Л. СТЕФАНЧУК, Кандидат исторических наук

ПОЧЕМУ ИХ ИЗУЧЕНИЕ И АНАЛИЗ МОГУТ ОКАЗАТЬСЯ ПОЛЕЗНЫМИ ДЛЯ РОССИИ

Новая Зеландия - сравнительно молодая страна, на карте мира она появилась в первой половине XIX в., создавалась как переселенческая колония Великобритании и долго была фактически ее сельскохозяйственной фермой. Ныне это - развитое индустриально-аграрное государство с населением 4 млн. человек, 610 тыс. из которых - потомки коренных жителей - маори.

Пройдя, казалось бы, недолгий исторический путь, Новая Зеландия может служить поучительным примером для других стран, в частности, для России. Дело в том, что в 80-е гг., а точнее в 1984 г., она начала перестройку своего народного хозяйства. Начать ее побудил структурный кризис в экономике страны, которая на протяжении первой половины XX в. слыла "государством всеобщего благоденствия" и занимала 3 - 5 места в мире по уровню подушевого дохода. Однако в 50-е, 60-е и особенно 70-е гг. положение меняется: она опускается до 19 - 23 места. Длительный кризис Новой Зеландии стал закономерным результатом обострения фундаментальных внутренних дисбалансов в экономике, накапливавшихся на протяжении многих десятилетий. В середине 70-х гг. на них наложились гибельные для государства последствия общемировых сырьевых и особенно энергетических кризисов той поры.

НАЧАЛО КОНЦА "ЭРЫ БЛАГОДЕНСТВИЯ"

В основе многих негативных процессов, отчетливо проявившихся во второй половине 70-х - начале 80-х гг., лежали длительное отставание обрабатывающей промышленности, а также зависимость страны от импорта сырья, материалов и комплектующих изделий. Основной статьей новозеландского экспорта долгие годы были продукты сельского хозяйства, до 30% которых поступали в Великобританию, гарантирующую Новой Зеландии стабильный и емкий рынок. Вступление Англии в ЕЭС значительно сократило и усложнило сбыт традиционных новозеландских экспортных товаров, в частности мясомолочных продуктов и шерсти, спрос и цена на которые в середине 70-х гг. отличались крайней неустойчивостью. Страны Восточной и Юго-Восточной Азии благодаря своей дешевой рабочей силе потеснили Новую Зеландию на мировых рынках несложных, но трудоемких изделий - текстильных и кожаных, радио- и электронных приборов. Не имея сколько-нибудь значительных запасов нефти, страна была вынуждена импортировать ее, что также ухудшало торговый и платежный балансы. Росли инфляция, издержки производства, государственный долг.

Правительство Национальной партии - а оно в основном находилось у власти в кризисные годы - старалось сделать экономику страны более открытой и конкурентоспособной, преодолеть возникшие трудности. Были разработаны план развития энергетики, крупномасштабные промышленные проекты, осуществлялась диверсификация и расширялась география экспорта. Однако все принятые меры, нацеленные на улучшение экономического положения Новой Зеландии, имели половинчатый, компромиссный, конъюнктурный, в основном косметический характер. Необходима была структурная перестройка хозяйства - в противном случае, по словам новозеландского исследователя С. Франклина, стране грозило "неустойчивое равновесие латиноамериканского типа"¹.

Инициаторами перестройки в 1984 г. выступили пришедшие к власти лейбористы. Они всегда ратовали за активную роль государства в перераспределении национального дохода, усматривая в нем гарантию социальной защищенности и справедливости. Но ничего не поделаешь - Новой Зеландии предстояло встать на путь, уже пройденный многими развитыми странами Европы, в том числе Великобританией: ограничить вмешательство государства в экономическую и социальную жизнь общества, дать больший простор рыночным механизмам и частной инициативе.

