В начале второго тысячелетия, на пороге того времени, когда складывалась цивилизация старого континента, соединившая с иудео-греко-римским субстратом новые славянские, германские, угро-финские, балтийские народы, была сформулирована столь же оптимистическая, сколь и неверная идея о трех правящих миром силах. Имелись в виду власть духа, власть государства и власть разума. В свете этой идеи на вершинах общественной иерархии должны были находиться священники, правители и интеллектуалы. Как во многих других случаях, это желательное представление - добавим, высказываемое лишь представителями последней части названной триады - не соответствовало реальности. Однако, возможно несколько парадоксальным образом, другие мечты, сопутствовавшие европейским идеалистам, - о единстве, человеческом сообществе осуществлялись как раз именно учеными, хотя и в ограниченных масштабах. Христианское единство распалось - сначала на две основные ветви, позднее на много других, идея универсальной империи, восходящая к мифу древнего Рима (в восточном или западном варианте), у самых своих истоков несколько подорванная войнами и внутренними конфликтами, практически рухнула уже с наступлением Нового времени, сменившись соперничавшими друг с другом политическими системами. Идеологии, вместо того чтобы служить мостом взаимопонимания, становились фактором, разделявшим государства, общества, нации. Иногда даже универсальный язык искусства, вплоть до XX в. не признававший политических границ, разделял людей, навязывая собственную, "единственно правильную" форму передачи истины. (Отчасти в этом отношении похвальным исключением была Восточная Европа, где на территории старой Речи Посполитой готика соединилась с византийскими фресками, а в России -итальянское барокко с традиционной русской формой.) Не следует создавать очередной миф о том, что существовало единство людей науки. Разумеется, их сообщество было очень разнообразным, иногда весьма конфликтным - иными словами, весьма похожим на то, которое мы ... Читать далее