Libmonster ID: BY-1238
Author(s) of the publication: А. Б. МИНДЛИН

В различные периоды истории евреев в России исследователи по-разному оценивали значимость еврейского вопроса в русской действительности. Г. Б. Слиозберг отмечал, что в царствование Николая II "до самой войны еврейский вопрос был одним из самых острых вопросов русской жизни". Анализируя статью публициста Л. М. Айзенберга "На словах и на деле (По поводу мемуаров Витте и Лопухина)", опубликованную в 1924 г., современные историки Р. Ш. Ганелин и В. Е. Кельнер полагают, что он "грешил некоторым преувеличением общеполитического решения еврейского вопроса". Тем не менее Кельнер приводит слова одного из современников событий: "Еврейский вопрос стал стержнем русской жизни. От городового до министра, от полицейского участка до Сената и Государственного совета, все и вся поглощены были еврейским вопросом". Возможно, разделяя его взгляд, Кельнер пишет: "Еврейский вопрос в России начала XX в. превратился буквально в центральный, чуть ли не в роковой вопрос общественной жизни" 1 .

Практическая деятельность некоторых российских администраторов в отношении "устройства" российских евреев освещена в литературе. Существенное место занимала эта проблема и в деятельности С. Ю. Витте. В 1892- 1906 гг. и после его отставки реакционные круги обвиняли Витте в юдофильстве. Еврейские общественные деятели тоже считали его до определенного момента юдофилом, в острые моменты ожидая от него помощи. Однако влияние внутренней политики Витте на судьбы российских евреев изучено недостаточно.

15 февраля 1892 г. Витте был назначен управляющим Министерством путей сообщения. Главный редактор "Биржевых ведомостей" СМ. Проппер вспоминал, что на следующий день после назначения Витте высказывал ему идею о привлечении организации еврейских хлеботорговцев для обеспечения голодающих губерний посевным зерном. Проппер назвал эту идею смелой - ввиду известных воззрений Александра III. Однако идея была реализована и замысел оправдался: цены поставок зерна оказались даже ниже расчетных 2 . *

С 30 августа 1892 г. Витте возглавлял Министерство финансов. Известен следующий разговор Витте, уже в качестве министра, с Александром III, спросившим: "Правда ли, что вы стоите за евреев?" Витте, в свою очередь, спросил царя, "может ли он потопить всех русских евреев в Черном море.


Миндлин Александр Борисович - историк.

стр. 120


Если может, то я понимаю такое решение", - продолжал Витте; "если же не может, то единственное решение еврейского вопроса заключается в том, чтобы дать им возможность жить, а это возможно лишь при постепенном уничтожении специальных законов, созданных для евреев, так как, в конце концов, не существует другого решения еврейского вопроса, как предоставление евреям равноправия с другими подданными". Император, по словам Витте, выслушал это молча.

По воспоминаниям А. В. Давыдова, служившего в 1912 - 1913 гг. чиновником особых поручений в Министерстве финансов, директор Особенной канцелярии по кредитной части Л. Ф. Давыдов показал ему дело "Попытка сговора русского императорского правительства с иностранным еврейством о прекращении им поддержки революционного движения в России". Из дела он узнал, что в разговоре с Витте царь высказал желание любыми методами покончить с революционной деятельностью евреев. Витте заявил, что применение силы "губительно отзовется на русском государственном кредите, так как закроет для него иностранные денежные рынки, всецело находящиеся в руках евреев". Далее он сказал о необходимости выяснить, с кем за границей надо вести переговоры, ибо финансовая поддержка революции идет из-за рубежа. Для этого Витте предложил назначить агентом Министерства финансов в Париже финансиста А. Г. Рафаловича, обладавшего большими средствами и обширными знакомствами среди французских банкиров-евреев. Рафалович еще с конца 1889 г. "безвозмездно, по собственному желанию" исполнял в Париже обязанности агента. А в декабре 1894 г. он официально был назначен на эту должность 3 . Отсюда можно заключить, что разговор Витте с царем происходил в 1894 году.

Представлению о благожелательном отношении Витте к евреям противоречили его дальнейшие действия. В том же 1894 г. он провел закон о винной монополии, по которому ликвидировалась система откупов; винокурение оставалось в частных руках, но сырой спирт приобретался государством; очистка спирта и изготовление водки производились на частных заводах только по государственным заказам и под наблюдением акцизного надзора. Продажа спирта и водочных изделий стала исключительным правом государства, то есть была введена так называемая казенная продажа питей.

Когда Витте убеждал Александра III согласиться на реформу питейного дела, он утверждал, что частная питейная торговля приводит к спаиванию народа, выдвигая обычный тогда мотив о вреде еврейской питейной торговли, особенно в губерниях черты оседлости, и указывал, что введение казенной монополии якобы избавит крестьян от экономической эксплуатации их евреями и, главным образом, вытеснит евреев из сельской местности.

К 1898 г. частные питейные дома были заменены казенными винными лавками, что дало бюджету серьезный источник дохода. Но в западных "еврейских" губерниях лишилось средств существования множество евреев, занимавшихся либо непосредственно винными промыслами, либо связанным с ними содержанием корчем, зерновых складов и др. Количество разорившихся в черте оседлости вследствие реформы оценивалось по-разному: от нескольких десятков тысяч до сотен тысяч евреев 4 .

Еще с начала XIX в., на протяжении почти ста лет, издавались многочисленные узаконения о выселении евреев из сел и деревень, чтобы отнять у них возможность посредством питейной торговли оказывать вредное экономическое влияние на селян. Введение винной монополии, по мнению передовых представителей еврейской общественности, лишало официальный антисемитизм орудия, которым он пользовался для ограничения прав евреев. Что касается разорения, то они верили в преодоление экономического кризиса. Однако шинкарство было не виной, а бедой евреев, ибо они в большей части не имели других заработков. Закрыв частные питейные промыслы, правительство не подумало снять законодательные ограничения, препятствовавшие евреям овладеть полезными профессиями. "Лишившись куска хлеба в сельских корчмах, - говорил Дубнов, - жертвы монополии бросились в

стр. 121


города, а тут они встретились с массой городских жертв той же реформы и с той мелкоторговой и ремесленной беднотой, стон которой носился по Неману, Днепру и Висле" 5 .

Следующим шагом Витте в проведении экономических реформ было введение так называемой сахарной нормировки, то есть установление квот на производство и продажу сахара, который экспортировался по демпинговым ценам. Нормировка стабилизировала цены, но существенно ухудшила положение сотен тысяч евреев в Юго-Западном крае, где они выступали в качестве посредников при продаже сахара 6 .

Витте ратовал за отмену финансовых ограничений деятельности иностранных и еврейских предпринимателей в России. Министерство внутренних дел, стремясь воспрепятствовать колонизации западной части страны австрийцами и немцами, внесло в Государственный совет законопроект об ограничении принятия иностранцев в российское подданство. Витте высказался против законопроекта, который сковывал развитие экономики. В записке 13 марта 1895 г. он отмечал "невыгодные экономические последствия, вызываемые ограничительными постановлениями об иностранцах", указывал на то, что "существующие стеснения экономической деятельности большого контингента природных жителей государства - евреев и лиц польского происхождения" значительно ослабляют "правильный хозяйственный рост страны". Витте не предлагал отменить ограничительные законы, в частности, касавшиеся евреев, или снять подобные запреты с акционерных компаний, но обращал внимание на возможность подобного решения в интересах экономики страны 7 .

С середины 1898 г. Николай II стал ограничивать участие иностранцев в конкуренции на внутреннем рынке. На представляемых ему на утверждение уставах иностранных компаний царь ставил резолюции о нежелательности допущения в Россию капиталов из-за рубежа, о чем писал в своем дневнике член Государственного совета А. А. Половцов.

Стремясь противодействовать этому, Витте отстаивал свои позиции и в феврале 1899 г. представил царю доклад "О необходимости установить и затем неуклонно придерживаться определенной программы торгово-промышленной политики империи". Витте настоял на созыве совещания под его председательством для обсуждения своего доклада 8 . Совещание состоялось в марте того же года. Оно решило сохранить в силе "общие начала, сообразованные с действующими ограничениями", которые для евреев все же были несколько облегчены - им было разрешено владеть акциями, но в составе правлений акционерных компаний они могли иметь лишь меньшинство мест и не могли становиться директорами правления, директорами-распорядителями, заведующими и управляющими недвижимыми имуществами компаний. Проект высочайшего повеления по итогам обсуждения на совещании доклада Витте царь утвердил в июне 1899 года.

