Libmonster ID: BY-1650
Author(s) of the publication: АКСЕНОВА Е. П.

"Мавр свое дело совершил, И пусть себе с Богом идет!" - эта "пророческая формула"*, которую в каком только смысле не употребляют, однажды оказалась использована и в связи с кризисом идеи славянского единения. Привел эти слова А.А. Башмаков - человек, по его собственному определению, "40 лет стоящий на боевом посту славянской идеи" [1. С. 106].

Александр Александрович Башмаков (1858-1949) - известный публицист славянофильского направления, писатель, ученый- антрополог. Учился на юридическом факультете Одесского (Новороссийского) университета. В 1881-1882 гг. служил в Восточной Румелии секретарем законодательной комиссии румелийского управления, затем директором библиотек и музея этой области; вернувшись в Россию, продолжил деятельность в юридической области, с 1889 г. принимал участие в работах по судебной реформе Прибалтийского края; в 1898 г. перешел на службу в Министерство иностранных дел, в следующем году совершил путешествие по Македонии, в 1908 г. вновь побывал там, а также в Черногории и Албании (в связи с вопросом о строительстве железной дороги из Сербии к Адриатике). Так что о жизни славянских народов А.А. Башмаков знал не понаслышке.

А.А. Башмаков занимался и журналистской деятельностью - в 1904-1905 гг. являлся редактором "Journal de St.-Petersbourg", издавал газеты "Народный голос" (1905-1906), "Правительственный вестник" (1906). Многие годы он состоял членом Петербургского славянского благотворительного общества и принял активное участие в проведении съезда славянских обществ в Петербурге в 1909 г. 1 В дореволюционный период им написано немало работ, в том числе: "Болгария и Македония" (1899), "Балканские речи" (1909), "Через Черную гору в страну диких гегов" (1913), "Сербская история до турецкого владычества" (1913).

В дальнейшем, оказавшись в эмиграции. Башмаков работал библиотекарем в Institut de Paleontologie Humaine, преподавал в Ecole d'Anthropologie в Париже. Там же в 1937 г.


Аксенова Елена Петровна - канд. ист. наук, старший научный сотрудник Института славяноведения РАН.

* Башмаков считал, что эти слова принадлежат Шекспиру, хотя в действительности это цитата из пьесы Ф. Шиллера "Заговор Фиеско в Генуе".

1 На съезде почетным председателем был избран В.И. Ламанский, но фактически председательствовал А.А. Башмаков. Во время съезда произошел раскол: на одной стороне оказались неослависты (С.Ф. Шарапов, П.Н. Милюков, Н.Н. Львов, А.Л. Погодин и др.), на другой, по определению С.Ф. Шарапова, ""казенные" славянофилы и "истинно русские" националисты с вожаками в лице проф. Кулаковского, Башмакова и Вергуна" [2. С. 179].

стр. 83


вышел на французском языке труд ученого "Пятьдесят веков этнической эволюции вокруг Черного моря" ("50 siecles devolution ethnique autour de Mer Noire) 2 .

В 1924 г. в связи с 25-летием Славянского благотворительного общества в Болгарии 3 Башмаков написал статью, которая была опубликована в юбилейном сборнике общества [1]. Человек славянофильских убеждений, долгие годы веривший в славянское единство, озаглавил свою статью "Кризис славянской идеи". При этом следует учесть, что материалы сборника как раз были посвящены тем или иным аспектам славянской идеи. Что же заставило русского славянофила с болью и разочарованием говорить о ее кризисе?

В первую четверть XX в. славянская идея не однажды подвергалась серьезным испытаниям на прочность. Даже в среде ее "ревнителей" не было единства. В своих речах 1908- 1909 гг. в петербургском Славянском обществе Башмаков отмечал, что и среди российских сторонников славян существуют различные взгляды на славянский вопрос. "Неославянофильство" (неославизм), говорил он, "заражено душевным холодом космополита и лишь случайно как бы свихнулось на путь чуждой ему и не выстраданной всем сердцем - славянской идеи" [5. С. 8]. Но Башмаков осознавал, что и опора только на старую славянофильскую школу недостаточна; необходимо, "оставаясь на исторической почве наших русских и славянских национальных начал... проявить чуткость к зарождающимся нуждам и сложным запросам современной жизни народов" [5. С. 30-31].

