BIBLIOTEKA.BY is a Belarusian open digital library, repository of author's heritage and archive

Register & start to create your original collection of articles, books, research, biographies, photographs, files. It's convenient and free. Click here to register as an author. Share with the world your works!

Libmonster ID: BY-1034

Share with friends in SM

Менее чем за две недели до того, как последний министр финансов Временного правительства М. В. Бернацкий оказался о своими товарищами в Петропавловской крепости, он вместе с председателем правительства подписал закон о реформе промыслового налога. Был ликвидирован дополнительный раскладочный сбор с неотчетных предприятий - одна из составных частей промыслового налога. На фоне обостряющегося политического кризиса, на фоне голодных хлебных карточек в столице и невосполнимых бюджетных дыр, лихорадочно затыкаемых свежеотпечатанными "керенками", эта мера осталась незамеченной.

Состояние налоговой системы в предреволюционной России - один из показателей кризиса системы власти. "Пьяный" бюджет демонстрировал явную неспособность прямых налогов выполнить свою главную задачу - обеспечить потребности казны. Министерство финансов постоянно предлагало реформаторские проекты, касавшиеся прямого обложения; во второй половине XIX в. реформы, хотя и ограниченные, проводились в 1865, 1885, 1898 гг., но в начале XX в. промысловый налог не реформировался ни разу. Реформа давно назрела и была разработана, но не проводилась в жизнь.

Стержень налоговой политики Временного правительства - проблема повышения налогов с богатой части общества1. Мысль о дополнительном обложении предпринимателей еще в начале апреля 1917 г. высказал министр торговли и промышленности А. И. Коновалов. При этом руководители ведомства учитывали как финансовую выгоду такой меры (пополнение бюджета), так и политическую (шаг навстречу требованиям рабочих и солдат). При очередном политическом обострении от споров, наконец, перешли к делу. 12 июня были изданы три закона: о повышении ставок подоходного налога (предполагалось, что тогда его станут платить только богатые) и временного (военного) налога на прирост торгово-промышленных прибылей, о единовременном налоге на сверхприбыли. В последующие месяцы, как показал П. В. Волобуев, новые законы подвергались нападкам с двух сторон: революционеров не устраивал недостаточный радикализм, предпринимателей - чрезмерная тяжесть.


Кириллов Алексей Константинович - историк, Институт истории СО РАН, Новосибирский государственный университет.

стр. 87

Закончилось дело изданием закона 13 октября 1917 г. (ст. 2051 по Собранию узаконений и распоряжений правительства) с некоторыми поблажками в пользу плательщиков новых налогов. Вместе с этим правительство, уже не очень считаясь с мнением левых, стало увеличивать косвенное обложение. Таким образом, налоговая политика Временного правительства на протяжении его существования была неодинаковой. Сначала на нее влияли уравнительно-перераспределительные настроения, в конце же концов она приобрела традиционно-прагматический оттенок.

Подвергнув критике "капитулянтский" закон 13 октября, Волобуев не упомянул помещенный рядом (ст. 2052) закон, принятый в тот же день и тоже посвященный налогам, - "Об отмене дополнительного промыслового, в виде раскладочного сбора, налога с необязанных публичною отчетностью предприятий и некоторых личных промысловых занятий и об изменении размера и порядка взимания с сих предприятий и занятий процентного сбора с прибыли" (таково его полное название)2.

Указание об "изменении размера и порядка взимания" еще потребует дополнительных пояснений, но из названия, кроме того, явно следует также отмена дополнительного раскладочного сбора.

Еще в начале царствования Александра III промысловый налог взимался по старинке, в виде продажи патентов ("свидетельств" и "билетов", дававших право заниматься торговлей или промышленностью до конца года). Патенты имели разную цену в зависимости от разряда, так что воротила-первогильдеец платил больше мещанина, пробавляющегося "мелочной торговлей". Однако владельцы одинаковых патентов, хотя бы и при очень разной прибыли, платили одинаковую сумму и, таким образом, отдавали несоразмерные доли своей прибыли. Это ограничивало рост бюджетных доходов. Даже точно зная, что крупные предприятия легко могли бы платить больше, правительство не повышало ставки налога, потому что повышение затронуло бы и бедные предприятия, платежные возможности которых находились на пределе.