В дальнейшем Витте продолжал попытки реализовать идеи о расширении прав евреев в деятельности акционерных компаний. Когда в октябре 1905 г. он стал председателем Совета министров, было образовано Министерство торговли и промышленности и министром назначен ближайший сотрудник Витте В. И. Тимирязев. Тот внес в Совет министров представление о "невключении в уставы акционерных компаний ограничительных постановлений в отношении участия в них евреев". Не исключено, что это было сделано с согласия Витте, а может быть инициировано им. Совет министров рассматривал представление в январе 1906 г.; заключение Совета царь утвердил в феврале того же года. Совет министров уклонился от решения по существу, сославшись на то, что ничего изменить нельзя без изменения действующих законов, а общий пересмотр законодательства о правах евреев уже был намечен к обсуждению с участием Государственной думы 9 .

Витте считал себя сторонником еврейского равноправия и действительно в ряде случаев выступал именно в таком качестве. Он утверждал, что когда был министром финансов, то "систематически возражал против всех новых

стр. 122


мер, которые хотели принимать против евреев". Однако такие реформы, как введение винной монополии и сахарная нормировка, показали его невнимание к нуждам евреев, хотя, бесспорно, принесли пользу стране в целом.

Нельзя не вспомнить также ту роль, которую он сыграл в принятии закона от 22 января 1899 г. об ограничении доступа евреев-купцов 1-й гильдии в московское купечество. (Об этом, кстати, Витте предпочел умолчать в своих воспоминаниях.) С юридической точки зрения такой шаг был абсолютно неправомерным, как связанный с приданием закону обратной силы и сделанный в обход Государственного совета. Сначала Витте согласился с единогласным мнением совещания при Министерстве финансов, что нет оснований к установлению каких-либо ограничений для вступления евреев в московское купечество. Но стоило только генерал-губернатору Москвы великому князю Сергею Александровичу вмешаться, как Витте сразу изменил свою точку зрения. Спустя же несколько лет после убийства великого князя (1905 г.) Витте высказывался о нем в весьма резких тонах - как об ультраретрограде, крайне ограниченном человеке, особенно яром противнике евреев 10 .

В 1898 - 1901 гг. внимание Николая II привлекло увеличение еврейского землевладения вне черты оседлости. Он поручил министру внутренних дел Д. С. Сипягину разработать законопроект, направленный против нежелательной для верховной власти тенденции. К весне 1902 г. проект был подготовлен. Предполагалось повсеместно в стране в сельской местности, включая и черту оседлости, запретить евреям покупать, арендовать и принимать в залог недвижимость. В виде исключений по разрешению местной администрации допускалось устройство кладбищ, молелен, строительство промышленных объектов на ограниченных участках земли.

В совещании по обсуждению проекта, состоявшемся под председательством царя в декабре 1902 г., уже после убийства Сипягина, участвовали министры внутренних дел, финансов, юстиции, земледелия и государственных имуществ. Радикальные сипягинские меры не прошли. Возможно, это произошло под влиянием выступления Витте, который утверждал, что предлагаемые меры нанесли бы вред не только евреям, но и христианам, особенно помещикам, и вызвали бы отрицательные политические последствия. Затем Витте предложил пересмотреть Временные правила 3 мая 1882 г., "коими права евреев настолько стеснены в черте оседлости, что самое их стремление за черту должно быть признано в известной степени последствием этих стеснений".

Провести свое мнение Витте не смог. Был издан закон "О временном воспрещении совершения от имени и в пользу евреев в губерниях, не входящих в черту общей еврейской оседлости, всякого рода крепостных актов", утвержденный царем 10 мая 1903 года 11 . Речь шла об актах, связанных с правом собственности, владения и пользования недвижимыми имуществами, расположенными в сельской местности.

Как видно из названия закона, воспрещение считалось временным; в самом его тексте указывался срок - впредь до пересмотра в законодательном порядке постановлений о евреях. Витте в "Воспоминаниях" отмечал: "Все наиболее существенные законы, ограничивающие права евреев, пошли в последние десятилетия не в законодательном порядке, а через Комитет министров, как законы временные". Он особо подчеркивал, что "всегда употреблялась одна фарисейская формула: впредь до пересмотра всех законов о евреях". По словам Витте, законодателям не хватало государственного мужества ставить вопрос открыто: в Государственный совет, "как бы то по закону следовало, таких законов не вносили, а проводили их через Комитет министров, а если и тут опасались возражений, то через особые совещания или просто Всеподданнейшими докладами".

Витте утверждал, что подобная политика способствовала "крайнему революционизированию еврейских масс, и в особенности молодежи". Правительство пользовалось подобным обстоятельством, чтобы всю ответственность

стр. 123


за революционное брожение в России возлагать на евреев. Действительно, по сравнению с эпохой Александра III, в царствование Николая II в революционном движении участвовало большое количество евреев. По мнению Витте, "ни одна национальность не дала в России такого процента революционеров, как еврейская" 12 .

В августе 1903 г. разногласия с царем по ряду аспектов внутренней и внешней политики привели к отставке Витте с поста министра финансов. Он получил маловлиятельный пост председателя Комитета министров. Еще в качестве министра в конце июля 1903 г. Витте беседовал с приехавшим в Петербург президентом Всемирной сионистской организации Т. Герцлем, которого уверял в том, что он "друг евреев" и против их притеснений. Витте сказал о сильном распространении предубеждений против евреев. Он указал на "честные" предрассудки, например, антиеврейские взгляды на религиозной основе, но главным образом вражда к евреям возникала "из-за конкуренции или моды". Витте подчеркнул, что русские евреи сами дают основание для неприязни к ним вследствие их особого нахальства. Евреи "также занимаются грязными делами, поэтому их очень трудно защищать".

С Герцлем Витте был груб и резок. Он заявил, что "6 миллионов евреев на 136- миллионное население России дали 50% русских революционных деятелей". Л. Шапиро поставил под сомнение это утверждение. О. В. Будницкий полагает, что "возможно, Витте хватил через край", и его заявление, неоднократно приводившееся в научной литературе, не подкреплено серьезными расчетами. В конце беседы с Герцлем Витте смягчил тон и признал, что евреям в России тяжело живется и "если б он был евреем, то сам был бы против правительства" 13 .

О непоследовательности Витте по отношению к евреям писал известный юрист и общественный деятель, член Государственного совета А. Ф. Кони, который, как и Витте, был членом Попечительства о домах трудолюбия под председательством императрицы.

Дома трудолюбия в XIX - начале XX в. - это благотворительные организации, совмещавшие начальную школу для убогих детей, богадельню для престарелых и увечных и работный дом для бедных, где они занимались неквалифицированным трудом или обучались мастерству, например, швейному. Такие дома могли выполнять одну или две из перечисленных функций.

7 января 1903 г. в Попечительстве рассматривалось ходатайство еврейского общества города Вильны о разрешении открыть дом трудолюбия "ввиду тяжких экономических условий, в которых в Западном крае находится еврейское население, скученное в городах". За открытие дома высказались сам Кони, министр внутренних дел В. К. Плеве и некоторые другие. Витте выступил против - с таким основным мотивом: "невозможно давать утвердиться в народе взгляду на русскую императрицу как на покровительницу евреев". При согласии большинства вопрос был отложен на неопределенное время 14 .

8 ноябре 1904 г. состоялся Второй съезд земских деятелей с участием делегатов из 33 земских губерний, созванный для обсуждения условий развития общественной и государственной жизни. Бывший губернский гласный Тверской губернии Ф. И. Родичев предложил внести в программу совещания "общее положение о равенстве всех граждан независимо от их происхождения, племени и вероисповедания". Предложение было принято единогласно в несколько измененной редакции: "Личные (гражданские и политические) права всех граждан Российской империи должны быть равны" 15 .

12 декабря 1904 г. вышел указ "О предначертаниях к усовершенствованию государственного порядка". Основным автором проекта был Витте. По мнению Ганелина и Кельнера, указ представлял в какой-то степени реализацию земских требований, формулируя в общем виде курс предстоявших реформ. Об инородцах говорилось расплывчато. Предлагалось "произвести пересмотр действующих постановлений, ограничивающих права инородцев" и сохранить "лишь те, которые вызываются насущными интересами государ-

стр. 124


ства и явной пользой русского народа". В подобной неопределенности винили Витте, который, как отмечал Айзенберг, "всюду на словах заявлял себя сторонником постепенного уравнения евреев в правах, а теперь упустил такой удобный момент перейти от слов к делу" 16 .

