнительное транспортное обеспечение, отметив недостаточную численность войск и их крайне низкую мобильность66.

Британские военные почти не располагали достоверными сведениями о своем противнике. Стремление Макриди к объединению всех военных и полицейских сил под единым руководством привело к назначению 15 мая по предложению У. Черчилля генерал-майора артиллерии Генри Тюдора полицейским советником, который фактически стал главой полиции. Его подход к проблеме был "артиллерийским". 11 мая Черчилль предложил кабинету министров создать корпус специальной вспомогательной жандармерии. Первоначально кабинет отверг идею, зато Черчилль нашел горячую поддержку у Тюдора. Эта идея стала впоследствии основой для создания Вспомогательной дивизии RIC (ADRIC), члены которой назывались кадетами, нанимались на срочную службу, но их жалование приравнивалось к жалованию сержантов RIC. Это была привилегированная дивизия, в ее состав вошли демобилизованные офицеры армии и флота, многие из которых получили награды во время первой мировой войны. В обязанности ADRIC входило взаимодействие с полицией в обеспечении патрулей, но Дивизия превратилась в самостоятельную силу и большинство времени проводила в массовых рейдах на частные дома. С этого времени ирландский конфликт превратился в кровавую хронику террора.

Заместителем Тюдора и главой британской разведки в Ирландии стал его друг по службе в Индии, бригадный генерал Ормонд Уинтер, эксцентричная личность, чья военная карьера включала помимо службы в Индии, Галлиполи и Западный фронт. Уинтер не имел опыта работы в разведке, он, как и его предшественники на этом поприще, недооценивал противника. Новая команда едва ли отличалась от старой: не знала истории и культуры Ирландии и не

стр. 87

уважала ее традиции и народ. Общее мнение об ирландцах, чрезвычайно распространенное в этих кругах, выразил Уинтер: "Ирландец, без всякого намеренного оскорбления, чем-то похож на собаку, и понимает только суровое обращение, но как собака, он не в состоянии понять, когда ему кидают куски сахара"67.

Таким образом, Ирландия стала ареной борьбы политических и социальных сил, на карту в которой была поставлена монополия на власть в Британии. Добившись успеха в дезорганизации достаточно аморфной левой оппозиции в Британии при помощи внедрения агентуры и ограниченных репрессий, юнионистские лидеры рассчитывали применить эту же модель в Ирландии в борьбе с республиканской оппозицией. Однако недооценка и непонимание противника, незнание самой Ирландии, проистекавшие из идеологических установок, сектантства, национальных и сословных предрассудков британской военно-политической элиты, не позволяли реально оценить обстановку в Ирландии.

Очевидно, что приравнивать военную разведку ИРА к лондонским социалистическим клубам могли только люди, не понимавшие сущность процесса, происходящего в Ирландии. Политический режим в Британии, по крайней мере, в период 20-х гг. XX в. представлял собой диктатуру военно-бюрократического типа, в которой армия и специальные службы оказывали доминирующее влияние не только на политику, но и на общество. Относительная легкость и безнаказанность, с которой юнионистская реакция на время дезорганизовала левую оппозицию и отстранила от власти либералов, создали ложное впечатление, что Ирландия не представляет собой серьезного противника, а в Британии нет сил, способных бросить вызов клике, захватившей власть. Вместо того, чтобы решать стоящие перед обществом социальные и экономические проблемы, британский кабинет направил свою энергию на репрессии против социалистов и профсоюзов. Сознавая, что этого не достаточно, кабинет решил использовать бывших фронтовиков в качестве дополнительных сил милитаризованной полиции, которые с июля 1920 г. стали основным средством осуществления британского террора в Ирландии.

Возникший к 1919 г. режим Республики с собственной структурой представительной и исполнительной власти, системой судов, армией и разведкой, который пользовался пассивной поддержкой большинства населения, британский кабинет воспринимал как аморфное движение кучки экстремистов, с которым они рано или поздно справятся, столкнув два направления - "умеренных" и "террористов". В действительности, различие, замеченное британцами, было лишь функциональным, а объявление ИРА незаконными комбатантами лишь на том основании, что она выбрала наиболее приемлемую для себя стратегию ведения войны, достаточно нелепым.