Корень бед состоял в том, что присваиваемый предприятию разряд с соответствующим платежом за патент агенты казны определяли исходя не из прибыльности предприятия, а из внешних признаков. Вот как отзывался об этих внешних признаках П. Зверев, податной инспектор 1-го Тюменского участка в 1902 году. "Инспекторская моя практика, - писал он, - приводит к заключению, что разграничение торговли на оптовую, розничную и мелочную в подавляющем большинстве случаев является остатком пережитка темных времен и не имеет того реального значения, какое ему придает существующее законоположение"; размеры и формы продажи товаров - в одном и том же разряде патента - весьма различны. Наиболее целесообразным, по его мнению, являлось бы "обложение торговли и промыслов по размерам их... оборотов", что отвечало бы "здоровому и разумному желанию торгово-промышленного класса" и создавало определенность и постепенность роста размеров обложения вместо того "безобразного" порядка, "о котором так метко сказано в трактате академика Янжула "Финансовое право""3.

Таким представлялось положение не департаментскому теоретику, а рядовому податному инспектору. Вообще в Министерстве финансов необходимость замены выкупа патента обложением, пропорциональным доходу, была очевидной. Еще в начале 1880-х годов состоялось обсуждение реформы промыслового налога4. Но тогда "попытка Бунге покончить с патентной системой обложения... вызвала протесты предпринимателей, на защиту которых встал и Государственный совет"5. Реформа, проведенная в 1885 г., не устранила патент, но в дополнение к нему ввела сборы: процентный (с "отчетных"

стр. 88

предприятий, публиковавших доступные для проверки отчеты) и раскладочный (с предприятий неотчетных, прибыль которых не подлежала проверке). Оба сбора исчислялись в зависимости от прибыли предприятия: действительной - в случае наличия правильных бухгалтерских книг и предполагаемой - в случае их отсутствия.

Появление раскладочного сбора вело к двум важным последствиям. Во-первых, для определения размера прибыли, облагаемой раскладочным сбором, пришлось учредить податные присутствия, в работе которых участвовали и предприниматели - представители плательщиков. Во-вторых, введение подоходного принципа стало первым шагом на пути борьбы против патента. Правда, борьба эта на первых порах не принесла большого успеха. Даже после реформы 1885 г. львиную долю сборов по промысловому налогу обеспечивал патент с его неравномерностью. Но движение началось, и через тринадцать лет следующая реформа вывела дополнительный налог уже на первое место по сумме поступлений от торговли и промышленности. Это получилось благодаря введению процентного сбора с капитала для отчетных предприятий и сбора "с излишка прибыли" - для неотчетных.

Всего, согласно Положению о государственном промысловом налоге 1898 г., неотчетные предприятия должны были платить в счет промыслового налога три сбора. Во-первых, это цена патента, для одних чрезмерно легкая (может быть, доли процента прибыли), для других - чрезмерно тяжкая (десятки процентов). Во-вторых, раскладочный сбор в виде одинакового для всех процента (около 1,5 - 2%). В-третьих, сбор "с излишка прибыли", то есть с той части прибыли, "которая превышает в тридцать раз оклад основного промыслового налога, уплаченного за данное предприятие"6. (Соответственно, если цена одного лишь патента уже превышала 3,3% установленного раскладочным присутствием дохода предприятия, то от сбора "с излишка прибыли" предприниматель освобождался.) Таким образом, этот последний сбор не только давал казне дополнительный доход (3,3%) с богатых предприятий, но и отчасти выравнивал обложение предприятий богатых и бедных.

Тем не менее, и после реформы С. Ю. Витте у мелких плательщиков промысловый налог забирал большую долю дохода, чем у наиболее богатых7, и распределение налогового бремени оказывалось прямо противоположно прогрессивно-подоходному принципу, который к концу XIX в. не только считался желательным в европейской финансовой мысли, но и проник в российскую практику (прогрессивную шкалу имел квартирный налог, а после 1898 г. и процентный налог с прибыли отчетных предприятий).