Негативный смысл указа 12 декабря отметило существовавшее тогда "Бюро защиты евреев", состоявшее из небольшой группы петербуржцев. Часть членов этой организации предлагала обратиться к правительству; другие же, настроенные более радикально, считали недостойным ходатайствовать перед властью и хотели публично протестовать против позорящего, по их мнению, замалчивания еврейского вопроса. Один из руководителей Бюро М. М. Вина- вер писал: "Желая сохранить контакт с русским общественным движением, мы решили устроить предварительное совещание с представителями самой влиятельной тогда политической группы - "Союзом Освобождения"". Совещание, состоявшееся в двадцатых числах декабря, признало допустимым обращение по такому поводу к председателю Комитета министров Витте, на которого, как считалось, возлагалась реализация указа.

Делегация (Винавер не уточнял, были ли в ее составе только члены Бюро или также и члены Союза), принятая Витте 5 января 1905 г., заявила ему, что дальнейшее сохранение ограничений немыслимо и еврейское население требует гражданского равенства. Витте ответил: "Меня нечего убеждать. Я знаю, что интересы России требуют уравнения евреев". Затем добавил: "Я знаю также, что в высших сферах нет в этом вопросе никакой предвзятости". Дело стало "за моими почтенными коллегами из Государственного совета, за всеми нынешними и прежними сановниками, которые евреев в глаза не видали, Западного края не знают" и кричат: "Тамбовские мужики и без того с голоду пухнут, а вы еще жидов пустить к ним хотите". "Не понимают, что пусти евреев, мужик-то пухнуть перестанет". Затем Витте закончил: "Нужно, чтобы вся земская Россия за вас высказалась, чтобы она показала, что не боится наплыва евреев. Без этого двинуть вопрос невозможно". Винавер в ответ говорил, что Россия уже высказалась на земском съезде, где "пункт о всеобщем равенстве мотивировался главным образом именно неравноправием евреев". Витте снова отговорился, мол, это было выражено неопределенно, надо ясно указать, "что речь идет о евреях, тогда и еврейский вопрос будет решен".

Витте проигнорировал присоединение земских собраний некоторых губерний (Вятской, Вологодской, Московской, Новгородской) к мнениям земского съезда, включая пункт о всеобщем равноправии. Винавер, подводя итог встречи с Витте, писал: "Не только земская, но и вся мыслящая рабочая, крестьянская и разночинная Россия, пробужденная ото сна, громко заявила о необходимости снять с нас цепи рабства" 17 . Разговор делегации с Витте закончился безрезультатно.

После 9 января существенно усилилось революционное движение. Конечно, в западных губерниях в нем заметное участие принимали евреи, и правительство получило повод снова называть евреев "зачинщиками революции". Только Витте сделал иной вывод из факта революционности евреев. На заседании Комитета министров 11 февраля он заявил, что "замечаемое ныне среди евреев враждебное отношение к правительству вызывается тяжелыми материальными условиями, в которых живет большинство русских евреев под гнетом ограничительных законов". Витте предупреждал, что полицейской власти придется "с повышенной энергией вести борьбу с антиправительственной деятельностью евреев, пока не осуществится возвещенное указом 12 декабря облегчение участи инородцев" 18 .

То, что в заключении земского съезда пункт о равенстве всех граждан имел в виду в основном евреев, понимали и реакционные деятели: в Постоянном совете объединенных дворянских обществ была выпущена недатированная "Справка к делу об исполнении Комитетом министров возложенного на него именным высочайшим указом 12 декабря 1904 г. поручения по выяснению способов осуществления предусмотренных в указе преобразований" с

стр. 125


материалами по еврейскому вопросу. Вообще говоря, это были документы прошлых лет, которые, по-видимому, предназначались для ориентировки не только членам дворянских обществ, но и властным структурам. Подбор документов был тенденциозным и имел антисемитскую направленность 19 .

Со своей стороны Витте составил для царя записку "Вопросы, которые, по мнению председателя Комитета министров, подлежат разрешению Комитета по п. 7 именного высочайшего указа 12 декабря 1904 г. по отношению к евреям". Записка не датирована, но, очевидно, написана весной 1905 года. В записке говорилось, что с государственной (правительственной) точки зрения единственное правильное решение еврейского вопроса заключалось бы в отмене всех ограничений. Если подходить к этому с "общественно-расовой" точки зрения, то возникает сомнение, в какой мере такая отмена смогла бы оградить остальное население от еврейского влияния в случае получения евреями полного гражданского равноправия. Правительство предлагало сомнение это разрешить привлечением к предварительной разработке законопроектов общественных сил - согласно царскому рескрипту от 18 февраля 1905 года. Для этого следовало созвать собрание, которому и представить на обсуждение вопрос о допустимости уравнения евреев в гражданских правах с остальным населением и о даровании им права повсеместного жительства.

Далее Витте отмечал, что наиболее важные из действующих ограничительных постановлений о евреях принимались не в законодательном порядке, а по утвержденным царем положениям Комитета министров или по особым высочайшим повелениям. Это также вызывало нарекания в еврейской среде, показывая, что евреи поставлены вне сферы нормального законодательства.

Пересмотр действующих законов о евреях Витте предлагал возложить на специальное совещание, которое должно было бы запросить мнение собрания выборных представителей (если оно будет созвано) по ряду частных вопросов, например, о праве жительства евреев в черте оседлости в сельской местности, о целесообразности взимания с евреев особых сборов и др. Совещание могло бы разрабатывать по таким вопросам законопроекты безотлагательно и вносить их в Государственный совет без согласования с другими ведомствами.

Результатом усилий Витте оказалось "Положение Комитета министров по выполнению пункта 7 именного высочайшего указа 12 декабря 1904 г. в отношении пересмотра законодательства о евреях", принятое Комитетом 3 мая 1905 года и утвержденное царем 8 июня. Положением учреждалось Особое совещание "для установления важнейших частей" еврейского вопроса, "разрешение коих могло бы дать основания для пересмотра всего законодательства о евреях". Эти основания предполагалось после созыва (согласно рескрипту от 18 февраля) собрания представителей, избранных от населения, передать на его рассмотрение с дальнейшим направлением в Государственный совет. Особое совещание осталось только на бумаге, ибо указ о собрании представителей был отменен 6 августа 1905 г. в связи с учреждением Государственной думы 20 .

Как министр финансов Витте главную задачу видел в ускорении промышленного развития России. Его программа, включавшая строительство железных дорог, протекционистскую систему и экономическую экспансию на Востоке, требовала использования западных денежных рынков. Витте получил три крупных займа за рубежом. В 1904 и 1905 гг. были размещены на Западе еще два займа. Когда в июле 1905 г. Витте в качестве уполномоченного для ведения мирных переговоров с Японией выехал в Портсмут, то он думал о новых займах во Франции и США, в которых крайне нуждалось правительство вследствие разорительной войны и революции.

14 августа Витте встретился с крупнейшими еврейскими банкирами США И. Зелигманом, А. Левинсоном, Я. Шиффом и О. Штраусом, специально приехавшими в Портсмут. Речь шла о еврейском вопросе, и Витте подробно осветил его историю и существующее положение российских евреев (встреча

стр. 126


описана в дневнике чиновника Министерства иностранных дел И. Я. Коростовца). 15 августа в секретной телеграмме министру иностранных дел В. Н. Ламздорфу (очевидно, для передачи царю) Витте сообщал о просьбе банкиров содействовать отмене антиеврейских законов. Банкирам Витте отвечал, что если бы имел власть, то сделал бы все возможное, но говорил и о вреде одномоментного введения равноправия для евреев. На это последовали резкие возражения Шиффа, сглаженные затем "более уравновешенными суждениями других банкиров".

Тезис о вреде быстрого предоставления равноправия евреям Витте объяснял в "Воспоминаниях" следующим образом. Революционизирование евреев в ответ на ужесточение политики царизма по отношению к ним вызвало рост антисемитизма в стране: "многие сочувствующие евреям или индифферентные к ним стали антисемитами", "сразу данное равноправие" может привести к новым смутам 21 .

Коростовец записал в дневнике, что газеты, обсуждавшие на следующий день прием Витте еврейских банкиров, приписывали ему "выдающуюся роль в разрешении еврейского вопроса" и сообщали, что банкиры были очень довольны беседой. Очевидно, газеты заблуждались как в том, так и в другом. Реальных результатов беседа не принесла. Российский финансовый агент в Лондоне М. В. Рутковский в телеграмме министру финансов В. Н. Коковцову 14 сентября сообщал, что Шифф советовал английским банкирам-евреям принять участие в займе только при условии предоставления равноправия российским евреям. Глава еврейского финансового мира в Англии Ротшильд "держится, по- видимому, того же мнения".

