Libmonster ID: BY-2057
Author(s) of the publication: А. КОШКИН

А. КОШКИН, доктор исторических наук

Перл-Харбор. Название этой военно-морской базы на острове Оаху (Гавайские острова), где во время Второй мировой войны базировались главные силы Тихоокеанского флота США, вошло в историю 7 декабря 1941 года. В этот день японская воздушная армада нанесла по ней неожиданный удар. Результат бомбардировки шокировал: было уничтожено 8 линкоров, 6 крейсеров, один эсминец, 272 самолета, были убиты или ранены 3400 человек. Как затем единодушно отмечали военные исследователи, Япония в первый же день военных действий захватила господство на море. На следующий день - 8 декабря - США, Великобритания и другие государства объявили войну Японии. Советский Союз в это время сражался с гитлеровской Германией. Но "японский фактор" прочно и надолго вплелся в канву отношений трех союзников по антигитлеровской коалиции - СССР, США и Великобритании.

Хорошо понимая причины, не позволившие Сталину позитивно откликнуться на призыв США и Великобритании присоединиться к войне против Японии сразу после ее начала, американское руководство тем не менее не оставляло надежду на вовлечение Советского Союза в военные действия на Тихом океане. Хотя президент Ф. Д. Рузвельт неизменно подчеркивал, что приоритетным является разгром Германии, крайне неблагоприятная для США и Великобритании ситуация на Тихоокеанском театре военных действий вынуждала его искать приемлемые для СССР формы оказания им помощи в борьбе с японцами. Это проявилось еще при составлении текста Декларации Объединенных Наций * . 27 декабря 1941 года на встрече с советским послом М. Литвиновым Рузвельт специально обратил его внимание на внесенную в текст Декларации поправку, облегчающую Советскому Союзу подписание ее без обязательств воевать с Японией. Первый пункт Декларации гласил: "Каждое Правительство обязуется употребить все свои ресурсы, военные и экономические, против тех членов тройственного пакта и присоединившихся к нему, с которыми это Правительство находится в войне" 1 .

Так как в тот момент СССР не находился в состоянии войны с Японией, последняя не имела формального основания рассматривать подписание Советским Союзом Декларации как нарушение советско-японского пакта о нейтралитете от 13 апреля 1941 года.

Стремление руководителей США и Великобритании все же побудить Сталина в ходе войны пересмотреть его отношение к нейтралитету с Японией диктовалось сложившейся обстановкой. На состоявшейся в конце декабря 1941 года в Вашингтоне встрече Рузвельта с Черчиллем (конференция "Аркадия") оба лидера не скрывали своего пессимизма по поводу ближайших перспектив. Вот как описывал эту встречу американский историк А. Хэтч: "Черчилль разложил перед Рузвельтом английские военные карты и заявил:

- От Сан-Франциско до Кейптауна или вокруг Индии к Адену 14 тысяч миль, а флота, способно-


* Объединенные Нации - государства, входящие во время Второй мировой войны в антигитлеровскую коалицию и создавшие в 1945 году Организацию Объединенных Наций.

стр. 49


го вести борьбу с японскими военно-морскими силами, нет.

- Это правильно, - сказал мрачно президент.

- Более того, - продолжал Черчилль, - Гонконг падет в любой момент. Малайя накануне оккупации. Стремительность японского нападения превзошла все наши ожидания. Если Сингапур падет, за ним последуют голландские острова, возможно Австралия...

- Я знаю, - сказал Рузвельт, - Филиппины почти потеряны. Макартур отброшен на полуостров Батаан; Гуам и Уэйк захвачены японцами. Если они будут продолжать давить, мы не сможем удержать Мидуэй.

- Картина весьма мрачная, - продолжал Черчилль, - отчаянное положение и даже более..." 2 .

Единственное, что могло кардинально изменить ситуацию к лучшему, было бы согласие СССР на предоставление США возможности использовать советскую территорию для организации американских воздушных налетов на главные японские острова. Однако в Вашингтоне понимали, что подобное решение советского руководства было бы равнозначно вступлению СССР в войну с Японией. Хотя успех советского контрнаступления под Москвой и данное Сталиным в декабре министру иностранных дел Великобритании Идену обещание "вернуться к дальневосточному вопросу через несколько месяцев" и вселяли некоторый оптимизм по поводу возможности занятия советским правительством более активной позиции в отношении войны на Тихом океане, рассчитывать на реальную советскую помощь в этой войне в ближайшем будущем в Вашингтоне не могли. Правительство и командование США хорошо знали, что после частичной переброски советских войск с Дальнего Востока и из Сибири у СССР не было достаточных сил для ведения крупномасштабных военных действий против Японии. Поэтому американцам приходилось в противоборстве с Японией рассчитывать лишь на свои силы.

11 февраля 1942 года президент Рузвельт писал Сталину: "Несмотря на трудности, испытываемые нами в настоящее время на Дальнем Востоке, я надеюсь, что мы в ближайшем будущем настолько укрепимся в этом районе, что сумеем остановить японцев. Но мы подготовлены к некоторым дальнейшим неудачам" 3 .

Анализируя складывавшуюся в начале 1942 года военную ситуацию в Азиатско-Тихоокеанском регионе, посол СССР в США М. Литвинов в беседе с Рузвельтом указывал на то, что успех в борьбе против Японии возможен лишь в случае нанесения общими силами поражения Германии. Отражая точку зрения Кремля, он убеждал Рузвельта, не распыляя силы, сконцентрировать их на борьбе с Германией. 12 февраля он говорил президенту: "После потери Сингапура и Голландской Индии, если даже удастся сохранить Австралию, то никаких баз на Тихом океане для нападения на Японию не будет, и этот фронт останется долгое время пассивным, а потому для активных действий останется один европейский континентальный фронт. Америка и Англия смогут добраться до Японии, лишь уничтожив предварительно Гитлера" 4 . Основной смысл этих слов сводился к тому, чтобы побудить США как можно скорее принять активное участие в вооруженной борьбе против гитлеровской Германии в Европе. Президент с этим соглашался, но в качестве "второго фронта" предлагал не европейский, а североафриканский.

Однако в стратегических планах США на лето и осень 1942 года Тихий океан оставался основным театром военных действий. Именно туда было стянуто наибольшее число наземных сил и армейской авиации США. К весне 1942 года, когда американские вооруженные силы оправились от первых ударов и обрели возможность перейти к стойкой обороне и даже к отдельным активным действиям, США "решили не уступать никому права распоряжаться в тихоокеанской кухне" 5

В Вашингтоне понимали, что японцы едва ли удовлетворятся первоначальными успехами. Существовало достаточно оснований ожидать, что японское командование может предпринять попытку проведения операций по захвату Индии и Австралии.