Поэтому еще до русско-японской войны министр финансов добился "высочайшего соизволения" на очередной пересмотр положения "во всем его объеме". Этот пересмотр до мировой войны так и не был доведен до логического конца, встретив традиционное сопротивление влиятельных промышленников8 и увязнув в согласованиях. Но Министерство финансов не прекращало усилий. "Оставляя без изменения в основных чертах существующее обложение прибылей предприятий раскладочным и окладным сбором, проектируется эти прибыли сделать единственным основанием обложения, отказавшись от параллельного взимания с этих же предприятий налога по внешним признакам"9, - так резюмировал реформаторские предложения обстоятельный проект, внесенный в Государственную думу в сентябре 1909 г. министром финансов В. Н. Коковцовым. Для самых мелких предприятий (вроде разносной, развозной торговли, прибыль которых трудно учесть) патент должен был сохраниться, но в качестве единственной формы промыслового налога. Зато для торговых предприятий первых трех разрядов и промышленных - первых четырех разрядов предполагалось патент ликвидировать, од-

стр. 89

новременно превратив сбор "с излишка прибыли" в сбор с прибыли вообще и повысив его до 6%. Кроме процентного сбора, они должны были бы по-прежнему платить и раскладочный сбор примерно в 2% прибыли. С точки зрения техники взимания налога обособление раскладочного сбора при подобной реформе едва ли имело смысл: проще и логичнее было бы его отменить, взамен увеличив на те же 2% процентный сбор. Но, по-видимому, раскладку предполагалось сохранить, чтобы свести к минимуму число изменений, вызывавших раздражение консерваторов.

На деле вместо коренных изменений правительство ограничивалось временными поправками, повышая ставки для наиболее состоятельных плательщиков. Что касается неотчетных предприятий, процентный сбор "с излишка прибыли" вырос сначала до 5% (1906 г.), а затем и до 7,5% (1914 г.)10. Но от дальнейших шагов Министерство финансов не отказывалось. Вероятно, неслучайно в конце июля 1917 г. в официальном еженедельнике министерства появилась статья Е. Полюты "К реформе промыслового обложения". Неизвестно, был ли ее автор в этом время сотрудником ведомства, но и предшествовавшие налоговые реформы, как правило, сопровождались подробными статьями в "Вестнике финансов", объясняющими необходимость реформы и излагающими ее суть. Все внимание Полюта сосредоточил на основном промысловом налоге. "Общеизвестно, что патентный сбор создает регрессию в промысловом обложении", - заявлял он и переходил к критике разбивки предприятий на разряды по внешним признакам. При этом его заботило не только чрезмерное обложение мелких торговцев, но и недостаточное обложение крупных предприятий. По подсчету автора, предельная ставка обложения даже крупных неотчетных предприятий не дотягивала до 11%. В то же время крупные отчетные предприятия должны платить в казну 23% прибыли. "Отменяя патентный сбор, вводя прожиточный минимум и прогрессию, наша казна облегчит существование всей армии мелких сельских торговцев и найдет новый крупный источник дохода в повышенных ставках для крупных неотчетных предприятий", - резюмировал свои предложения автор статьи11. Общий ее смысл вполне отвечал традиционной линии на уничтожение патента, которую уже несколько десятилетий последовательно проводило министерство.

Однако реформа 13 октября 1917 г. оказалась иной: был отменен не патент, а раскладочный сбор. В том, что сохранился патент, ничего удивительного нет: Министерству финансов не впервой было уступать эту позицию. Но для чего уничтожался более передовой по сравнению с патентом раскладочный сбор, появление которого стало в 1885 г. крупной реформой? Отмена раскладочного сбора - это движение вперед или вспять?

Вопрос проясняется, если сопоставить раскладочный сбор не с патентом, а с процентным сбором "с излишка прибыли". Оба сбора исчислялись в виде доли от прибыли, но первый платили все предприятия определенного разряда, независимо от того, какую долю забирает у них патент. В то же время сбор "с излишка прибыли" платили лишь те, для кого патент не обременителен. Наличие двух сборов, взимаемых с одной и той же базы (прибыль, определяемая раскладочным присутствием с опорой на "нормальный процент прибыльности" по отраслям) выглядит ненужной сложностью.

