Libmonster ID: BY-1324
Author(s) of the publication: А. Э. Гетманский

Петр Александрович Валуев родился 28 сентября 1815 г. в подмосковном Царицыно, в родовитой дворянской семье. Валуевы - старинный русский дворянский род. Предок их литовский дворянин Окатья Вол прибыл в Москву в начале XIV столетия и принял здесь православную веру. Среди дворян Валуевых старинные русские летописи упоминают бояр и окольничих, воевод и предводителей полков и отрядов, думных бояр и дипломатов, ученых и государственных деятелей 1 . Они оставили свой след в Российской истории, вписали яркие страницы в военную историю Отечества. Отец Валуева Александр Петрович имел придворное звание камергер и служил в VI департаменте Сената. Мать - Елизавета Федоровна - принадлежала к древнему дворянскому роду Фонден-Бринкен, существовавшего еще во времена рыцарского Ливонского ордена 2 . У Валуевых было четверо детей: два сына - Петр и Родион и две дочери - Елизавета и Александра. Отец умер рано, и все заботы легли на плечи матери- женщины умной, образованной и честолюбивой.

В 1818 г. в возрасте трех лет Петр был пожалован званием пажа. Он получил прекрасное домашнее образование. Мать сделала многое для воспитания сына. Князь В. П. Мещеркий, хорошо знавший семью Валуевых, писал о юношеских годах Петра: "Когда ее сын кончил университетский курс, она (мать Валуева. - А. Г.) нашла, что он крупный невежда, поселилась в деревне и тут целых два года посвятила образованию сына. В этот курс входили иностранные языки, иностранная литература, история и, в особенности, упражнения для приобретения навыка и умения говорить. Молодой Валуев должен был перед своей матерью говорить в течение двух часов на известную тему - то по-русски, то по-французски, то по-немецки" 3 .

По окончании этого курса молодой Валуев возвратился из деревни вместе с матерью в Москву (она в то время была замужем вторым браком за Фелькерзамом) и окунулся в светскую жизнь. Уроки матери не прошли


Гетманский Александр Эдуардович - кандидат исторических наук.

стр. 58


бесследно. К 16 годам Петр Александрович приобрел глубокие знания, овладел шестью иностранными языками, обладал прекрасными манерами, был искусным оратором. Все это могло способствовать блестящей карьере молодого человека. Нужен был только случай, который открыл бы перед ним путь к служебной карьере, и такой случай вскоре представился.

Зимой 1831 г. Николай I с императорским двором был в Москве. На одном из придворных балов он обратил внимание на молодого Валуева, выделявшегося среди молодежи своими манерами и разговором. Петр был представлен императору 4 который сказал графу Д. Н. Блудову, что ему в Петербурге нужны образованные молодые люди. Это и стало началом карьеры Валуева.

В 1831 г. Валуев поступил на службу в канцелярию московского генерал- губернатора и затем в 1832 г. выдержал экзамен на первый чин губернского регистратора. Валуев начал служебную карьеру, имея серьезный фундамент знаний. Родовитость открывала широкие возможности для карьерного роста. Служба с самого начала складывалась удачливо. Вокруг московского генерал-губернатора Д. В. Голицына группировалась вся аристократическая молодежь того времени. Свою канцелярию князь считал резервом, из которого замещались все должности в губернии. Многие из воспитанников Голицына заняли впоследствии важные государственные должности.

Прослужив около трех лет в канцелярии московского генерал-губернатора, Валуев переехал в Петербург, где началась его служба в Собственной Его императорского величества канцелярии сначала в I, а с 1 января 1836 г. во II отделении, где он был прикомандирован к графу М. М. Сперанскому для участия в кодификации законов. В 1834 г. Валуеву было пожаловано звание камер-юнкера. Об этом периоде его жизни вспоминает А. Д. Комовский 5 , называя его "танцором-красавцем". О служебных его способностях пока ничего нельзя было еще сказать, зато его имя гремело в гостиных и залах петербургского фешенебельного общества, где он добился больших успехов, - в "роде Донжуанских".

Служебной карьере молодого Валуева в значительной мере помогли связи, приобретенные благодаря женитьбе в мае 1836 г. на дочери известного и близкого ко двору поэта П. А. Вяземского. От брака с Марией Петровной Вяземской у него было два сына - Александр и Петр и дочь Елизавета. Петр Валуев оказался введенным в столичное великосветское общество, в круг известных литераторов, музыкантов и общественных деятелей.

В доме своего тестя Валуев часто встречался с А. С. Пушкиным - близким другом Вяземского. Он обращает на себя внимание Александра Сергеевича и завоевывает его симпатию. Свидетельством тому явилось то, что именно Петр Валуев стал прототипом главного героя "Капитанской дочки" П. А. Гринева 6 . По-видимому, внешний вид и некоторые черты характера молодого Валуева были - в представлении поэта - близки его герою. В одном из ранних вариантов "Капитанской дочки" Пушкин намеревался назвать героя своей повести Валуевым. Валуев был у постели умиравшего Пушкина и не оставлял его дом до кончины поэта 7 .

В салоне вдовы историка и писателя Н. М. Карамзина Екатерины Андреевны молодой Валуев общался помимо Пушкина с В. А. Жуковским, А. И. Тургеневым, А. С. Хомяковым, А. И. Кошелевым и многими другими. Эти вечера, вспоминал Кошелев, "освежали и питали наши души и умы,

стр. 59


что в тогдашней душной петербургской атмосфере было для нас особенно полезно" 8 . Не прошли эти вечера бесследно и для молодого Валуева, здесь он не только приобрел знакомства, которые сыграют роль в его будущей карьере, но и развивал свой ум, совершенствовал ораторские способности, формировал политические убеждения.

Своему тестю Вяземскому Валуев был обязан не только тем, что тот ввел его в высшее общество Петербурга, познакомил с передовыми людьми того времени, способствуя быстрому продвижению по службе. Вяземскому были известны первые литературные опыты молодого Валуева, публикации которых он способствовал. Их объединяли не только родственные отношения, но и общие взгляды на многие актуальные для того времени вопросы.

Среда, в которой вращался молодой Валуев, способствовала формированию его мировоззрения и во многом определила его взгляды на жизнь, на власть, на государя и его внутреннюю политику. Многое из того, что будет отличать Петра Александровича в будущем, когда он займет высокие посты, было заложено в молодые годы той средой и тем интеллектуальным кругом общения, в котором он вращался.

В конце 1839 г., по возвращении из своего первого заграничного путешествия по Германии и Италии, Валуев сходится с группой аристократической фрондирующей молодежи (К. В. Браницким-Корчаком, И. С. Гагариным, Б. А. Голицыным, А. Н. Долгоруким, Н. А. Жерве, Ф. И. Паскевичем, С. В. Долгоруким, А. А. Столыпиным (Монго), Д. И. Фредериксом, А. П. Шуваловым), известной под названием "кружок шестнадцати", в который входил и М. Ю. Лермонтов. Идейным руководителем кружка был Иван Сергеевич Гагарин, вернувшийся в то время в Россию из Европы, где он служил на дипломатическом поприще. Знакомство с европейской политической, экономической, научной, литературной жизнью привели Гагарина к размышлениям о месте России среди европейских народов, ее дальнейшем развитии. Общение с Гагариным бесспорно повлияло на формирование политических взглядов Валуева. Вероятно именно здесь складывались и утверждались его западнические идеи, ставшие основой мировоззрения в более поздние годы.

Весной 1840 г. кружок распался, большинство его членов покинули Петербург. Внезапный отъезд был вынужденным, так как кружок попал под подозрение полиции и только высокопоставленные родственники, опекавшие его членов, часть из которых были приближенными Николая I, добились, чтобы кружковцы избежали наказания. Вероятно Валуева взял под защиту Вяземский, бывший в курсе дел своего зятя. Во всяком случае Петр Александрович остался в Петербурге. С Лермонтовым у него сложились дружеские отношения. Поэт встречался с молодой четой Валуевых у них дома, у Карамзиных, Вяземских и у других общих знакомых. Лермонтов провожал Валуева в заграничное путешествие 27 июля 1839 года.

В 1843 г. Валуев занял свое место за обер-прокурорским столом в Сенате, а в 1845 г. был назначен чиновником особых поручений при рижском генерал- губернаторе Е. А. Головине. Блестящее воспитание, отличное образование, великолепное знание европейских языков и сочувственное отношение к существующим в Прибалтийских губерниях порядкам, наряду с трудолюбием и личной порядочностью позволили Валуеву приобрести большие симпатии местного дворянства.

Будучи чиновником особых поручений и занимая другие должности

стр. 60


при рижских генерал-губернаторах Е. А. Головине (1845 - 1848 гг.) и А. А. Суворове (1848 - 1853 гг.), Валуев перевел на русский язык различные законопроекты и участвовал в работе комиссии по составлению проекта нового устройства и управления города Риги (1849 г.), а также председательствовал в комиссии по пересмотру торговых постановлений в остзейских губерниях (1850 г.). Валуев отличался своим искусством писать официальные доклады и записки, но, пожалуй, более всего искусным лавированием между противоположными течениями в среде чиновничества, способностью быть привлекательным одновременно даже враждебным лицам. Это качество Петр Александрович довел буквально до совершенства, он активно и умело пользовался им в своей тактике, что позволяло ему решать весьма сложные проблемы. Умение найти разумный компромисс и наиболее подходящее для данного случая решение вопроса, примирить различные точки зрения помогало Валуеву в его восхождении к вершинам власти.

В 1852г. он получил чин действительного статского советника, а в 1853 г. возведенный в звание камергера был назначен Курляндским гражданским губернатором. На этом поприще он достаточно ярко и энергично проявил себя, был отмечен различными наградами, благодарностями и "высочайшими благоволениями". Губернаторская деятельность позволяла постоянно находиться в поле зрения правящей элиты, в том числе и лично императора; имя молодого губернатора все время было на слуху.

Валуеву были близки остзейские порядки. Не случайно многие его недоброжелатели именовали его "остзейским немцем", обвиняли его в чуждости всему русскому, в незнании России и пристрастии ко всему немецкому. Очевидно известную роль сыграло в этом и то, что Валуев по своему происхождению (по матери) был наполовину немцем. В своем большинстве эти остзейские упреки были несправедливы и субъективны, но факт остается фактом - Валуев всю жизнь сохранял особый интерес к прибалтийским делам и не без основания считал себя специалистом по остзейским проблемам.

Супруга Валуева Мария Петровна умерла в 1849 году. Однако добрые отношения с Петром Андреевичем Вяземским сохранились. Он во многом способствовал развитию валуевского литературного дара. Склонность к написанию критических заметок проявилась у будущего министра еще в середине сороковых годов. В одной из них он высказывал беспокойство по поводу принятого порядка на гражданской службе в России, когда и способные чиновники, и ленивые бездари повышались в чине без учета их заслуг, исключительно по выслуге лет. Эта записка, хотя и осталась в столе автора, но способствовала укреплению уверенности молодого и амбициозного автора в его литературных способностях.

Иную судьбу имела его рукописная записка "Дума русского во второй половине 1855 г.", написанная в сентябре 1855 года. В печатном виде она появилась только в 1891 г., но уже в рукописи получила весьма широкое распространение и обратила на себя внимание высшего света, государственной и правительственной элиты, императора и членов царствующего дома.