Башмаков не мог не замечать, что славянский вопрос становится разменной картой в политической игре различных сил 4 , но тем не менее "обращение именно враждебных славянской идее кругов к ... культивированию славянской взаимности" радовало его, но и, с другой стороны, настораживало: "Неужто все на свете дело моды, а права всегда последняя мода?" И все же, считал он, "в России идея славянского единения не забыта", и, обращаясь к славянам, призывал их: "Знамен не сдавать!" [5. С. 6-7, 11].

В другой речи того же периода он подчеркивал, что, в отличие от Вены, всегда сеявшей рознь между славянами, Петербург должен объединить, сплотить славян. Именно из России должен прозвучать "призыв к единению братьев одного племени, которых и различная вера ссорить не должна". Это, говорил Башмаков, "главный наш практический идеал"; воплощением же этого идеала может стать создание Балканского союза [5. С. 15-16].

Башмаков понимал, что в "славяно-русской солидарности" происходят изменения; потому Россия должна в соответствии с изменившейся политической обстановкой ставить новые цели, и только она может указать их "славянским вождям". Необходимо признать стремление славянских народов к самостоятельной жизни, к государствен-


2 Известный философ-эмигрант И.А. Ильин в 1948 г. характеризовал А.А. Башмакова как "выдающегося русского антрополога нашего времени, пользующегося мировым признанием"; ссылаясь на эту его книгу и цитируя ее, Ильин писал, что Башмакову удалось установить "замечательный процесс расового синтеза, осуществившегося в истории России и включившего в себя все основные народности ее истории и территории. В результате этого процесса получилось некое величавое органическое "единообразие в различии"" (цит. по: [3. С. 434-435]).

3 Болгарское Славянское благотворительное общество (Славянското благотворително дружество) было образовано в 1899 г. в Софии наподобие аналогичного общества в Петербурге. Оно осуществляло благотворительную, гуманитарную, культурную и общественную деятельность, поддерживало связи со славянскими обществами других стран, в первую очередь - России. Большую роль в деятельности общества сыграл его председатель Ст. Бобчев (с 1903 г. по 1940 г.). Общество выпускало журнал "Славянски глас", газету "Славянски вести" и другие издания; приняло активное участие в подготовке и проведении Славянского съезда в Софии в 1910 г. Не проповедуя панславизм и мессианизм, общество всегда поддерживало идею славянской взаимности [4. С. 63-232].

4 Член ЦК кадетской партии П.Н. Милюков в 1909 г. прямо заявлял: "Мы преследуем славянскую политику лишь в пределах собственных интересов". Столь же откровенные высказывания на эту тему можно найти в докладе Н.П. Аксакова и С.Ф. Шарапова "Германия и славянство" на съезде представителей славянских обществ в 1909 г.: "Приходится выбирать между опасностью разложения России внутреннего, германского нашествия внешнего и переходом к славянской политике" (цит. по: [2. С. 176, 179]).

стр. 84


ной независимости. Однако славянская "программа" Башмакова, учитывая "политическую действительность", выглядит все же дилетантской. Он предлагал на основе данных языковедения и этнографии наметить "возможных и необходимых народных особей в славянской семье" (вне России это: 1) сербо-хорваты с присоединением словенцев, 2) болгары, 3) чешско-моравский народ с присоединением словаков и 4) поляки). Значение славянофильства он видел в осуществлении цели, которая заключается в "государственно-культурном определении указанных четырех народных единиц, с соответственной переработкой карты Европы в более или менее отдаленном будущем" [5. С. 32] (это будущее наступило гораздо быстрее, чем он мог предположить).