Один из главных творцов краха британского режима в Ирландии Майкл Коллинз понимал, что подготовка сотрудников разведки и создание эффективной агентуры - процесс длительный и трудоемкий. Агента можно заменить, но замена не означает, что новичок унаследует знания своего предшественника. Именно это и произошло с британской разведкой. Разгром "G" лишил Британию профессионалов, владевших знаниями, необходимыми для разгрома ИРА. Усилия Томпсона по воссозданию британской разведки и инфильтрации агентов в ИРА не могли привести к успеху, поскольку к этому времени ИРА уже завершила создание достаточно эффективной разведки. В то время как британцы создавали ее наспех и привлекали к работе непригодных лиц, отбор кадров для разведки ИРА велся гораздо более тщательно. Способность перехватить инициативу у противника и нанести удар первым позволили Коллинзу значительно сгладить отсутствие профессионализма у его людей. Контроль над коммуникациями, установленный ИРА в этот период, лишил британцев инициа-

стр. 88

тивы. Превосходство ИРА в разведке и ориентация на решение конкретных задач позволили ей выжить и свести на нет преимущества британцев, парализовав систему британской власть в Ирландии уже к июлю 1920 года.

Примечания

1. The Irish War of Independence. Montreal. 2004; предисловие М. Хопкинсона к дневникам М. Стрерджиса: STURGIS M. The Last Days of Dublin Castle. Dublin. 1999; TOWNSHEND CH. The British Campaign in Ireland 1919 - 1921. Oxford. 1975; EJUSD. Political Violence in Ireland. Government and Resistance since 1848. Oxford. 1988; MYRPHY B.P. The Origins and Organisation of British Propaganda in Ireland, 1920. Cork. 2006; BOYCE D.G. Englishmen and Irish Troubles. L. 1972; HART P. The I.R.A. at War 1916 - 1923. Oxford. 2003; GLEESON J. Bloody Sunday. How Michael Collins's Agents Assassinated Britain's Secret Service in Dublin on November 21, 1920. Guilford. 2004; PUTKOWSKI J. The Best Secret Serviceman We Had: Jack Byrnes, A2 and the IRA. - Lobster. Journal of Parapolitics, N 28, 1994, p. 4 - 15; LEESON D.M. The Black and Tans. Oxford. 2012; BREWER J.D. The Royal Irish Constabulary: An Oral History. Belfast. 1990.

2. Цит. по: HOPKINSON M. The Irish War of Independence. Monthreal. 2002, p. 7.

3. POLLARD H.B.C. The Secret Societies of Ireland: their Rise and Progress. Kilkenny. 1998, p. 256.

4. THOMPSON B. The Scene Changes. L. 1939, p. 367.

5. CAB 23/14, WC 412, 15.V.1918.

6. Цит. по: HOPKINSON M. Op. cit, p. 32.

7. Ibid., p. 10.

8. CAB 23/6, WC 388, 10.IV.1918.

9. Военному призыву в действующую армию подлежали лица в возрасте от 18 до 51 года, с поправкой, что лица 17-летнего возраста также обязаны проходить службу в специальных силах волонтеров. Лицам в возрасте от 51 до 56 лет предоставлялась отсрочка, но они могли быть призваны по решению правительства.

10. CAB 23/5, WC 374, 27.III.1918.

11. CAB 23/13, WC 381A, 3.IV.1918.

12. CAB 23/6, WC 397, 23.IV.1918.

13. House of Commons Debates, 15 Apr 1918, vol. 105, § 94 - 95.

14. NA, BMH, WS 1280 Ned Broy.

15. CAB 24/59, GT. 5289, Report of I.G. RIC, 2.VIII.1918.

16. TOWNSHEND CH. The British Campaign in Ireland. Oxford. 1975, p. 8, 10 - 11.

17. CAB 23/18, 14.XI.1919, p. 82.

18. CAB 24/93 - 14, C.P. 113, 12.XI.1919, p. 402.

19. CAB 24/93 - 14, C.P. 113, 12.XI.1919, p. 409.

20. CAB 24/85 - 62, G.T. 7862, 30.VII.1919, p. 97 - 98.

21. CAB 23/20, 6.II.1920, p. 164.

22. CAB 24/107, C.P. 1493, 19.VI.1920, p. 343 - 344.

23. CAB 24/107 - 25, C.P. 1425, 8.VI.1920, p. 102.

24. TOWNSHEND CH. Op. cit., p. 25.

25. National Archives of Ireland, Bureau of Military History (NA BMH), WS (Witness Statement) 316 Peter Folan, p. 12 - 13.