Поводом для написания записки послужили события Крымской войны, трагическая оборона Севастополя. В своей записке Валуев подвергал критике различные стороны правительственной политики и государственного

стр. 61


управления, дипломатию, руководство военным ведомством, инертность и равнодушие чиновников, крайнюю централизацию управления, официальную ложь правительственных кругов. Он указывал на политику геноцида по отношению к раскольникам и неправославным, рассуждал об "опеке над мыслью", приводящей к пренебрежению и унижению человеческой личности. На бумаге государственная система выглядела безупречной, в действительности же, как писал Валуев, оказалось что "сверху блеск, внизу гниль" 9 . В этой записке отмечался только один положительный факт - деятельность морского министерства, которое курировал вел. кн. Константин Николаевич, родной брат Александра II. Здесь без сомнения проявился конъюнктурный подход Валуева.

Будучи честолюбивым, умным и опытным бюрократом, Валуев пытался выйти непосредственно на Александра II. Лучше чем кто-либо другой это мог сделать вел. кн. Константин Николаевич, с которым император в то время очень считался и внимательно прислушивался к его советам. И Валуев не ошибся, сделав ставку на великого князя и вдову его дяди вел. кн. Михаила Павловича великую княгиню Елену Павловну - наиболее верных сподвижников Александра II, заметно выделявшихся на фоне общего окружения монарха своими либеральными взглядами.

"Дума русского" была одним из наиболее значительных рукописных сочинений подобного жанра во второй половине XIX в., но она не сыграла сколько-нибудь заметной роли в истории Российской империи, если не считать, пожалуй, деятельности вел. кн. Константина Николаевича, направленной на улучшение работы морского министерства. После смерти первой супруги, Валуев женился на Анне Ивановне Вакульской, от брака с которой у него в 1856 г. родился сын Николай.

В апреле 1858 г. закончился прибалтийский период жизни Валуева. Он был назначен директором II Департамента Министерства государственных имуществ, которое возглавлял М. Н. Муравьев. Начался петербургский виток карьеры. В начале 1859 г. он назначается директором III Департамента, ведавшего вопросами сельского хозяйства. Таким образом Валуев управлял в Министерстве государственных имуществ двумя департаментами из четырех. Кроме того он был назначен председателем Ученого комитета этого министерства. Валуев быстро приобрел расположение Муравьева и стал буквально правой рукой министра. В 1860 г. он помогает Муравьеву в борьбе против разработанного Редакционными комиссиями проекта отмены крепостного права. Эта помощь заключалась в том, что, будучи, по его собственному выражению, "пером оппозиции", он принимал "косвенное участие" в разработке "проекта трех членов", авторами которого были шеф жандармов В. А. Долгоруков, министр государственных имуществ М. Н. Муравьев и примкнувший к ним министр финансов А. М. Княжевич. Несмотря на то, что у Валуева душа не лежала к этой работе, у него и авторов проекта были общие точки зрения на крестьянскую реформу: в главном он разделял стремление "оппозиционеров" - сохранить привилегии дворян. Условия, на которых крестьяне получали личную свободу и земельные наделы, представлялись Валуеву чересчур обременительными для помещиков. "Проект трех членов" был отвергнут большинством членов Главного комитета по крестьянскому делу, так как он создал бы значительно большие возможности для дворян в деле ограбления крестьян в период реформы.

Валуев вернулся в Петербург уже сформировавшимся политиком с оп-

стр. 62


ределенными принципами, честолюбивыми планами и достаточно широкой благодаря "Думе русского" известностью. Ему удается занять в столице видное положение. Награды, звания и регалии сыпались как из рога изобилия. В течение 1859г. Валуев получает чин тайного советника, звание статс-секретаря, ему дважды увеличивают жалование и, наконец, он награждается 5 тыс. рублей серебром. Пожизненно Валуев получал 5 тыс. рублей в год (вместо пожалованной ему долгосрочной земельной ренты).

7 января 1861 г. он был назначен управляющим делами Комитета министров. При этом он сохранил, во всяком случае официально, хорошее отношение к своему бывшему министру, который ходатайствовал об оставлении его председателем Ученого комитета Министерства государственных имуществ. Впрочем это предложение Валуев отклонил, не желая связывать себя близкими отношениями с бывшим начальником.

23 апреля 1861 г., вскоре после обнародования положения об отмене крепостного права, он был назначен управляющим Министерством внутренних дел, а в конце того же года утвержден в должности министра внутренних дел, заняв ключевой пост в кабинете Российской империи.

Выбор Александра II пал на Валуева явно не случайно. Прежний министр С. С. Ланской, при котором разрабатывалась крестьянская реформа, вызывал наряду с другими ее авторами недовольство помещиков, обиженных условиями отмены крепостного права. Особую ненависть вызывал главный деятель крестьянской реформы Н. А. Милютин. Император, чтобы успокоить дворянство, решил удалить от дел либерально настроенных разработчиков реформы и их сторонников, передав ее реализацию в руки более умеренных чиновников. Валуев, уже знакомый императору по губернаторству в Курляндии и докладам по Комитету министров, представлялся Александру II именно таким человеком. Новый министр должен был импонировать дворянству и никоим образом не быть связанным с работой Редакционных комиссий. Да к тому же нужен был человек, чье имя было бы не на слуху.

Ставка Александра II на Валуева, оказавшегося в нужное для России время на нужном месте, была удачной и своевременной. Биограф Александра II С. С. Татищев отмечал, что назначение нового министра внутренних дел "получило определенное политическое значение, как указание на желание государя в дальнейшем направлении крестьянского дела принять в соображение законные интересы дворян, а также изгладить то раздражающее впечатление, что привело на большинство землевладельцев недоверчивое и даже пренебрежительное отношение к поместному дворянству органов администрации" 10 .

Назначение Валуева министром внутренних дел было несколько неожиданным и даже вызвало целый поток разноречивых суждений, толков и мнений. По мнению сенатора К. Н. Лебедева, Валуев "человек весьма гибкий и ловкий... Выбор прекрасный. Он умеет себя поставить и при самостоятельном положении дел сумеет повести дело". Граф Д. Н. Толстой писал, что "Валуева не знали, но знали, что он не принадлежит ни к какой партии. Знали, что его назначение... истекало из личного выбора государя и ожидали от него много" 11 .

Впрочем далеко не у всех современников назначение Валуева вызвало положительную реакцию. Е. Н. Феоктистов глубоко сожалел, что во главе Министерства внутренних дел "очутился такой пустой и ничтожный фразер,

стр. 63


как Валуев". Н. И. Иорданский утверждал, что последний является "защитником идеи о политическом преобладании дворянского сословия и сторонником умеренно-либеральных реформ. Это политика вновь привлекла к правительству дворянскую знать" 12 .

Одним словом среди современников не было единого мнения о назначении Валуева министром внутренних дел: слишком различны были оценки отмены крепостного права и путей проведения крестьянской реформы, которые к тому же предстояло осуществить именно новому министру внутренних дел. Для многих Валуев был "темной лошадкой", не примыкавшей ни к одной из противоборствующих сторон.

Вообще идентифицировать политическое лицо Валуева крайне сложно. В отечественной историографии нет определенного мнения, кем был Петр Александрович - консерватором, либералом, нейтральным политиком или центристом. Большинство историков придерживается мнения, что Валуев был консерватором. Н. М. Пирумова называет его "умным консерватором"; В. А. Твардовская - "умеренно-консервативным и разумным консерватором"; Г. П. Иванова уточняет, что "консерватизм Валуева не был патриархальным, бытовым"; Р. Г. Эймонтова считает, что Валуев был "выразителем просвещенного консерватизма"; В. Г. Чернуха - "видным государственным деятелем консервативного направления"; В. Я. Гросул - "близким к консервативным кругам"; а Л. Г. Захарова - "чужим в среде либеральной бюрократии" 13 .

Но некоторые историки считали Валуева склонным к либерализму, хотя последний причудливо сочетался у него (как у большинства русских либералов 60 - 70 годов XIX в.) с бюрократизмом и крепостничеством. С. С. Волк считал Валуева "склонным к внешнему либерализму"; Б. П. Балуев, что Валуев более назывался либералом, нежели был им на самом деле. В целом отечественные историки больше склонялись к тому, что Валуев стоял на псевдолиберальных позициях. Н. П. Ерошкин называл царского министра "умеренным", а М. Н. Покровский вообще считал, что Валуев был "свободен от политических принципов" 14 .

У Валуева была характерная черта - уникальная способность лавировать между крайними мнениями. Недаром за ним закрепилась кличка "Виляев". Н. А. Троицкий называл его "придворным флюгером", а М. И. Хейфец "дельцом, умевшим быстро перекрашиваться в зависимости от обстоятельств" 15 .

Валуев зачастую не выражал прямо своего мнения, а действовал строго согласно желаниям Александр II, который метался между реформами к реакцией. "Умение покоряться и примиряться ... наделяли Валуева необходимой политической гибкостью, которая всегда затрудняла идентификацию его подлинного лица". В свою очередь и А. А. По ловцов подчеркивал: "ни одна партия не считала Валуева своим. Для радикалов он был завзятым реакционером, а реакционеров - опасным радикалом. Либеральные слова Валуева пугали консерваторов и реакционеров. Реакционные действия, вероломно противоречившие либеральным словам, навлекали на него ненависть либералов и радикалов" 16 .

Прослеживая эволюцию политических взглядов Валуева, можно сказать, что он не был в сущности ни либералом, ни консерватором, а являлся центристом, колебавшимся то влево, то вправо, в зависимости от политической конъюнктуры. Именно центризм, гибкость и готовность к комп-

стр. 64


ромиссу с правыми и левыми помогли ему перенести чехарду министерских перестановок, разработать и провести в жизнь ряд великих реформ александровской эпохи, стать одним из ведущих российских политиков и так долго играть ведущую роль в правительстве. В конечном счете речь идет даже не о тактике центризма, а об идеологии, которую он исповедовал, определяя свое отношение к базовым ценностям либерализма и консерватизма, соотношение которых в мировоззрении Валуева заметно изменялось в зависимости от той или иной идейной доминанты.

Став министром внутренних дел Валуев получил от императора установку на претворение в жизнь крестьянской реформы, чему им и уделялось пристальное внимание. Несмотря на свои взгляды по крестьянскому вопросу, он много сделал для того, чтобы крестьянская реформа приняла необратимый характер. Это было нелегким делом, потому что реформа 1861 г. тесно соприкасалась с социальным движением низов. Россия опасно балансировала между реформой и революционным взрывом, которого Валуев ни в коем случае не хотел допустить и делал все для его предотвращения.

В деле реализации крестьянкой реформы Валуев действовал весьма осторожно, избегая крайностей, тонко лавируя между различными политическими силами, умело сочетая либеральные мотивы и консервативные поступки. Он оправдал ожидание императора и не известно как бы пошла крестьянская реформа, если бы у ее руля не стоял такой умудренный жизненным опытом политик, осторожный, гибкий и ловкий бюрократ, искусный царедворец. Уже на первых шагах его министерство начинает вести жесткую борьбу с либеральными губернаторами и той сравнительно небольшой группой мировых посредников первого призыва, которые не защищали узкосословные интересы помещиков. Такие губернаторы как Н. К. Грот, А. Н. Муравьев и В. А. Арцимович вскоре были уволены, как и либерально настроенные мировые посредники, замененные более "благонамеренными".

Валуев организовал тотальный контроль со стороны государства за жизнью и деятельностью крестьянства на местах. Под непосредственным контролем Валуева с мая по октябрь 1861 г. была образована 8751 волость с органами крестьянского самоуправления. Темпы для неповоротливого российского чиновничьего аппарата просто поразительные! Но именно это позволило решить главную задачу, поставленную перед Валуевым - задушить крестьянские выступления. По официальным данным валуевского министерства, с марта по май 1861 г. произошло 647 случаев открытого неповиновения крестьян, бунтами были охвачены 1660 сел и деревень. С целью наведения порядка и усмирения бунтующих крестьян министр дал санкции губернаторам и местной власти жесткой рукой террора наводить порядок и в этом не допускал даже малейшего компромисса с крестьянством. Перед ним стояла одна задача - подчинить крестьян-бунтовщиков власти государства.