Признавая теоретически и право польского народа на независимость. Башмаков, тем не менее, относил осуществление этой перспективы к более далеким временам, считая, что в период после первой российской революции "преступно и безумно" расшатывать русское государство польским "освободительным движениям" 5 : "Мощь России, как цельной и нераздельной Империи, есть дело необходимое для того, чтобы славянство, как целое, сохранило свою жизненность и отстояло самое свое существование", "только с Россиею и через Россию может объединиться славянский мир" [5. С. 32-33]. За славянофильской фразеологией здесь не удается скрыть национально-государственный интерес и тот "политический" подход, от которого Башмакову хотелось бы "очистить" славянскую идею. Он сам же обращает внимание на то, что российская дипломатия не использовала факт захвата в 1908 г. Австро-Венгрией Боснии и Герцеговины, "чтобы способствовать созданию Балканского союза и упрочить престиж России на славянском юге" [5. С. 36].

Аннексия Боснии и Герцеговины показала зыбкость славянского единства. Славянские съезды 1909 г. в России и 1910 г. в Болгарии, начавшаяся вскоре первая Балканская война оживили славянскую идею. Но обострение Македонского вопроса и вторая Балканская война - между бывшими союзниками Болгарией и Сербией - привели в тот период к краху объединительных тенденций в среде славянства. Первую мировую войну славяне встретили не только разъединенными, но и в разных лагерях. После войны чехи, словаки, поляки обрели государственную независимость, произошло объединение сербов, хорватов и словенцев (насчет этого Башмаков не ошибся). Но разграничение славянских земель по международным договорам привело к напряженности, взаимному недовольству и конфликтам между славянскими странами, что также не способствовало славянской взаимности. В начале 1920-х годов снова стали звучать призывы к сближению славянских народов, но они оставались без последствий. Именно в этот период и была написана Башмаковым статья "Кризис славянской идеи".

Уже из начальных фраз статьи становится понятным, что опасения относительно жизнеспособности славянской идеи возникали у Башмакова и раньше. Еще в 1900 г. в журнале "Българска сбирка" (N 1) он опубликовал статью под названием "Мъртав ли е или жив славянският идеал?" С тех пор прошло четверть века, произошли серьезные изменения в славянском мире (славянские народы стали самостоятельными и развивают свою государственность), но, замечает автор, вновь "приходится задаваться тем же вопросом". Благодаря "широким успехам в осуществлении строительства в духе славянского возрождения" многие деятели национальных движений стали иначе смотреть на проблему славянской солидарности 6 (а именно - в духе приведенного высказывания в начале нашей статьи) [1. С. 105].


5 В этом вопросе Башмаков и другие "славянофилы старого закала" отстаивали позицию, противоположную той, которую занимали представители неославизма (хотя и не все), говорившие о необходимости "примирения с поляками", "восстановления национальных и земских прав польского народа" и утверждавшие, что "польскую опасность, если бы таковая была для России, стыдно и грешно сравнивать с опасностью германской" (цит. по: [2. С. 178-179]).

6 В 1908 г. Башмаков подчеркивал, что национальная идея, к которой обращаются славянские народы, в том числе и русский национализм, не могут иметь прочной основы "вне тесного единения... с сознанием идеи славянского взаимства" [5. С. 4].

стр. 85


Башмаков связывает это прежде всего с отношением славянских стран к России, в котором царствуют "какая-то условная слащавость и неискренний тон". С одной стороны, славяне "твердят на все лады", что Россия "наша общая майка (мать. - Е.А.), и мы без нее жить не можем". С другой стороны, "к имени "России" относятся с глубоким небрежением, иногда с иронией, иногда в тоне оскорбительного сожаления и снисхождения, нередко с ненавистью, прикрывая эту сложную психику лицемерной фразеологией, подделывающейся под личину русофильства" [1, С. 105]. Первое отношение, как считал автор, имеет в основе "весьма честное чувство, ведущее свое происхождение из глубокого исторического прошлого", которое, однако, постепенно угасает под воздействием европейской (западной) культуры, влияющей на "понижение славянской ценности" каждого славянского народа. Второе, по оценке Башмакова, "гнусное настроение, - безусловно преобладает в славянской интеллигенции, т.е. в той среде, которая делает политику и которая, на русских же костях поднялась до ступени триумфаторства перед лицом Европы" [1.С. 105].