Поэтому устранение раскладочного сбора, с одной стороны, делало устройство дополнительного промыслового налога более простым (вместо двух процентных сборов - один). С другой - делало дополнительный промысловый налог с неотчетных предприятий не частично выравнивающим, а полностью выравнивающим. При этом, конечно, сохранение патента само по себе обусловливало сильную неравномерность налога.

стр. 90

Единственное возражение, которое могло возникнуть против такой реформы, - потери бюджета, лишавшегося раскладочного сбора. Но доходы бюджета были все же возмещены повышением ставки процентного сбора "с излишка прибыли". Теперь он был установлен в размере 7% в качестве постоянной меры, а временно, на 1918 г., - в повышенном размере: 9,5%, то есть, по сравнению с 7,5% 1914 года, больше как раз на 2%, потерянные из-за отмены раскладочного сбора. Это и есть то самое "изменение размера" налога, которое упоминается в заглавии закона 13 октября 1917 года.

Итак, в итоге реформы дополнительный промысловый налог с неотчетных предприятий стал более простым, что всегда полезно, и более уравнительным, что соответствовало духу всей борьбы Министерства финансов за изменение промыслового налога. Предложения ведомства, однако, были воплощены не полностью: не удалось ни повысить обложение крупных неотчетных предприятий, ни отменить патент.

Но этим введенные в октябре 1917 г. изменения не ограничились. Другим становился и "порядок взимания" процентного сбора с неотчетных предприятий. Этот порядок с 1885 г. опирался на работу раскладочных присутствий. Присутствия проверяли заявления предпринимателей об обороте минувшего года и повышали его, если находили заниженным. Своеобразие этой системы состояло в том, что большинство членов раскладочных присутствий составляли плательщики налога (как правило, шестеро против двух представителей казны). Они, следовательно, могли настоять на заведомо неверном решении, стремясь убавить платежи - себе или сотоварищам. Поэтому за присутствиями всегда существовал строгий присмотр. Составленные ими раскладки внимательно проверяли казенные палаты, "нормальные проценты", установленные присутствием для разных отраслей своего уезда, сопоставлялись с подобными показателями по другим уездам, и казенная палата могла изменить любые цифры, принятые присутствием. (Правда, несогласные плательщики имели право обжалования, до Сената включительно, но то было уже право отдельных плательщиков.)

С изданием закона 13 октября изменилась, казалось бы, мелочь - название (поскольку раскладочный сбор исчез, присутствия стали называться не раскладочными, а участковыми). Но существенно то, что присутствия стали более самостоятельными. Это не явно следует из самого закона, где новизна растворена в изложении всего порядка работы присутствий, включающего немало привычных явлений. Но перемену отметили практики податного дела.

6 апреля 1918 г. Наркомат финансов РСФСР издал циркуляр N1160 "По поводу отмены промыслового раскладочного сбора". Циркуляр подписали помощник наркома А. Е. Аксельрод (из новых, большевистских руководителей) и директор Департамента окладных сборов Г. Курило (занимавший эту должность с марта 1917 г.). Как видно из работы Е. Н. Соколова12, то было время, когда только что возглавивший наркомат И. Э. Гуковский пытался вернуть страну от чрезвычайщины контрибуций к регулярным налогам. Излагая изменения, внесенные законом 13 октября 1917 г., авторы циркуляра подчеркнули, что изменения в компетенции раскладочных присутствий "представляются весьма существенными, налагая, между прочим, на участковые... по промысловому налогу присутствия в высокой степени ответственные обязанности"13.

Раньше участковые присутствия производили лишь подготовительную работу по определению окладов налога, а решение принимало общее присутствие казенной палаты, которое выполняло таким образом роль первой инстанции. Теперь участковые присутствия сами стали первой инстанцией: по-

стр. 91

лучили право устанавливать оклады промыслового налога и изменять их по возражениям плательщиков. Значение же второй инстанции (рассматривающей жалобы плательщиков, а равно и недовольных мнением большинства председателей участковых присутствий) сохранилось за губернскими (областными) присутствиями. За казенными палатами осталось только "установление... групп торговых и промышленных предприятий и личных занятий и утверждение процентов средней прибыльности, определенных для каждой группы участковыми... присутствиями"14.