Александр II мог быть доволен действиями своего министра внутренних дел. Валуевская жесткость, твердость и постоянный контроль за исполнением своих директив и указаний позволили не допустить разрастания крестьянских бунтов на местах до общенационального восстания. По сути дела, Валуев сумел сравнительно малой кровью предупредить всероссийское крестьянское восстание, которое могло быть спровоцировано властью в связи с Положением 19 февраля 1861 года.

стр. 65


Иным было отношение Валуева к дворянству. Он считал, что оно серьезно обижено условиями акта об отмене крепостного права, и в силу своих возможностей пытался защитить интересы дворян. Сам выходец из старинного дворянского рода, он остро ощущал корпоративное единство дворянского сословия. И хотя Валуев лично не владел ни имениями, ни крестьянами и сам ничего не потерял в результате крестьянской реформы, он был убежденным защитником дворянства и поборником неприкосновенности частной собственности, в том числе и на землю.

Валуев сделал все для того, чтобы продлить столь выгодную помещикам барщинную систему. Он был инициатором закона 27 июня 1862 г., по которому помещикам предоставлялось право переводить крестьян на выкуп при условии отбывания ими барщинных повинностей вместо оговоренного в Положении перевода крестьян на выкуп, при единственном условии, что они перед этим были переведены на оброк. Последовательно защищая сословно-дворянские интересы, он тесно увязывал их с задачами экономического развития страны.

Второй не менее важной задачей, стоящей перед Министерством внутренних дел, была разработка проекта закона о земских учреждениях. Земская реформа была непосредственным продолжением крестьянской реформы, дополнением ее в области административной. Необходимо было приспособить самодержавие к потребностям капиталистического развития страны. В. В. Гармиза доказал, что разработчиком земской реформы был именно Валуев: "Основания земской реформы были выработаны при Валуеве и под его общим руководством" 17 .

Отношение к земской реформе у Валуева не было однозначным. Об этом свидетельствовала его записка шефу жандармов В. А. Долгорукову "О внутреннем состоянии России" от 22 июня 1862 года. В ней Валуев писал: "Правительство находится в состоянии изоляции. Дворянство ... не понимает своих истинных интересов, недовольно, возбуждено, ... раздроблено на множество различных течений. Купечество ... не пользуется доверием и не оказывает никакого полезного воздействия на массы. Духовенство содержит в самом себе элементы беспорядка... и обладает влиянием ... когда имеет тенденцию принести вред. Крестьяне ... образуют беспокойную массу, подверженную влиянию опасных иллюзий и несбыточных надежд. Армия ... главная основа общественного порядка ... не представляет собой гарантии абсолютной безопасности" 18 . Далее Валуев отмечал, что преданность царю и монархии в правительстве подорвана, в нем нет единства. Пресса и молодежь находятся в оппозиции властям.

Нарисовав эту нерадостную картину внутриполитической жизни страны, Валуев искал выход из создавшегося положения, считая, что в этих условиях следует немедленно проводить земскую реформу. В своем проекте земской реформы Валуев пытался вернуть дворянству утраченные благодаря крестьянской реформе позиции, предоставить дворянскому сословию привилегии при выборах в земские собрания, что и оговорить в законе. Валуев опасался, что крестьянство станет преобладающим классом в земстве. Обсуждение валуевского проекта в Государственном совете шло очень непросто. "Туго, тяжело, тупо, невежественно, - писал Валуев, - но делать нечего. Надо вытерпеть,... я не знаю, где искать те аргументы, которые для этих господ пригодны, и здесь видно нужно терпение" 19 .1 января 1864 г. Александр II утвердил "Положение о губернских и уездных земских учреждениях".

стр. 66


Ни у Александра II, ни у правительственной элиты не было оснований предъявлять Валуеву претензии по земскому законодательству. Министр сделал все, для того чтобы не поколебать самодержавные устои царской России, и этот вариант устраивал всех и, в первую очередь, конечно, Александра П. В сложившейся обстановке принципы, положенные Валуевым в основу земской реформы, были самыми оптимальными и приемлемыми для власти. В сложившейся обстановке земство являлось наиболее логичным и политически верным шагом.

Валуев принадлежал к числу немногих политических деятелей эпохи Александра II, располагавших своей политической программой. Она состояла из двух частей. Первая касалась реформы Государственного совета, а вторая включала в себя вопросы, связанные с созданием объединенного правительства (Кабинета министров). Валуев стремился обеспечить сохранение самодержавной власти путем некоторой модернизации ее форм. Базисом этой программы была реформа Государственного совета на началах дворянского представительства и создание правительства под руководством премьер- министра. С помощью представительства Валуев надеялся примириться с дворянством, создать почву для сотрудничества правительства и общества, решить национальный вопрос, усовершенствовать законодательный процесс. Умеренно-либеральная программа Валуева вполне соответствовала духу времени.

Валуев отлично знал насколько негативно относится император к любым конституционным проектам. Александр II просто органически не выносил разговоров на эту тему. Осторожный Валуев вел тонкую игру, не форсировал события, долго выжидал момента для того, чтобы поднять этот вопрос перед императором.

И такой момент Валуев нашел, когда в начале 1863 г. началось национально- освободительное движение в Царстве Польском, усилились выступления дворян, требовавших участия в политической жизни страны взамен ущемления экономических прав, и активизировалось революционное движение. Валуев воспользовался этими внутриполитическими трудностями и обратился к царю с проектом своей конституции.

Свои предложения он изложил в записке от 13 февраля 1863 года. Обосновывая необходимость реформы, Валуев указывал на необходимость определенных уступок полякам во избежание европейской войны, на разобщенность правительственных мер и на "волнение умов", на происки революционной пропаганды, подрывающей государственные устои. Он подчеркивал необходимость быстрейшего осуществления реформы Государственного совета, ради консолидации всех сил вокруг трона в это нелегкое для страны время.

Фундаментом валуевского проекта преобразования Государственного совета являлся проект земской реформы, работа над которым в 1863г. подходила к завершению. Оба проекта были связаны друг с другом и проект конституции как бы венчал земскую реформу. На специальном совещании большинство присутствующих отнеслось к идее конституции весьма сдержанно. Вечно колеблющийся Александр II не поддержал валуевский проект. С досадой Валуев писал в дневнике: "Государь ввиду большинства решил, что теперь ничего не следует делать". Слова Александра II о готовности пойти на конституционные шаги в "будущем" он воспринял не как оговорку, а как отсрочку.

стр. 67


Разработку проекта реформы Государственного совета Валуев закончил к середине ноября 1863 года. По валуевской схеме совет сохранял законосовещательные функции, становился верхней палатой. Нижнюю же составлял Съезд государственных гласных, включающий в себя выборных от земств, городов, окраинных областей, не имеющих земских учреждений. Пятая часть состава Съезда назначалась высочайшей властью. Связь между палатами осуществлялась с помощью 16 депутатов Съезда, участвующих в заседаниях Государственного совета. Компетенция Съезда была достаточно широка, но его решения не имели законодательной силы. Заключения Съезда должны были поступать на рассмотрение одного из департаментов Государственного совета, а оттуда на общее собрание. В сущности Съезд государственных гласных представлял собой как бы подготовительную комиссию при Государственном совете. А сам Государственный совет в свою очередь оставался законосовещательным органом при царе, не обладавшим к тому же собственной инициативой.

Валуевская схема реорганизации Государственного совета не ломала конструкции последнего и не посягала на прерогативы самодержавной власти. Но создание Съезда государственных гласных, привлекая дворянство к предварительной разработке тех или иных вопросов, отчасти, удовлетворяло бы его чаяния, поставило бы государственную власть в определенные законные рамки и создавало бы несколько больший простор общественному мнению, чего и хотел добиться Валуев.

В ноябре 1863г. Валуев вновь представил императору свой проект реформирования Государственного совета. Александр II и на этот раз вернул проект автору, даже не обсуждая его. "Он забыл, - записал Валуев в дневнике, - что говорил в апреле насчет мысли о преобразовании Государственного совета и теперь сказал, что эту мысль с самого начала будто бы отвергнул" и далее: "Бурбоны ничему не научились и ничего не забыли" 20 . Монарх безоговорочно отказал Валуеву и даже для проформы не поставил вопрос на обсуждение, утвердившись в своем личном отрицательном решении.

Современники Валуева не воспринимали всерьез необходимость конституционных преобразований в России. А. А. Кизеветтер считал, что "этот проект есть фикция удовлетворения дворянства" 21 . Общее мнение современников: валуевская конституция чистая декларация, предназначенная для отвода глаз в Европе. Валуевский конституционный проект был сдан в архив, а сам автор был вынужден вновь расстаться с "заветной мыслью" о введении представительных начал в государственное управление.

Одним из тезисов Валуева была идея объединенного правительства. По его мнению, правительство не располагало единой стратегической линией, каждый министр в зависимости от своей близости к Александру II решал собственные ведомственные вопросы. Каждый в правительстве играл свою роль и не пытался вписаться в общий правительственный ансамбль. Валуев же предлагал создать учреждение типа европейского кабинета, возглавляемого премьер-министром и состоящим из представителей одного политического направления. Такое учреждение по мысли Валуева должно было вырабатывать согласованное предложение министров и лишь после этого представлять его на рассмотрение императора, которому, по сути дела, и предстояло иметь дело с коллективным мнением министров и по логике вещей в большей степени считаться с последними.

стр. 68


Такое учреждение должно было гарантировать правительственную политику от случайных императорских решений. Александр II же ощущал в валуевских предложениях угрозу собственной власти, самодержавию. В конечном итоге инициатива Валуева привела к реконструированию Совета министров, получившего юридический статус. Валуеву не удалось хоть как-то приблизиться к европейским правительственным формам. Самодержец же ни в коем случае не желал отрекаться даже от малой части своих прерогатив. Правда 13 января 1865 г. председательствование в Государственном совете было отделено от Комитета министров, о чем Валуев ходатайствовал еще в 1861 году. Но в целом Валуев потерпел поражение, столкнувшись с решительным нежеланием императора что-либо менять в существующей форме государственного управления.

Петр Александрович был глубоко верующим человеком. Он живо интересовался всем происходящим в православной церкви, был знаком и переписывался со многими иерархами православной церкви. С особой симпатией он относился к протестантизму, терпимо к раскольникам, отстаивал свободу совести.

Валуев задолго до своего министерского поста пришел к выводу, что православная церковь, также как и гражданское общество, нуждается в переменах. Став же министром, Валуев поставил реформу церкви в число вопросов первоочередной важности. 18 августа 1861 г. Валуев направляет Александру II записку в которой предлагает реформировать церковь. Император проявил интерес к этой проблеме и Валуев вскоре представил соответствующий проект. После встречи с митрополитом Филаретом, где были согласованы основные положения реформы, по предложению министра был создан комитет под председательством вел. кн. Константина Николаевича. Валуев рассчитывал перейти незамедлительно к работе над реформой, предполагая сделать это открыто, но встретил прямое сопротивление председателя комитета, несогласного с валуевской программой.

Стоически преодолевая возникшие препятствия, Валуев продолжал работу над реформой. "Церковная реформа, - считает С. С. Римский, - не являлась для Валуева самоцелью. Ее он рассматривал только в контексте собственной концепции изменения конфессиональной политики государства в новых условиях. Основным элементом новой политики по его замыслу должна была стать веротерпимость, но при самостоятельном сохранении православной церковью лидирующих позиций. Помочь в этом церкви и должна была затеваемая реформа" 22 .