Башмаков осознавал "неприличие", резкость тона своей статьи в тот момент, когда славянский мир "на высоте своего нежданного и негаданного успеха и величия", ждет в свой адрес "славословия". Но он решил выдержать этот нелицеприятный тон до конца и сказать прямо обо всем, что его беспокоило. Он считал, что "славянские народы не выдержали того экзамена, который задала им история в наиболее грозном узле событий". После балканских и Первой мировой войн "славянство как целое выдвинулось значительно на политической сцене мира", с которой сошла Россия, "окровавленная и опозоренная", хотя "плоды мировой войны достигнуты главным образом ее же усилиями". Славянство, воспользовавшись этими плодами, отринуло Россию [1. С. 106].

Начало 1920-х годов - время, когда первая волна русской эмиграции хлынула в славянские страны. Различные организации и общества занимались устройством на новых местах жительства лишенных родины россиян (в судьбе эмигрантов из России принимало участие и Славянское благотворительное общество в Болгарии). Но Башмаков и в этой акции помощи русской эмиграции усматривал не то отношение славян к русским людям, какого они заслуживали. В нем говорила уязвленная гордость представителя великой державы, которая, как обычно подчеркивали славянофилы, играла (в прошлом) ведущую роль в славянском мире и немало доброго сделала славянам, особенно балканским. Поэтому Башмаков довольно резко высказывался о "неблагодарных" славянских народах, которые хоть и оказывали гостеприимство части русских беженцев, "выброшенных за пределы России", но "не поняли, что одно благотворительное отношение ("Христа ради") не есть надлежащее мерило долга (курсив мой. - Е.А.) славянства перед Россией". Славяне должны были "более вдумчиво" отнестись к эмигрантам, "допустив их, как близкий и родной элемент, по меньшей мере с тою степенью гостеприимства, которая всегда оказывалась славянам внутри России. А именно этого-то и не было" [1. С. 106] 7 .

Укоряя славян, Башмаков в то же время отмечал, что к "страждущему и несчастному элементу" отнеслись "по доброте", по законам "милосердия" (оказанного "в трогательных формах") как раз "в странах чужих и даже у бывших неприятелей, а именно: в Германии, в Австрии, в Венгрии, в Турции, в Швеции и Норвегии. Одновременно же с этим, русские, попавшие в страны (из бывших союзников), совершенно безразличные и чужие, но с широким мировым значением - как Англия, Франция, Америка - не нахвалятся возможностью, посредством упорной борьбы одолеть


7 В частности, переписка ученых, оказавшихся в "первой волне" эмиграции в начале 1920-х годов, во многом подтверждает справедливость слов Башмакова и показывает те трудности, не только материального и бытового характера, но и в профессиональной сфере, с которыми сталкивались русские эмигранты в славянских странах [6; 7].

стр. 86


собственным творчеством, жестокие условия беженства" 8 . Башмаков признает, что там "можно умереть от голода" в борьбе за существование, но этому риску в равной степени подвержены и сами жители западных стран. По крайней мере, русские люди на "неславянском" Западе чувствуют себя свободными и равноправными, там с них снято "позорное клеймо "беженства"" [1. С. 106-107].

В славянских странах дело обстоит иначе, писал Башмаков, - там, с одной стороны, дают "даровую подачку" беженцам из России, "слабым и неспособным к труду, дабы поднять их до общего низкого уровня прозябанья", а с другой стороны, "задерживают всякое развитие русских способных сил, не давая им прорваться к творчеству", в то время как "верные сыны России" надеются, что "по возвращении из изгнания" именно их "творческие силы" могут пригодиться родине. Это утверждение Башма-кова, безусловно, отражало чаяния определенной части эмиграции, мечтавшей тем или иным способом снова оказаться в своем отечестве. Нежелание помочь этим "творческим силам" привело, по словам автора, к тому, что "русские люди глубоко разочаровались в ценности славянской идеи". Башмаков утверждает, что к нему, как стороннику и защитнику славянской идеи, не раз обращались русские изгнанники с вопросом, стоило ли из-за славян ставить на карту судьбу своей страны, своей культуры, "бросаться в исполинский бой с германским миром из-за людей, до сих пор не понявших великого исторического подвига русского народа" [1. С. 107].