Итак, вся подготовительная работа по участку осталась по-прежнему за участковыми присутствиями, но теперь часть решений они получили право утверждать без рассмотрения в казенной палате. За палатой законодатель оставил лишь то, что может потребовать сравнения данных разных уездов. Ясно, что этим отдельное присутствие (работающее в рамках уезда) заниматься не могло. Чиновники же в палате имели перечни "нормальной прибыльности" по всем уездам губернии, могли их сопоставить и увидеть несоответствия между процентами прибыльности одной отрасли в соседних уездах, а затем заставить участковое присутствие внести исправления в свои ставки. Но что касается дел внутриуездных (размер оборота каждого отдельно взятого предприятия) - это отдавалось на усмотрение местного общества в лице участкового присутствия. Речь, таким образом, шла не об удлинении цепи органов, участвовавших во взимании промыслового налога, а о передаче части полномочий от чиновников - к выборным представителям.

Оценить значимость этой перемены позволяют два циркуляра, изданные по разные стороны фронтов гражданской войны. Советский Наркомфин незадолго до завершения первой пореформенной кампании по взысканию налога посвятил свой документ работе участковых присутствий15. В нем говорится, что несмотря на изменения, внесенные законом 13 октября 1917 г., деятельность участковых присутствий "ни в коем случае не может впредь считаться свободной" от законодательно закрепленного наблюдения казенных палат. "Первый опыт выполнения участковыми и особыми присутствиями... новых довольно сложных обязанностей, особенно в исключительных условиях текущего года, требует тщательного надзора и проверки", поэтому необходимо не позже 1 ноября передать все делопроизводство присутствий в казенные палаты для выявления возможных ошибок и "преподания нужных директив".

Неизвестно, какой результат дало рассмотрение участковых материалов советскими казенными палатами, но известно, что сходные проблемы возникли и перед омским правительством А. В. Колчака при изучении итогов первого года действия реформы. На это указывает циркуляр Главного управления налогов и сборов "о последствиях, которые должно влечь за собою обнаружение ревизионным путем случаев явно неправильного и нарушающего интересы казны" решения участковых присутствий16. Ни в самом законе 13 октября 1917 г., ни в советском циркуляре от 6 апреля 1918 г. колчаковские налоговики не нашли подсказки, как поступать с нарушителями. "Между тем в первый же год действия этого закона уже успели обнаружиться случаи неудовлетворительного выполнения некоторыми участковыми присутствиями возложенной на их ответственной задачи".

Примеров "не отвечающего требованиям закона производства раскладок" в циркуляре нет, но, зная круг полномочий участковых присутствий, нетрудно предположить, что речь идет о занижении предпринимательских прибылей. Самое простое для этого средство - утверждение присутствием заявленного предпринимателем оборота, вопреки наличию сведений о том,

стр. 92

что цифра занижена17. В прежние времена казенная палата возвратила бы неправильные раскладки на переработку; теперь она этого полномочия лишилась.

В поисках решения омские чиновники соорудили стройную систему: следующей (над участковым присутствием) инстанцией являлось губернское присутствие, в состав которого обязательно входил управляющий казенной палатой, который по закону обязан был наблюдать за деятельностью участковых присутствий. Но одно лишь наблюдение, "без вытекающего из него права принимать меры", "являлось бы лишенным значения". Эти рассуждения послужили основанием для министерской резолюции: предоставить губернским присутствиям право отменять, по представлениям управляющих казенными палатами, те производства участковых присутствий, в которых "будут обнаружены явные и притом существенные нарушения законного порядка исчисления дополнительного промыслового налога, клонящиеся к причинению ущерба интересам казны". С этой целью полагалось "истребовать" делопроизводство из участка в казенную палату (точно так же, как в советском циркуляре полугодовой давности).