Как только вел. кн. Константин Николаевич уехал в Польшу наместником, Валуев провел через императора указ о создании комитета нового состава и создании при Синоде из духовных и светских лиц Особого присутствия. Идея последнего принадлежала лично Валуеву, он видел в нем механизм проведения в жизнь церковной реформы. Этот механизм, как показало время, оказался весьма действенным и оптимальным в конкретных условиях царской России. Другой механизм вряд ли смог бы сработать, в условиях, когда церковные иерархи, не желавшие этой реформы, всячески тормозили ее осуществление. Именно благодаря Присутствию церковная реформа медленно, но двигалась вперед. 21 марта 1863 г. Присутствие утвердило программу действий, которая от первого до последнего слова была написана Валуевым. Вскоре и на местах учредили губернские Присутствия в составе первых лиц церковной и гражданской администрации.

стр. 69


Вся структура Присутствия держалась на Валуеве, пока он был министром внутренних дел. Он был генератором идей, готовил документы и проталкивал их через несговорчивых православных иерархов и представителей светской власти. Он умел уговорить, найти компромисс, настоять на своей точке зрения. Именно он и тянул весь этот тяжелый воз. Во всяком случае, с его уходом все явные и скрытые противоречия в Синоде, а следовательно и в Присутствии, вспыхнули с новой силой.

Автора и проводника в жизнь церковной реформы столпы Русской православной церкви не только ненавидели, но и зная его характер и то положение, какое он занимал во власти, побаивались. Пе имея возможности идти с ним на открытый конфликт, церковь старалась всеми силами представить Валуева врагом Русской православной церкви. Основной противник его церковной реформы митрополит Филарет прямо называл Валуева "врагом и гонителем православия, поляком с примесью немца" 23 .

Валуев выступал против преследования раскольников и был за сближение с ними Русской православной церкви, но резко протестовал против насильственных форм обращения их в православие. Он крайне отрицательно относился к административным преследованиям раскольников, допуская их только применительно к изуверским сектам, посягающим на личность верующего человека. А. В. Головнин отмечал, что Валуев являлся "человеколюбивым и исполненным терпимости относительно раскольников" 24 .

Главную цель церковной реформы Валуев видел в повышении авторитета в народе православного приходского духовенства. Он считал, что если избавить приходское духовенство от унизительной необходимости выпрашивать плату за требоисправления, упразднить законы, отгораживающие духовенство от общества, дать ему возможность учить крестьянских детей, повысив профессиональную подготовку, то цель будет достигнута. Царский министр ошибся, все оказалось гораздо сложнее.

С одной стороны, успех валуевской церковной реформы был налицо - была ликвидирована сословная замкнутость, сокращены причты и приходы, оживилась жизнь приходской общины, расширились права духовенства, на законодательной основе духовенство получило возможность широкого участия в начальном образовании народа. С другой стороны, валуевская церковная реформа не выполнила главного своего предназначения - подавляющее большинство сельского духовенства осталось нищим и бедным, каким оно было и к началу реформы. Реформа церкви дала определенные положительные результаты, хотя и не в том объеме и не том качестве, как добивался Валуев.

Валуев лучше, чем кто-либо из царских министров, понимал силу прессы. Вся его деятельность на посту министра внутренних дел была направлена на полное подчинение прессы своему влиянию и максимальное использование ее в интересах господствующих классов. Валуев начал массированную атаку против Министерства народного просвещения в чьем ведении находилась цензура, и не без поддержки царя прибрал ее к своим рукам. Александр II полагал, что Валуев наведет в сложном хозяйстве прессы и в журналистике должный порядок и поставит поднявшую голову прессу на место, втиснув ее в жесткие рамки цензуры. Император не ошибся в своем министре.

12 мая 1862 г. правительство ввело в действие "Временные правила а печати". Новый закон стал работать, и очень скоро все - от издателей до

стр. 70


журналистов- ощутили "прелести" карательной цензуры. Цензурное ведомство строго следовало указаниям Валуева и неукоснительно проводило его политику в жизнь. "Владыка цензуры" быстро подмял под себя прессу, действия Валуева полностью устраивали монарха и власть.

Получив права на цензуру, Валуев с присущей ему энергией взялся за разработку нового закона о печати. Новый цензурный устав был утвержден 6 апреля 1865 г. и на этот раз именовался "Временными правилами о печати". Закон был введен в действие с 1 сентября того же года и уже менее чем через 3 недели последовало первое по времени валуевское предостережение периодическому изданию - "Санкт-Петербургским ведомостям".

Современники очень скоро поняли смысл нового законодательства. А. А. Корнилов пиал: "Валуев с упорством маньяка преследовал свою идею подчинить печать своему влиянию и сделать ее благонамеренной на свой образец" 25 , а А. Н. Энгельгардт заявил, что "время управления Валуевым с 1863 по 1868 год является эпохой непристойного литературного террора" 26 . В прессе закон о печати 1865 г. был сразу же назван "валуевским", впрочем от этого авторства Валуев никогда не отказывался.

Валуев постоянно дорабатывал закон о печати, внося изменения в соответствии с текущей обстановкой и волей императора. Так, свой закон

стр. 71


о печати 10 августа 1865 г. он дополнил циркуляром, которым должны были руководствоваться губернаторы при открытии типографий. 26 августа 1865 г. Валуев издал особую инструкцию цензурным комитетам, где подробно перечислялось все то, что не должно было допускаться к печатанию. 17 октября 1866 г. Валуев издал циркуляр, согласно которому был положен конец бесцензурной печати органов общественного управления.

Маховик репрессий против прессы, запущенный Валуевым, с каждым годом раскручивался все сильнее. С 1 сентября 1865г. по 1 января 1868г. было объявлено 30 предостережений газетам и журналам 27 . За неполные 2,5 года Валуев вынес предостережения десяти газетами журналам, шесть из которых были приостановлены к выходу в свет на срок от двух до пяти месяцев, а два издания прекратили свое существование.

Пытаясь установить жесткий контроль над прессой, Валуев особое внимание уделял созданию собственного рупора- газеты максимально приближенной к правительству, отражающей его мнение и находящейся под полным контролем Министерства внутренних дел, то есть самого Валуева. Он был вдохновителем двух газет, издававшихся в 60 - 80-е годы: "Северная почта" (1862 - 1868) и "Отголоски" (1879 - 1881).

Валуевский закон о печати действовал в России 40 лет. Запущенный Валуевым механизм административных мер действовал долгие годы, деморализуя периодическую печать.

Свой взгляд имел Валуев и на финансовую политику России, выступая частым оппонентом министра финансов М. Х. Рейтерна, У Валуева было несколько излюбленных финансовых идей, которых он твердо придерживался. Он ратовал за обнародование государственного бюджета и хотел сделать его прозрачным, резко выступал за сокращение расходов на содержание бюрократического аппарату, добивался поощрения частного предпринимательства, развития кредитно-банковской системы. Он предлагал кардинально изменить систему налогообложения в стране, введя подоходный налог, объявить внутренний заем. Он ратовал за внедрение интенсивных методов сельскохозяйственного производства, настаивал на создании в российской деревне класса мелких собственников, выступая при этом против крестьянской общины и круговой поруки. Он настаивал на неприкосновенности частной собственности. Защищая интересы помещиков, он пытался проводить в правительстве идеи экономической и финансовой помощи дворянству. Придавал особое значение организации земельного кредита и предоставлению льгот по расчетам за заранее предоставленные ссуды. К сожалению, финансово-экономическая программа Валуева во многом осталась на бумаге, встретив резкое противодействие со стороны Рейтерна, пользовавшегося поддержкой Александра II.

Весьма противоречивой была валуевская национальная политика. П. А. Зайончковский подчеркивал, что "если в отношении одних народов Валуев признавал необходимость по крайней мере считаться с существованием их национальной культуры, то в отношении других отрицал даже это" 28 . Он выдвигал ряд идей, которые могли бы в какой-то мере развязать некоторые национальные узлы. Так, Валуев считал, что Царство Польское, Великое княжество Финляндское и прибалтийские провинции должны находиться в несколько особом положении. Он считал разумным ввести здесь элементы автономии, сделать некоторые уступки господствующим классам.

стр. 72


В то же время крайне резкую позицию занял Валуев в вопросе о самостоятельности украинского и белорусского народов, их языка и культуры. Он даже не признавал украинцев нацией. В вопросах национальной политики действия Валуева - министра во многом шли в разрез с мыслями Валуева - человека. Архисложная политическая обстановка, разногласия в правительственных кругах, колебания Александра II и отсутствие должной поддержки со стороны государственной и правительственной элиты наложили отпечаток на решения и поступки Валуева - министра.

Национальную политику в России определял император и только он решал, куда и в каком направлении необходимо идти империи в этом вопросе. Валуев, как и другие министры, был только исполнителем воли монарха. Многие валуевские предложения в лучшем случае вежливо выслушивались, но отнюдь не получали добро на свое проведение. Отсюда и крайне низкая результативность валуевской системы действий в национальном вопросе.

Валуев принял самое непосредственное участие в разработке городской реформы. Оценивая свое министерское семилетие, он отмечал, что среди значительных дел, которые удалось ему провести в жизнь - было "приступлено к преобразованию городских учреждений" 29 . Многое из того, что было разработано в двух валуевских вариантах городской реформы 1864 и 1866 гг. легло в основу окончательного третьего варианта, получившего в 1870 г. силу закона. Городская реформа впитала в себя многие мысли разработчика ее концепции. Был отменен старый сословный порядок городского управления, предоставлена ему широкая самостоятельность в ведении городского хозяйства и решении местных дел. Городовое положение 1870 г. действовало без заметных изменений до 1917 г., содействуя процессу капиталистического развития страны.

После каракозовского покушения на Александра II с весны 1866 г. резко сменился правительственный курс. Произошла основательное перетряска правительственного аппарата, многих чиновников вывели из состава правительства, но Валуев усидел в министерском кресле. Детонатором жестких репрессий в России стал шеф жандармов П. А. Шувалов, который постепенно подмял под себя все правительство. Не избежал этого и министр внутренних дел. Его современник М. И. Венюков писал, что "в ведомстве Валуева... Шувалов распоряжался как хозяин. Губернаторы стали назначаться не иначе как с его согласия" 30 .

С возвышением Шувалова Валуев в какой-то степени утратил свою самостоятельность. Шувалову нужны были слепые исполнители его воли. Валуев же имел по многим вопросам свое личное мнение, умел его отстаивать и часто не соглашался с всесильным Шуваловым. Но как точно подметила В. Р. Лейкина-Свирская, Валуев, "осыпая царскую политику насилия и лжи горькими сарказмами в своем дневнике... отступить от реакционной политики не был способен" 31 .

Вскоре положение министра внутренних дел становится весьма неустойчивым. Всесильный Шувалов хотел видеть на этом посту свою креатуру - жандармского генерала А. Е. Тимашева. неурожай 1867 г. и последовавший за ним голод в ряде губерний были использованы как повод для дискредитации министра внутренних дел. 3 апреля 1868 г. Валуев был уволен со своего поста.

Его отставку современники восприняли неоднозначно. На этот счет

стр. 73


было три основных мнения. Первое - Валуев оставил министерское кресло по болезни глаз. Второе сводилось к тому, что лавирование Валуева консерваторам было не нужно, а либералам ничего не давало. Третье было основано на том, что Валуев и возглавляемое им министерство внутренних дел не приняли своевременных мер по предотвращению голода, вызванного неурожаем в ряде губерний. Все три причины имели под собой основания. Большинство современников полагали, что главной причиной ухода Валуева с министерского поста был голод и его последствия.