С болью Башмаков замечал, что "славянская атмосфера" все больше "выталкивает надоевших русских страдальцев и дает им почувствовать, что они уже не братья, не свои, а чужие". Среди писателей, публицистов, государственных деятелей славянских стран "русофобия различается широкой волной". Это заставляет русских людей упрекать славянофилов в нереальности их идеологии [1. С. 107]. Чуть ниже, привлекая в качестве "союзника" французского публициста А. Муссе (транскрипция Башмакова), опубликовавшего в журнале "La Revue Universelle" (1921. N 11) статью "L'inconnue Slave et la Russie de demain" 9 . Башмаков вместе с автором статьи пытается обратить внимание на "органическую связь между ростом славянского мира и силою славянофильского учения", подчеркивая, что это учение не имеет ничего общего с панславизмом, что оно является "целой системой политической и моральной философии, вытекающей из многовекового политического, бытового и религиозного прошлого русского народа". Славянофильство представляет собой "исторический синтез русского народного духа"; из этого синтеза родилась та сила, которая "расчистила путь к возрождению славянства и призвала его к новой жизни" [1. С. 109].

Башмаков вынужден признать, что славянофильская идеология переживает глубокий кризис [1. С. 107]. Но и сама славянская идея испытывает не меньший кризис, "связь России с славянскими народами повергается критической переоценке". Автор статьи отмечает, что "силою событий" поставлен недвусмысленный вопрос: "Стоит ли славянство того, чтобы Россия воплощала в себе жертвенную идею служения его благополучию и возрождению, в том высоком смысле, как выразило эту идею славянофильство?" 10 . Не отвечая на поставленный вопрос, он задает следующий, также риторический, вопрос: "...какой смысл имела эта чудная, поэтическая страница


8 Далеко не всем ученым, попавшим на Запад, рисовались в столь светлых тонах возможности их жизни и работы там [6].

9 Башмаков дал не совсем точный перевод названия статьи: "Неведомая сила славянства и завтрашняя Россия" - слова "сила" в оригинале нет.

10 В стихотворной форме эту идею выразил А.С. Хомяков, слова которого приведены Башмаковым в статье [1. С. 108]:

Ты встань, о Русь, верна призванью,

И бросься в пыл кровавых сеч!

Борись за братьев крепкой бранью,

Рази мечом, - то Божий меч!

стр. 87


русского прошлого", когда Россия "наперекор Европе вызвала славянство из могил"? [1. С 108] 11 .

Почему Башмаков говорит о "поэтической странице" русской истории, связанной с возрождением славянства? Потому что "миссия" России в отношении славян, как ее понимали ранние славянофилы, наиболее ярко выражена в стихотворной оде А.С. Хомякова "Орел", которую Башмаков обильно цитирует [1. С. 108-109], приводя, в частности, и такие отрывки:

И ждут окованные братья, -

Когда же зов услышат твой,

Когда ты крылья, как объятья,

Прострешь над слабой их главой?..

......................

Их час придет: окрепнут крылья,

Младые когти подрастут,

Вскричат орлы - и цепь насилья

Железным клювом расклюют!

строчки как нельзя лучше подошли для того, чтобы Башмаков мог написать, что "все намеченные в этой "Оде" цели достигнуты. И что же мы видим?". То, что в славянстве преобладает "небрежное отношение к той именно исторической и подлинной России", образ которой запечатлен в оде Хомякова. Само по себе это не могло не расстроить верного славянофильским идеалам Башмакова, но особую горечь его переживаниям придавало то обстоятельство, что славяне спешат "заводить тесные узы" с новой Россией, "которая всегда и всюду жестоко осмеивала эти идеалы" [1. С. 109]. Это вдвойне обидно было сознавать славянофилу-эмигранту.