Возникает вопрос, зачем потребовалось издавать специальный циркуляр, если и без этого губернские присутствия имели право пересматривать решения участковых, а председатели участковых присутствий (податные инспектора, прямо подчиненные казенной палате) и без того имели право требовать такого пересмотра. Возможное объяснение - податные инспектора не оспаривают тех решений, которые председатель казенной палаты считает ущербными для казны. Таким образом, циркуляр от 26 февраля 1919 г. показывает, что представители фиска не всегда были едины в отношении к попыткам налогоплательщиков облегчить бремя промыслового налога. "Столичные" сотрудники казенной палаты иной раз признавали неприемлемыми те решения участковых присутствий, которыми удовлетворялись местные чиновники (податные инспектора).

Все это указывает на важность "изменения порядка взимания" дополнительного промыслового налога по закону 13 октября 1917 года. В отличие от финансовой части этой же реформы (ликвидация раскладочного сбора), усиление роли раскладочных присутствий лишь в малой степени опиралось на былые реформаторские проекты.

В 1906 г. в организации промыслового обложения планировались "лишь незначительные изменения" (допуск в участковые присутствия представителей земства и городского самоуправления)18. Сентябрьский проект 1909 г., кроме того, намечал и более важную перемену соотношения представителей власти и общества. По старому закону, в участковых присутствиях преобладали плательщики, а начиная с губернского уровня численный перевес имели чиновники. Теперь же предлагалось на всех уровнях представительство казны и плательщиков сделать равным19, однако ничего не говорилось о расширении полномочий участковых присутствий.

Нечто новое можно почерпнуть из брошюры "Проект положения о государственном промысловом налоге", изданной в 1914 г. Советом съездов представителей биржевой торговли и сельского хозяйства. В отличие от министерских представлений в Государственную думу, здесь отсутствует объяснительная записка, новшества не выделены явно. Но содержание статей показывает, что предложение об уравнении представителей власти и общества было ограничено лишь высшими уровнями власти; в участковых же присутствиях сохранилось преобладание плательщиков20. Таким образом, исходное предложение сохранилось в этом проекте лишь в части, выгодной для предпринимателей.

стр. 93

Еще одно новшество: участковое присутствие само определяет оборот и прибыль предприятия, рассылает окладные листы, рассматривает возражения на раскладку, казенная же палата лишь утверждает нормальный процент прибыльности и отраслевую разбивку предприятий, не занимаясь проверкой21, - в согласии с будущим законом 13 октября 1917 года.

В то же время решения участкового присутствия, согласно предпринимательскому проекту 1914 г., полагалось обжаловать не в губернское присутствие (как в законе 13 октября 1917 г.), а в казенную палату22. Хотя это еще не означало права председателя казенной палаты обжаловать участковые раскладки по собственной инициативе (что смутило омских налоговиков в 1919 г.), это все-таки уступка традиционным нормам о полномочиях казенной палаты. Таким образом, в том, что касается усиления роли участковых присутствий, закон 1917 г. пошел дальше дореволюционных проектов.

Реформа 13 октября 1917 г. показывает, что налоговая политика Временного правительства не исчерпывалась чрезвычайными мерами. Подвергалась изменению и регулярная система. Отменив дополнительный раскладочный сбор, Временное правительство проявило преемственность своей налоговой политики с дореволюционными предложениями Министерства финансов, направленными на усиление роли процентных сборов в ущерб патенту. Временное правительство провело реформу, над которой до этого бились больше десяти лет. Однако предложения, долго лежавшие под сукном при старой власти, и на сей раз были воплощены не в полной мере: сохранился патент, а с ним и неравномерность промыслового налога, выгодная крупным предпринимателям. Таким образом, преемственным оказалось не только направление реформы, но и ограниченность перемен.

Помимо финансовой стороны дела, в центре внимания реформаторов оказалась и общественная, прежде существенной роли в реформаторских замыслах не игравшая. Участковые присутствия по промысловому налогу получили право определять размер оборота каждого предприятия без учета мнения казенной палаты, что означало повышение роли предпринимательского сообщества в промысловом налоге. В этом направлении реформа 13 октября 1917 г. пошла дальше дореволюционных проектов.

Примечания

Работа выполнена в рамках проекта СО РАН "Государственные и общественные структуры в Сибири: взаимодействия и конфликты (XVII - начало XX в.)".

1. ВОЛОБУЕВ П. В. Экономическая политика Временного правительства. М. 1962, с. 313 - 338.