Ситуация кардинально изменилась бы в случае японо- советской войны, перспектива начала которой не исключалась. И это было связано не столько с ближайшими планами Японии, руководство которой осознавало все тяготы и сложности ведения войны фактически на три фронта - в Китае, против англо-американских войск и против Советского Союза, сколько с ужесточившимися требованиями Гитлера и его генералов как можно скорее добиться нападения Японии на СССР с Востока.

Об этом предупреждал Рузвельт во время его беседы с советским послом. В сообщении в Москву Литвинов писал 12 марта: "Американское правительство получило сведения, что Гитлер сильно нажимает на Японию, чтобы та приурочила свое нападение на нас к его весеннему наступлению, но что Япония отвечает, что ей необходимо перевезти свои войска с Малайи и Бирмы" 6 .

Сведения о том, что Германия прилагает большие усилия по вовлечению Японии в войну против СССР, поступали в Кремль и из других источников. Однако наряду с этим имелась и достаточно надежная информация о том, что "сотрудничество Японии с Германией далеко от совершенства" 7 . Практически в тот же день, когда Рузвельт предупреждал Сталина о возможности японского нападения, высшие военные руководители Японии обратились к императору с докладом, в котором, оценивая сложившуюся ситуацию, предлагали придерживаться собственной независимой от Германии политики и стратегии. В докладе императору от 13 марта премьер-министр (он же военный министр) генерал X. Тодзио, начальник морского генерального штаба О. Нагано и начальник генерального штаба армии Г. Сугияма в разделе "О политике в отношении СССР в современных условиях" писали:

" - Всеми силами препятствовать расширению войны другой стороной (видимо, имелось в виду не провоцировать СССР на военные действия. - А. K. );

- прилагать усилия к тому, чтобы во время операций против районов Южных морей всячески избегать войны с СССР;

- прилагать усилия к тому, чтобы сохранить спокойную атмосферу в японо-советских отношениях и вместе с тем препятствовать укреплению связей с США и Англией, а при возможности оторвать СССР от этих стран.

Эта политика, конечно, совершенно не означает отказа от проведения соответствующих военных приготовлений против СССР. Необходимо находиться в полной готовности к военным действиям, чтобы одержать решительную победу в кратчайшие сроки..." 8 .

Хотя политическая линия на то, чтобы "избегать войны с СССР", противоречила германскому замыслу как можно скорее вовлечь Японию в войну против СССР, в докладе подчеркивалась целесообразность не ослаблять "тройственный пакт" с Германией и Италией: "С точки зрения достижения целей войны все настоятельнее чувствуется необходимость дальнейшего укрепления союза с Германией и Италией, поэтому необходимо придерживать-

стр. 50


ся установленного курса на сотрудничество с ними" 9 .

Эти предложения стали составной частью стратегического планирования Японией нового этапа войны. Основное содержание стратегических задач империи сводилось к "завоеванию и подчинению стратегических опорных пунктов за пределами оккупированной территории" 10 . Воздерживаясь от нанесения удара по СССР в ближайшее время, вместе с тем японское руководство брало на себя обязательство перед Германией угрозой нападения сковывать советские войска на Дальнем Востоке и в Сибири с тем, чтобы они не могли быть использованы на советско-германском фронте.

При этом планирование вероломного нападения Японии на СССР продолжалось. 18 февраля 1942 года японский "Институт тотальной войны" представил правительству стратегическую программу войны против Советского Союза. "В случае войны с Советским Союзом, - говорилось в ней, - использовать стратегическую обстановку на главных театрах войны противника и отдаленность от основных оперативных баз, нанести максимально сильный первый удар, быстро уничтожить наличные силы и части усиления противника, стремясь к разрешению военного конфликта в короткий срок, и затем, захватив важные районы, вести затяжную войну" 11 .

Одновременно японским генеральным штабом армии был составлен оперативный план наступательных операций против СССР на 1942 год. Операции должны были начаться внезапно. По плану, в Маньчжурии на первом этапе кампании намечалось использовать 30 пехотных дивизий, 4 авиадивизии (1500 самолетов) и около 1000 танков. Главный удар планировался в направлении на город Ворошилов (Уссурийск) с последующим захватом всего Приморья. Одновременно намечалось наступление на направлении Свободный - Куйбышевка с целью разгромить здесь советские войска и перерезать Транссибирскую железнодорожную магистраль 12 .

Штаб Квантунской армии разработал график проведения операций на случай решения о начале войны против СССР весной 1942 года:

- начало сосредоточения и развертывания войск - день X минус 5 дней;

- завершение развертывания -день X минус 2 дня;

- переход границы - день X;

- выход на южный берег реки

Суйфыньхэ (Пограничная) - день X плюс 8-10 дней;

- завершение первого этапа наступления - день X плюс 21 день.

Решение о начале войны должно было быть принято в марте, а о начале боевых действий - в мае 1942 года 13 .

Однако в отличие от командования Квантунской армии и его сторонников в генштабе высшее военно-политическое руководство считало, что война с СССР чревата весьма серьезными последствиями для Японии, поскольку в ходе такой войны ей будут противостоять объединенные советско- американские вооруженные силы.

В разработанном и одобренном на заседании Координационного совета правительства и императорской ставки 7 марта 1942 года документе "Оценка международного положения и достигнутых военных результатов" отмечалось, что "США и Англия... будут надеяться на то, чтобы СССР своими действиями сковал Японию или даже принял участие в войне против нее; в настоящее время США и Англия, возможно, рассчитывают на то, чтобы тайно приобрести в восточной части СССР базы для наступления против Японии".

Оценивая в этом же документе возможный "план действий Советского Союза", его составители указывали: " Исходя из затяжного характера мировой войны, СССР будет стремиться укрепить сотрудничество с США и Англией; основное внимание будет уделять войне против Германии; в настоящее время СССР будет стремиться сохранить существующую позицию в отношении Японии; нет опасности в том, что он вступит в войну против Японии по настоянию США и Англии; если же обстановка на германо-советском фронте во время весенней кампании сложится в пользу СССР, а военная мощь Японии будет ослаблена в результате боевых действий США и Англии, то не исключается возможность вступления СССР в войну против Японии; немалая опасность существует и в том, что СССР предоставит США военные базы на своей территории для нанесения внезапного удара по Японии, если последняя сочтет неизбежным использование вооруженной силы против СССР" 14 .

Стремление руководства США в той или иной форме привлечь СССР к войне против Японии с наступлением весны 1942 года стало еще более очевидным. При этом американские представители, убеждая Москву в неизбежности японского нападения, по сути дела подталкивали Сталина на "превентивный" удар по Японии. 23 апреля 1942 года состоялась беседа Сталина с новым послом США в СССР У. Стэндли, в ходе которой был затронут вопрос о советско- японских отношениях.