Рассказ о пребывании российской делегации в США, заканчивается в дневнике Коростовца записью о том, что в день отъезда, 12 сентября, Витте опять принимал еврейских банкиров - Штрауса, Зелигмана и др. Разговор имел общий характер, без упоминания о займе. Присутствовавшие спросили Витте, как им следует реагировать на антиеврейские волнения в России. Тот посоветовал собеседникам влиять на единоверцев, побуждая их не вмешиваться во внутренние русские дела и не участвовать в политической пропаганде, имеющей цель государственного реформирования. Это, собственно, дело русских, а не иноверцев. В заключение Витте выразил надежду, что судьба евреев скоро улучшится 22 . Однако надежда не оправдалась.

18 октября 1905 г. "Правительственный вестник" одновременно с манифестом "Об усовершенствовании государственного порядка" опубликовал всеподданнейший доклад Витте как председателя Комитета министров. В докладе говорилось о необходимости крупных реформ и о том, что будущей Государственной думе правительство должно предложить на обсуждение вопрос об уравнении прав граждан, без различия вероисповедания и национальности. По словам Витте, царь утвердил доклад надписью "Принять к руководству". Винавер писал уже в 1915 г., что доклад Витте "до сих пор является единственным исходящим от власти крупным государственным актом, в который идея равенства все же просочилась. По масштабу нынешнего дня это, пожалуй, много. Но с точки зрения того момента и той исторической перспективы шаг графа Витте был справедливо оценен как отступничество, как резкое уклонение от возвещенного курса" 23 .

К вечеру 18 октября стало известно о погроме в Нежине Черниговской губернии. Затем посыпались одна за другой телеграммы о других погромах. На третий день поступило известие о готовящемся погроме в Киеве.

В марте 1905 г. на базе "Бюро защиты евреев" был учрежден "Союз для достижения полноправия еврейского народа в России". Комитет Союза направил к Витте, назначенному 19 октября председателем Совета министров, двух своих членов - И. М. Гордона и Слиозберга. По словам последнего, Витте на встрече высказал убеждение, что "погромы организованы элементами, враждебными реформе 17 октября", то есть Союзом русского народа (СРН). Витте по телеграфу предписал киевскому генерал-губернатору принять решительные меры для предотвращения погрома. (Здесь у Слиозберга

стр. 127


неточность: СРН был создан только в ноябре. Однако не приходится сомневаться, что в погромах участвовали и те, кто несколько позже стали активными членами СРН.)

О посещении Витте в связи с погромами писал и Винавер; он говорил "мы", не уточняя, кто был с ним. Встреча состоялась 20 или 21 октября. Трудно сказать, имели в виду Слиозберг и Винавер одно и то же посещение или это были разные встречи. По словам Винавера, "в кабинете сидел весьма нервный, несколько растерянный, ждущий помощи и указаний человек". Он сообщил О телеграмме из Одессы, где, якобы, все успокаивается. Затем Витте спросил: "Что предпринять? Что бы вы предприняли на моем месте? Я все сделаю". Затем он более жестко заявил: "Пусть центральная власть заговорит решительным голосом, пусть обнаружит твердую решимость вскрыть до дна истинную подоплеку, пусть объявит, что делает вперед ответственным всякого администратора, который допустит погром, - и вы увидите, как все быстро прекратится. Но пусть это будет сделано в виде общей правительственной декларации, и притом немедленно - завтра же в "Правительственном вестнике"". Потом Витте закончил: "Лучше всего, составьте сами проект сегодня же, и завтра же я его распубликую". Винавер писал, что через два часа проект был представлен, но в "Правительственном вестнике" появилась лишь "жалкая тень" его.

Погромы, естественно, не утихли, и 24 октября группа Винавера вновь явилась к Витте. Его они увидели с взъерошенными волосами, блуждающим усталым взглядом, бессильно разводящим руки. Витте вопрошал: "Что же я еще могу сделать? Публикация? Да, пришлось вашу изменить. Печатать новую? Нельзя же каждый день новую..." Винавер заключил, что "здесь говорятся фразы и бессильно исполняется обряд" 24 .

Когда Витте формировал состав правительства, пост министра народного просвещения он предложил И. И. Толстому. Осенью 1905 г. известный археолог и нумизмат, вице-президент Академии художеств Толстой создал "Кружок равноправия и братства", выступавший за полное равноправие евреев. В деятельности кружка с самого начала участвовали негласный лидер российских евреев барон Г. О. Гинцбург и его сын Д. Г. Гинцбург.

На предложение Витте Толстой 28 октября заявил, что он "решительный и убежденный сторонник равноправности всех национальностей... в еврейском вопросе - сторонник полного уравнения" евреев "во всех правах с остальными гражданами... сторонник немедленной отмены процентных норм при поступлении в учебные заведения", первоначально установленных в 1887 г. и корректировавшихся в 1901 и 1903 годах. Витте ответил, что он "сам сторонник еврейского равноправия", но "не следует ставить вопрос так резко... сомневаюсь, чтобы можно было исполнить это сейчас... окончательное решение еврейского вопроса следует предоставить Думе". Продолжая, Витте сказал: "я далеко не враг евреям", однако "считал их умнее и практичнее... Вместо того, чтобы поддерживать правительство в его благих намерениях... они стоят во главе революции... Они сами дают аргументы против себя в руки своих врагов". Толстой посчитал Витте неправым в откладывании решения еврейского вопроса до Думы, но все же согласился сотрудничать с ним и 31 октября был назначен министром, оставаясь в этой должности до 24 апреля 1906 года.

Толстой предложил Совету министров отменить ограничения по приему евреев в высшие учебные заведения, подведомственные Министерству народного просвещения. Отчетливо представляя существовавшую в то время атмосферу в области еврейского вопроса и учитывая настроения царя, Толстой намечал половинчатую меру (сохранялись процентные нормы для средних учебных заведений). Он подчеркивал, что ограничение было установлено не в законодательном, а в административном порядке - распоряжениями министров народного просвещения, основанными на высочайше утвержденном в 1886 г. положении Комитета министров, нигде не опубликованном. Это вызывало острое недовольство евреев таким проявлением администра-

стр. 128


тивного произвола, а у еврейской молодежи вызывало вражду к государственной власти. Кроме того, не удалось оградить вузы от революционной пропаганды, хотя считалось, что ее источниками являлись студенты-евреи. По мнению Толстого, учитывая процентные нормы при поступлении в средние учебные заведения, "нельзя затем вторичным процеживанием через норму" лишать евреев возможности получить высшее образование.

Совет министров обсуждал представление Толстого 20 января 1906 года. Большинство Совета во главе с Витте поддержало предложение. Против выступили три министра. Витте убеждал их присоединиться к большинству, но они считали необходимым отклонить представление Толстого. 2 февраля Николай II на мемории Совета министров написал: "Еврейский вопрос должен быть рассмотрен в общей совокупности тогда, когда я признаю это благовременным". 8 марта Толстой сообщил Витте о своем намерении удовлетворить просьбы советов некоторых университетов о приеме в них евреев сверх нормы. Витте решил внести это мнение в Совет. Но дело в Совете не докладывалось 25 .

В проектируемом Положении о выборах в Государственную думу предполагалось лишить евреев избирательных прав. 5 - 9 декабря 1905 г. под председательством царя заседало секретное совещание по вопросу о расширении избирательного права (так называемые "царскосельские совещания"), в котором участвовали члены Совета министров и ряд приглашенных лиц. По сведениям Слиозберга, на лишении евреев избирательных прав настаивал генерал Д. Ф. Трепов, петербургский генерал- губернатор, товарищ министра внутренних дел, командующий отдельным корпусом жандармов, затем - петергофский дворцовый комендант. Трепов - сторонник крайне правых взглядов, обладал огромным воздействием на царя и во многом определял внутреннюю и внешнюю политику правительства. Слиозберг отмечал, что против мнения Трепова редко кто из членов совещания возражал; одним из возражавших был Витте.

По поручению Союза полноправия Слиозберг посетил Витте. Глава правительства обещал содействовать отклонению предложения о лишении евреев избирательных прав и заявил, что судьба вопроса находится в руках Коковцова и финляндского генерал-губернатора, члена Государственного совета Н. Н. Герарда. Витте рекомендовал посетителям постараться убедить этих двух сановников в несправедливости и нецелесообразности лишения евреев права участия в выборах в Думу.