После ухода в отставку между Валуевым и императором сохранились добрые и доверительные отношения. Царь не хотел и не мог забыть опального министра, сохранил к нему свое благоволение. Он получил весьма милостивый рескрипт, а также алмазные знаки ордена Александра Невского.

Управление министерством внутренних дел в течение семи лет было наиболее деятельным периодом в государственной карьере Валуева, отмеченной земской, цензурной, церковной и городской, и самой великой - крестьянской реформами. Этот семилетний период был не только самым активным, но и самым полезным этапом его государственной деятельности, при которой он смог реализовать себя как государственный деятель, политик и человек. Правда это произошло не в полной мере и не так, как того хотел сам Валуев, но если судить о делах, в решении которых он принял участие, и об их последствиях в жизни государства Российского, то его деятельность на посту министра внутренних дел была бесспорно полезна для России.

Современники резко расходились во мнении о Валуеве. С. С. Татищев считал Валуева "маститым и заслуженным высшим сановником"; Д. А. Милютин - "склонным к иезуитским инсинуациям"; А. А. Половцов - "порядочным человеком"; Г. А. Джаншиев - "завзятым бюрократом", "соловьем-либералом", "заносчивым Валуевым", "мнительным рутинером"; К. А. Скальковский - "казенным реформатором"; А. Е. Розен - "деятельным и полезным министром", а А. А. Титов - "двуличным министром" 32 .

"Он был очень статен, красив, - писал о Валуеве князь В. П. Мещерский, - и говорил с хладнокровием и известной торжественностью" 33 . П. В. Долгоруков, вспоминая о Валуеве, пиал: "Ума недалекого, но весьма начитанный, трудолюбивый, умеющий хорошо говорить по-русски, что для старых членов Государственного совета столь же поразительно, как если бы им ввели слона в заседание" 34 М. Н. Муравьев прекрасно знавший Валуева по совместной службе писал о нем: "Валуев, человек не без способностей, но космополит и преданный одною мыслию и желанию воспользоваться европейской известностью и похвалой, хотя бы то было со вредом для России" 35 . Цензор А. В. Никитенко - первый редактор валуевской газеты "Северная почта" - писал: "Валуев - человек не без ума, но с ног до головы бюрократ, который понимает государственные дела не иначе как канцелярские отношения и рапорты" 36 .

Герценовский "Колокол" называл Валуева флюгером, направляемым "ветром придворным". Для П. Д. Стремоухова он был выдающимся "своими блестящими качествами человеком". Митрополит Филарет считал, что Валуев "при обширном образовании и полнейшей добросовестности был своей земле чужеземец". К. П. Победоносцев в письме наследнику престола

стр. 74


вел. кн. Александру Александровичу писал: "Валуев - поседевший в практике громких речей из которых ничего не выходит, кроме лести и заблуждения, дочерпывающий из лондонского "Tumes" свои вдохновения и государственные взгляды" 37 . Петр Александрович Валуев был очень сложным и противоречивым человеком, поэтому сколько людей судили о нем, столько было различных мнений, суждений, взглядов.

После отставки Валуев на 1,5 года уезжает за границу поправить расшатанное здоровье. Но он не остался невостребованным императором. Вернувшись в Петербург в конце 1869 г., он занялся частной службой, с согласия Александра II был избран председателем учетно-ссудного банка, заседал в Государственном совете. "Мое положение представляет многие удобства, - писал Валуев, - знаю и вижу, что происходит в официальном мире но не несу ответственности, не обязан к усиленному труду и не возбуждаю прежней вражды" 38 .

13 декабря 1869 г. монарх назначает Валуева членом комиссии для рассмотрения отчета о деятельности петербургской городской полиции. 5 апреля 1870 г. по личному указанию Александра II Валуев был приглашен участвовать в заседании Комитета министров - обсуждении проекта административно-полицейской реформы. В декабре 1870г. Валуев избирается председателем правления Общества взаимного поземельного кредита. Несколько позже император назначает Валуева членом Особого присутствия для рассмотрения представлений о преобразовании учебных заведений. Валуев интересовался многими вопросами, полагая что придет и его время.

Летом 1870 г. Валуев был за границей, где оказался свидетелем быстрой мобилизации, прусской армии и последующего молниеносного разгрома Франции. Это произвело на него огромное впечатление и навело на мысль о необходимости проведения в России военных реформ. 3 октября 1870 г. он представил на имя Александра II записку "Мысли невоенного о наших военных силах", в которой подробно разбирал практику прусской мобилизации, анализировал причины успеха германской армии. Валуев обосновал необходимость изменения существующего порядка призыва в армию, справедливо считая, что рекрутская система себя изжила и ее необходимо заменить всесословной воинской повинностью. Записке был дан ход и военное министерство по указанию Александра II занялось разработкой нового порядка бессословного призыва в армию и формирования при сокращенном сроке действительной военной службы крупных обученных резервов. Валуев был первым, кто поставил вопрос о всесословной воинской повинности. Бго записка положила начало военной реформе.

Император и его ближайшее окружение на забывали о Валуеве. Александр II назначает его членом Главного совета женских учебных заведений и почетным опекуном, присутствующим в Санкт-Петербургском Опекунском совете. 1 марта 1871 г. по воле монарха Валуев назначается управляющим Санкт- Петербурскими сиротскими заведениями. Позже Александр II пригласил Валуева к участию в работе Императорского человеколюбивого общества, а затем по желанию императрицы Марии Александровны и решению Александра II он был назначен управляющим Санкт-Петербургским родовспомогательным заведением.

Летом 1871 г. в Эмсе Валуев встретился с Шуваловым. Обсуждался вопрос о предоставлении Валуеву министерского портфеля. Встреча не

стр. 75


была случайной. Шеф жандармов и фаворит Александра II Шувалов вынашивал замысел политической реформы и ему нужен был Валуев не столько как самый опытный законодатель, сколько как умный, ловкий и хитрый бюрократ, способный найти оптимальное решение любого политического вопроса, примирить враждующие стороны, найти разумный компромисс. В лице Валуева не скрывавшего свои министерские амбиции, Шувалов видел человека, который мог бы посодействовать ему - в обмен на министерское кресло - подвести Александра II к мысли о политической реформе. Альянс Валуева с Шуваловым не был случайным. Валуев лучше, чем кто-либо другой понимал тайные пружины государственной власти и альянс с Шуваловым был ему только на руку.

А тем временем император предложил Валуеву очень тонкое и щепетильное дело, от разрешения которого во многом зависела судьба самого Петра Александровича. 20 августа 1871 г. была создана Особая комиссия для рассмотрения политического аспекта всесословного обложения во главе с Валуевым; в нее вошли Шувалов, С. Н. Урусов, А. Е. Тимашев и И. Х. Рейтерн. Самодержец опасался, что дворянство, будучи привлечено к несению налогового бремени, потребует политической компенсации - своего представительства.

Хитрый и осторожный Валуев занял центристскую позицию. Он не встал открыто ни на сторону Рейтерна, ни Шувалова. Он выжидал, лавировал, искал компромиссного решения и проявил подлинную изощренность: он не просто отказался от сведения реформы налогообложения на всесословных основаниях к политическим мотивам, а нашел компромиссное решение, благодаря которому создалась практическая возможность с одной стороны, длительной отсрочки вовлечения дворянства в налогообложение, а с другой - максимального ограждения его интересов. Александр II согласился с валуевским компромиссом в очень непростом вопросе - налогообложении дворянства.

Валуев и ранее доказал свою способность к компромиссным решениям сложных и запутанных вопросов. Так, в начале 70-х годов он по воле монарха участвовал в борьбе вокруг проектов реорганизации управления промышленностью и торговлей. В то время в правительстве остро встал вопрос о дальнейшей судьбе Министерства государственных имуществ. "Речь зашла о его упразднении за бесполезностью. Один год даже были кредиты ассигнованы министерству лишь условно" 39 . Валуев сумел отстоять это министерство, и даже добиться присоединения к нему Горного департамента (за исключением монетной и пробирной части), а также Главного управления государственного коннозаводства.

В середине апреля 1872 г. Валуев сменил А. А. Зеленого на посту министра государственных имуществ. Через две недели после получения министерского кресла Валуев обратился к Александру II с докладом, в котором поднимался вопрос о самом трудном, больном и насущном - состоянии сельского хозяйства в стране. Новый министр ходатайствовал о создании под его председательством комиссии по исследованию сельского хозяйства и такая комиссия была создана в мае 1872 г. (ее так и называли - "валуевской").

Правительство вынуждено было заняться многочисленными жалобами с мест на систематические недороды, недостаток запасов хлеба, обнищание крестьян, тяжесть налогов и повинностей. "Валуевской" комиссии были

стр. 76


предоставлены широкие полномочия и созданы условия для деятельности. Работа комиссии привлекла внимание общественности, а сам ее руководитель оказался в центре внимания сановных кругов, прессы и ученого мира. Работа комиссии была организована с размахом. Она включала в себя 11 ведущих чиновников ряда министерств, кроме того 40 чиновников валуевского министерства выполняли техническую работу по сбору и обработке материалов. Валуев впервые в России провел глубокий социологический опрос - анкетирование - с привлечением большого числа людей с мест на заседания комиссии. Разработанная им анкета включала в себя около 300 вопросов, тщательно продуманных и обоснованных. В комиссию прислали данные 958 человек, участвовали в заседаниях и ответили на вопросы 181 человек. Труды комиссии насчитывали пять обширных томов.

Отклики на материалы комиссии в целом были положительные. Так Никитенко записал в дневнике 2 августа 1873 г.: "прочел доклад валуевской комиссии ...Он состоит из данных, которые кажется не подлежат сомнению и составлен очень тщательно и умно. В этом неотъемлемая заслуга Валуева" 40 . Материалы, собранные "валуевской" комиссией, наглядно показали последствия реформ и особенно главной из них - крестьянской. Они свидетельствовали о тяжелом положении крестьянства, крайней неприспособленности большинства помещичьих хозяйств к тому, чтобы вести дела в пореформенных условиях. "Валуевская" комиссия доказывала, что положение сельского хозяйства в стране требует широкого государственного вмешательства, необходим ряд законодательных мер и совместных акций причастных к сельскому хозяйству министерств и ведомств.

Насколько идеи Валуева были верны и приемлемы, можно судить хотя бы по тому, что с подобными идеями выступит в начале XX века П. А. Столыпин. Валуев задолго до Столыпина выступал со сходными предложениями, но не был услышан властями. Отказ от проведения в жизнь решений "валуевской" комиссии надолго задержал образование многочисленного класса мелких и крепкостоящих на земле земельных собственников.

Сельскохозяйственный аспект "валуевской" комиссии был исчерпан, далее началась большая политика. На этом этапе и Шувалов и Валуев шли в одной связке, их действия были согласованы, между ними установились тесные отношения. "В Комитете министров, - писал Д. А. Милютин, - большинство членов действуют всегда за одно с гр. Шуваловым, как оркестр по знаку капельмейстера. Тимашев, гр. Толстой, гр. Пален, Валуев - послушные орудия гр. Шувалова. Эта клика собирается для предварительного соглашения во всяком предпринимаемом деле". Сам Валуев об том писал очень откровенно: "Наконец, я состою седьмым в консервативном конклаве и гр. Шувалов иногда называет меня "старшина". К сожалению, когда конклав в сборе, он менее занимается делом, чем толками о своих противниках и праздными фразами о своих принципах". Н. А. Троицкий не без основания считал Валуева "шуваловским единомышленником" 41 .