Из записи беседы: "...Стэндли спрашивает, какие новости имеются с фронта на Дальнем Востоке. Сталин отвечает, что со стороны японцев не было попытки провоцировать инциденты на границе. Наша разведка сообщает, что японцы перебрасывают дополнительные силы на север. Мы не верим заверениям японцев, что они против нас ничего не имеют, и принимаем соответствующие меры в области укрепления нашей обороны на Востоке.

Стэндли говорит, что следует помнить пример Порт-Артура и

стр. 51


Перл-Харбора. Сталин говорит, что Стэндли, вероятно, имеет в виду внезапность нападения. Мы хорошо об этом помним. Стэндли отвечает, что они также хорошо знали об этом, но тем не менее, были застигнуты врасплох" 15 .

Предупреждения американцев основывались на достоверных данных разведки. Как уже отмечалось, решение избегать столкновения с СССР на период движения на юг имело временный характер и не означало окончательного отказа Японии от участия в войне против СССР.

По расчетам японского командования шансы на успех в войне против СССР во многом зависели от того, будут ли дальневосточные дивизии переброшены на советско- германский фронт. Однако к весне 1942 года ожидавшегося японским командованием значительного сокращения численности советских войск на Дальнем Востоке и в Сибири не произошло. В феврале разведуправление японского генерального штаба армии представило данные, согласно которым "переброска советских войск с Востока на Запад не вела к ослаблению группировки Красной Армии, пополнявшейся за счет местных резервов" 16 .

В связи с этим командование армии обратилось к императору с рекомендацией приостановить военные действия на юге, закрепиться в оккупированных районах с тем, чтобы перебросить на север четыре дивизии. Вокруг этого предложения возникли серьезные споры. Сторонники продолжения операций на юге, напротив, требовали увеличения численности сухопутных сил для ведения военных действий не только на островах Тихого океана, но и с целью высадки и захвата Австралии. По расчетам командования армии для осуществления этих планов требовалось кроме основных сил флота привлечь до двенадцати пехотных дивизий. При этом только для переброски этих сил требовалось мобилизовать суда общим водоизмещением около 1,5 миллиона тонн. Командование сухопутных сил не могло согласиться с этим в связи с планами войны против СССР. Его позиция сводилась к следующему: "Чтобы выделить такие крупные силы, необходимо значительно сократить военные приготовления против СССР в Маньчжурии и военные действия в Китае, что создаст для Японии крайне неблагоприятную общую стратегическую обстановку" 17 .

В конце концов было достигнуто согласие армейского и военно-морского командования провести на юге ряд операции по захвату островов Самоа, Фиджи, Новой Каледонии, что не требовало значительного количества сухопутных сил. По планам японского генерального штаба предусматривалось оставить на южном направлении только такое количество войск, которое бы обеспечивало поддержание общественного порядка и проведение операций на внешних рубежах. Высвобождавшиеся войска должны были быть переброшены в Маньчжурию и Китай, а также частично в метрополию. Весной 1942 года Квантунская армия была вновь усилена (сюда были направлены дополнительно две дивизии) и достигла своей максимальной численности 18 .

С 22-го по 27 мая 1942 года в Лондоне проходили переговоры заместителя председателя Совета народных комиссаров и наркома иностранных дел В. Молотова с премьер-министром Великобритании У. Черчиллем и другими английскими руководителями. Хотя главной темой переговоров была ситуация на европейском театре военных действий и конкретные вопросы взаимодействия в войне, по инициативе английского премьера было рассмотрено и положение на Дальнем Востоке.

Ниже приводится выдержка из записи беседы В. Молотова с У. Черчиллем и министром иностранных дел Великобритании А. Иденом 22 мая 1942 года.

"22 мая вечером Черчилль и Идеи приехали в Чекере. После обеда, около 10 часов вечера, Черчилль и Идеи пригласили т.т. Молотова и Майского (посол СССР в Великобритании. - А. К.) в отдельную комнату, где находился, между прочим, большой подвижной глобус мира, и здесь произошла длинная беседа, продолжавшаяся в течение трех часов. Переводил тов. Майский.

1. Военное положение. Львиную долю времени заняло подробное сообщение Черчилля о военном положении. Много в этом сообщении было такого, что всем известно из газет, однако были и такие вещи, которые имеют секретный характер. Свой доклад (ибо сообщение Черчилля очень походило на доклад) премьер делал, стоя у глобуса, с сигарой в зубах и то и дело отхлебывая из стакана с виски. Сообщение Черчилля в основном сводилось к следующему:

а) Дальний Восток. Черчилль, с усмешкой заявляя "я - японец", мысленно старался поставить себя в положение японского главного военного командования и предугадать, чего можно ожидать от японцев в течение ближайших месяцев. По мнению Черчилля, японцы сильно растянули свою коммуникационную линию, сильно разбросали свои силы по различным территориям, островам и полуостровам, захваченным ими в последние полгода, и потому в состоянии производить в каждый данный момент только одну, максимум две крупные операции. Исходя из данной предпосылки, Черчилль задавался вопросом: Куда же пойдет Япония? Перед Японией, - говорил Черчилль, - имеется несколько возможных направлений. Начнем с севера. Пойдет ли она против СССР? Сомнительно, по крайней мере в ближайшие месяцы. Сомнительно, по мнению Черчилля, потому, что здесь Японии пришлось бы атаковать очень могущественные советские силы. С чем? По английским сведениям, японцы сейчас имеют в Маньчжурии 23 дивизии, в самой Японии - 7, в районе южных морей - 29 и примерно 10-12 дивизий в Китае. Общая же численность японской армии определяется 72 дивизиями. С 23 дивизиями атаковать СССР на Дальнем Востоке нельзя, а дополнительные силы взять пока неоткуда. К тому же война с СССР означала бы величайшую опасность для Японии с воздуха, против которой она плохо защищена. В итоге Черчилль приходил к выводу, что наступление Японии в северном направлении маловероятно. Япония могла бы рискнуть на такое наступление лишь в том случае, если бы дела на Западном фронте СССР пошли бы для него плохо, но этого Черчилль не ожидает.

б) Может ли Япония пойти на Австралию? Тоже маловероятно. Ибо Австралия слишком удалена от японских баз, а белое население Австралии очень энергично и воинственно. К тому же здесь имеются американцы. Атака Австралии означала бы дальнейшее растяжение коммуникационных линий и дальнейшее разбрасывание японских сил. Поэтому Черчиллю кажется маловероятным австралийское направление японской агрессии. Пойдет ли Япония на Индию? Это не исключается, однако и тут Япония мало выигрывает с точки зрения военно-стратегической. Индия огромная страна с сотнями миллионов населения. Черчиллю поэтому кажется сомнительным, чтобы Япония сделала главным объектом своего наступления Индию. Возможно, что она атакует район Калькутты, но скорее всего лишь для целей военной демонстрации и отвлечения внимания англичан в другую сторону.