2. СУ, 1917, N278, ст. 2052.

3. Государственный архив г. Тобольска (ГАТ), ф. 154 (Тобольская казенная палата), оп. 15, д. 226, л. 52 - 53.

4. Предложения о введении налога с оборота или введении раскладочной системы (подразумевающей некоторую уравнительность) выдвигались еще в ходе подготовки реформы М. Х. Рейтерна 1863 - 1865 годов. Об этом упоминается в представлении о проекте Положения о государственном промысловом налоге, составленном при В. Н. Коковцове. См. Российский государственный исторический архив (РГИА), ф. 573 (Департамент окладных сборов), оп. 34, д. 56, л. 3 - 4об.

5. АНАНЬИЧ Н. И. К истории податных реформ 1880-х гг. (Введение дополнительных сборов к промысловому налогу: 3-процентного и раскладочного). - История СССР, 1979, N1, с. 172.

6. ПСЗ-3. Т. 18. Отд. 1, с. 512, N15601.

7. Вестник Новосибирского государственного университета. Серия История, филология, 2010, т. 9, вып. 1, с. 118 - 123.

8. Две трети биржевых комитетов и т.п. представительных организаций высказались против реформы, жалуясь на тяжесть налогов: "В результате этой реформы должно произойти

стр. 94

значительное перераспределение налогового бремени между отдельными предприятиям, а это означало бы существенную перемену в сложившихся уже жизненных условиях торговли и промышленности. Такая перемена, мало желательная вообще, особенно опасна в настоящий момент, когда торговля и промышленность переобременены промысловым налогом... Реформировать существующее обложение в. смысле достижения большей уравнительности следует тогда, когда вместе с тем можно будет поставить вопрос и об уменьшении налогового бремени" (РГИА, ф. 573, оп. 34, д. 56, л. 22об. Представление Министерства финансов в Государственную думу, 28.IX.1909).

9. Там же, л. 20.

10. О законе 1906 г. см.: ШЕПЕЛЕВ Л. Е. Царизм и буржуазия в 1904 - 1914 гг. Л. 1987, с. 215. О временном полуторном повышении всех разновидностей дополнительного промыслового налога в 1914 г. см. циркуляр Департамента окладных сборов казенным палатам, 29.X.1914 (ГАТ, ф. 152, Тобольское общее губернское правление, оп. 18, д. 28, л. 207 - 208об.).

11. ПОЛЮТА Ев. К реформе промыслового обложения. - Вестник финансов, промышленности и торговли, 1917, N30, с. 92 - 96.

12. СОКОЛОВ Е. Н. Финансовая политика Советской власти (октябрь 1917 - август 1918 гг.). Рязань. 2008.

13. РГИА, ф. 573, оп. 33, д. 83, л. 2об.

14. Там же, л. 3.

15. Там же, л. 33 - 33об. Циркуляр N3422, 31.VIII.1918.

16. Центр хранения архивного фонда Алтайского края (ЦХАФАК), ф. 52 (Податной инспектор 1-го Барнаульского участка), оп. 1, д. 156, л. 5-боб. Циркуляр N406, 26.II.1919.

17. Даже если тот или иной предприниматель не являлся членом присутствия, представителям плательщиков могло быть выгодно занизить его доходы. В работе присутствий часто применялось суждение по аналогии, поэтому оценка дохода каждого предпринимателя затрагивала интересы всех предпринимателей участка.

18. Об этом можно судить по записке "Главные основания проекта изменений Положения о государственном промысловом налоге" (Б.м. Б.г.) (Российская национальная библиотека, 134/202). Записку можно приблизительно датировать второй половиной 1906 - первой половиной 1907 г. (в ней упоминается об итогах раскладки дополнительного промыслового налога за 1906 г. и о сумме раскладочного сбора, назначенной на 1907 год.

19. РГИА, ф. 573, оп. 34, д. 56, л. 46об.

20. Проект положения о государственном промысловом налоге. СПб. 1914, ст. 7, 21, 24, 27.

21. Там же, ст. 143, 160, 165, 167; 40, 44, 45; 117 - 119. См. также ст. 138 - 142 Положения о государственном промысловом налоге 1898 года (ПСЗ-3. Т. 18. Отд. 1, N15601).