Цитируя упомянутую выше статью французского публициста, Башмаков отмечает, что "вековое признание" России увенчалось ореолом мученичества, когда "все события произошли так... что провал Российского Государства должен стать выкупом за свободу молодых славянских народов. Европа согласилась, наконец, признать их право на жизнь, но только в тот момент, когда великий славянский брат потонул в беспросветном хаосе" [1. С. 110].

Башмаков приходил в неутешительному выводу о том, что "постановка славянского вопроса" в славянских странах резко изменилась. Новый подход выражается формулой "Славянство без России", или же ее место в семье славянских народов отдается "разрушителям России" 12 . Будущее покажет, может ли "окрепнуть на такой безыдейной основе юная сила славянства" [1. С. 110].

Но несмотря на то, что "уродливая действительность" (по словам автора) не соответствовала славянофильским представлениям о славянском мире, Башмаков все же не дает пессимистического прогноза, у него остается вера в то, что "идея жива и плодотворна". Эта идея "может оживить славянство и оградить его от гибели", но при одном непременном условии: ".. .славянство должно наконец понять, что жертвенное служение должно быть обоюдным. Россия целые столетия несла крест славянского возрождения на своих раменах. Пусть братья наши проникнутся в свою очередь святостью этой идеи, стоящей выше так называемой "реальной политики",


11 Если в данной статье Башмаков в основном обращает внимание на ту роль, которую Россия играла в судьбах балканских славян, то в одной из речей, произнесенных в петербургском Славянском благотворительном обществе в 1908 г., он подчеркивал, что для самой России, как он это понимал, значила ее деятельность на благо славян Балканского полуострова: "мы там в погоне за смыслом всего нашего существования на земле; там часть русской души; там русская слава и величие связаны тысячью узлов с судьбами наших сородичей" [5. С. 14-15].

12 К этим словам дается примечание редакции сборника, суть которого в том, что автор преувеличивает, и на самом деле известные славянские публицисты не представляют себе славянства без России, о чем свидетельствуют и некоторые статьи сборника. Однако можно предположить, что Башмаков ставил вопрос шире и имел в виду не только представителей прессы.

стр. 88


и пусть они поймут, что нет прочности в строении славянского мира без тесной, искренней связи с духовной жизнью русского народа" [1. С. 110].

В этих призывах к славянам слышится надежда, которую часть русского зарубежья возлагала на внешнюю помощь, а Башмаков - на помощь славянских стран в деле возвращения эмигрантов на родину, реставрации прежнего образа жизни (для этого, как отмечалось выше, славянские народы должны были в первую очередь способствовать всестороннему развитию творческих сил русской эмиграции). В подобной помощи Башмаков видел ответный "долг" славянства перед Россией.

Рассмотренная статья интересна прежде всего тем, что о кризисе славянской идеи заговорил представитель славянофильства - того направления общественной мысли, теории которого строились на признании "особности" славянского мира и ведущей роли России в этом мире. Вера в незыблемость этих устоев сохранялась у славянофилов и их последователей на протяжении всего XIX в. и в начале XX в., вплоть до того, как бурные политические события в России и во всей Европе поколебали уверенность в возможности сплоченных действий славян (хотя и XIX в. не раз давал повод усомниться в единстве славянского мира 13 ).

Славянская идея уже не представляется славянофилу Башмакову свободной от современных ему политических реалий. Он наблюдает, как ею манипулируют различные общественные силы во внутри- и внешнеполитической борьбе. И это, с одной стороны, дает Башмакову надежду на "выживание" идеи, а с другой - приносит обеспокоенность за ее судьбу, подверженную модным политическим веяниям. Башмаков не мог не уловить общую для всех славянских народов позицию, при которой национальные задачи представляются более важными, нежели общеславянские. И все же он с болью и сожалением говорил о кризисе, а не о полном крахе славянской идеи, надеясь на ее возрождение (как и возрождение прежней России) и осуществление в будущем, не указывая, правда, ни временных пределов, ни более или менее конкретных форм ее воплощения.