26. Ирландские констебли созданы в 1836 году. Полицейские силы контролировались Дублинским Замком. За основу полицейской униформы была взята военная, кроме того, центр подготовки полицейских с 1839 г. находился в Феникс-парке, резиденции вице-короля в Дублине, где будущие полицейские проходили в стрелковом полку полугодовую подготовку, аналогичную военной. После участия в разгроме фенианского движения в 1867 г. ирландские констебли получили свое окончательное название - Королевские ирландские констебли (RIC).

27. LEESON D.M. The Black and Tans. British Police and Auxiliaries in the Irish War of Independence. Oxford. 2012, p. 18.

28. BREWER J.D. The Royal Irish Constabulary: An Oral History. Belfast. 1990, p. 75.

29. Evidence on conditions in Ireland: The American Commission on Conditions in Ireland. Washington.

1921, p. 424 - 425.

30. Ibidem.

31. Ibid., p. 418. Под "окружением" он имеет в виду тех, кто еще оставался в RIC, и вновь набранных из британских военных дополнительных подразделений RIC, так называемых, "черно-коричневых".

стр. 89

32. Парламентарии, избранные от Шин Фейн (105 представителей), отказались признать Соединенное королевство и власть его парламента над Ирландией. Они принесли клятву верности Республики Ирландия, провозглашенной Пасхальным восстанием 1916 г., и объявили себя Дойл Эрин - парламентом Республики. 21 января 1919 г. в здании Мэншн-Хаус в Дублине тридцать избранных представителей Шин Фейн приняли Декларацию независимости и Обращение к свободным народам мира.

33. NA, BMH, WS 1280 Eamon Broy, р. 100.

34. Во время рейда в Коллинстауне было захвачено 75 винтовок и свыше 5 тыс. запасных частей к ним. См. HOULIHAN, P. Collinstown Aerodrome Raid. Dublin's Fighting Story 1916 - 1921. Cork. 2009, p. 244.

35. FOY M. Op. cit, p. 50.

36. NA, BMH, WS 615 Frank Thornton, p. 4.

37. Ibid., p. 19 - 20.

38. CAB 24/79, G.T. 7277, Report by Inspector General RIC, 13.V.1919, p. 284.

39. CAHILL L. Forgotten Revolution. Limerick Soviet 1919. Dublin. 1990, p. 49 - 51.

40. CAB 24/79, G.T. 7277, Report by Inspector General RIC, 13.V.1919, p. 282.

41. CAB 23/15, WC 567A, 14.V.1919, p. 65.

42. O'DONOGHUE F. No Other Law, p. 49 - 50.

43. MITCHELL A. Revolutionary Government in Ireland. Dail Eireann 1919 - 1922. Dublin. 1995, p. 61.

44. NA, BMH, WS 445 James Slattery, p. 5 - 6.

45. CAB 23/18, Cabinet Conference, App. IV, 14.XI.1919, p. 82.

46. День перемирия, 11 ноября 1918 г., последний день первой мировой войны.

47. NA, BMH, WS 387 Paddy Daly, p. 18.

48. GUDGIN P. Military Intelligence. The British Story. L. 1989, p. 50.

49. PUTKOWSKI J. A2 and "Reds in Khaki". - Lobster. Journal of Parapolitics, N 27, 5 April 1994, p. 19.

50. EJUSD. The Best Secret Serviceman We Had: Jack Byrnes, A2 and the IRA. - Lobster. Journal of Parapolitics, N 28, 1994, p. 7.

51. EJUSD. Those Nasty Crawling Things: A2 and Labour Movement. - Lobster. Journal of Parapolitics, N 29, 1 September 1995, p. 3.

52. EJUSD. The Best Secret Serviceman, p. 11.

53. Один из многочисленных офисов разведки ИРА в этом районе Дублина.

54. NA, BMH, WS 615 Frank Thornton, p. 38 - 40.

55. Неопубликованный отчет Фрэнка Торнтона см.: PUTKOWSKI J. The Best Secret Serviceman, p. 14.

56. NA, BMH, WS 387 Paddy Daly, p. 26 - 27.

57. FOY M. Michael Collins's Intelligence War. Chalford. 2008, p. 95.

58. NA, BMH, WS 819 Liam Archer, p. 18 - 19.

59. Florence and Josephine O'Donoghue's War of Independence. A Destiny that Shapes Our Ends. Dublin. 2006, p. 68, 70.

60. CAB 24/109, C.P. 1682, 24.VII.1920, p. 417.

61. MULCAHY R. Chief of Staff 1919. - Capuchin Annual. 1969, p. 351. Цит. по: BORGONOVO J. Spies, Informers and the "Anti-Sinn Fein Society". The Intelligence War in Cork City. Dublin. 2007, p. 4.