стр. 52


Пойдет ли Япония в Китай? Это направление кажется Черчиллю более всего вероятным. Захватив Бирму и начало Бирманской дороги, японцы скорее всего двинутся по этой дороге в глубь Китая с надеждой окончательно его отрезать от Англии и САСШ (США. - А. К. ) и нанести смертельный удар правительству Чан Кайши. Такое направление выгодно для японцев еще и в том отношении, что оно будет вести не к растяжению, а к сокращению линии фронта. Оно может обещать Японии также некоторые более постоянные результаты - консолидацию японских завоеваний в Китае. Тов. Молотов заметил в этом месте, что хотя японцы и могут иметь такие расчеты, однако завоевание Чунцина и ликвидация правительства Чан Кайши представляли бы очень трудную операцию, которая, пожалуй, оказалась бы для Японии непосильной.

в) Охарактеризовав таким образом военную ситуацию на Дальнем Востоке, Черчилль перешел к изложению мероприятий, принимаемых и намечаемых Англией в этом районе... В итоге Черчилль приходит к выводу, что хотя положение для Англии на Дальнем Востоке сейчас и трудное, но для пессимизма оснований нет" 19 .

В целом, данную Черчиллем оценку положения на тихоокеанском и восточно-азиатском театрах военных действий можно признать довольно верной. Она в основном совпадала с главными направлениями стратегического планирования воины военно-политическим руководством Японии. Обращает на себя внимание то, что Черчилль, по сути дела, исключил вероятность японского нападения на СССР, хотя и сделал оговорку о возможности изменения ситуации в случае неудач СССР на советско-германском фронте. Важное значение имело и то, что на сей раз ни Черчилль, ни Идеи, судя по записям бесед, ни в какой форме не ставили вопрос о подключении Советского Союза к войне против Японии. Видимо, им было известно, что в Кремле твердо решили в ходе войны против Германии не давать Японии повода усомниться в соблюдении советским руководством положении пакта о нейтралитете.

Ничего не говорилось о Японии и в подписанном 26 мая 1942 года Молотовым и Иденом советско-английском договоре о союзе в войне против гитлеровской Германии и ее сообщников в Европе и о сотрудничестве и взаимной помощи после войны.

Иначе к проблеме помощи Советского Союза в войне с Японией подходил президент Ф. Д. Рузвельт, который не отказывался от дипломатических усилий, направленных фактически на денонсацию им пакта о нейтралитете с Японией.

29 мая В. Молотов вылетел из Лондона с официальным визитом в Вашингтон, где предстояло обсудить с Ф. Д. Рузвельтом вопрос о "втором фронте" в борьбе с Германией и подписать соглашение о взаимной помощи в войне.

В ходе бесед с В. Молотовым американский президент предложил свой план послевоенного устройства мира. Он заявил, что главные страны-победители - США, Англия, СССР, а также, возможно, Китай - должны стать "мировыми полицейскими". Все же остальные страны должны быть разоружены. "Если, однако, какая-нибудь из стран начала бы секретно вооружаться, - говорил Рузвельт, - то четыре полицейских объявят стране блокаду... Если этого окажется недостаточным, тогда четыре полицейских будут бомбить эти страны" 20 . Рузвельт просил Молотова сообщить об этом плане Сталину.

Особенно непримиримо говорил президент о будущем Японии. В частности, он требовал "выбросить японцев" со всех островов Тихого океана, мандат на которые Япония получила после Первой мировой войны. По его мысли, после окончания Второй мировой войны никто не должен обладать этими островами, на них должна быть установлена опека трех-четырех великих держав-победителей. Сталин с энтузиазмом поддержал эту идею. В своей телеграмме в Вашингтон Молотову от 1 июня 1942 года он давал наркому следующие указания: "Соображения Рузвельта на счет охраны мира после войны совершенно правильны. Не может быть сомнения, что без создания объединенной вооруженной силы Англии, США, СССР, способной предупредить агрессию, невозможно сохранить мир в будущем. Хорошо бы сюда включить Китай... Заяви немедля Рузвельту, что ты снесся с Москвой, обдумал этот вопрос и пришел к выводу, что Рузвельт совершенно прав и его позиция получит полную поддержку со стороны Советского правительства" 21 .

Можно допустить, что столь быстрая позитивная реакция Сталина на предложение Рузвельта лишить Японию "превращенных в крепости" тихоокеанских островов была связана с расчетами советского руководства и в отношении Курильских островов, которые, как известно, стали базой атаки японского флота на Перл-Харбор и подготовки Японии к нападению на СССР.

Во время вашингтонских бесед Рузвельт, хотя и не поднимая прямо вопрос об изменении советской политики в отношении Японии, тем не менее не преминул указать на сохраняющуюся опасность японского нападения на советскую территорию. Уже в первой беседе с В. Молотовым сразу по его прилету в Вашингтон он отметил, что японцы "перебрасывают свои лучшие самолеты в Северную часть Тихого океана". При этом одной из предположительных целей такой концентрации сил был назван

стр. 53


"район Петропавловска для нападения на Камчатку". Президент спросил, проводятся ли в СССР оборонительные мероприятия на Камчатке? На что Молотов ответил, что проводятся, но не столь значительные, и в настоящее время принимаются меры для укрепления обороны Камчатки 22 .

Еще одним вопросом, затрагивавшим советско-японские отношения, было настойчивое предложение американской стороны открыть регулярное воздушное сообщение из США через Аляску на Дальний Восток, а затем к транссибирской железной дороге. Это предложение было сделано послом США в СССР Стэндли еще во время его первой встречи со Сталиным, который тогда обещал "изучить этот вопрос". Однако ответ задерживался. Было очевидно, что Сталина беспокоила возможная реакция японцев на открытие такой авиалинии. В Токио весьма нервно реагировали на любые, даже незначительные признаки использования авиацией США советской территории. Так, после вынужденной посадки 18 апреля 1942 года в Приморье американского военного самолета, бомбившего с авианосца территорию японской метрополии, правительство Японии направило правительству СССР составленный в довольно резких выражениях официальный протест, представив этот инцидент чуть ли не как сознательное предоставление Советским Союзом баз для авиации США 23 .

Хотя первоначально Сталин явно пытался уйти от положительного ответа на американское предложение, ссылаясь на то, что маршрут через Аляску - Сибирь не может быть практически использован по условиям погоды и "ввиду влияния других факторов", после личного письменного обращения Рузвельта (1 июня) с этим предложением он решил пренебречь возможными японскими протестами. В телеграмме от 4 июня 1942 года он писал Молотову: "Придется также согласиться на то, чтобы часть бомбардировщиков доставлять в СССР через Камчатку и Дальний Восток путем перелета. Это все-таки дает нам облегчение по части авиации, а Японии это дело не касается, так как ведем войну не с ней, а с Германией" 24 .