А.А. Башмаков дожил до 1949 г. и, следовательно, не раз мог наблюдать и трудные времена в межславянских отношениях, и стремления к взаимосвязям. Наиболее ярко славянское взаимодействие проявилось в годы Великой мировой войны. Создание после войны "социалистического лагеря", основу которого в Европе составляли славянские страны, было, в какой-то степени, осуществлением славянской идеи, хотя во главе блока стояла не милая сердцу эмигрантов старая Россия, а ненавистный многим из них СССР. В дальнейших судьбах славянских народов, вплоть до наших дней, также случались подъемы и спады во взаимоотношениях, в симпатиях и антипатиях, но даже в самые трудные для славянской общности времена все же сохранялись силы, которые верили и верят в жизнеспособность славянской идеи (остававшейся до сих пор мифологемой) и считают, как в свое время А.А. Башмаков, что она не умерла, она переживает кризис, но не крах.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Башмаков А.А. Кризис славянской идеи // Юбилеен сборник на Славянского дружество в България. 1899-1924. София, 1925.

2. Славяноведение в дореволюционной России. Изучение южных и западных славян. М., 1988.

3. Русская идея. М., 1992.

4. Лазарева Е. Славянского движение в България. София, 1997.

5. Башмаков А.А. Балканские речи. СПб., 1909.

6. Аксенова Е.П. Вдали от родных берегов (Об условиях жизни и работы русских ученых в первые годы эмиграции) // Славянский альманах. 1997. М., 1998.

7. Аксенова Е.П., Горяинов А.Н. Русская научная эмиграция 1920-1930-х годов по переписке М.Г. Попруженко и А.В. Флоренского // Славяноведение, 1999. N 4.

8. Косик В.И. К.Н. Леонтьев: болгарская тема - pro et contra // Славянский альманах. 1997.М" 1998.


13 Недаром К.Н. Леонтьев замечал, что "есть славянство, но что славизма, как культурного здания, или нет уже, или еще нет" (см.: [8. С. 130]).


© biblioteka.by

Permanent link to this publication:

https://biblioteka.by/m/articles/view/СЛАВЯНОФИЛ-А-А-БАШМАКОВ-О-КРИЗИСЕ-СЛАВЯНСКОЙ-ИДЕИ

Similar publications: LRussia LWorld Y G


Publisher:

Беларусь АнлайнContacts and other materials (articles, photo, files etc)

Author's official page at Libmonster: https://biblioteka.by/Libmonster

Find other author's materials at: Libmonster (all the World)GoogleYandex

Permanent link for scientific papers (for citations):

АКСЕНОВА Е. П., СЛАВЯНОФИЛ А. А. БАШМАКОВ О КРИЗИСЕ СЛАВЯНСКОЙ ИДЕИ // Minsk: Belarusian Electronic Library (BIBLIOTEKA.BY). Updated: 01.02.2022. URL: https://biblioteka.by/m/articles/view/СЛАВЯНОФИЛ-А-А-БАШМАКОВ-О-КРИЗИСЕ-СЛАВЯНСКОЙ-ИДЕИ (date of access: 09.08.2022).

Publication author(s) - АКСЕНОВА Е. П.:

АКСЕНОВА Е. П. → other publications, search: Libmonster BelarusLibmonster WorldGoogleYandex


Comments:



Reviews of professional authors
Order by: 
Per page: 
 