ПОБЕДЫ ЛЕЙБОРИСТОВ

Многие кардинальные экономические преобразования были осуществлены уже в первые месяцы правления 4-го лейбористского правительства (1984-

стр. 42

1990 гг.). Оно объявило о 20%-ной девальвации новозеландского доллара, замене валютного регулирования плавающим курсом, свободном движении процентных ставок. Были урезаны, а затем отменены налоговые льготы экспортерам, регламентация импорта, т.е. снят контроль над внешнеторговым обменом. Правительство разрешило потенциальным инвесторам приобретать местные фирмы и земельные участки. Поощряя свободную конкуренцию, оно в 1987 г. устранило ряд барьеров в финансовой сфере. В результате всего за год число банков в стране выросло с 4 до 14.

Были ликвидированы всякого рода специальные льготы и ограничения в отношении некоторых финансовых институтов, в частности сберегательных и строительных обществ. Прекратилось политически мотивированное вмешательство в деятельность валютного рынка, а все операции по сбалансированию внешних расчетов стали осуществляться на коммерческой основе.

Лейбористы решительно взялись за реорганизацию государственного сектора экономики. Продавая государственные компании в частные руки, правительство, помимо увеличения производительности труда, преследовало также цель снизить за счет полученных от продажи средств внешнюю задолженность.

Большие надежды лейбористы возлагали на проведенную, правда, крайне непоследовательно, реформу налоговой системы. Высокий - до 48% - подоходный налог, нивелирующий, в конечном счете, результаты труда, был заменен лейбористами на двухуровневый - 24% и 33%. В 2006 г. наивысшая ставка налога на индивидуальные доходы достигала в Новой Зеландии 39% (начиная с 42,2 тыс. долл. и выше), на корпорации - 33%². Однако надежды не оправдались: предприниматели не спешили вкладывать освободившиеся средства в производство, уровень которого продолжал падать.

Либерализировав рынок капитала, лейбористы приступили к дерегуляции рынка труда, который в Новой Зеландии был централизованным и регулируемым. Переговоры правительства с предпринимателями о ставках заработной платы проводились на общенациональном уровне, и выполнение принятых решений было строго обязательным. Начавшая перестройку Лейбористская партия пошла значительно дальше Национальной партии, которая еще раньше отменила действовавший в Новой Зеландии закон об обязательном членстве в профсоюзах, что, по словам тогдашнего министра Дж. Болджера, было возможно лишь тогда, когда "...Новая Зеландия существовала в коконе протекционизма и полагала, что может быть в стороне от внешних событий". В 1984 г. был упразднен арбитраж; в 1987 г. принято законодательство о трудовых отношениях, которое упростило порядок регистрации новых профсоюзов и разрешило прямые переговоры о заработной плате между ними и предпринимателями.

Таким образом, за сравнительно короткий срок Новой Зеландии удалось сделать экономику страны более открытой, либерализовать рынки товаров и услуг, труда и капитала, достичь определенных экономических успехов.

ПОРАЖЕНИЯ ЛЕЙБОРИСТОВ

Но лейбористам так и не удалось вывести страну из структурного кризиса на "путь процветания". В 1990 г., пробыв у власти два срока, Лейбористская партия потерпела на парламентских выборах жестокое поражение. Причиной провала было то, что большинство населения, и прежде всего рабочие, представляющие ее основной традиционный электорат, так и не ощутили сколько-нибудь заметного повышения жизненного уровня (достаточно сказать, что в год выборов экономический рост был равен нулю). Выросла безработица, которая, по официальным данным, достигала 7,9% самодеятельного населения (до перестройки - менее 5%). Кроме того, против лейбористов голосовали представители национальной буржуазии, заявлявшие о том, что они не хотят "распродавать родину". Они и прежде выступали против приобретения акций национальных предприятий иностранными компаниями. Много претензий к лейбористам предъявляли средние слои населения, по которым сильно ударила новая налоговая политика. Левая интеллигенция была обеспокоена "антигуманизацией" общества, усилившимся социальным размежеванием. Большинство фермеров страдало от повысившихся процентных ставок по кредитам и чрезмерно высокого, по

стр. 43

их мнению, обменного курса национальной валюты.