7-8 июня 1942 года японские войска захватили острова Кыска и Атту (Алеутские острова). Захват этих островов шокировал американцев, ибо они входили в состав собственно территории США. Это побудило Рузвельта, действуя по просьбе Объединенного комитета начальников штабов США, активизировать зондаж советской позиции в отношении Японии. При этом вновь был использован фактор опасности японского нападения на советский Дальний Восток. В своем послании Сталину от 17 июня Рузвельт, отбросив дипломатический язык, по сути дела призвал советское правительство открыть совместные военные действия против Японии. В послании говорилось: "Положение, которое складывается в северной части Тихого океана и в районе Аляски, ясно показывает, что Японское правительство, возможно, готовится к операциям против Советского Приморья. Если подобное нападение осуществится, то Соединенные Штаты готовы оказать Советскому Союзу помощь американскими военно-воздушными силами при условии, что Советский Союз предоставит этим силам подходящие посадочные площадки на территории Сибири. Конечно, чтобы быстрее осуществить подобную операцию, необходимо было бы тщательно координировать усилия Советского Союза и Соединенных Штатов.

Посол Литвинов информировал меня, что Вы одобрили переброску американских самолетов через Аляску и Северную Сибирь на западный фронт, и я был рад узнать об этом. Я полагаю, что в наших общих интересах необходимо приступить к немедленному обмену подробной информацией между представителями наших армий, флотов и военно- воздушных сил для того, чтобы встретить эту новую опасность на Тихом океане. Я считаю, что вопрос настолько срочный, что имеются все основания дать представителям Советского Союза и Соединенных Штатов полномочия приступить к делу и составить определенные планы. Поэтому я предлагаю, чтобы Вы и я назначили таких представителей и чтобы мы направили их немедленно для совещания в Москве и Вашингтоне" 25 .

Предложение Рузвельта было настолько серьезным, что Сталин не смог сразу же на него ответить. Ведь речь шла фактически об отказе от советско-японского пакта о нейтралитете и вступлении в войну с Японией. Однако неудачное наступление советских войск под Харьковом и начавшаяся затем битва за Кавказ и Сталинград, продолжавшаяся блокада Ленинграда заставляли советское руководство во что бы то ни стало избегать военного столкновения с Японией.

Рузвельт и командование США, видимо, решили, что согласие Сталина на открытие воздушной линии поставок американского вооружения через Дальний Восток свидетельствует об его отказе постоянно оглядываться на Японию в вопросах военного сотрудничества с США. Не дождав-

стр. 54


шись скорого ответа на свое послание, уже через неделю, 23 июля, Рузвельт вновь пишет Сталину о необходимости скорейшего решения вопроса о предоставлении на территории Сибири "посадочных площадок, метеорологического и навигационного оборудования" для американских ВВС. При этом вновь прямо подчеркивалось: "В случае японского нападения на Советское Приморье подобная сибирская авиалиния позволила бы Соединенным Штатам быстро перебросить соединения американской авиации в указанный район для оказания помощи Советскому Союзу" 26 .

Предупреждения об опасности японского нападения на СССР с Востока имели основания и их нельзя было рассматривать лишь как проявление стремления Рузвельта в своих интересах скорее втянуть Советский Союз в военные действия на Дальнем Востоке. Безусловно, фиксировавшееся разведками обеих стран (СССР и США) увеличение японских войск на севере было связано с планами выступления Японии против СССР в случае успеха летней военной кампании Германии, на который японские сторонники войны против СССР возлагали немалые надежды.

В середине июля развернулось наступление германской армии на южном участке советско-германского фронта с целью прорваться к Волге в районе Сталинграда, захватить этот важный стратегический пункт и крупнейший промышленный район и тем самым отрезать центр СССР от Кавказа. Понимая, что от результатов этого наступления во многом зависит успех всей военной кампании против СССР, Гитлер решительно требовал от Японии выполнения союзнических обязательств по совместному сокрушению Советского Союза. При этом он не обращал никакого внимания на наличие между Японией и СССР пакта о нейтралитете.

15 мая 1942 года министр иностранных дел Германии Риббентроп телеграфировал японскому правительству: "Без сомнения, для захвата сибирских приморских провинций и Владивостока, так жизненно необходимых для безопасности Японии, никогда не будет настолько благоприятного случая, как в настоящий момент, когда комбинированные силы России предельно напряжены на европейском фронте" 27 .

Однако Япония была готова обрушиться на СССР лишь при условии переброски если не всех, то большей части его дивизий на советско-германский фронт. Только в этом случае она могла рассчитывать на захват советской территории имевшимися в наличии силами без ущерба положению на других фронтах, в первую очередь китайском.

Весной 1942 года генеральный штаб сухопутных сил Японии разработал новый план "Операция 51", согласно которому против советских войск на Дальнем Востоке предусматривалось использовать 16 пехотных дивизий Квантунской армии, а также три пехотные дивизии, дислоцировавшиеся в Корее. При необходимости намечалось перебросить в Маньчжурию еще семь пехотных дивизий из Японии и четыре из Китая. В наступлении должна была принять участие танковая армия в составе трех дивизий 28 .

Замысел операции состоял в том, чтобы путем нанесения внезапного авиационного удара по аэродромам уничтожить советскую авиацию и, добившись господства в воздухе, прорвать линию обороны советских войск южнее и севернее озера Ханка и захватить Приморье. Одновременно предполагалось форсировать Амур, прорвать линию обороны советских войск на северном направлении - западнее и восточнее Благовещенска и, овладев железной дорогой на участке Свободный - Завитинск, не допустить подхода подкреплений с запада. Осуществить операцию предполагалось в течение двух месяцев 29 .

Наличие этого плана не означало, что в японском руководстве было единодушное мнение о вступлении летом 1942 года в войну с СССР. Серьезное поражение японцев в сражении за остров Мидуэй свидетельствовало о том, что война на юге против США и Великобритании потребует концентрации всех сил империи. 20 июля 1942 года начальник оперативного управления генерального штаба армии С. Танака записал в своем дневнике: "В настоящее время необходимо решить вопрос о принципах руководства войной в целом. Видимо, в 1942 - 1943 годах целесообразно будет избегать решающих сражений, вести затяжную войну. Операцию против Советского Союза в настоящее время проводить нецелесообразно" 30 .

После тщательного анализа складывавшейся ситуации Сталин дал 1 июля 1942 года ответ на послания Рузвельта от 17 и 23 июня. В нем лишь вновь подтверждалось принципиальное согласие на прием американских самолетов для СССР через Аляску и Сибирь. Никаких комментариев по поводу предупреждений президента об опасности нападения и его предложения объединить силы против Японии в ответе не содержалось. Вместе с тем Сталин соглашался провести в Москве встречу представителей армии и флота США и Советского Союза - "для обмена информацией".