  • There are no comments yet
Related topics
Publisher
Беларусь Анлайн
Минск, Belarus
68 views rating
01.02.2022 (189 days ago)
0 subscribers
Rating
0 votes
Related Articles
АДОЛЬФ ПАТЕРА (1836-1912). К ВОПРОСУ О РУССКО-ЧЕШСКИХ НАУЧНЫХ СВЯЗЯХ. К СТОЛЕТИЮ СО ДНЯ СМЕРТИ ЧЕШСКОГО УЧЕНОГО
22 hours ago · From Беларусь Анлайн
МЕЖДУНАРОДНАЯ НАУЧНАЯ КОНФЕРЕНЦИЯ "ЦЕРКОВЬ И СЛАВЯНСКИЕ ИДЕНТИЧНОСТИ. РОЛЬ КОНФЕССИОНАЛЬНОГО ФАКТОРА В ФОРМИРОВАНИИ И РАЗВИТИИ ИДЕНТИЧНОСТЕЙ СЛАВЯНСКИХ НАРОДОВ"
2 days ago · From Беларусь Анлайн
КРИЗИС В ПОЛИТИКЕ НЕПРИСОЕДИНЕНИЯ И АКТИВИЗАЦИЯ ЮГОСЛАВИИ НА ЕВРОПЕЙСКОЙ АРЕНЕ В СЕРЕДИНЕ 1960-х ГОДОВ
3 days ago · From Беларусь Анлайн
К 130-ЛЕТИЮ СО ДНЯ РОЖДЕНИЯ ВЕНГЕРСКОГО ИСТОРИКА ДЮЛЫ СЕКФЮ (1883-1955)
Catalog: История 
3 days ago · From Беларусь Анлайн
в статье исследуется соотношение таких понятий как самостоятельность воинского начальника и обязанность его безоговорочного подчинения старшему воинскому руководителю. Указанную дилемму автор решает в пользу наделения командиров на местах всей полнотой власти и не-допущения без существенной необходимости вторжения в их деятельность должностных лиц вышестоящих органов военного управления. Автор вычленяет правомочие воинского должностного лица на каждом уровне иерархии управления. В силу принципа единоначалия, исходя из иерархичной структуры военной организации у каждого воинского должностного лица существует своя сфера компетенции (подчиненное подразделение или направление деятельности), в которой он обязан принимать решения и воплощать их в жизнь.
3 days ago · From Евгений Глухов
БЫЛ ЛИ ПЕРЕВОДЧИК СИМЕОНОВОЙ ЭПОХИ ПРЕСВИТЕР ГРИГОРИЙ МОНАХОМ?
4 days ago · From Беларусь Анлайн
КОНФЕРЕНЦИЯ "РОССИЯ И СЛАВЯНЕ: К 110-ЛЕТИЮ СО ДНЯ РОЖДЕНИЯ С. А. НИКИТИНА"
Catalog: История 
8 days ago · From Беларусь Анлайн
ИМАГОЛОГИЧЕСКИЕ ИССЛЕДОВАНИЯ ЗА РУБЕЖОМ
9 days ago · From Беларусь Анлайн
"СТО ДНЕЙ" КАНЦЛЕРСТВА Г. ШТРЕЗЕМАНА И ЧЕХОСЛОВАКИЯ (13 августа - 30 ноября 1923 года)
Catalog: История 
9 days ago · From Беларусь Анлайн
Топ 5 лучших курсов SMM В 2022 ⭐ Обучение SMM онлайн для начинающих и не только ⭐ Индивидуальный подход к каждому ученику ⭐ Помощь в выборе школ по СММ
9 days ago · From Беларусь Анлайн

Actual publications:

Latest ARTICLES:

BIBLIOTEKA.BY is a Belarusian open digital library, repository of author's heritage and archive

Register & start to create your original collection of articles, books, research, biographies, photographs, files. It's convenient and free. Click here to register as an author. Share with the world your works!
СЛАВЯНОФИЛ А. А. БАШМАКОВ О КРИЗИСЕ СЛАВЯНСКОЙ ИДЕИ
 

Contacts
Watch out for new publications: News only: Chat for Authors:

About · News · For Advertisers · Donate to Libmonster

Biblioteka ® All rights reserved.
2006-2022, BIBLIOTEKA.BY is a part of Libmonster, international library network (open map)
Keeping the heritage of Belarus


LIBMONSTER NETWORK ONE WORLD - ONE LIBRARY

US-Great Britain Sweden Serbia
Russia Belarus Ukraine Kazakhstan Moldova Tajikistan Estonia Russia-2 Belarus-2

Create and store your author's collection at Libmonster: articles, books, studies. Libmonster will spread your heritage all over the world (through a network of branches, partner libraries, search engines, social networks). You will be able to share a link to your profile with colleagues, students, readers and other interested parties, in order to acquaint them with your copyright heritage. After registration at your disposal - more than 100 tools for creating your own author's collection. It is free: it was, it is and always will be.

Download app for smartphones