Неизвестно, говорил ли Витте с этими лицами, но после беседы Слиозберга и М. И. Кулишера с Коковцовым стало ясно, что, во всяком случае, противодействия со стороны министра финансов не будет. Герард также не возражал. Вскоре Коковцов сообщил Слиозбергу, что совещание с согласия царя "решило не делать изъятия для евреев в избирательном законе о выборах в Государственную думу" 26 .

Однако этот эпизод, описанный Слиозбергом, совершенно не соответствует официальным документам.

На основании рескрипта от 18 февраля 1905 г. министр внутренних дел А. Г. Булыгин в июле того же года разработал проекты закона об учреждении законосовещательной думы и положения о выборах в нее. По положению о выборах евреи в них не должны были участвовать "впредь до пересмотра действующих о них узаконений". Булыгин мотивировал это тем, что так как евреи не допускаются к избранию в земские и городские гласные, было бы непоследовательно допустить их в Думу. В мемории Совета министров по этому поводу говорилось, что рескриптом 18 февраля право выборов в Думу "может почитаться дарованным всему населению империи". Отказ евреям в этом праве еще более раздражит их, находящихся "в значительной своей части в состоянии брожения". К тому же и при допущении их участия установленный ценз фактически отстранит от выборов "главную массу еврейства". В Думу, может быть, пройдут несколько евреев, которые практически не повлияют на мнения 400 - 500 депутатов. Поэтому предполагаемое устра-

стр. 129


нение евреев "подлежит отклонению по основаниям справедливости, так и по соображениям политической осторожности".

На Петергофском совещании под председательством царя 19 - 26 июля 1905 г. обсуждался проект Совета министров о Государственной думе, где пункт о недопущении евреев к выборам был исключен. После дебатов по данному пункту Николай II указал оставить проект без изменений. Так называемая Булыгинская дума была отменена; указом от 6 августа была учреждена Государственная дума и утверждено положение о выборах. На декабрьском совещании, о котором писал Слиозберг, об избирательном праве евреев вообще речи не было. Результатом работы совещания явился указ от 11 декабря с изменениями избирательного закона. Таким образом евреев допустили к выборам.

Трепов на совещании практически не выступал. Может быть, Слиозберг имел в виду июльское совещание, но там и Трепов и Коковцов выступали за предоставление избирательных прав евреям, а Витте вообще находился в это время в Портсмуте 27 . Возможно, царь принял указанное решение под влиянием мнения Совета министров и, в частности, Коковцова.

В условиях финансового развала вопрос о зарубежных кредитах получил первостепенное значение. Витте как председатель Совета министров думал о "громадном займе". Его можно было получить "лишь при главенстве Франции". В то время во Франции были две основные группы банков, известные как группа еврейская (во главе с Ротшильдом) и группа христианская (с основным Парижско-Нидерландским банком). Еще со времени Кишиневского погрома группа парижского Ротшильда отказывалась от участия в русских займах. Российский посол в Лондоне А. К. Бенкендорф 15 декабря 1905 г. доносил о высказывании английских Ротшильдов: "Русский кредит стоит очень низко, но будет восстановлен немедленно по разрешению еврейского вопроса, каковое неминуемо" 28 .

Коковцов направился в Париж для переговоров о займе. 8 января 1906 г. он телеграфировал Витте о том, что премьер-министр Франции М. Рувье дважды разговаривал с Джеймсом Ротшильдом, но тот ответил "решительным отказом, мотивируя его чисто еврейским вопросом".

Тогда же, в январе, председатель комитета Союза полноправия Г. О. Гинцбург получил телеграмму из Лондона от Ротшильда, который услышал от Бенкендорфа, что русское правительство неодобрительно относится к денежной помощи, получаемой Комитетом из-за границы для евреев, пострадавших от погромов, так как эти деньги якобы используются для революционного движения. По этому поводу товарищ председателя Комитета М. А. Варшавский и Слиозберг посетили Витте. Слиозберг вспоминал: тот "был возмущен непрошенным вмешательством старого дипломата в Лондоне и уполномочил нас телеграфировать Ротшильду, что он, Витте, и вообще русское правительство с благодарностью относится к тем, кто помогает потерпевшим от погромов евреям" 29 .

Бывший директор Департамента полиции А. А. Лопухин 14 июня 1906 г. в письме председателю Совета министров и министру внутренних дел П. А. Столыпину писал по поводу провоцирования погромов полицией, что в январе некоторые евреи, сообщая ему о подготовке погромов в разных местах страны, просили оказать содействие в их предотвращении. Проверка, проведенная Лопухиным, подтвердила сообщения и убедила его в участии властей в подготовке погромов. 13 и 14 января произошел погром в Гомеле. Ганелин высказывает предположение, что именно это послужило поводом для приглашения Лопухина к Витте. Однако ни Витте, ни Лопухин в своих воспоминаниях ничего не говорили о гомельском погроме как о причине приглашения 30 .

Лопухин дважды побывал у Витте - 20 и 22 января. Он раскрыл существование в самом Департаменте полиции тайной типографии, печатавшей антисемитские прокламации, призывавшие к погромам. Витте об этом не подозревал, но после того как Лопухин представил ему листовки погромного

стр. 130


содержания, вышедшие из недр Департамента полиции, приказал уничтожить ротационную машину, однако не наказал виновных.

Витте говорил Лопухину, что обратился к нему как к человеку, который, руководя полицией, заведовал еврейскими делами, изучал историю и правовое положение евреев в России, был осведомлен о различных еврейских организациях. Витте сообщил о необходимости крупного государственного займа за рубежом и в связи с этим, а также общим политическим положением в стране задал Лопухину следующие вопросы. Какие облегчения ("льготы") в правовом положении евреев необходимо провести немедленно, чтобы привлечь западные еврейские банки и "внести успокоение в революционно настроенные массы в России"? С какими центральными еврейскими организациями следует иметь дело, чтобы побудить евреев отказаться от участия в революционном движении?

Лопухин был удивлен таким чисто обывательским представлением Витте о существовании всемирной организации, управляющей евреями, и сказал, что она бытует только "в области антисемитских легенд". Лопухин доказывал ошибочность предположения Витте о возможности воздействия националистических, благотворительных, религиозных или иных организаций на евреев - участников революционного движения и сочувствующих им. Выход Лопухин видел только в установлении полного равноправия. Для предотвращения же погромов он считал необходимым предъявлять очень жесткие требования к местным властям, в частности к полиции. При следующей встрече Витте и не вспомнил о еврейском вопросе, а говорил только об общем политическом положении в стране и о способах борьбы с революционным движением 31 .

У Витте возникла мысль организовать встречу Николая II с еврейской делегацией. При нескольких свиданиях со Слиозбергом Витте убеждал его в желательности и даже необходимости встречи и выражал уверенность в милостивом приеме. Витте считал, что царь "своими заявлениями несомненно успокоит поднявшийся дух антисемитов" и СРН. Слиозберг уверял Витте в несвоевременности подобного шага, ибо правительство не выразило "никакого сочувствия евреям по поводу погромов", поэтому "посылку такой делегации евреи не поняли бы". Слиозберг полагал, что Витте хотел устроить прием делегации с целью облегчить реализацию займа за границей 32 .

В январе 1906 г. был созван съезд представителей провинциальных комитетов помощи евреям, пострадавшим от погромов. Часть делегатов съезда высказалась за то, чтобы принять любые меры, которые способствовали бы успокоению. Другая же часть говорила, что достоинство евреев не допускает после погромов посылать делегацию к царю, когда широко известно о полной поддержке им СРН, который Николай II называл "дорогим". Он был почетным членом СРН и носил его значок 33 .

Съезд решил послать делегацию не к царю, а к Витте как председателю Совета министров. Делегация должна была "совершенно ясно и недвусмысленно" заявить, что "разразившаяся огромная полоса погромов была организована реакционными силами по инициативе и поддержке правительства", а также потребовать "решительного заявления со стороны власти о недопустимости политической борьбы на еврейской крови". Делегацию возглавил Д. Г. Гинцбург. В нее вошли Варшавский, Кулишер, Слиозберг и др. - всего 9 человек.