62. O'MALLEY E. Raids and Rallies. Dublin. 1982, p. 17 - 26.

63. NA, BMH, WS 1389 Sean Gaynor, p. 17.

64. Fisher Report to Government Ministers. Цит. по: HOPKINSON M. Op. cit., p. 59.

65. TOWNSHEND CH. Op. cit., p. 43 - 44.

66. CAB 23/ 21, 11.V1920, p. 141.

67. A Report on the Intelligence Branch of the Chief of Police from May 1920 to July 1921, p. 70. Цит. по: FOY M. Op. cit, p. 110 - 111.

Orphus

© biblioteka.by

Permanent link to this publication:

https://biblioteka.by/m/articles/view/Британская-политика-в-Ирландии-в-1918-1920-гг

Similar publications: LRussia LWorld Y G


Publisher:

Беларусь АнлайнContacts and other materials (articles, photo, files etc)

Author's official page at Libmonster: https://biblioteka.by/Libmonster

Find other author's materials at: Libmonster (all the World)GoogleYandex

Permanent link for scientific papers (for citations):

С. В. Мельникова, Британская политика в Ирландии в 1918-1920 гг. // Minsk: Belarusian Electronic Library (BIBLIOTEKA.BY). Updated: 14.02.2020. URL: https://biblioteka.by/m/articles/view/Британская-политика-в-Ирландии-в-1918-1920-гг (date of access: 27.02.2020).

Found source (search robot):


Publication author(s) - С. В. Мельникова:

С. В. Мельникова → other publications, search: Libmonster BelarusLibmonster WorldGoogleYandex

Comments:



Reviews of professional authors
Order by: 
Per page: 
 
  • There are no comments yet
Related topics
Publisher
Беларусь Анлайн
Минск, Belarus
60 views rating
14.02.2020 (13 days ago)
0 subscribers
Rating
0 votes

Related Articles
Источники по истории детского крестового похода 1212 г.
Catalog: История 
Yesterday · From Беларусь Анлайн
Лейб-гвардии Конный полк в кампании 1814 г.
Yesterday · From Беларусь Анлайн
Путешествие и открытия Д. Г. Мессершмидта на р. Томи
Yesterday · From Беларусь Анлайн
Военнопленные Четверного союза в России
Yesterday · From Беларусь Анлайн
Н. А. БАГРОВНИКОВ. Памятники книжной культуры Нижней Германии эпохи Возрождения и Реформации
Catalog: История 
Yesterday · From Беларусь Анлайн
Франциск І Валуа
Catalog: История 
2 days ago · From Беларусь Анлайн
Ордосская культурная традиция в гунно-сарматское время
Catalog: История 
2 days ago · From Беларусь Анлайн
Е. А. ОСИПОВ. Внешняя политика Франции в период президентства Жоржа Помпиду (1969-1974)
2 days ago · From Беларусь Анлайн
Идейные основы "Земли и воли" в 1870-х гг.
Catalog: Философия 
2 days ago · From Беларусь Анлайн
Х. А. Винклер и его взгляды на воссоединение Германии
2 days ago · From Беларусь Анлайн

Libmonster, International Network:

Actual publications:

LATEST FILES FRESH UPLOADS!
latest · Top
 

Actual publications:

Latest ARTICLES:

Latest BOOKS:

Actual publications:

BIBLIOTEKA.BY is a Belarusian open digital library, repository of author's heritage and archive

Register & start to create your original collection of articles, books, research, biographies, photographs, files. It's convenient and free. Click here to register as an author. Share with the world your works!
Британская политика в Ирландии в 1918-1920 гг.
 

Contacts
Watch out for new publications:

About · News · For Advertisers · Donate to Libmonster

Biblioteka ® All rights reserved.
2006-2020, BIBLIOTEKA.BY is a part of Libmonster, international library network (open map)
Keeping the heritage of Belarus


LIBMONSTER NETWORK ONE WORLD - ONE LIBRARY

US-Great Britain Sweden Portugal Serbia
Russia Belarus Ukraine Kazakhstan Moldova Tajikistan Estonia Russia-2 Belarus-2

Create and store your author's collection at Libmonster: articles, books, studies. Libmonster will spread your heritage all over the world (through a network of branches, partner libraries, search engines, social networks). You will be able to share a link to your profile with colleagues, students, readers and other interested parties, in order to acquaint them with your copyright heritage. After registration at your disposal - more than 100 tools for creating your own author's collection. It is free: it was, it is and always will be.

Download app for smartphones