Выступивший на заседании Комитета министров 27 ноября 1873г. Шувалов пригласил привлечь представителей земства к законосовещательной деятельности по разработке широкого круга связанных с сельским хозяйством проблем поставленных "валуевской" комиссией. Валуев поддержал Шувалова, но идея последнего встретила резкий отпор в правительстве. Вопрос обсуждался на нескольких заседаниях Комитета министров, но

стр. 77


из-за серьезных разногласий так и не был решен. Валуева попросили составить такой проект резолюции, который мог бы явиться основой для соглашения членов Комитета министров. Валуевский проект резолюции был принят единогласно и почти без прений. Эта резолюция, столь ловко составленная Валуевым, и не могла вызвать возражений, так как она практически полностью выхолащивала идею шуваловского проекта, как шага к конституционной монархии. Александр II утвердил положение резолюции Комитета министров.

Современники отлично понимали политическую подоплеку "валуевской" сельскохозяйственной комиссии. "Знаменитая комиссия для исследования сельского хозяйства в России, - писал К. Д. Кавелин, - должна была подготовить введение дворянской конституции сверху" 42 . С мнением Кавелина были согласны многие современники Валуева. В июле 1874г. произошла неожиданная отставка всесильного шефа жандармов Шувалова. Валуев, будучи убежденным сторонником представительства, не замедлил отречься от своих взглядов и дистанцироваться от своего недавнего союзника. Еще 18 марта 1874 г. за несколько месяцев до отставки Шувалова, Валуев на прямой вопрос Александра II о комиссиях ответил, что: "инициатива во всем принадлежит Шувалову" 43 . Валуев избежал монаршего гнева благодаря своей изворотливости.

По указанию Александра II 9 марта 1874г. была создана валуевская комиссия по разработке закона о найме рабочих и прислуги. Валуев прекрасно разбирался в этом вопросе и, будучи прозападническим деятелем, использовал во многом при разработке рабочего законопроекта прусский промышленный устав от 21 июня 1869 года. Интерес к валуевской комиссии был обусловлен и тем, что ей придали некоторую видимость внешнего "парламентаризма". Вокруг этой комиссии сразу же поднялся большой шум. У одних она подогрела либеральные иллюзии, другие преднамеренно пытались преувеличить ее значение, запугивая Александра II опасностью парламентаризма. В. Я. Лаверычев писал: "Валуев, сам занимавшийся сведением различных проектов в единый документ, целенаправленно исключает статьи, отражавшие либеральные настроения его предшественников" 44 .

Шесть лет бродил законопроект Валуева по различным инстанциям. Его бесконечные доработки уже порядком всем надоели. Наконец, 23 февраля 1880 г. Государственный совет признал, что валуевский законопроект чреват опасностью ниспровержения рабочими существующего государственного строя и поэтому принят быть не может. Предложенный Валуевым законопроект не был идеальным, в нем было достаточно много недостатков, но он был необходим России. Александр II не спешил с принятием этого закона, считая, что его время еще не пришло. Хотя власть и пыталась оттянуть решение рабочего вопроса, но жизнь диктовала свои условия. Буквально через несколько лет новый император был вынужден заняться этой проблемой вплотную.

В 70-е годы Валуев очень близок к императору, который с ним советуется по различным вопросам не только внутренней, но и внешней политики. По- прежнему в отсутствии Александра II Валуев заседает в Регентском совете, сосредоточивавшем в своих руках всю полноту власти в период отсутствия царя в столице.

В 1878 г., когда развернулась революционная деятельность народников, Валуев назначается председателем "Особого совещания для изыскания мер

стр. 78


к лучшей охране спокойствия и безопасности в империи". Дело В. Засулич подтолкнуло власти к созданию столь чрезвычайного органа. Царизм хотел "заклеймить крамолу жупелом уголовщины", но "суд улицы", как метко назвал институт присяжных заседателей М. Н. Катков, оправдал Веру Засулич. Это была звонкая пощечина власти. Тогда то и было создано "Особое совещание" под началом Валуева. Сам Валуев с разочарованием встретил оправдательный вердикт присяжных по делу Засулич. Он в Совете министров при всех заявил Александру II: "теперь остается при выходе из дворца идти и купить револьвер для своей защиты" 45 . (М. Н. Покровский верно назвал Особое совещание "валуевским".)

Александр II поручил координацию всех карательных министерств Валуеву, руководившему сугубо мирным Министерством государственных имуществ. Император доверял ему, верность Валуева престолу была проверена годами службы на высших государственных постах. Кроме того император был убежден, что бюрократический талант верноподданного министра направит деятельность ответственных за порядок и спокойствие в стране министров в нужное русло. Александр II не ошибся в выборе. "Бессменный председатель совещаний П. А. Валуев, - отмечает Троицкий, - в карательной политике был заодно с Дрентельном, Маковым и Набоковым" 46 .

Несмотря на то, что при содействии "Особого совещания" был принят указ о предании военном суду любых лиц за государственные преступления с "вооруженным сопротивлением", по которому власти получили право на арест и дальнейшую административную ссылку в Сибирь всех, кто участвовал в уличных демонстрациях, заметных сдвигов в сторону затухания революционного движения не последовало, наоборот "красный" террор усиливался. Царизм стремился политикой террора и исключительных мер искоренить революционное движение, но - тщетно. Не только члены правительства, но и министры входящие в состав "Особого совещания" ощущали свое бессилие в борьбе с крамолой. Валуев отмечал в дневнике: "Чувствуется, что почва зыблется, зданию угрожает падение". Решения "Особого совещания" не оказали на внутриполитическую жизнь в России заметного влияния. Исключительность самого института "Особых совещаний" (как и его бесплодность) побудила Валуева иронически величать его "Комитетом общественного квазиспасения". Валуев явно склонялся к охранительному курсу, была заметна его эволюция вправо от реформ к реакции. По его инициативе, после покушения на Александра II А. К. Соловьева, 2 апреля 1879г. вводится институт временных военных генерал-губернаторов. Валуев с гордостью пишет в дневнике: "Мысль о генерал-губернаторах - моя, еще до 2 апреля высказанная" 47 .

По существу введение временных военных генерал-губернаторов означало установление в стране военного положения. Это, по мнению Валуева, надо было осуществить внезапно. "В самую ночь перед объявлением чрезвычайных мер произвести важнейшие аресты, чтобы разбить по возможности существующую организацию" 48 . Валуев хотел устроить противникам царизма своеобразную Варфоломеевскую ночь накануне опубликования указа. Но это предложение при обсуждении указа императора было отклонено. Были образованы новые временные военные генерал-губернаторства (Санкт- Петербургское, Харьковское и Одесское), куда были назначены генерал- адъютанты - И. В. Гурко, М. Т. Лорис-Меликов

стр. 79


и Э. И. Тотлебен. Они получили диктаторские полномочия, подобные неограниченные права распространялись также на Московского, Киевского и Варшавского генерал-губернаторов.

В вопросе о временных военных генерал-губернаторах Валуев занимал жесткую позицию и даже, когда вел. кн. Константин Николаевич доказывал, что необходимо урезонить генерал-губернаторов, а их действия поставить в рамки законности, Валуев, напротив, отстаивал их права в том виде, в каком они существовали согласно указу императора. Валуев упорно отстаивал свое детище - институт временных военных генерал-губернаторов от любых нападок даже со стороны члена императорской фамилии. Институт временных военных генерал- губернаторов введенный в России по мысли и предложению Валуева, сыграл свою отрицательную роль. Детище Валуева оказалось неспособным решить те задачи, которые поставила перед ним верховная власть. История показала вообще несостоятельность подобных методов борьбы с революционным движением.

На исходе 70-х годов закончилось второе семилетие министерской деятельности Валуева. 25 декабря 1879 г. он был назначен председателем Комитета министров, Кавказского комитета и Комиссии прошений на высочайшее имя с сохранением звания члена Государственного совета и главы Особого совещания.

Деятельность Валуева в качестве министра государственных имуществ была достойно оценена современниками. Сразу же после ухода его из министерства была учреждена премия имени Петра Александровича Валуева и объявлена подписка на нее. Позже по высочайшему повелению были учреждены две памятные золотые медали графа Валуева за осушение болот и за "труды и успехи по лесоразведению". Долгие годы пребывания у власти сделали его одним из старейших членов правительства, который о механизме власти Российской империи знал все досконально. Именным высочайшим указом от 19 февраля 1880 г. Петр Александрович Валуев был возведен в графское достоинство.

15 декабря 1879 г. Валуев по просьбе Александра II передал ему свой проект реформирования Государственного совета. В сопроводительной записке в качестве основного аргумента он выдвигал необходимость борьбы с революционным движением. Было проведено четыре совещания - 20, 23, 25 и 29 января 1880 года. Идея представительства была отклонена. Валуев так прокомментировал царское решение: "Быть может для перехода к другому порядку мыслей и дел нужно, чтобы под нами почва еще более поколебалась" 50 .

Об отношении Александра II к этой проблеме видно из записи, которую он сделал сразу же после итогового совещания 29 января 1880г.: "Сове[щание] с Костей и друг[ими] решили ничего не дел[ать]" 51 . Почти все 25 лет своего царствования Александр II не хотел решать конституционный вопрос. Идеи, заложенные в валуевской конституции, были осуществлены только в начале XX века, когда самодержавие столкнулось с реальной революцией. Недаром среди документов правительственной комиссии 1905 г. рассматривавшей проблемы Государственной думы фигурирует и валуевский проект конституции, написанный им в 1863 году.

После ряда покушений на Александра II решено было искать спасение от революции в диктатуре. 12 февраля 1880 г. царизм учредил Верховную распорядительную комиссию во главе с глафом М. Т. Лорис-Меликовым.

стр. 80


Этот орган был беспрецедентным в русской истории, перед ним на какое-то время отступил в тень даже сам царь. Проект указа о создании Верховной распорядительной комиссии составил по поручению Александра II председатель Комитета министров Валуев.

Валуев не случайно прорабатывал идею создания Верховной распорядительной комиссии. К концу 70-х - началу 80-х годов он заметно утратил ведущие позиции в правительстве, которые занимал в начале 60-х годов. Претендуя на роль первенствующего министра, он, по-видимому, решил создать союз "головы" и "сабли", отведя себе роль идеолога и вдохновителя назревавших преобразований. Проект Верховной распорядительной комиссии Валуев написал как бы "под себя" в надежде, что альянс с Лорис-Меликовьш будет во всех отношениях для него - председателя Комитета министров - выгодным. Да к том уже он рассчитывал, что век этой комиссии будет недолгим, поскольку он как глава Комитета министров сумеет за это время руками начальника Верховной распорядительной комиссии навести порядок в стране. Основным предназначением комиссии было подавление революционного движения, в отношении его участников предусматривались беспощадные репрессии.

6 августа 1880г. указом императора Вреховная распорядительня комиссия была упразднена. Надежды Валуева, связанные с Лорис-Меликовым, не оправдались. Генералу ставшему русским диктатором, помощь Валуева не понадобилась. Хотел того Валуев или нет, но он был вынужден отойти в сторону и уступить лидерство новоявленному диктатору - Лорис-Меликову. Так произошла смена ведущих актеров на российской политической сцене, причем возвышение нового лидера состоялось не без помощи прежнего. И в этом основополагающую роль сыграла Верховная распорядительная комиссия, та концепция неограниченного диктаторства, которую заложил в нее Валуев.

Период конца 70-х начала 80-х годов в российской истории был очень сложным. Н. А. Троицкий так охарактеризовал это время: "перед лицом революционного натиска Александра II, никогда не обладавший ни политической твердостью, ни силой характера, и к тому же буквально разлагавшийся от страха за свою жизнь ... колебался под влиянием придворной реакции и личной злобы к "нигилистам" все-таки предпочитал наращивать белый террор" 52 . В 4 часа дня 1 марта 1881г. над Зимнем дворцом поднялся черный флаг. В этот день "Народная воля" привела в исполнение смертный приговор Александру П.