Известны две версии беседы - самого Витте и Слиозберга. По версии Витте, представители евреев явились с ходатайством о том, чтобы он "просил у государя и провел еврейское равноправие в России". Витте ответил, что он не юдофоб и что, в конце концов, в будущем другого решения еврейского вопроса, как предоставление евреям равноправия, нет. Но это может быть сделано лишь постепенно (в другом месте "Воспоминаний" говорится о возможно более медленном установлении равенства), так как в ином случае могут возникнуть "не искусственные, а действительные погромы".

Кроме того, необходимо, чтобы евреи отказались от проповедования крайних политических идей и поддержки русского революционного движе-

стр. 131


ния. Витте говорил: "Это не ваше дело, предоставьте это русским по крови и по гражданскому положению, не ваше дело нас учить, заботьтесь о себе". По уверению Витте, с ним согласились Гинцбург, Кулишер и Слиозберг, а остальные члены делегации были против, особенно возражал Винавер. Айзенберг, близко знавший перечисленных людей, отмечал, что в то время не слышал, чтобы Кулишер и Слиозберг считались сторонниками постепенного равноправия - "по столовой ложке", согласно рецепту Витте, и боялись новых погромов, если евреи получат все сразу 34 .

Слиозберг, по его версии, передал Витте составленную им декларацию. Витте спросил: "Кто же именно из правительства, по вашему мнению, является ответственным за погромы?" Этот вопрос не удивил Слиозберга, ибо он знал, что Витте был превосходно осведомлен об организации охранных отделений и тайной типографии в помещении Департамента полиции. "Неужели организатором погромов является генерал Трепов?" - спросил Витте. Вопрос был чисто риторический и не требовал ответа, писал Слиозберг. Затем Витте поставил резолюцию на поданной ему декларации о немедленном внесении ее в Совет министров. По-видимому, в ней было требование о предотвращении новых погромов. Совет министров принял меры, и погромы не повторялись - вплоть до Белостокского, разразившегося 1 июня 1906 г., уже во время сессии I Государственной думы 35 .

Для полного представления о том, что же все-таки происходило на встрече, скорее всего, следует суммировать версии Витте и Слиозберга.

Как видно из сказанного, Витте не оставляла мысль о крупном иностранном займе. 12 февраля 1906 г. он поручил русскому финансовому агенту в Париже Рафаловичу вновь выяснить позицию Ротшильда. Тот опять отказался участвовать в займе, пока не будут приняты законы, облегчающие положение российских евреев. Витте посчитал "недостойным для власти по поводу займа поднимать еврейский вопрос" 36 . Но, конечно, это была с его стороны очередная отговорка.

7 - 12 апреля 1906 г. в Царском Селе проходили секретные совещания под председательством Николая II по пересмотру Основных законов. В проекте Совета министров статья 29 формулировалась следующим образом: "Каждый российский подданный имеет право свободно избирать и изменять место жительства и занятие, приобретать и отчуждать имущество и беспрепятственно выезжать за пределы государства. Изъятия в сем отношении устанавливаются особыми законами. Существующие ограничительные постановления по отношению к свободе передвижения, равно как приобретения и отчуждения имуществ, сохраняют силу впредь до изменения таковых постановлений в установленном порядке". Ясно, что вторая часть статьи относилась к евреям.

Член Государственного совета А. С. Стишинский предложил внести следующее дополнение: "ограничительные законы сохраняют силу впредь до их отмены", а конец статьи отменить. Витте был против подобного изменения. Он заявил: "Если конец 29 статьи по проекту Совета министров не написать, то вся пресса скажет, что государь подтвердил право евреев на свободное передвижение, и тогда его придется дать" 37 . Здесь явно чувствуется нежелание Витте дать евреям такое право.

14 апреля Витте подал прошение об отставке и 22 апреля был уволен от должностей председателя Совета и Комитета министров.

16 апреля в Париже был подписан контракт о займе, по оценке Витте, самом большом в истории, который когда-либо заключался в иностранных государствах. 22 апреля царь утвердил указ о выпуске этого займа. В тот же день последовал рескрипт с благодарностью Николая II Витте "за многочисленные услуги, оказанные родине", в том числе и за обеспечение им заключения займа. Западные еврейские банки не приняли в нем участия 38 . Таким образом, все действия Витте, направленные на привлечение западных евреев-банкиров к предоставлению кредитов России, не увенчались успехом из-за антиеврейской политики самодержавия.

стр. 132


Погромы приостановились, но погромная агитация СРН не прекращалась. Эта агитация сосредоточилась, между прочим, и на личности Витте. После заключения Портсмутского мира и подготовки Манифеста 17 октября Витте превратился для крайне правых в главного поборника конституции и чуть ли не в руководителя революционного движения. По этому поводу уместно вспомнить высказывания генерала Г. О. Рауха, близкого в 1905 г. к высшим правительственным сферам, активнейшего участника борьбы царского правительства с революцией.

В дневнике Рауха рассказано о встречах и переговорах с руководителями СРН, в частности, с его основателем и председателем А. И. Дубровиным. Добиваясь приема у великого князя Николая Николаевича, Дубровин 16 и 18 декабря 1905 г. говорил Рауху, что хочет обратить внимание великого князя на "опасное положение России под управлением Витте, который, побуждаемый жидами, ведет к революции и распадению России". Дубровин утверждал, что Витте "весь в руках еврейства". "Может быть, он и прав", - заключил Раух 39 .

Крайние правые в своей пропаганде против Витте ссылались на еврейское происхождение его жены и объявляли евреем его самого.

По материнской линии Витте являлся потомком сподвижника Петра I - П. П. Шафирова, еврея по происхождению. Сам Витте об этом не упоминал. Он писал только, что предками его отца были голландцы, приехавшие в балтийские губернии, когда те еще принадлежали шведам. Мать Витте была дочерью Фадеева, члена главного управления кавказского наместника, сын которого (дядя Витте) являлся ближайшим сотрудником наместника, фельдмаршала А. И. Барятинского. Витте твердо указывал, что в "его виттевских жилах течет кровь русского архипатриота генерала Фадеева" 40 .

Правые не ограничивались обвинениями Витте, по сведениям которого СРН готовил его убийство. В 1907 г. СРН дважды предпринимал покушения на Витте. Витте ненавидел черносотенцев не только за попытки покушения и полное неприятие его политики. Во многих местах "Воспоминаний" Витте крайне резко выступал против СРН, а также критиковал Николая II за поддержку "Союза", например, за помилование погромщиков: царь "не только миловал осужденных из шайки крайних правых, убивавших "жидов" и лиц прогрессивного направления, а еще чаще просто эти лица (погромщики. - А. М. ), заведомые убийцы и организаторы покушений, не находились полицией или не привлекались к судебному следствию... А государю разве это не было отлично известно?., помилованием государя... воспользовались явные убийцы и подстрекатели к убийствам, - хотя бы сам Дубровин, который даже за подстрекательство на убийство не был привлекаем к суду, и его все сотрудники были милуемы" 41 .

Уже удалившись от действенной политики, Витте продолжал проповедовать свои идеи по еврейскому вопросу. Толстой записал в своем дневнике 3 мая 1907 г., что Витте ругал "жидовскую революцию". 23 апреля 1910 г. Толстой был с Д. Г. Гинцбургом у Витте, и тот говорил, что реакция, которая является естественным последствием освободительной волны 1904 - 1906 гг., а также репрессии и грубый российский национализм не сказали свое последнее слово. "Инородцы, и на переднем плане евреи, несут на себе большую долю вины в этом положении, так как вместо того, чтобы требовать для себя в свое время равноправия с русскими, что они и получили бы, они кричали о полноправии". Далее, продолжал Витте, теперь даже примирительные шаги со стороны инородцев не повели бы ни к чему хорошему. Эти шаги, если бы они и были, дали бы повод думать, что именно репрессии по отношению к евреям "облагоразумили их и являются, следовательно, лучшим политическим ходом, дающим наилучшие практические результаты в интересах господствующей народности" 42 .

Для пояснения этого высказывания необходимо, очевидно, вернуться к посещению Витте делегацией "девяти" во главе с Д. Г. Гинцбургом, во время которого Винавер не просто возражал Витте, а заявил, что в настоящий момент "Россия добудет все свободы и полное равноправие для всех подданных, и поэтому евреи должны всеми своими силами поддерживать русских, которые этого добиваются и за это воюют с властью". Винавер имел в виду,

стр. 133


что евреи не должны ограничиваться борьбой за собственное равноправие с коренным населением, а участвовать в движении за обретение полноправия всеми жителями страны. Витте же, как убедительно показывает Ганелин, придерживался принципа, по которому евреям следует, игнорируя интересы всего российского общества, хлопотать лишь о собственных 43 .