Лейбористское правительство критиковали и справа (за недостаточные темпы и твердость в проведении реформ) и слева (за отход от традиций). В самом правительстве также не было единства. Развернулась политическая борьба между тогдашним премьер-министром Дэвидом Лонги и его ближайшим соратником - министром финансов Роджером Дагласом. Лонги опасался, что быстрый поворот к рынку ввергнет страну в хаос; Даглас считал, что промедление только отдаляет стабильность.

Представители деловых кругов, поддерживающие "роджерномику" (по аналогии с "рейганомикой", по имени творца аналогичной политики в Новой Зеландии Роджера Дагласа), были разочарованы, ибо не получили того, на что рассчитывали. Профсоюзы, в свою очередь, выражали недовольство денационализацией государственных предприятий, дерегулированием рынка труда. На гребне этого недовольства из представителей левого крыла Лейбористской партии сформировалась новая партия, ратующая за обеспечение полной занятости, ограничение иностранного участия в бизнесе, более прогрессивное налогообложение, поддержку профсоюзов и даже, в случае необходимости, за государственный контроль над частным сектором - иными словами, за традиционную для лейбористов экономическую и социальную политику.

Поражение лейбористов на выборах 1990 г. означало кризис доверия к ним. Население проголосовало не столько за Национальную партию, экономический и социальный курс которой мало чем отличался от платформы лейбористов, сколько против последних, опрометчиво посуливших народу быстрые изменения к лучшему.

Поражению лейбористского правительства способствовали и внешние факторы, к которым Новая Зеландия как малая страна, с зависимой экономикой особенно чувствительна: биржевой кризис 1987 г. в США, падение экспортных цен на сельскохозяйственную продукцию, экономический спад у ее основных партнеров - Австралии, Японии, США, ближневосточный кризис, события в Восточной Европе и т.д.

Что касается глубинных причин поражения лейбористов, то это не только итог их 6-летнего правления - это результат развития страны за последние 20 лет. Анализ социально-экономического развития страны за данный период позволяет извлечь уроки, имеющие более общий характер.

ИТОГИ ДЕСЯТИЛЕТИЯ: ПРИОБРЕТЕНИЙ БОЛЬШЕ, ЧЕМ ПОТЕРЬ

С начала кардинальных реформ в стране прошло больше 10 лет. Сейчас вполне определенно можно сказать, что и экономическое положение страны, и условия жизни населения улучшились. Это видно по таким базовым индикаторам, как естественный прирост населения, продолжительность предстоящей жизни, младенческая смертность и т.д. Так, если в 1980 - 1990 гг. среднегодовые темпы роста населения равнялись 0,8%, то в 1990 - 2005 гг. они достигли 1,2%. Продолжительность жизни выросла с 75 лет в 1990 г. до 80 в 2005 г. Младенческая смертность, которая на протяжении 80-х гт. почти не изменялась (10 - 12 умерших на 1000 новорожденных), снизилась до 8 в 1990 г. и до 5 - в 2005 г. Темпы увеличения ВВП (напомним, что в 1990 г. они равнялись нулю) за период с 2000 по 2005 гг. составили 3,1%. Безработица, охватывавшая в 1990 - 1992 гг. 10,4% самодеятельного населения, в 2000 - 2005 гг. оценивалась в 3,9%³.