В день своей гибели Александр II встретился с Валуевым, чтобы согласовать с ним проект правительственного сообщения по поводу так называемой "конституции" Лорис-Меликова. Император доверял Валуеву и рассчитывал, зная его взгляды на необходимость конституции в России, что он, позабыв о личных обидах на императора по этому вопросу, не только четко организует необходимую процедуру обсуждения, но и возможно выскажется за принятие лорисмеликовской "конституции". Он не ошибся в Валуеве, который и после смерти Александра II выступал поборником проведения в жизнь этой "конституции". Но в России был новый император, с иными взглядами, с иными советчиками.

8 марта 1881г. состоялся Совет министров, где обсуждался лорисмеликовский проект "конституции". "Тон совещания ... был таков, что для всех стало очевидной скорая политическая смерть и самого Лорис-

стр. 81


Меликова и его "конституции" 53 . Развернулась борьба между двумя противоборствующими лагерями - Победоносцева и Лорис-Меликова. Валуев не примыкал ни к одному из них, и в борьбе этой не участвовал.

17 апреля 1881 г. исполнилось 50 лет служебной деятельности Валуева. Рескрипт Александра III был сух, без тепла и сердечности. Новый император давал знать "Краснопевцеву", что он не желает видеть его в новом правительстве. Валуев записал в дневнике: "Государем прислан рескрипт заурядный, без всяких приличий и даже переделанный кажется при содействии Победоносцева, чтобы его сделать позауряднее" 54 .

29 апреля 1881 г. Александр III выступил с Манифестом об укреплении самодержавия, провозгласив открыто реакционный курс. Вместо конституции Россия получила манифест. Ушли в отставку члены правительства Лорис- Меликов, Абаза и Милютин. Валуев прошение об отставке не подал. На этот счет Е. А. Перетц записал в дневнике: "Валуев хотя и критикует до крайности положения Манифеста, но как-будто приободрился и, по-видимому, отложил намерение покинуть свой пост" 55 . Но Александр III не хотел видеть Валуева в составе нового правительства. Нужен был только повод, чтобы отправить его в отставку и этот повод вскоре нашелся. "Уфимское дело" стало удобным поводом для отстранения Валуева от государственных дел.

Нашумевшее "дело", к которому оказался причастен Валуев, заключалось в том, что в 70-е годы в Уфимской и Оренбургской губерниях происходило массовое расхищение казенных земель представителями высшей бюрократии. Расследованием занималась сенатская комиссия М. Е. Ковалевского. Он пытался взвалить на Валуева всю вину за эту крупнейшую государственную аферу, когда в государственном масштабе шла грабительская распродажа казенных земель по бросовой цене, зная при этом, что Валуев лично не приобрел ни клочка земли. Валуев сумел доказать, что был орудием в руках Александра П, который был в курсе всех безобразий, творимых в Уфимской и Оренбургской губерниях.

По сути дела, монарх сам санкционировал и потворствовал сложившейся практике продажи казенной земли в этих губерниях. 2 февраля 1882г. Валуеву было вынесено "Высочайшее неодобрение" по поводу недостаточного контроля за подчиненными ему лицами. Валуев был вынужден еще в процессе расследования написать прошение об отставке, аргументируя его "поколебленными силами и расстройством здоровья", на котором Александр III наложил резолюцию "Наконец" 56 . Император хотел уволить Валуева в чистую отставку, но за него вступился С. Н. Урусов, который просил не делать этого в память благоволения к Валуеву покойного государя.

Император уволил Валуева от должности председателя Комитета министров и всех прочих занимаемых им должностей, но оставил членом Государственного совета, при этом Валуеву было определено содержание в 18 тыс. руб. в год с сохранением получаемых им квартирных денег в размере 6000 руб. в течении года с момента увольнения 57 . И в этом император постарался ущемить Валуева, назначив квартирные деньги на год, а не пожизненно, прекрасно зная, что Валуев не имел никакой земельной собственности, как и собственной квартиры в Петербурге. Император отказал Валуеву в причислении сына к российскому посольству в Вене, но в то же

стр. 82


время вытащил его из долговой ямы, выдав безвозмездно 30 т. рублей, что помогло Валуеву сохранить доброе имя, избежав судебного разбирательства за долги сына. Так закончилась блестящая карьера царского сановника, занимавшего важнейшие государственные посты, одного из приближенных к Александру II министров.

По выходе в отставку Валуев последние 10 лет своей жизни прожил чрезвычайно тихо. Не обременявшее Валуева участие в работе Государственного совета, а также активная литературная деятельность позволяли ему, хоть изредка, посещать придворные балы, а также придворные спектакли. Но судьба нанесла ему удар, после которого он уже так и не смог оправиться. Смерть жены 20 марта 1883 г. подкосила Валуева. С ее смертью прибавились горестные проблемы с младшим и любимым сыном Никсом, погрязшим в карточных долгах.

Александр III вспомнил о Валуеве как представителе древнейшего дворянского рода и обязал его участвовать в своей коронации. После короткой поездки за границу где он встретился с 90-летней матерью своей первой супруги княгиней В. Ф. Вяземской, которую почитал, Валуев глубоко ушел в свой духовный мир: кроме церкви и заседаний Государственного совета он почти никуда не выходил. "Со всеми внутренне примиренный, - писал К. И. Воронин, - для всех благожелательный, справедливый, он внушал к себе чувство исключительного уважения каждому приходившему с ним в соприкосновение. Чуялось сердцем, что эту чистую христианскую душу ничего не может облечь тенью, что вся она живет в Боге" 58 . Старея, Валуев переживал нравственное обновление.

Оставив службу, Валуев активно занялся литературной деятельностью. Самым известным валуевским романом является "Лорин", изданный в 1882 году. По мнению современников, роман во многом автобиографичен, в нем автор высказывал свои взгляды по многим общественно-государственным вопросам. "Это - скорее мемуары, чем роман", 59 писал о "Лорине" В. О. Михневич. Позже появились повести "У Покрова в Левшине", "Черный Бор" и роман "Княжна Татьяна". В работе "Религиозные смуты и гонения от V до XVII века" Валуев обращается к вопросам богословия и истории церкви, а в "Сборник кратких благоговейных чтений на все дни года" Валуев наряду с текстами из Священного писания и извлечениями из сочинений русских и иностранных богословов включил собственные стихи духовного характера.

Некоторые произведения Валуева религиозного содержания были запрещены духовной цензурой, как "близкие к протестантизму". А. Ф. Кони, часто встречавшийся с Валуевым в последние годы жизни, писал, что Валуеву пришлось испытать на себе "каменную десницу" нашей тогда "богомольной и слишком чопорной", по выражению Пушкина, цензуры, не пропустившей сделанный им перевод Капффа ввиду "протестантского духа" этой книги". По этой же причине был запрещен духовной цензурой огромный валуевский труд объемом в 41 печатный лист "Сборник кратких благоговейных чтений на все дни года". На закате жизни Валуев в письме К. И. Воронину от 21 июня 1886 г. с болью заметил: "Стараюсь работать, хотя голова непокорна. При этом, если бы и вышло что-нибудь из-под пера - негде печатать".

Особенно важен дневник Валуева. Он содержит ценный исторический материал. Регулярные подневные записи были для Валуева прежде всего

стр. 83


делом самооправдания перед историей и средством литературной компенсации его неполной политической востребованности.

Судьба не жалела Валуева. 29 июня 1886г. в Кутаиси скончался старший сын Валуева- Петр. Под конец своей жизни Валуев обитал в небольшой квартире в шумном и узком месте Екатерингофского проспекта на углу Вознесенского, куда не проникали солнечные лучи. Валуев очень бедствовал, оплачивая долги Пикса, вынужден был продать свою обширную библиотеку и коллекцию картин. Одинокий, заброшенный и забытый всеми отставной министр писал: "Я живу в таком духовном одиночестве, что иногда желается вымолвить слово, которое будет услышано" 60 .

Больной, одинокий, но не сломленный духом он боролся с одиночеством и писал стихи. Он обращался к Богу в стихотворении "Молитва". "Господь, мольбе моей смиренной, // С высот твоих небес внемли, // И мира для души смятенной, // Мне дуновенье ниспошли".

В июле 1889 г. Валуев заболел раком мочевого пузыря, слег в постель, но продолжал бороться с болезнью, испытывая жестокие страдания. 27 января 1890г. он умер. Похороны свои Валуев приказал устроить с возможной скромностью, сам составил газетное объявление о своей смерти и запретил совершать панихиды на дому. Смерть, как и жизнь Валуева, была наполнена разными слухами и домыслами. В смерти Валуева современники винили родного сына, истощение и еще Бог знает, что но только не черствость, безразличие, душевную пустоту тех, кто выкинул из своей памяти и предал забвению ближайшего сподвижника Александра II, кто еще вчера пел ему дифирамбы и пользовался его покровительством. Новая власть забыла о Валуеве, у нее были новые фавориты. Подводя итог жизни Петра Александровича Валуева, можно сказать его собственными словами: "Завершилась жизнь обильная светом и тенями" 61 .

Примечания

1. Общий гербовник дворянских родов Всероссийской империи, начатый в 1797 году. Ч. 1. СПб. 1797, с. 38; ПЕТРОВЫ. Н. История родов русского дворянства. Т. 1. СПб. 1886, с. 3 - 4; БОБРИНСКИЙ А. Дворянские роды, внесенные в Общий гербовник Всероссийской империи. Ч. 1. СПб. 1890, с. 265; БЕЛОКУРОВ С. А. Разрядные записи за Смутное время (7113 - 7121). М. 1907, с. 54; Разрядная книга 1475 - 1598. М. 1966, с. 281, 290.

2. ДОЛГОРУКОВ П. В. Российский родословный сборник. Кн. 2. СПб. 1841, с. 17, его же. Российская родословная книга. Ч. 1. СПб. 1854, с. 30.

3. МЕЩЕРСКИЙ В. П. Мои воспоминания. Ч. 1. (1850 - 1865). СПб. 1897, с. 130.

4. Aus der Petersburger Gesellschaft. Leipzig. 1873, s. 121.

5. Шумные годы. Из дневника сенатора, статс-секретаря А. Д. Комовского (1859 - 1862). - Колосья, 1884, N 4, с. 180.

6. ОКСМАП Ю. Г. От "Капитанской дочки" к "Запискам охотника". Саратов. 1959, с. 32; ГИЛЛЕЛЬСОН М. И., МУШИНА И. Б. Повесть А. С. Пушкина "Капитанская дочка". Л. 1977, с. 70; ПЕТРУШИНА Н. Н. Проза Пушкина. Л. 1987, с. 260.

7. АММОСОВ А. Н. Последние дни и кончина Александра Сергеевича Пушкина. Со слов бывшего его лицейского товарища и секунданта Константина Карловича Данзаса. СПб. 1863, с. 30.

8. КОШЕЛЕВ А. И. Записки (1812 - 1883). - Русский архив, 1879, N 11, с. 266.

9. Русская старина, 1891, N 5, с. 354.

10. ТАТИЩЕВ С. С. Император Александр П. Его жизнь и царствование. Т. 1. 2 изд. СПб. 1911, с. 310.

стр. 84


11. Из записок сенатора К. Н. Лебедева. - Русский архив, 1911. кн. 3, с. 62; Записки графа Дмитрия Николаевича Толстого. - Русский архив, 1885. Кн. 2, с. 36 - 37.