В целом Витте был весьма непоследователен в своем отношении к евреям. Например, в интервью американскому журналисту Г. Бернштейну в июне 1908 г. он заявил, что должна быть немедленно отменена черта оседлости и евреи должны обрести все права в получении образования и государственной службы. Правда, Витте сделал оговорку о запрете покупки евреями земли. Это высказывание противоречило его прежним словам о вреде одномоментного предоставления равноправия евреям, а также позднейшему заявлению Витте Гинцбургу и Толстому в 1910 году.

Ананьич и Ганелин приводят выдержку из письма Бернштейну от 23 августа 1911 г., в котором Витте резко критиковал политику правительства в еврейском вопросе. Он утверждал, что не только нельзя рассчитывать на предоставление каких-либо льгот, а наоборот, следует ожидать появления новых ограничений для евреев. Вскоре после кончины Витте, 20 марта 1915 г. Бернштейн его вдове М. И. Витте писал, что евреи оплакивают эту утрату, так как из высших чиновников только один Витте понимал, что еврейский вопрос обязательно должен быть решен, "если не для евреев, то для самой России" 44 . Бернштейн сильно идеализировал еврейскую политику Витте. Трудно сказать, верил ли сам Витте в то, что евреи получили бы равноправие, о чем он говорил Толстому и Гинцбургу. А если и верил, то, по-видимому, представлял это возможностью далекого будущего. Но прошло всего лишь несколько лет, и Февральская революция дала и равноправие евреям и полные права народам России.

Все, что известно о политике Витте в еврейском вопросе, свидетельствует о том, что провозглашаемое во многих местах мемуаров его благожелательное отношение к евреям оставалось в основе только фразой. Поэтому Айзенберг, оценивая действительное отношение Витте к евреям, считал его "лучшим из худших". Яркую и меткую характеристику Витте дал Винавер, называя его человеком практической складки, который не руководствовался такими абстрактными принципами, как "равенство, государственная справедливость, требования совести". Прав был Айзенберг, который назвал цитированную здесь статью "На словах и на деле". Винавер заключил портрет Витте следующими словами: "Оттого-то мы, в конце концов, получили от него не больше, чем от "коллег из Государственного совета", вся программа коих определялась впечатлениями от пухнувшего тамбовского мужика" 45 . Коммерческое, деляческое, безыдейное отношение "практика-дельца" к еврейскому вопросу перевешивали интересы карьеры.

Примечания

1. СЛИОЗБЕРГ Г. Б. Дореволюционный строй России. Париж. 1933, с. 90; АЙЗЕНБЕРГ Л. М. На словах и на деле (По поводу мемуаров Витте и Лопухина). В кн.: Еврейская летопись. Сб. 3. Л. -М. 1924; ГАНЕЛИН Р. Ш., КЕЛЬНЕР В. Е. Проблемы историографии евреев в России. В кн.: Евреи в России. Историографические очерки. М. -Иерусалим. 1994, с. 224; КЕЛЬНЕР В. Е. Русско-еврейская интеллигенция. - Вестник Еврейского университета в Москве (ВЕУМ), 1996, N3 (13), с. 4.

2. АНАНЬИЧ Б. В., ГАНЕЛИН Р. Ш. Сергей Юльевич Витте и его время. СПб. 1999, с. 405.

3. ВИТТЕ С. Ю. Воспоминания. Т. 2. Таллин - М. 1994, с. 199; ДАВЫДОВ А. В. Воспоминания. 1881 - 1955. Париж. 1982, с. 223 - 225. О назначении Рафаловича см.: Российский государственный исторический архив (РГИА), ф. 40, оп. 1, д. 46, л. 195.

4. Еврейская энциклопедия. Т. 5. СПб. 1910, стб. 614; ДУБНОВ СМ. Новейшая история еврейского народа. Т. 3. Берлин. 1923, с. 350; СЛИОЗБЕРГ Г. Б. Дела минувших дней. Т. 2. Париж. 1933, с. 230.

5. ДУБНОВ СМ. Ук. соч., с. 351.

6. СЛИОЗБЕРГ Г. Б. Дела минувших дней, с. 231.

7. РГИА, ф. 1162, оп. 16, 1894 г. Отделение законов, д. 3, л. 595об.; ШЕПЕЛЕВ Л. Е. Акционерные кампании в России. Л. 1973, с. 180.

8. Материалы по истории СССР. Т. 6. М. -Л. 1959, с. 157 - 222.

стр. 134


9. РГИА, ф. 560, оп. 26, д. 218, л. 5об. -8; ф. 1263, оп. 4, д. 26, л. 14; там же, оп. 2, д. 5779, л. 87, 91 - 92.

10. ВИТТЕ С. Ю. Ук. соч. Т. 2, с. 199 - 200; ПСЗ-3. Т. 19, ст. 16384.

11. ВЕУМ, 1995, N1(8), с. 86; РГИА, ф. 1263, оп. 4, д. 27, л. 367 - 369об., 377об. - 378; ПСЗ-3. Т. 23, ст. 22932.

12. ВИТТЕ С. Ю. Ук. соч. Т. 2, с. 199 - 202.

13. ГИНЗБУРГ С. Поездка Теодора Герцля в Петербург. В кн.: Еврейский мир. Сб. 1944 г. Иерусалим-М. -Минск. 2001, с. 209 - 210; СВЕТ Г. Русские евреи в сионизме и в строительстве Палестины и Израиля. В кн.: Книга о русском еврействе: от 1860-х годов до революции 1917 г. Иерусалим - М. -Минск. 2000, с. 262; SCHAP1RO L. The Role of the Jews in the Russian Revolutionary Movement. - The Slavonic and East Europen Review, 1961, December, vol. 15, N 94, p. 148; БУДНИЦКИЙ O.B. В чужом пиру похмелье (Евреи и русская революция). - ВЕУМ, 1996, N3 (13), с. 22.

14. КОНИ А. Ф. Сергей Юльевич Витте (Отрывочные воспоминания). М. 1925, с. 52 - 57.

15. Частное совещание земских деятелей, происходившее 6, 7, 8 и 9 ноября 1904 г. в Санкт-Петербурге. М. 1905, с. 26, 38, 143.

16. ПСЗ-3. Т. 24, ст. 25495; ВИТТЕ С. Ю. Ук. соч. Т. 2,, с. 316; ГАНЕЛИН Р. Ш., КЕЛЬНЕР В. Е. Ук. соч., с. 223; АЙЗЕНБЕРГ Л. М. Ук. соч., с. 33.

17. ВИНАВЕР М. М. Беседы с гр. С. Ю. Витте. - Новый Восход, 1915, N 9, стб. 6 - 7; Частное совещание земских деятелей, с. 153, 157, 172, 180.

18. Цит. по: ДУБНОВ СМ. Ук. соч., с. 387.

19. Государственный архив Российской Федерации (ГАРФ), ф. 434, оп. 1, д. 223.

20. ГАРФ, ф. 543, оп. 1, д. 512, л. 43 - 45; Рескрипт на имя министра внутренних дел Булыгина от 18 февраля 1905 г. В кн.: Законодательные акты переходного периода. 1904 - 1906. СПб. 1906, с. 27 - 28; Положение Комитета министров, утвержденное 8 июня 1905 г. Там же, с. 118, 190 - 191; Комитет министров о еврейском вопросе. СПб. 1906, с. 12 - 13.

21. Былое, 1918, N2(30), с. 132; Красный архив, 1924, N 6, с. 33; ВИТТЕ С. Ю. Ук. соч. Т. 2, с. 420, 202.

22. Былое, 1918, N2(30), с. 137; N12, кн. 6, с. 173; Русские финансы и европейская биржа в 1904 - 1906 г.г. М. -Л. 1926, с. 213 - 214.

23. ПСЗ-3. Т. 25, ст. 26803; Правительственный вестник, 18.X.1905; ВИТТЕ С. Ю. Ук. соч. Т. 3, с. 4; ВИНАВЕР М. М. Ук. соч., стб. 8.

24. СЛИОЗБЕРГ Г. Б. Дела минувших дней, с. 177 - 178; ВИНАВЕР М. М. Ук. соч., стб. 8 - 9.