22. Проект положения о государственном промысловом налоге. СПб. 1914, ст. 247 - 248.

Orphus

© biblioteka.by

Permanent link to this publication:

https://biblioteka.by/m/articles/view/Реформа-промыслового-налога-в-России-в-1917-г

Similar publications: LRussia LWorld Y G


Publisher:

Беларусь АнлайнContacts and other materials (articles, photo, files etc)

Author's official page at Libmonster: https://biblioteka.by/Libmonster

Find other author's materials at: Libmonster (all the World)GoogleYandex

Permanent link for scientific papers (for citations):

А. К. Кириллов, Реформа промыслового налога в России в 1917 г. // Minsk: Belarusian Electronic Library (BIBLIOTEKA.BY). Updated: 14.04.2020. URL: https://biblioteka.by/m/articles/view/Реформа-промыслового-налога-в-России-в-1917-г (date of access: 30.11.2020).

Found source (search robot):


Publication author(s) - А. К. Кириллов:

А. К. Кириллов → other publications, search: Libmonster BelarusLibmonster WorldGoogleYandex

Comments:



Reviews of professional authors
Order by: 
Per page: 
 
  • There are no comments yet
Related topics
Publisher
Беларусь Анлайн
Минск, Belarus
147 views rating
14.04.2020 (230 days ago)
0 subscribers
Rating
0 votes

Related Articles
Русские контакты Д. Дидро: эволюция исследования проблемы
2 days ago · From Беларусь Анлайн
Российско-прусский договор 1743 г.
Catalog: История 
13 days ago · From Беларусь Анлайн
Р. А. ГОГОЛЕВ. "Ангельский доктор" русской истории. Философия истории К. Н. Леонтьева: опыт реконструкции
Catalog: Философия 
13 days ago · From Беларусь Анлайн
Организация репетиторского агентства
14 days ago · From Беларусь Анлайн
Русско-американские разногласия по вопросу о полосе отчуждения КВЖД. 1906 - 1917 гг.
Catalog: История 
16 days ago · From Беларусь Анлайн
Кадровый состав и внутриармейские отношения в вооруженных формированиях в годы гражданской войны
Catalog: История 
16 days ago · From Беларусь Анлайн
Генрих VIII Тюдор
Catalog: История 
33 days ago · From Беларусь Анлайн
О. Шпенглер и "консервативная революция" в Германии
Catalog: История 
38 days ago · From Беларусь Анлайн
М. КЛИНГЕ. Тень Наполеона. Европа и Финляндия на переломе 1795-1815 гг.
Catalog: История 
39 days ago · From Беларусь Анлайн
Отто Дибелиус и проблема христианской ответственности
39 days ago · From Беларусь Анлайн

Libmonster, International Network:

Actual publications:

LATEST FILES FRESH UPLOADS!
latest · Top
 

Actual publications:

Latest ARTICLES:

Latest BOOKS:

Actual publications:

BIBLIOTEKA.BY is a Belarusian open digital library, repository of author's heritage and archive

Register & start to create your original collection of articles, books, research, biographies, photographs, files. It's convenient and free. Click here to register as an author. Share with the world your works!
Реформа промыслового налога в России в 1917 г.
 

Contacts
Watch out for new publications:

About · News · For Advertisers · Donate to Libmonster

Biblioteka ® All rights reserved.
2006-2020, BIBLIOTEKA.BY is a part of Libmonster, international library network (open map)
Keeping the heritage of Belarus


LIBMONSTER NETWORK ONE WORLD - ONE LIBRARY

US-Great Britain Sweden Portugal Serbia
Russia Belarus Ukraine Kazakhstan Moldova Tajikistan Estonia Russia-2 Belarus-2

Create and store your author's collection at Libmonster: articles, books, studies. Libmonster will spread your heritage all over the world (through a network of branches, partner libraries, search engines, social networks). You will be able to share a link to your profile with colleagues, students, readers and other interested parties, in order to acquaint them with your copyright heritage. After registration at your disposal - more than 100 tools for creating your own author's collection. It is free: it was, it is and always will be.

Download app for smartphones