Очевидно, что подобный ответ не удовлетворил американцев. Получалось, что Сталин как бы проигнорировал предупреждения президента. Посол США Стэндли, кстати, имевший звание адмирала и характеризовавшийся Рузвельтом как "прямой, открытый и простой человек", во время встречи со Сталиным 2 июля, видимо, не без согласования с Вашингтоном, значительную часть отведенного для беседы времени затратил на изложение "доводов", якобы подтверждавших вероятность скорого нападения Японии на Советский Союз. Из записи беседы: "Стэндли говорит, что в первом послании президент сообщал о событиях в северной части Тихого океана, о том, что японцы, возможно, готовят нападение на Советское Приморье. В связи с этим, он, Стэндли, хотел бы сообщить некоторые факты, которые подтверждают предположения президента. Он получил сведения из Владивостока о том, что население во Владивостоке уже более не употребляет выражение: "Если будет война с Японией", а говорит: "Когда будет война с Японией". Далее, из Токио, из одного источника, который считается надежным, сообщают, что в Токио циркулируют слухи, вызванные англо-советским договором, о предстоящем выступлении Маньчжурской (Квантунской. - А. К. ) армии против СССР, о том, что в Токио прибыла германская военная миссия, оказывающая давление на японцев. В настоящее время, согласно этому источнику, в японской столице проходят переговоры между этой германской военной миссией и высшими японскими чинами и предстоит принятие важных решений. Некоторые высшие военные чины отправляют своих жен и детей из Токио в сельские местности. Турецкий посол в Токио сообщил, что военные действия против СССР начнутся, но не ранее того, как СССР потерпит серьезные неудачи на западном фронте" 31 .

Вызывает удивление то, что американцы решили изложить Сталину не сколько-нибудь серьезную развединформацию, а весьма сомнительные слухи, причем из Токио, где у них во время войны не было ни дипломатов, ни журналистов, и даже из... Влади-

стр. 55


востока (?!). Естественно, обладавший неизмеримо более важной и достоверной информацией о подлинных намерениях правительства Японии Сталин не счел нужным как-либо отреагировать на "информацию" Стэндли. Было ясно, что американцы продолжают искать пути втянуть СССР в войну с Японией. Сталин же пока на это пойти не мог.

В это время среди иностранных наблюдателей и аналитиков высказывалась "гипотеза", согласно которой к лету 1942 года между СССР и Японией было достигнуто что-то вроде "джентльменского соглашения". Смысл этого соглашения якобы состоял в том, что "русские, возможно, взяли на себя обязательство не позволять американцам использовать Сибирь для действий против Японии, на что взамен японцы заверили русских, что не осуществят нападения в Сибири" 32 .

Было такое "джентльменское соглашение" или нет, неизвестно. Известно другое - резко ухудшившаяся для СССР обстановка на юге страны, где германские войска разворачивали новое широкомасштабное наступление, заставляла Сталина сохранять нейтралитет с Японией. Отвечая на запрос Японии по поводу советско-английского союзного договора и советско-американского соглашения, советское правительство заявило, что эти соглашения не касаются советско-японских отношений, базирующихся на пакте о нейтралитете 1941 года.

Настойчивость американского правительства в зондировании позиции Москвы в отношении Японии была понятна. Ведь получи они возможность регулярно бомбить Японию с территории советского Приморья или Камчатки, война на Тихоокеанском ТВД могла бы принять явно выигрышный для США характер. Но в этом случае советско-японская война в весьма сложный для СССР период стала бы неизбежной. Как показали последовавшие события, сдержать германский натиск и разгромить под Сталинградом крупную группировку немецких войск в значительной степени удалось благодаря переброске с советско-маньчжурской границы свежих и боеспособных дивизий. Этого не могли не понимать в Вашингтоне.

"ВТОРОЙ ФРОНТ" В ЕВРОПЕ И ЯПОНИЯ

Как свидетельствуют доступные исследователям документы и материалы, на протяжении Второй мировой войны Сталин, Рузвельт и Черчилль в своих официальных высказываниях никогда напрямую не связывали вопросы открытия "второго фронта" с Японией. Однако, в действительности при разработке стратегических планов как в Москве, так и в Вашингтоне и Лондоне такая связь учитывалась. Как отмечал в своих мемуарах самый "долгоиграющий" глава советского МИДа А. А. Громыко, было "совершенно ясно, что открытие союзниками второго фронта на западе против фашистской Германии связывается Вашингтоном с готовностью СССР помочь США на востоке" 33 . Безусловно, вступление СССР в войну против Японии негласно использовалось и Сталиным в качестве "козырной карты" на переговорах об открытии союзниками "второго фронта" в Европе. Как уже отмечалось, впервые намек о взаимозависимости советской помощи в войне против Японии с перспективой открытия Великобританией и США фронта в Европе был сделан Сталиным сразу после начала войны на Тихом океане во время его декабрьских бесед в Кремле с министром иностранных дел Великобритании Иденом.

Стремление советского руководства побудить Великобританию к военному сотрудничеству в борьбе с Германией обнаружилось сразу после начала советско- германской войны. 6 июля 1941 года посол Великобритании в Москве С. Криппс обратился с личным письмом к Черчиллю, в котором писал: "Русские понимают значение для нас их сражений, и, вполне естественно, они ожидают от нас каких-то практических мер в ответ за ту помощь, которую они нам оказывают" 34 .

12 июля в Москве было подписано Соглашение о совместных действиях Союза ССР и Великобритании в войне против Германии. В нем декларировалось:

"1. Оба правительства взаимно обязуются оказывать друг другу помощь и поддержку всякого рода в настоящей войне против гитлеровской Германии.

2. Они далее обязуются, что в продолжение этой войны они не будут ни вести переговоров, ни заключать перемирия или мирного договора, кроме как с обоюдного согласия" 35 .

Заключение этого соглашения не означало, что Великобритания брала на себя обязательство предпринимать какие-либо военные действия для облегчения положения СССР. В то время англичане не собирались открывать фронт против Германии, а считали более выгодным, воспользовавшись занятостью Германии войной с СССР, сосредоточить свои военные усилия на удержании своих колониальных владений на Ближнем, Среднем и Дальнем Востоке. Признавая, что русский фронт "стал решающим", Черчилль считал, что пока германские войска заняты на этом фронте, вторжение в Англию невозможно 36 . Не было никаких оснований рассчитывать и на военную помощь США, лидеры которых ограничивались лишь словесными обещаниями экономической помощи СССР. По существовавшим летом 1941 года стратегическим планам США, вступление американцев во Вторую мировую войну намечалось лишь на середину 1942 года 37 . Поэтому в наиболее трудный первый период войны Советскому Союзу приходилось полагаться только на собственные силы.

Ситуация кардинально изменилась после Перл-Харбора. Терпя поражения от японцев, лидеры США и Великобритании стали более серьезно рассматривать вопрос об установлении с СССР союзнических отношений. Советское правительство было к этому готово. Еще 3 июля 1941 года в своем выступлении по радио Сталин, в частности, заявил: "В этой освободительной войне мы не будем одинокими. В этой великой войне мы будем иметь верных союзников в лице народов Европы и Америки... Наша война за свободу нашего отечества сольется с борьбой народов Европы и Америки за их независимость..." 38 .

Зондируя позицию советского руководства по поводу возможности его сотрудничества в войне с Японией, Рузвельт и Черчилль понимали, что такое сотрудничество могло скорее обрести конкретные формы в случае оказания Советскому Союзу реальной помощи военными действиями в Европе. Они помнили слова Сталина о том, что "военное положение СССР, равно как и Великобритании, было бы значительно улучшено, если бы был создан фронт против Гитлера на Западе (Северная Франция) и на Севере (Арктика)". "Фронт на севере Франции, - писал Сталин в своем послании Черчиллю от 18 июля 1941 года, - не только мог бы оттянуть силы Гитлера с Востока, но и сделал бы невозможным вторжение Гитлера в Англию... Я представляю трудность создания такого фронта, но мне кажется, что, несмотря на трудности, его

стр. 56


следовало бы создать не только ради нашего общего дела, но и ради интересов самой Англии. Легче всего создать такой фронт именно теперь, когда силы Гитлера отвлечены на Восток и когда Гитлер еще не успел закрепить за собой занятые на востоке позиции. Еще легче создать фронт на Севере..." 39 .

Ответ Черчилля на это послание сводился к тому, что "начальники штабов не видят возможности сделать что-либо в таких размерах, чтобы это могло принести Вам хотя бы самую малую пользу" 40 .

Напротив, англичане, озабоченные продвижением Японии в южном направлении, стремились создать видимость, что заключенное между Великобританией и СССР соглашение может быть распространено и на Дальний Восток. Похоже, с этой целью посол Криппс заявил Молотову о желательности посылки на советский Дальний Восток части английской военной миссии, находившейся в Москве. Отвечая на это неожиданное предложение, Молотов предупредил, что надо проявлять осторожность, ибо "такой шаг может вызвать беспокойство у японцев и дать им повод для действий, нежелательных ни для Англии, ни для СССР" 41 .

Всерьез о будущей координации стратегических планов с СССР в Лондоне и Вашингтоне стали задумываться лишь после поражения германских войск под Москвой. Становилось очевидным, что дальнейший ход и сам исход Второй мировой войны будут решаться не в Африке и на Тихом океане, а на советско-германском фронте. Упорное сопротивление советских войск, неизбежная концентрация здесь основных сил Германии создавали для Великобритании условия, практически исключавшие попытки немцев высадиться на Британские острова.

С глубоким разочарованием и пессимизмом по поводу дальнейшего развития Второй мировой войны было встречено сообщение о переходе советских войск в контрнаступление японским правительством. В Токио стали всерьез задумываться о той крайне опасной для Японии ситуации, когда США и СССР смогут объединиться для разгрома Японии.

В середине декабря 1941 года Черчилль, обращаясь к Сталину, признавался: "Невозможно описать то чувство облегчения, с которым я каждый день узнаю о Ваших замечательных победах на русском фронте. Я никогда еще не чувствовал себя столь уверенным в исходе войны" 42 .

Свои искренние чувства по поводу разгрома немцев под Москвой выразил в Рождество - 25 декабря - в своем личном дневнике посол Великобритании в Москве Криппс: "Многие специалисты в Великобритании, особенно профессиональные военные, фактически желали поражения Советской Армии для того, чтобы доказать правильность своих прогнозов... Наши пророки потерпели фиаско... Теперь, после столь славной победы под Москвой, никто не может утверждать, что советский режим является прогнившим или подрывающим жизненно важные основы советской страны. Нет! Если бы не этот режим и все то, что было сделано в этой стране за последние 20 лет, Гитлер, безусловно, сумел бы завоевать всю Европу, и наши шансы на победу равнялись бы нулю... Миф о непобедимости нацистов был развеян, и теперь можно с уверенностью сказать, что рано или поздно Гитлер будет разбит, а нацистский режим уничтожен. Я испытываю чувство глубокой благодарности ко всем советским людям за принесенные ими страдания и непреклонную волю к победе, которую они проявляют" 43 .

(Окончание следует)


1 Сборник действующих договоров, соглашений и конвенций, заключенных СССР с иностранными государствами. Выпуск XI. Москва, 1955, с. 44-45.

2 Hatch A.P. Franclin D. Roosevelt, An Informal Biography. New-York, 1947, p. 298.

3 Переписка Председателя Совета Министров СССР с президентами США и премьер-министрами Великобритании во время Великой Отечественной войны 1941-1945 гг. Том 2. Москва, 1976, с. 13-14.

4 Советско-американские отношения во время Великой Отечественной войны 1941-1945 гг. Том 1. Москва, 1984, с. 152.

5 История второй мировой войны 1939 - 1945 гг. Том. 5. Москва, 1975, с. 381.

6 Советско-американские отношения... Том 1, с. 156.

7 См. Русский архив. Великая Отечественная. Том 18. Советско-японская война 1945 года: история военно- политического противоборства двух держав в 30-40 годы. Документы и материалы. Москва, 1997, с. 196-202.

8 Такусиро Хаттори. Япония в войне 1941- 1945 гг. Москва, 1973, с. 192 (пер. с япон.).

9 Там же, с. 193.

10 История войны на Тихом океане. Том 3. Москва, 1958, с. 273 (пер. с япон.).

11 Государственный архив Российской Федерации (ГАРФ), фонд 7867, опись 1, дело 275, лист 84.

12 Там же, дело 196, листы 394-396.

13 Дайтоа сэнсо кокан си. (Официальная история войны в великой Восточной Азии). Том. 73. Кантогун (Квантунская армия). Часть 2. Токио. Асагумо симбунся. 1974, с. 81.

14 Такусиро Хаттори. Указ соч., с. 180-181.

15 Советско-американские отношения... Том 1, с. 171.

16 Кантогун. Часть 2. с. 95.

17 Такусиро Хаттори. Указ соч., с. 187.

18 Фудзивара Акира. Тайхэйе сэнсо си рои. (Рассуждения об истории войны на Тихом океане). Токио, 1982, с. 81.

19 Цит. по: Ржешевский О. А. Война и дипломатия. Документы, комментарии 1941-1942. Москва, 1997, с. 94-96.

20 Советско-американские отношения... Т. 1, с. 175- 176.

21 Ржешевский О. А. Указ, соч., с. 192. Следует отметить, что существуют различные оценки намерения Рузвельта по поводу организации "полицейских сил" стран- победителей. Так, профессор В. Я. Сиполс считает: "Поскольку в Вашингтоне рассчитывали, что из указанных четырех держав трое выдут из войны ослабленными, в то время как США будут в зените своей силы, то общий смысл предложения Рузвельта сводился к тому, что вершить делами в мире будут Соединенные Штаты". (В. Сиполс. Великая Победа и дипломатия 1941-1945 гг. Москва, 2000, с. 99.)

22 Там же, с. 164.

23 Кудо Митихиро. Ниссо тюрицу дзеяку-но кэнкю. (Исследование японо-советского пакта о нейтралитете). Токио, 1985, с. 139 - 140.

24 Ржешевский О. А. Указ, соч., с. 204.

25 Переписка..., Т. 2, с. 19.

26 Там же, с. 20.

27 ГАРФ, фонд 7867, опись 1, дело 275, лист 284.

28 Дайтоа сэнсо кокан си. Том 59. Дайхонъэй рикугун бу. (Секция сухопутных сил императорской ставки). Часть 4. Токио, 1972, с. 380-381.'

29 См. подробнее: Савин А. Срыв планов агрессии Японии против СССР в 1942-1943 гг. ("Военно- исторический журнал". 1983, N 1).

30 Дайхонъэй рикугун бу. Часть 4, с. 404.

31 Советско-американские отношения... Т. 1, с. 211.

32 Русский архив... Т. 18, с. 205.

33 Громыко А.Л. Памятное. Кн. 1. М., 1988, с. 191.

34 Вилнис Сиполс. Великая победа и дипломатия. М., 2000, с. 26.

35 Внешняя политика Советского Союза в период Отечественной войны. Документы и материалы. В 3-х томах. Том 1. М., 1946, с. 131-132.

36 Черчилль У. Вторая мировая война. Кн. 2. М., 1991, с. 131-132.

37 Мэтлофф М., Снэлл Э. Стратегическое планирование в коалиционной войне, 1941-1942 гг. М., 1955, с. 82.

38 Внешняя политика Советского Союза в период Отечественной войны. Том 1, с. 34.

39 Переписка... Том 1, с. 19.

40 Там же, с. 20.

41 Вилнис Сиполс. Указ. соч. с. 44.

42 Переписка... Т. 1, с. 1.

43 "Новая и новейшая история", 1991, N 3, с. 144.


© biblioteka.by

Permanent link to this publication:

https://biblioteka.by/m/articles/view/ЯПОНИЯ-От-Перл-Харбора-до-Тегерана

Similar publications: LBelarus LWorld Y G


Publisher:

Yanina SeloukContacts and other materials (articles, photo, files etc)

Author's official page at Libmonster: https://biblioteka.by/Selouk

Find other author's materials at: Libmonster (all the World)GoogleYandex

Permanent link for scientific papers (for citations):

А. КОШКИН, ЯПОНИЯ. От Перл-Харбора до Тегерана // Minsk: Belarusian Electronic Library (BIBLIOTEKA.BY). Updated: 07.04.2023. URL: https://biblioteka.by/m/articles/view/ЯПОНИЯ-От-Перл-Харбора-до-Тегерана (date of access: 18.05.2024).

Found source (search robot):


Publication author(s) - А. КОШКИН:

А. КОШКИН → other publications, search: Libmonster BelarusLibmonster WorldGoogleYandex

Comments:



Reviews of professional authors
Order by: 
Per page: 
 
  • There are no comments yet
Related topics
Publisher
Yanina Selouk
Шклов, Belarus
170 views rating
07.04.2023 (408 days ago)
0 subscribers
Rating
0 votes
Related Articles
Региональная безопасность. Как создавалось ядерное оружие Индии
4 days ago · From Ales Teodorovich
"ФАЛУНЬГУН", ИЛИ СВЯТО МЕСТО ПУСТО НЕ БЫВАЕТ
Catalog: История 
10 days ago · From Ales Teodorovich
Что получают выпускники курсов образовательных платформ? Как предъявить работодателю свои скиллы?
16 days ago · From Беларусь Анлайн
КНР: социальные последствия "РЕФОРМ И ОТКРЫТОСТИ"
20 days ago · From Ales Teodorovich
КНР. ДЕСЯТИЛЕТИЯ ПОИСКОВ И СВЕРШЕНИЙ
21 days ago · From Ales Teodorovich
КНР: ВОЗРОЖДЕНИЕ И ПОДЪЕМ ЧАСТНОГО ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСТВА
Catalog: Экономика 
25 days ago · From Ales Teodorovich
КИТАЙ. СОВЕРШЕНСТВОВАНИЕ ОБРАЗОВАНИЯ - КЛЮЧ К ПОДЪЕМУ ЭКОНОМИКИ
26 days ago · From Ales Teodorovich
КИТАЙ УТОЧНЯЕТ КУРС
Catalog: Разное 
28 days ago · From Беларусь Анлайн
КИТАЙСКАЯ МОДЕЛЬ РАЗВИТИЯ: НОВЫЕ ЧЕРТЫ
Catalog: Экономика 
30 days ago · From Ales Teodorovich
КИТАЙ ПЕРЕОСМЫСЛИВАЕТ ИСТОРИЮ РОССИИ
Catalog: История 
32 days ago · From Ales Teodorovich

New publications:

Popular with readers:

News from other countries:

BIBLIOTEKA.BY - Belarusian digital library, repository, and archive

Create your author's collection of articles, books, author's works, biographies, photographic documents, files. Save forever your author's legacy in digital form. Click here to register as an author.
Library Partners

ЯПОНИЯ. От Перл-Харбора до Тегерана
 

Editorial Contacts
Chat for Authors: BY LIVE: We are in social networks:

About · News · For Advertisers

Biblioteka.by - Belarusian digital library, repository, and archive ® All rights reserved.
2006-2024, BIBLIOTEKA.BY is a part of Libmonster, international library network (open map)
Keeping the heritage of Belarus


LIBMONSTER NETWORK ONE WORLD - ONE LIBRARY

US-Great Britain Sweden Serbia
Russia Belarus Ukraine Kazakhstan Moldova Tajikistan Estonia Russia-2 Belarus-2

Create and store your author's collection at Libmonster: articles, books, studies. Libmonster will spread your heritage all over the world (through a network of affiliates, partner libraries, search engines, social networks). You will be able to share a link to your profile with colleagues, students, readers and other interested parties, in order to acquaint them with your copyright heritage. Once you register, you have more than 100 tools at your disposal to build your own author collection. It's free: it was, it is, and it always will be.

Download app for Android