25. АНАНЬИЧ Б. В., ТОЛСТАЯ Л. И. И. И. Толстой и "Кружок равноправия и братства". - Освободительное движение в России. Вып. 15. Саратов. 1992, с. 141 - 143; Воспоминания министра народного просвещения графа И. И. Толстого. М. 1997, с. 22 - 23, 147 - 148; МЫШ М. И. Руководство к русским законам о евреях. СПб. 1904, с. 360 - 361; РГИА, ф. 733, оп. 153, д. 3, л. 40 - 40об.; ВИТТЕ С. Ю. Ук. соч. Т. 3. Таллин - М. 1994, с. 311; Совет министров Российской империи 1905 - 1906 гг. Док. и мат-лы. Л. 1990, с. 196 - 199.

26. СЛИОЗБЕРГ Г. Б. Дела минувших дней, с. 173 - 174.

27. Петергофское совещание о проекте Государственной думы. Секретные протоколы. Berlin. 1905, с. 162 - 163; Законодательные акты переходного периода, с. 27 - 28; Материалы по учреждению Государственной думы. 1905. Вып. 1. СПб. 1905, с. 26 - 27, 125; ПСЗ-3. Т. 25, ст. 26656, 26661, 26662, 27029.

28. ВИТТЕ С. Ю. Ук. соч., т. 3, с. 209 - 210; т. 2, с. 434; Русские финансы, с. 229.

29. Красный архив, 1925, N3(10), с. 17 - 18; СЛИОЗБЕРГ Г. Б. Дела минувших дней, с. 183 - 184.

30. Материалы к истории русской контрреволюции. Т. 1. СПб. 1908, с. XCIV; ГАНЕЛИН Р. Ш. Первая Государственная дума в борьбе с черносотенством и погромами. - Освободительное движение в России. Вып. 15. Саратов. 1992, с. 114; ВИТТЕ С. Ю. Ук. соч. Т. 3, с. 80, 81, 84; ЛОПУХИН А. А. Отрывки из воспоминаний. М. -Пг. 1923, с. 75, 76, 81 - 91.

31. ЛОПУХИН А. А. Ук. соч., с. 81 - 91.

32. СЛИОЗБЕРГ Г. Б. Дела минувших дней, с. 185.

33. УСПЕНСКИЙ К. Н. Очерк царствования Николая II. - Голос минувшего, 1917, N 4, с. 34; ОСТРОВСКИЙ И. В. П. А. Столыпин и его время. Новосибирск. 1992, с. 37.

34. СЛИОЗБЕРГ Г. Б. Дела минувших дней, с. 186 - 188; ВИТТЕ С. Ю. Ук. соч. Т. 3, с. 312 - 313, 469; АЙЗЕНБЕРГ Л. М. Ук. соч., с. 32.

35. СЛИОЗБЕРГ Г. Б. Дела минувших дней, с. 188, 190.

36. Русские финансы, с. 271; ВИТТЕ С. Ю. Ук. соч., т. 3, с. 210.

37. Былое, 1917, N 4(26), с. 233.

38. ВИТТЕ С. Ю. Ук. соч. Т. 3, с. 237, 326 - 327.

39. ДУДАКОВ С. Ю. История одного мифа. М. 1993, с. 181; Красный архив, 1926, N 6 (19), с. 87 - 88, 90 - 91.

40. НЕЛИДОВ Ю. А. О потомстве Петра Павловича Шафирова. - Русский евгенический журнал. М. -Л. 1925, т. 3, вып. 1, с. 61 - 65; ВИТТЕ С. Ю. Ук. соч. Т. 1, с. 13; КАУФМАН А. Е. Черты из жизни гр. С. Ю. Витте. - Исторический вестник, 1915, т. 140, N 4, с. 227.

41. ВИТТЕ С. Ю. Ук. соч. Т. 3, с. 171, 367, 393 - 418, 464.

42. ТОЛСТОЙ И. И. Дневник. 1906 - 1916. СПб. 1997, с. 113, 301 - 302.

43. ВИТТЕ С. Ю. Ук. соч. Т. 3, с. 313; ГАНЕЛИН Р. Ш. Государственная дума и антисемитские циркуляры 1915 - 1916 годов. - ВЕУМ, 1995, N 3(10), с. 27.

44. BERNSTEIN H. Celebrities of our time. Interviews. N.Y. 1968, p. 24 - 25.

45. АЙЗЕНБЕРГ Л. М. Ук. соч., с. 36; ВИНАВЕР М. М. Ук. соч., стб. 7 - 8.


© biblioteka.by

Permanent link to this publication:

https://biblioteka.by/m/articles/view/ПОЛИТИКА-С-Ю-ВИТТЕ-ПО-ЕВРЕЙСКОМУ-ВОПРОСУ

Similar publications: LRussia LWorld Y G


Publisher:

Беларусь АнлайнContacts and other materials (articles, photo, files etc)

Author's official page at Libmonster: https://biblioteka.by/Libmonster

Find other author's materials at: Libmonster (all the World)GoogleYandex

Permanent link for scientific papers (for citations):

А. Б. МИНДЛИН, ПОЛИТИКА С. Ю. ВИТТЕ ПО "ЕВРЕЙСКОМУ ВОПРОСУ" // Minsk: Belarusian Electronic Library (BIBLIOTEKA.BY). Updated: 03.03.2021. URL: https://biblioteka.by/m/articles/view/ПОЛИТИКА-С-Ю-ВИТТЕ-ПО-ЕВРЕЙСКОМУ-ВОПРОСУ (date of access: 25.10.2021).

Publication author(s) - А. Б. МИНДЛИН:

А. Б. МИНДЛИН → other publications, search: Libmonster BelarusLibmonster WorldGoogleYandex


Comments:



Reviews of professional authors
Order by: 
Per page: 
 
  • There are no comments yet
Related topics
Publisher
Беларусь Анлайн
Минск, Belarus
146 views rating
03.03.2021 (236 days ago)
0 subscribers
Rating
0 votes
Related Articles
Визит Вселенского патриарха в Украину в августе этого года имел не только пастырский и политический, но и экуменический характер. Фактически он дал отмашку представителям Украинской греко-католической церкви и созданной в 2018 году Православной Церкви Украины для перехода к активному продвижению идеи «двойного сопричастия». При этом главную роль в выстраивании отношений с греко-католиками играют бывшие иерархи Московского патриархата.
4 days ago · From Orest Dovhanyuk
"GENE FACTORY" PRODUCTS
7 days ago · From Беларусь Анлайн
LIFE IN KEEPING WITH THE TIMES
Catalog: Разное 
11 days ago · From Беларусь Анлайн
"I'VE ALWAYS TIED IN LIFE WITH SCIENCE"
12 days ago · From Беларусь Анлайн
GAS ANALYZER SENSORS BY OPTOSENSE COMPANY
Catalog: Физика 
18 days ago · From Беларусь Анлайн
SQUARE FUEL ASSEMBLIES FOR WESTERN DESIGN REACTORS
Catalog: Физика 
18 days ago · From Беларусь Анлайн
BEYOND THE PALE OF POSSIBLE: HUMAN GENOME PROJECT
Catalog: Медицина 
18 days ago · From Беларусь Анлайн
INNOVATION PORTFOLIO
19 days ago · From Беларусь Анлайн
NUCLEAR POWER: A NEW APPROACH
Catalog: История 
19 days ago · From Беларусь Анлайн
UNIFIED NETWORK FOR CLIMATE MONITORING
Catalog: Экология 
19 days ago · From Беларусь Анлайн

Actual publications:

Latest ARTICLES:

BIBLIOTEKA.BY is a Belarusian open digital library, repository of author's heritage and archive

Register & start to create your original collection of articles, books, research, biographies, photographs, files. It's convenient and free. Click here to register as an author. Share with the world your works!
ПОЛИТИКА С. Ю. ВИТТЕ ПО "ЕВРЕЙСКОМУ ВОПРОСУ"
 

Contacts
Watch out for new publications: News only: Chat for Authors:

About · News · For Advertisers · Donate to Libmonster

Biblioteka ® All rights reserved.
2006-2021, BIBLIOTEKA.BY is a part of Libmonster, international library network (open map)
Keeping the heritage of Belarus


LIBMONSTER NETWORK ONE WORLD - ONE LIBRARY

US-Great Britain Sweden Serbia
Russia Belarus Ukraine Kazakhstan Moldova Tajikistan Estonia Russia-2 Belarus-2

Create and store your author's collection at Libmonster: articles, books, studies. Libmonster will spread your heritage all over the world (through a network of branches, partner libraries, search engines, social networks). You will be able to share a link to your profile with colleagues, students, readers and other interested parties, in order to acquaint them with your copyright heritage. After registration at your disposal - more than 100 tools for creating your own author's collection. It is free: it was, it is and always will be.

Download app for smartphones