12. ФЕОКТИСТОВ Е. М. За кулисами политики и литературы (1848 - 1896). М. 1991, с. 321; Отдел рукописей Института русской литературы (ОР ИРЛИ) (Пушкинский Дом), ш. 9123, LII Б15, тетр. 4, л. 8об.; ИОРДАНСКИЙ И. Конституционное движение 60-х годов. СПб. 1906, с. 145.

13. ПИРУМОВАН. М. Земское либеральное движение (социальные корни и эволюция до начала XX века). М. 1977, с. 30; ТВАРДОВСКАЯ В. А. Идеология пореформенного самодержавия (М. Н. Катков и его издания). М. 1978, с. 30; ее же Царствование Александра II. - Русский консерватизм XIX столетия. Идеология и практика. М. 2000, с. 305; ИВАНОВА Г. П. Петр Александрович Валуев (исторический портрет). Воронеж. 1994, с. 9; ЭЙМОНТОВАР. Г. В новом обличий (1825 - 1855). - Русский консерватизм XIX столетия. Идеология и практика. М. 2000, с. 182; Чернуха В. Г. Внутренняя политика царизма (с середины 50-х до начала 80-х гг. XIX в.). Л. 1978, с. 29; Гросул В. Я. В эпоху реформы 1861 года (1856 - 1866). - Русский консерватизм XIX столетия, с. 216; ЗАХАРОВА Л. Г. Земская контрреформа 1890г. М. 1968, с. 60.

14. ВОЛКС. С. Народная воля (1879 - 1882). М. 1966, с. 118; БАЛУЕВ Б. П. Политическая реакция 80-х годов XIX века и русская журналистика. М. 1971, с. 5; ЕРОШКИН Н. П. История государственных учреждений дореволюционной России. М. 1983, с. 207; [ПОКРОВСКИЙ М. Н.] Общая политика правительства 1866 - 1892гг. - История России в XIX веке. Т. 5, с. 26.

15. ТРОИЦКИЙ Н. А. Россия в XIX веке. Курс лек^й. М. 1997, с. 237; ХЕЙФЕЦМ. И. Вторая революционная ситуация в России (конец 70-х - начало 80-х гг. XIX в.). Кризис правительственной политики. М. 1963, с. 68.

16. СЕКИРИНСКИЙ С. С., ШЕЛОХАЕВ В. В. Либерализм в России. М. 1995, с. 76; Русский биографический словарь. Т. 3. А. Нью-Йорк. 1991, с. 51.

17. ГАРМИЗА В. В. Подготовка земской реформы 1864 года. М. 1957, с. 136.

18. Исторический архив, 1958, N 1, с. 141.

19. ВАЛУЕВ П. А. Дневник министра внутренних дел. Т. 1. (1861 - 1864). М. 1961, с. 234.

20. Там же, с. 219, 261.

21. КИЗЕВЕТТЕР А. А. История России XIX в. Ч. 1. М. 1909, с. 36 - 37.

22. РИМСКИЙ С. В. Церковная реформа 60 - 70-х годов XIX в. - Отечественная история, 1995, N 2, с. 171.

23. Православное оборудование, 1886, июль, с. 155.

24. ГОЛОВКИНА. В. Записки для немногих. - Вопросы истории, 1997, N 9, с. 126.

25. КОРНИЛОВ А. А. Общественное движение при Александре II (1855 - 1881). - Исторические очерки. СПб. 1909, с. 186.

26. ЭНГЕЛЬГАРД А. Н. Цензура в эпоху великих реформ (1855 - 1875). - Исторический вестник, 1902, N 1, с. 593.

27. ОР ИРЛИ (Пушкинский Дом), ф. 559, д. 24, л. И.

28. ЗАЙОНЧКОВСКИЙ П. А. Биографический очерк. - Валуев П. А. Дневник министра внутренних дел. Т. 1. (1861 - 1864). М. 1961, с. 37.

29. ВАЛУЕВ П. А. Ук. соч., с. 133.

30. ВЕНЮКОВ М. И. Исторические очерки России со времени Крымской войны до заключения Берлинского договора (1855 - 1878). Т. 4. вып. 2. Прага. 1880, с. 25.

31. ЛЕЙКИНА-СВИРСКАЯ В. Р. Интеллигенция в России во второй половине XIX века. М. 1971, с. 81.

32. ТАТИЩЕВ С. С. Император Александр II. Его жизнь и царствование. Т. 1. СПб. 1903. с. 406; МИЛЮТИН Д. А. Дневник. Т. 1. (1873 - 1875). М. 1947, с. 113; Дневник государственного секретаря А. А. Половцова. Т. 2. (1887 - 1892). М. 1966, с. 460; ДЖАНШИЕВ Г. А. Эпоха великих реформ. СПб. 1907, с. 322, 328, 356, 381; СКАЛЬКОВСКИЙ К. А. В приемной. - Там и сям. Заметки и воспоминания. СПб. 1901, с. 186; РОЗЕН А. Е. Записки декабриста. СПб. 1881, с. 390; ТИТОВА. А. Реформы Александра II и их судьба (в общедоступном изложении). М. 1910, с. 65.

33. МЕЩЕРСКИЙ В. П. Ук. соч., с. 130.

34. ДОЛГОРУКОВ П. В. Петербургские очерки (памфлеты эмигранта) 1860 - 1867 гг. М. 1992, с. 294.

35. МУРАВЬЕВ М. Н. Записка об управлении Северо-западным краем и об усмирении в нем мятежа 1864 и 1865гг. - Русская старина, 1882. Т. 37, N 1, с. 144 - 145.

36. НИКИТЕНКО А. В. Дневник. Т. 3. (1866 - 1877). М. 1956, с. 61.

стр. 85


37. Колокол, 1867, 1 марта, N 235; СТРЕМОУХОВ П. Д. Нижегородский губернатор А. Н. Муравьев (из моих воспоминаний). - Русская старина, 1901, N 4, с. 357; Митрополит Московский Филарет о назначении духовных лиц в Государственный совет. - Русский архив, 1904, кн. 1, с. 365; Письма Победоносцева Александру III, Т. 1. М. 1925, с. 208.

38. ВАЛУЕВ П. А. Дневник министра внутренних дел. Т. 2. (1865 - 1876). М. 1961, с. 27.

39. Современная Россия (очерки нашей государственной и общественной жизни). СПб. 1889, с. 51.

40. НИКИТЕНКО А. В. Ук. соч., с. 290.

41. МИЛЮТИН Д. А. Ук. соч., с. 119; ВАЛУЕВ П. А. Ук. соч., с. 317; ТРОИЦКИЙ Н. А. Безумство храбрых. (Русские революционеры и карательная политика царизма 1868- 1882). М. 1978, с. 55.

42. КАВЕЛИН К. Д. Чем нам быть? - Собр. соч. Т. 2. СПб. 1898, с. 875.

43. ВАЛУЕВ П. А. Ук. соч., с. 317.

44. ЛАВЕРЫЧЕВ В. Я. Царизм и рабочий вопрос в России (1861 - 1917 гг.). М. 1972, с. 33.

45. ТРОИЦКИЙ Н. А. Адвокатура в России и политические процессы 1866 - 1904 гг. Тула. 2000, с. 268; КАТКОВ М. Н. Собрание передовых статей "Московских ведомостей" (1883). М. 1898, с. 170; ВАЛУЕВ П. А. Дневник 1877 - 1884 гг. Пг. 1919, с. 33.

46. ТРОИЦКИЙ Н. А. Царские суды против революционной России (политические процессы 1871 - 1880). Саратов. 1976, с. 87.

47. ВАЛУЕВ П. А. Ук. соч., с. 38.

48. Русский государственный исторический архив (РГИА), ф. 908, оп. 1, д. 170, л. 3.

49. РГИА, ф. 398, оп. 59, д. 18566, л. 1; ф. 570, оп. II, д. 493, л. 1; оп. II, д. 674, л. 1.

50. ВАЛУЕВ П. А. Ук. соч., с. 51.

51. Цит. по: ЗАЙОНЧКОВСКИЙ А. П. Кризис самодержавия на рубеже 1870 - 1880-х годов. М. 1964, с. 146.

52. ТРОИЦКИЙ Н. А. "Народная воля" перед царским судом (1880 - 1894). 2 изд. Саратов. 1983, с. 94.

53. ТРОИЦКИЙ Н. А. Безумство храбрых, с. 176.

54. ВАЛУЕВ П. А. Ук. соч., с. 160 - 161.

55. ПЕРЕТЦ Е. А. Дневник (1880 - 1883). М.; Л. 1927, с. 86.

56. Государственный архив Российской федерации (ГАРФ), ф. 677, оп. 1, д. 503, л. 6; ОР РГБ, ф. 126, к. 9, л. 34.

57. РГИА, ф. 908, оп. 1, д. 372, л. 34.

58. ОР РНБ, ф. 126, д. 13, л. 10.

59. МИХНЕВИЧ М. О. Наши знакомые. Фельетонный словарь современников. СПб. 1884, с. 31.

60. КОНИ А. Ф. Из лет юности и старости. - Собр. соч.: Т. 7. М. 1969, с. 120; ОР РНБ, ф. 126, д. 13, л. 12; л. 85, об. 94. об.

61. ВАЛУЕВ П. А. Дневник министра внутренних дел. Т. 2. (1865 - 1876). М. 1961, с. 336.


© biblioteka.by

Permanent link to this publication:

https://biblioteka.by/m/articles/view/Петр-Александрович-Валуев

Similar publications: LRussia LWorld Y G


Publisher:

Беларусь АнлайнContacts and other materials (articles, photo, files etc)

Author's official page at Libmonster: https://biblioteka.by/Libmonster

Find other author's materials at: Libmonster (all the World)GoogleYandex

Permanent link for scientific papers (for citations):

А. Э. Гетманский, Петр Александрович Валуев // Minsk: Belarusian Electronic Library (BIBLIOTEKA.BY). Updated: 03.04.2021. URL: https://biblioteka.by/m/articles/view/Петр-Александрович-Валуев (date of access: 17.10.2021).

Publication author(s) - А. Э. Гетманский:

А. Э. Гетманский → other publications, search: Libmonster BelarusLibmonster WorldGoogleYandex


Comments:



Reviews of professional authors
Order by: 
Per page: 
 
  • There are no comments yet
Publisher
Беларусь Анлайн
Минск, Belarus
108 views rating
03.04.2021 (197 days ago)
0 subscribers
Rating
0 votes

Actual publications:

Latest ARTICLES:

BIBLIOTEKA.BY is a Belarusian open digital library, repository of author's heritage and archive

Register & start to create your original collection of articles, books, research, biographies, photographs, files. It's convenient and free. Click here to register as an author. Share with the world your works!
Петр Александрович Валуев
 

Contacts
Watch out for new publications: News only: Chat for Authors:

About · News · For Advertisers · Donate to Libmonster

Biblioteka ® All rights reserved.
2006-2021, BIBLIOTEKA.BY is a part of Libmonster, international library network (open map)
Keeping the heritage of Belarus


LIBMONSTER NETWORK ONE WORLD - ONE LIBRARY

US-Great Britain Sweden Serbia
Russia Belarus Ukraine Kazakhstan Moldova Tajikistan Estonia Russia-2 Belarus-2

Create and store your author's collection at Libmonster: articles, books, studies. Libmonster will spread your heritage all over the world (through a network of branches, partner libraries, search engines, social networks). You will be able to share a link to your profile with colleagues, students, readers and other interested parties, in order to acquaint them with your copyright heritage. After registration at your disposal - more than 100 tools for creating your own author's collection. It is free: it was, it is and always will be.

Download app for smartphones