26 апреля 1986 года катастрофа на ЧАЭС загрязнила обширные территории Украины, Белоруссии и России. Область面积约 155 000 квадратных километров была загрязнена долгоживущими изотопами, такими как цезий-137 и стронций-90. Но человеческие потери и экономические последствия частично смягчались одним жутким фактом: взрыв произошел в относительно малонаселенной области. Что если вместо тайного советского города, такой же реакторный взрыв разорвался в центре Европы — где-то в метрополии Рейн-Рур, индустриальном сердце Германии? Ответ — сценарий для совершенно другой, гораздо darker истории нашего континента.

География катастрофы: от диких болот Припяти до Рура

Чтобы понять масштаб, сравните плотность населения. Сегодня зона отчуждения вокруг Чернобыля составляет около 2 600 км² с несколькими тысячами постоянных жителей. В то время как Рейн-Рурская метрополия является домом для более 10 миллионов людей на площади около 7 100 км². Средняя плотность там превышает 1 400 человек на квадратный километр — более чем в 300 раз больше, чем в зоне Чернобыля. Размещение "чернобыльского класса" выброса радионуклидов (примерно 5–14 эксабеккеров, из которых 1,8 ЭБк — иод-131 и 0,085 ЭБк цезий-137) в такой среде означало бы немедленное воздействие на десятки миллионов.

Ветер в первые дни после аварии становится оружием массового уничтожения. Согласно расчетам ядерных специалистов, если бы взрыв произошел, например, в индустриальном регионе Северной Рейн-Вестфалии, радиоактивное облако переместилось бы на северо-восток в Гамбург, Берлин и дальше в Скандинавию, или на юго-восток в Франкфурт, Мюнхен и Вену в зависимости от конкретных погодных условий. Хотя в Чернобыле загрязненное облако пролетело над относительно малонаселенной территорией, прежде чем достигнуть крупных городов, в сценарии Центральной Европы крупные городские районы получат смертельные дозы иод-131 и цезия-137 в первые 48 часов.

Немедленная смертность: острая лучевая болезнь и хаос

В реальной катастрофе на Чернобыле 31 человек умер от острой лучевой болезни (ОРБ) в течение первых трех месяцев. Большинство из них были пожарными и персоналом станции. В густонаселенной urban environment смертность была бы не измеримо выше. Люди в邻近ских квартирах, офисах и на улицах получали дозы, превышающие 4–6 грей. Тысячи людей страдали от ОРБ — рвота, внутреннее кровотечение,衰竭骨髓. Система здравоохранения любой европейской страны была бы мгновенно подавлена; специализированные антирадиационные препараты закончатся в течение нескольких часов.

Ситуация на ядерных электростанциях была бы столь же трагичной. Если бы станция в центре Европы (например, Neckarwestheim в Германии или гипотетическая станция РБМК в Польше) взорвалась, первые реагенты — полиция, пожарные и медики — прибыли бы без надлежащей защитной экипировки, повторяя трагедию Чернобыля в значительно большем масштабе. Их подвиг будет запомнен, но многие умрут в течение нескольких недель, в то время как места лечения будут располагаться прямо в загрязненной зоне, заставляя врачей работать в смертельных условиях.

Шок эвакуации: новый Железный занавес радиации

Эвакуация metropolitan area в 10 миллионов человек — это логистическая катастрофа. В Чернобыле власти эвакуировали 116 000 человек за три дня, а затем около 350 000 в общей сложности. В нашем гипотетическом сценарии чиновники должны были бы переселить не менее 3–5 миллионов человек в течение первой недели, и до 8 миллионов, если загрязнение оказалось серьезным. Паника на дорогах, нехватка топлива и крах общественного порядка были бы неизбежны. Поезда будут переполнены, а магистрали превратятся в мили parking lots, в то время как люди,暴露于致命ной радиации, ждали транспортировки.

Уровни загрязнения будут диктовать создание постоянной зоны отчуждения не в отдаленных лесах Пolesia, но на землях, производящих почти 15% европейского промышленного производства. Городам, таким как Кёльн, Дюссельдорф, Дортмунд и Эссен, придется стать призрачными городами — их фабрики молчат, их школы заброшены, их площади зарастают сорняками. Экономическое сердце Европы остановится на десятилетия.

Здоровье последствия: от рака щитовидной железы до генерационной травмы

Одним из наиболее драматических последствий реальной катастрофы на Чернобыле было значительное увеличение числа случаев рака щитовидной железы среди детей, вызванное радиоактивным иодом. В загрязненных регионах Белоруссии, Украины и России было зарегистрировано несколько сотен случаев к началу 2000-х годов. В Центральной Европе, с ее гораздо большим детским населением, количество достигло бы тысяч, возможно, даже десятков тысяч. Профилактические меры — таблетки йода — будут раздаваться хаотически; многие дети просто не получат их вовремя.

Позже медленный проникновение цезия-137 через пищевую цепь будет отравлять сельское хозяйство на поколения. В реальном мире около 5 миллионов людей по-прежнему живут на землях, официально классифицированных как загрязненные. В Европе этот показатель увеличится до 25–30 миллионов. Молоко, мясо и овощи будут регулярно тестироваться; обширные фермы станут непригодными для использования, и концепция "местной пищи" будет заменена недоверием к любому продукту, выращенному в радиусе 200 км от бывшего реактора.