Успехи новозеландского государства на пути перестройки несомненны. Их считают замечательными эксперты ОЭСР, Всемирного банка и других институтов. Следовать опыту Новой Зеландии призывают свои правительства бизнесмены, ученые, журналисты. По словам вице-президента Резервного банка Новой Зеландии Мэррет Шервин, изучение новозеландских реформ экспертами разных стран приняло поистине "индустриальный размах". И здесь уместно вспомнить, что еще в марте 1993 г. тогдашний премьер-министр страны Дж. Болджер на встрече с тогдашним вице-президентом России А. Руцким сказал: "Новая Зеландия провела комплексную программу структурной перестройки, и отдельные аспекты ее опыта могут быть использованы в ходе реформ в России".

Один из главных источников экономических достижений Новой Зеландии - это отказ правительства от каких-либо ограничений в сфере экономики, тормозящих ее развитие. По индексу эко-

стр. 44

номической свободы, определенной Институтом Фрезера в 1993 - 1995 гг., Новая Зеландия занимала 2-е место, уступая первенство лишь Гонконгу (набрала 8,5 баллов из 10 возможных). По международному рейтингу 2007 г., она была на 5-м месте (впереди - Гонконг, Сингапур, Бахрейн, Австралия); Россия - на 120-м месте. И, что немаловажно, в Новой Зеландии в отличие от России самый низкий в мире уровень коррумпированности госчиновников, что, несомненно, тоже способствует экономическим успехам страны. Там нет или почти нет, как писали еще в начале XX в. русские исследователи, "сплоченной, прожорливой, как саранча, и дикой, как пиявка, закоренелой в рутине отвратительной касты бюрократов"⁴.

Пример Новой Зеландии говорит также о том, что проведение структурных реформ - процесс длительный и болезненный даже для страны с небольшой численностью населения, где размеры экономики не столь масштабны. Тем более, рыночные реформы нельзя провести в короткий срок в такой огромной стране, как Россия.

Проведение структурных реформ в РФ затягивается из-за конфликта между экономическими императивами и социальными требованиями и соображениями. Ведь любая кардинальная хозяйственная перестройка может быть сопряжена с ростом безработицы и временным снижением жизненного уровня значительных групп населения.

В Новой Зеландии, долгие годы слывшей "государством всеобщего благоденствия", существовала пенсионная система, гарантирующая гражданам социальную защиту, что называется, от колыбели до могилы. Такая система сохранялась десятилетиями. Становясь с каждым годом все более обременительной для бюджета, она была козырной картой для завоевания голосов пожилых избирателей.

Реформаторы посягнули на "святая святых" новозеландского общества, повысив возраст выхода на пенсию для мужчин с 60 до 65 лет, урезав одновременно выплаты по пособиям и ужесточив условия их предоставления. Правительство отказалось от "принципа универсальности", побуждая людей самих заботиться о себе и своей старости. Те же тенденции наметились также в сферах здравоохранения и образования: здесь тоже снизилась роль государства и повысилась - частного сектора. Подняв эффективность и конкурентоспособность учреждений социальной сферы, реформы в то же время привели к росту социального неравенства, этнической поляризации, расовой напряженности.

Следует, однако, отметить, что социальные реформы в Новой Зеландии не были столь резкими и не проводились столь безжалостно по отношению к населению, как это имело место в России. Да и налог на индивидуальные доходы там все же дифференцирован, и богатые платят отнюдь не 13%, на что было вынуждено пойти российское правительство, расписавшись в своем полном бессилии обеспечить полный сбор налогов с богатых.

УЧИТЬСЯ У НОВОЙ ЗЕЛАНДИИ? ПОЧЕМУ БЫ И НЕТ?

И в Новой Зеландии, и в России на протяжении многих лет складывалась устойчивая социальная психология масс, связанная с отношением к государству как органу, обеспечивающему определенный прожиточный минимум для работающих и неработающих, их всестороннюю социальную защиту. Причем в России, в отличие от Новой Зеландии, способности к предпринимательской деятельности, всякая личная инициатива не только не поощрялись, но подавлялись. И потому издержки консервативной, иждивенческой психологии, тяга к уравниловке в России особенно ощутимы и трудно поддаются искоренению.

Отказ от тепличных условий и переход к конкурентной борьбе за существование почти неизбежно сопровождается падением популярности правящей партии, сужением ее социальной базы.

И в то же время, как показыва-

стр. 45

ет опыт Новой Зеландии, негативные последствия преобразований не обязательно сопровождаются немедленным "отторжением" избирателей от реформаторов. Доверие и надежды могут какое-то время сохраняться, о чем свидетельствуют парламентские выборы 1987 г., когда лейбористов избрали на второй срок. Однако чрезмерная затяжка с реализацией непопулярных мер утомляет и разочаровывает население, усиливает его негативную реакцию. Колебания в проведении в жизнь избранного курса также чреваты ростом недовольства и критики правительства как слева, так и справа. В крупном многонациональном государстве твердость в проведении кардинальных преобразований особенно необходима, ибо политическое и экономическое шатание из стороны в сторону вносит нестабильность в и без того сложную ситуацию в стране.

Население и Новой Зеландии, и России болезненно реагировало на поворот к рынку и углубление социального неравенства. В результате реформ в Новой Зеландии, издавна демократической стране с устойчивой двухпартийной политической системой, последняя сменилась на многопартийную. Реформы, начатые в СССР, привели к его распаду, созданию Содружества независимых государств (СНГ) и зарождению в Российской Федерации зачатков гражданского общества. В дальнейшем в Новой Зеландии, как и в России, дабы предотвратить резкую конфронтацию групповых интересов, необходима тщательно продуманная корректировка "рынка", внедрение в экономическую политику элементов социального планирования. Вся сложность только в правильном определении соотношения того и другого.

Смена лидеров страны - и это отчетливо видно на примере Новой Зеландии - не обязательно дает желаемые результаты и может вносить сумятицу в ее общественную жизнь. Изменение основной политической линии, программы, лозунгов опасно, поскольку население теряет правильную ориентацию, четкое представление о правительственном курсе, что отрицательно сказывается на трудовой деятельности и ведет к снижению ее продуктивности.

Разумное сглаживание противоречий среди партийных лидеров особенно важно в условиях России, где только-только начала складываться устойчивая политическая система. Для преодоления кризисных явлений внутри страны важны благоприятные внешние факторы, торговые и финансовые взаимоотношения с другими государствами. На экономическом положении Новой Зеландии болезненно отражается понижение на мировых рынках цен на сельскохозяйственную продукцию и, соответственно, повышение на энергоносители, тогда как Россия, напротив, заинтересована в повышении цен на энергоносители и минеральное сырье. Разумная международная политика - это тоже непременное условие для успешных преобразований внутри страны.

Новая Зеландия - небольшая и не очень заметная на карте мира страна. Тем не менее, ее ошибки и достижения в ходе основательной перестройки экономики и перевода ее на полностью рыночные рельсы, на наш взгляд, целесообразно учитывать при выработке социально-экономической стратегии и тактики России. Чрезмерная "гордыня" - мол, чему может научиться "мировой гигант" у такого "карлика", которого не на всякой карте можно найти и различить, - здесь неуместна. Ибо при всех отличиях географического, исторического и культурного свойства, а также специфических, индивидуальных особенностей каждой из этих двух стран, нетрудно выделить общие проблемы в осуществлении рыночных реформ. Их изучение и анализ позволят нам избежать повторения ошибок и использовать позитивный опыт далекой островной страны в интересах российского народа и Государства Российского.

¹ Franklin S. N. Trade Growth and Anxiety. Wellington. 1978, p. 380.

² 2007 World Development Indicators. Washington, 2006, p. 285.

³ New Zeland Official Yearboork. Wellington, 2002, p. 108; 2007 World Development Indicators. Washington 2006, p. 41, 57, 117, 191.

⁴ Таганский М. Демократическая республика и Новая Зеландия. СПБ, 1906, с. 9 - 10.

Permanent link to this publication: