"...Авиация флота в подготовке в мирное время должна... учиться бить флот противника, уметь бить корабли всех видов на морских пространствах, в движении. Авиация флота должна стать подлинной морской авиацией, чем в настоящее время не является". Эти слова взяты из выступления командующего морской авиацией Военно- Морского Флота генерал-лейтенанта Семена Федоровича Жаворонкова на одном из предвоенных совещаний высших военных руководителей СССР. Мало кто из тогдашних военных теоретиков страны рассматривал морскую авиацию в качестве серьезной силы в предстоящей войне. Считалось, что "морские самолеты" способны осуществлять разве что вспомогательные действия...

Молодой, талантливый военачальник решил изменить ход вещей. Свое желание сделать из авиации полнокровный род сил Военно-морского Флота, способный решать самые ответственные задачи, Семен Федорович настойчиво претворял в жизнь. В самых высоких сферах он отстаивал необходимость разработки и строительства настоящего "морского самолета, лодочного, поплавкового". Причем предлагал создать два типа такого самолета: "первый - дальний разведчик, он же минный заградитель"; второй - "корабельный самолет, он же самолет охраны водного района". К сожалению, за время, оставшееся до начала Великой Отечественной войны, решить эту задачу не удалось...

Тем не менее трудно переоценить вклад С. Ф. Жаворонкова в становление и развитие морской авиации СССР. Адмирал флота В. А. Касатонов, служивший в конце 30-х годов на Тихоокеанском флоте и часто встречавшийся с Семеном Федоровичем, отмечал:

"Меня всегда поражали его организаторский талант, эрудиция, глубокое знание оперативного искусства, смелые решения... На учениях он скрупулезно организовывал взаимодействие морской авиации с подводными силами флота. Совместные разборы учений для нас были хорошей школой".

А ведь авиация советского Военно-морского Флота могла бы и не получить такого настойчивого и талантливого командующего. До середины 20-х годов Семен Жаворонков и не помышлял о небе, занимаясь сугубо земными делами. Но судьбе было угодно, чтобы "сухопутный" политработник С. Ф. Жаворонков оторвался от земной тверди и, как бы оправдывая свою фамилию, "поднялся" в небеса. В 1926 году после окончания Военно-политической академии имени Ленина его направляют в Военно-Воздушные Силы и назначают помощником начальника Военно-технической школы по политчасти. Именно в это время согласно приказу политуправления РККА проводился в жизнь план "освежения и обновления партполитпросветработников в авиа-и воздух частях устойчивыми и выдержанными товарищами из полевых войск...".

Однако Семен Федорович не счел возможным для себя заниматься "чистой" политработой. Служба в новом для него роде войск обязывала знать и уметь делать все то, что и его подчиненные. Поэтому будущий маршал настойчиво учился, беря один академический рубеж за другим: в 1932 году он окончил Курсы усовершенствования комсостава при Военно-воздушной академии имени Жуковского, а в 1936 году, успешно пройдя обучение в Качинской военной авиашколе, освоил на тридцать пятом году жизни(!) профессию военного летчика. В 1936 году Жаворонков окончил Военно-воздушную академию имени Жуковского и, наконец, уже в послевоенный период прошел обучение на Высших академических курсах при Военной академии

стр. 70

Генерального штаба. Пять учебных заведений стали своеобразным фундаментом высокого мастерства и профессионализма Семена Федоровича.

После окончания Качинской военной авиационной школы Жаворонков командовал авиационной бригадой. О том как он справлялся со столь ответственной должностью, свидетельствует аттестация, составленная помощником командующего морскими силами Черного моря: "Бригада имеет большие успехи и крепко выросла в области тактической подготовки. За 1934 год Жаворонков вырос сильно в оперативно- тактических вопросах...". Через два года Семен Федорович уже возглавил 5-й тяжелобомбардировочный авиационный корпус, затем военно-воздушные силы Тихоокеанского флота, а в 1938 году - управление авиацией Военно-Морского Флота.

У Семена Федоровича было достаточно не только эрудиции и кругозора, но и смелости. Только человек, глубоко уверенный в своих организаторских способностях, в своих подчиненных и возможностях морской авиации, мог предложить И. В. Сталину в августе 1941 года совершить налет на столицу Германии - Берлин. И это в то время, когда войска вермахта успешно наступали на советской территории!

Тщательно все взвесив и просчитав, Жаворонков на одном из приемов у наркома ВМФ Н. Г. Кузнецова предложил послать на Берлин группу самолетов-торпедоносцев ДБ-3. Через три дня состоялась его повторная встреча с наркомом.

- Сталин дал согласие на проведение операции, - не без удовольствия сообщил Кузнецов. - Разрешил для нее взять из состава ВВС КБФ две эскадрильи, наиболее подготовленные для ночных полетов. Кроме того, Сталин сказал: поскольку Жаворонков внес это предложение, пошлите его и командовать этой операцией.

Задача по нанесению бомбового удара по Берлину была возложена на 1- й минно-торпедный полк, которым командовал полковник Е. Н. Преображенский. Под руководством С. Ф. Жаворонкова в кратчайший срок были проведены все подготовительные работы, и в ночь на 8 августа 13 самолетов ДБ-3 с аэродрома Кагул, расположенного в 15 километрах западнее города Курессааре (Кингисепп), отправились в дальний полет. Впоследствии были еще полеты на германскую столицу, но тот, первый, запомнился его участникам на всю жизнь. Командиру полка Е. Н. Преображенскому, летчикам В. А. Гречишникову, А. Я. Ефремову, М. Н. Плоткину и штурману П. И. Хохлову было присвоено звание Героя Советского Союза.

С. Ф. Жаворонков также успешно подготовил и руководил и рядом других операций. Среди них организация охраны "Дороги жизни, единственной коммуникации, связывавшей осажденный Ленинград с Большой землей. При поддержке наркома ВМФ Семен Федорович реализовал свою идею о "свободной охоте" - полетах одиночных самолетов-торпедоносцев со свободным поиском противника и с атакой обнаруженной цели. Только с середины до конца 1943 года было проведено 229 таких полетов, из которых 93 завершились торпедной атакой. Летчики морской авиации успешно действовали в операциях по прикрытию военных транспортов наших союзников. В феврале 1945 года Жаворонков блестяще справился с задачей правительства СССР по обеспечению перелета в Советский Союз делегаций стран - участниц Ялтинской конференции. Это далеко не полный перечень того, что было сделано под руководством Семена Федоровича в годы Великой Отечественной войны.

Соответственно вкладу нашего героя была и оценка его деятельности. В 1943 году ему присвоили звание генерал-полковника авиации, в 1944 году одному из первых в СССР - маршала авиации, наградили орденами Ленина, Красного Знамени, Нахимова I степени и другими.

В течение двух десятилетий С. Ф. Жаворонков был тесно связан с военной авиацией, без которой уже не мыслил своей жизни. Когда потребовалось, он сумел проявить свои организаторские способности и на новом поприще, связанном с гражданской авиацией. С 1946 года он был назначен заместителем, с 1949 года - начальником Главного управления Гражданского воздушного флота. С 1957 года Семен Федорович трудился в должности первого заместителя начальника этого управления. Под его руководством осваивались новые реактивные пассажирские самолеты, переоборудовались и строились аэропорты, готовились летные и технические кадры. Напряженный труд серьезно сказался на состоянии здоровья Семена Федоровича, и в 1959 году он ушел в запас, но не порвал с авиацией. До самой своей кончины в июне 1967 года плодотворно занимался научной деятельностью в Аэрофлоте.

стр. 71

Постоянный адрес данной публикации: