BIBLIOTEKA.BY is a Belarusian open digital library, repository of author's heritage and archive

Register & start to create your original collection of articles, books, research, biographies, photographs, files. It's convenient and free. Click here to register as an author. Share with the world your works!

Libmonster ID: BY-754

Share with friends in SM

Россия и Германия взаимодействовали только в пределах Европы1 . Начиная со средних веков, складывалось единство христианских государств европейского континента, в основе которого лежали общность веры, церкви, интеллектуальных традиций, а также отказ от античной традиции и, не в последнюю очередь, единообразная университетская система2 . Студенты, обмениваясь знаниями, путешествовали по всей Европе - от Саламанки до Лунда и от Оксфорда до Праги. Шекспир неслучайно отмечал в "Гамлете", что датские студенты учились в германском Виттенберге.

В политическом отношении европейская система рано стала "концертом держав"3 , где каждый следил за тем, чтобы сосед не становился слишком сильным (Франция - за Священной Римской империей германской нации, Англия - за Францией), а, например, церковь, короли и ордена на границах организовывали оборону против язычников и мусульман или сами нападали на них4 . Правда, каждый раз появлялась держава-гегемон, но если бы кому-то одному удалось создать империю, охватывающую все государства, система могла бы рухнуть. Поэтому такие попытки пресекались сообща.

Система имела и социально-экономическую структуру5 . Ее центр, расположенный между Лондоном, Аугсбургом, Парижем и Флоренцией, был урбанизирован в большей степени, чем другие регионы; здесь были развиты международная торговля и ремесла, выпускались готовые изделия. "Полупериферийное" кольцо вокруг этого центра - от Дании до Испании - поставляло главным образом сырье и полуфабрикаты. Например, древесину, соленую рыбу, шерсть. Однако "полупериферийные" государства могли утвердиться как сильные и даже великие державы, как, например, Испания в XVI в. или Швеция в XVII в. Эти государства могли перенимать инновации и приглашать из центра знатоков своего дела. Так, в XVII в. Швеция призвала голландцев и валлонов на службу,


Нольте Ханс-Хайнрих - доктор, в 1980 - 2003 гг. профессор истории Ганноверского университета (ФРГ), председатель Общества по изучению истории мировой системы, издатель международного журнала по всеобщей истории "Zeitschrift fur Weltgeschichte. Interdisziplinare Perspektiven" (Франкфурт-на-Майне) и историографической серии "Zur Kritik der Geschichtsschreibung" (Кёльн).

В основу статьи положена гумбольдтовская лекция, прочитанная Х. -Х. Нольте в Институте всеобщей истории РАН. Перевод - к.и.н. М. Б. Корчагиной.

1 Ahrweiler H., Ayrnard M. Les Europeens. Paris 2000; Нольте Х. -Х. Европейский Союз и его место в современной мировой системе. - Европа. Журнал польского института международных дел. 2002, N 1, с. 49 - 48. Сокращенный вариант см.: Западная и Восточная Европа перед лицом глобализации. - Философия хозяйства. Альманах Центра общественных наук и экономического факультета МГУ. Москва, 2002, N 5, с. 74 - 98; Demokratien in Europa. Opladen, 2003.

2 Nolle H. -H. Die eine Welt. Hannover. 1993.

3 Handbuch der Geschichte der Internationalen Beziehungen. Paderborn, 1997.

4 Нольте Х. -Х. Европа и мировое сообщество до XX века. - Европейский альманах. Москва, 1993, с. 9 - 28.

5 Wallerstein I. The Modern World-System, v. 1 - 3. New York, 1974 - 1989.

стр. 170


чтобы наладить лов сельди и усовершенствовать металлургическое производство. Будучи частью "полупериферийного" кольца, Восточная Европа и Русское государство имели свои особенности, которые мы сейчас рассматривать не будем.

Международные экономические отношения определялись конкуренцией. В рамках системы отдельные действующие лица (государства, корпорации, предприятия и т.п.) вели борьбу за преимущества по законам государственного интереса (в понимании Макиавелли). При этом в каждом случае государства ссылались на действующие нормы, подчиняя их, однако, своему пониманию власти. Так, Макиавелли хвалил короля Фердинанда Арагонского за то, что тот для поддержания своей власти умело использовал религию6 .

Таким образом, система предписывала условия деятельности в разных сферах - религии, морали, политики, экономики, социальной сфере. Но субъекты политики должны были соблюдать все правила. Не в том смысле, что действующие лица не обладали исторической свободой, а в том, что несоблюдение правил наказывалось "штрафом" - утратой преимуществ. Действующих лиц было много: и король Густав Адольф, который в XVII в. отрезал Русское государство от Балтийского моря и превратил Швецию в великую державу. Помогали ему в этом его советники - представители дворянства, духовенства, горожан и крестьян в шведском парламенте (риксдаге), и такие предприниматели, как Луи де Геер, и, не в последнюю очередь, один из участников разработки политических планов Хуго Гротиус, который выступал за свободу морей.

В XVI в. в результате экспансии и завоевания огромных пространств на периферии -от Латинской Америки до Сибири - европейская система расширилась до мировой. В XVIII в. возвышение США знаменовало появление первой великой державы за пределами континента, а после того, как в XIX в. в "концерт держав" были приняты Османская империя и Япония, система утратила характер, определяемый ее христианским и европейским происхождением, и стала секуляризованной и действительно всемирной. В конце XX в. США, т.е. неевропейская держава, превратились в гегемона.

Со времен средневековья Россия входила в "концерт держав" и оставалась его участницей, так как была христианским государством. Временами возникала реальная угроза ее исключения из числа участников концерта из-за ее принадлежности к православию, но римско-католическая церковь так и не объявила православие ересью. В социально-экономическом отношении Россия была страной "полупериферии": в средние века она поставляла предметы роскоши, например, меха и воск, а в раннее новое время - сырье, например, пеньку и лен.

Германия в социально-экономическом плане была разделена. В то время как Рейнланд и Швабия, в силу высокой степени урбанизации и ведущей роли в международной торговле ремесленными изделиями, относились к центру, северные и восточные регионы страны, будучи экспортерами прежде всего зерна и дешевой рабочей силы в Нидерланды, принадлежали "полупериферии".

Политически Россия долгое время оставалась вне системы, так как в XIII в. латиняне нападали на православные страны, а она сама находилась под татаро-монгольским игом.

Политически Германия была частью системы, однако в период позднего средневековья и раннего нового времени не стала, как остальные, буржуазной нацией, но превратилась в своеобразное союзное государство (конфедерацию) во главе с кайзером.

После возвращения в "концерт держав" Россия при Петре I, благодаря своему огромному потенциалу и положению на фланге системы, стала одной из великих держав. Для мировой системы это имело структурно образующее значение: не будь России, две попытки создать централизованные империи - французскую при Наполеоне и германскую при Гитлере - могли бы увенчаться успехом.


6 Machiavelli N. II Principe. Frankfurt a.M., 1990.

стр. 171


На протяжении XVIII в. и большей части XIX в. германские земли оставались поделенными между Австрией и Пруссией, и поэтому отношения Германии и России характеризовались двойной асимметрией7 .

Во-первых, Германия была слабее России в политическом отношении, и уже при Петре I русские войска стояли в Мекленбурге. Довольно рано северогерманские князья увидели свой шанс в установлении связей с Санкт-Петербургом.

Во-вторых, Россия была, конечно, сильнее, но экономически менее дифференцированной и менее урбанизированной, чем Германия, и нуждалась в западных специалистах в военном деле, экономике и науке. Часто именно немцы искали возможности избежать стесненных обстоятельств на родине и уезжали на Восток.

Во время наполеоновских войн Германия стала основной жертвой экспансии французской империи на континенте. Однако в 1815 г. Венский конгресс признал гегемонию Англии в Европе. Первенствующая роль Великобритании подкреплялась, с одной стороны, успешной экспансией за океаном в XVIII в., а с другой, - промышленной революцией, которая позволила укрепить господство островной империи. В начале XIX в. экономическая и интеллектуальная ситуация как в России, так и в Германии определялась тем, что обе страны оказались в состоянии конфронтации с революционными движениями на Западе и с возвышением Великобритании. Влияние немецкого романтизма и философии Гегеля в Восточной Европе, в частности в России, было обусловлено схожестью проблем "догоняющего" формирования нации и "догоняющей" трансформации общества в контексте индустриализации.

Поскольку в Германии "догоняющая" индустриализация произошла во время объединения страны в последней трети XIX в., что сопровождалось введением, хоть и ущербного, но парламентаризма, а также демографическим взрывом, соотношение сил в "концерте держав" изменилось. В XVIII в. Пруссия была слабейшей из великих держав, однако новая Германия, пока США не вмешивались в дела на старом континенте, стала сильнейшей в Европе. Тем не менее, элиты страны не смогли соответствующим образом оценить пределы возросшей мощи, и это четко проявилось, в частности, в том, что в первую мировую войну объектом германской экспансии стала Россия8 .

При этом немецкая элита не учла, что подъем Германии был, конечно, впечатляющим, однако на изменение соотношения сил между державами в политической системе гораздо больше повлияло укрепление позиций США. Объявив неограниченную подводную войну, Германия спровоцировала вступление в первую мировую войну США, которые в начале XX в. были сильнейшей индустриальной державой мира. Это и привело к поражению Германии. Причем выход России из мировой войны вследствие Октябрьской революции 1917 г. не играл решающей роли.

Октябрьская революция знаменовала вступление России на "особый путь". В немецкой историографии это понятие оспаривается, так как оно предполагает, будто западноевропейский, а еще уже - англосаксонский путь развития является мерой всех вещей в истории. На самом деле такой подход не может служить адекватному пониманию истории. Нет одного, единого для всех, пути модернизации, есть множество путей, немецкий и российский варианты ни в коем случае не хуже англосаксонского9 . Проблема заключается в том, что ценности и институты демократии, которые в XXI в. действительны как для Германии, так и для России, ведут свое происхождение из англосаксонской политической культуры; они формировались там, само собой разумеется, не в безвоздушном пространстве, а в конкретных социальных и национальных условиях10 .


7 Nolte Н. -Н. Die doppelte Asymmetric Zur historischen Struktur des russisch-deutschen Verhaltnisses. - Forschungen zur Osteuropaischen Geschichte. 1992, N 48, S. 141 - 158.

8 Нольте Х. -Х. Дважды неудавшаяся попытка мирового господства: исторический опыт и самооценка. - Германия и Россия: события, образы, люди. Вып. 1, Воронеж, 1998, с. 47 - 60.

9 Нольте Х. -Х. Два варианта модернизации: Россия и Германия в конце XX века. - Вехи российско-германских отношений. Волгоград, 2001, с. 59 - 64.

10 Девятко И. Модернизация, глобализация и институциональный изоморфизм: к социологической теории глобального общества. - Глобализация и постсоветское общество. Москва, 2001, с. 8 - 38.

стр. 172


Исходным моментом остается то, что российская или затем советская элиты стремились проводить политику и строить общество, отличное от либеральной и капиталистической модели, более того: заменяющее эту модель. Коммунистическое руководство сознательно установило диктатуру, которую декларировали как диктатуру одного класса, но в реальности она была диктатурой одной партии, а в свои наихудшие периоды была диктатурой одной личности. Диктатура осуществлялась с помощью тайной полиции и лагерей; на ней лежит ответственность за гибель более десяти миллионов человек11 .

И национал-социалистическое руководство Германии хотело, чтобы Германия отличалась от либеральной западной модели. На место индивидуалистических ценностей Запада были поставлены коллективистские ценности "народного сообщества", правда, "сатрапам" при этом предоставлялось гораздо больше свободы действия. "Народное сообщество" скрепляла диктатура, опиравшаяся на тайную полицию и концлагеря. Диктатура исключала из общества и уничтожала определенные этно-религиозные, политические и сексуальные группы: евреев, цыган, коммунистов, социал-демократов, гомосексуалистов.

Во время короткого периода сотрудничества с СССР (1939 - начало 1941 гг.) Германия готовилась к нападению на СССР с целью уничтожения не только коммунизма, но и российской государственности. Славянское население СССР предполагалось использовать как рабов на "великих стройках" третьего рейха, вытеснить на восток или уничтожить. На оккупированных территориях СССР некоторые пункты этой программы были реализованы. Здесь же начался геноцид еврейского населения, происходивший из воинствующего антисемитизма нацистов и ставший возможным из-за конформизма и пособничества большинства немцев12 . Нацистская Германия уничтожила более 20 млн. гражданских лиц и военнопленных, включая 5,8 млн. живших в Европе евреев13 .

После поражения Германии, СССР по обычным вооружениям и количеству сухопутных войск стал наиболее важным государством антигитлеровской коалиции, которое, к тому же, поставило под свой контроль восточную и часть центральной Европы. Однако в политическом плане больше всего выиграли США. Они располагали не только самыми сильными в мире военно-морскими и военно-воздушными силами, но и атомными бомбами - новейшим оружием, которому в это время никто ничего не мог противопоставить. Американские войска стояли на европейском и азиатском континентах14 .

После победы антигитлеровской коалиции над Германией и ее сателлитами, военная мощь СССР и идеологические догмы привели к тому, что советское руководство пошло на открытую конфронтацию с США. Советский Союз насильственно ввел в освобожденных им от фашизма странах прокоммунистические режимы. Поскольку ни в одной из этих стран коммунистическое господство не опиралось на большинство населения, то здесь вновь и вновь происходили восстания и беспорядки, - начиная с 1953 г. в Берлине до 1968 г. в Праге и кончая 1981 г. в Данциге. Большая эмиграция из Восточной Европы постоянно поддерживала критику Запада в адрес советской системы. Несмотря на это, ни США, ни НАТО не предприняли военного нападения на социалистический блок.

Противостояние с США и советизация Восточной и Центральной Европы потребовали от СССР слишком много сил. Это и привело его к краху. Экономически страна, которая могла выставить на мировой рынок только сырье, оставалась "полупериферийной". Успехи "догоняющей" индустриализации, конечно же, не означали одновременного возникновения инновационного потенциала, необходимого для лидера в сфере экономики. Средства, направляемые на научно-техническое развитие промышленнос-


11 Nolle H. -H. Kleine Geschichte RuBlands. Stuttgart 1998; Нольте Х. -Х. Свое и чужое. Вклад России в мировую историю. - Германия и Россия. Вып. 2, Воронеж, 1999, с. 15 - 24.

12 Нольте Х. -Х. Война на Востоке как война на уничтожение. - Россия XXI век. 1999, N 3, с. 160 - 187.

13 Нольте Х. -Х., Полян П. Гитлер и Сталин: с кем жить лучше, с кем веселей? - Неприкосновенный запас, 2003, N 2, с. 195 - 211.

14 Dukes P. The Superpowers. A short History. London, 2000, p. 67 - 89.

стр. 173


ти, шли главным образом на вооружения. Однако о том, что СССР "довооружался до смерти", можно говорить, опираясь не только на такие качественные критерии. Советский Союз постоянно инвестировал в "оборонку" гораздо большую долю чистого социального продукта, нежели европейские страны и США в свою военную промышленность. Это определялось целью достижения паритета с США, которые обладали значительно превосходящим СССР экономическим потенциалом.

Что же касается отношений между Германией и Россией, то исход второй мировой войны восстановил ту двойную асимметрию, какая была характерна для XVIII в. и большей части XIX в.: социально-экономически Германия относилась к центру и в этом смысле была "более развитой", однако, потерпевшей поражение державой, и не только из-за нового раздела ее территории победителями.

И все же было два очень существенных различия: во-первых, гегемоном мировой системы однозначно были США, чьи войска отныне находились и в Германии; во-вторых, государства Западной Европы начали экономическую интеграцию.

Спорный вопрос, насколько этому процессу способствовала Америка или это отражало тенденции к самостоятельности Европы по отношению к державе-гегемону. Во всяком случае, из экономического союза возник Европейский Союз с все более широкими политическими компетенциями, и это привело к тому, что сегодня между его членами идет интенсивный обмен не только капиталами, товарами, но также идеями и людьми.

После вывода советских войск из Восточной и Центральной Европы и распада Советского Союза на отдельные национальные государства сложилась совершенно новая ситуация. Переход к новым экономическим и общественным формам повсюду сопровождался экономическим спадом и снижением жизненного уровня (в России примерно до половины уровня 1990 г.). В то время как российская промышленность остро нуждалась в инвестициях, капитал активно "бежал" из страны: на мировой рынок из России было вывезено около 150 млрд. долл. Если до 1990 г. у всех была работа, пусть даже имевшая видимость таковой, то теперь начала расти реальная безработица. Доля людей, живущих ниже официальной черты бедности, составляет от четверти до трети населения страны. При этом Россия по-прежнему претендует на роль великой державы.

Бывшие члены СЭВ западнее Буга хотят быть принятыми в ЕС и потому соглашаются с почти всегда невыгодными условиями, которые им ставят в Брюсселе. Надо понимать, что католические и протестантские страны этого региона через несколько лет станут членами ЕС. Они будут участвовать в обмене товарами и людьми и голосовать в находящихся в Страсбурге и Брюсселе органах. Когда членами ЕС станут Болгария и Румыния, православные страны-наследники Югославии, оба мусульманские балканские государства - Албания и Босния, пока еще трудно сказать. Но поскольку у них вряд ли есть альтернатива, то реальной перспективой остается стремление к членству в ЕС.

К интереснейшим и, по-моему, еще не получившим ответа вопросам новейшей российской истории относится вопрос о том, что же не так сделали политические деятели периода трансформации. Может быть, у российских элит даже были планы с помощью вывоза капитала войти в международное сообщество "красивых и богатых"? Если исходить из того, что М. С. Горбачев желал России лучшего - и я придерживаюсь этого мнения - то, с точки зрения теории мировой системы, он допустил ошибку, не достаточно разумно сочетая свою власть на различных уровнях. Когда Макиавелли хвалил Фердинанда за то, как тот использовал религию для укрепления своей власти, он ни в коем случае не думал, что Фердинанд не религиозен. Напротив, Макиавелли полагал, что он обладает умением перемещения между уровнями власти.

Само собой разумеется, мораль или идентичность имеют историю, а точнее - истории. XIX в. знает много примеров формирования национальной идентичности. Так, прежняя, включавшая Австрию идентичность граждан Священной Римской империи германской нации превратилась в исключавшую Австрию идентичность находившегося под прусским влиянием германства. Это, конечно, не означало, что Бисмарк не чувствовал себя немцем, используя национальный принцип как элемент расширения власти.

стр. 174


После того, как Франция перестала быть гегемоном, а Германия потерпела поражение, именно немецкие и французские элиты конструировали Европу. Этот план не отменял принцип государственного интереса и не выводил на сцену видимость идеологии. Но если Горбачев и вправду думал, что Восточную Европу примут в "европейский дом", просто признав ее идентичность, то в таком случае он действовал лишь на одном из многих уровней.

Это требуемое от политика умение действовать на многих уровнях, предполагает наличие известного скепсиса, реалистичности. В начале XX в. чешский политик Т. Масарик писал, что у русской интеллигенции есть тенденция (долгое время имевшая место и в Германии) усваивать великие идеи без достаточной доли скепсиса, а потом на их основе выставлять моральные требования15 . Это решающее исторически обоснованное возражение против того, что в 1917 г. марксизм стал в России руководством к действию, хотя на Западе он был лишь оппозицией господствующей идеологии; да и в России он встретил серьезную интеллектуальную критику16 .

Недостаточный учет реалий является, однако, решающим аргументом против того, как была осуществлена трансформация. Ведущей концепцией на Западе был неолиберализм, и вдруг, во время посещения СССР иностранцы стали встречать многих оппозиционеров, верящих в рынок так, как многие до того верили в планирование. Едва ли кто-либо на Западе выступал со столь радикальными тезисами о рынке, как Л. Бальцерович в Польше или Е. Т. Гайдар в России. Разумеется, рынок - хороший экономический инструмент, но ни в одной стране он не является единственным. Предложение Ф. Броделя, различать между капитализмом и рынком, вполне обосновано17 . При всех экономических системах имеет место вмешательство государства - против монополий и олигаполий, против неравенства регионов18 и социального неравенства, в защиту сельского хозяйства (как в США), в пользу экономического роста.

Как же развиваются отношения между Германией и Россией в новых обстоятельствах?

Все большее значение приобретает граница между Европейским Союзом (ЕС) и Европой восточнее Буга. Уже сейчас пригласить в Германию гостя из России гораздо сложнее, чем из Польши, так как ЕС, не в последнюю очередь по настоянию Германии, сделал своей первостепенной задачей контроль над иммиграцией. На усиление пограничной бюрократии Россия ответила аналогичными бюрократическими мерами.

Экономически Россия в последнее время остановилась на неком половинчатом уровне и даже начала медленно подниматься. В социальном отношении в России, как и прежде, нет экономически активного предпринимательского среднего слоя, а повседневная жизнь определяется главным образом связями, аналогичными древнеримской клиентеле19 , но не рыночными.

Как поставщик сырья, Россия для Германии и ЕС останется важным партнером, ибо горючее и топливо из России ограничивают зависимость Европы от нефтекартеля "Семь сестер".


15 Masaryk T.G. Russische Religions- und Geistesgeschichte. Frankfurt a. M., 1992; Нольте Х. -Х. Одиночество и пафос: взаимодействие немецкой и русской культур в XIX веке. - Русский филологический вестник. Москва, 1997, N 1 - 2, с. 76 - 87.

16 Смирнов И. П. От марксизма к идеализму. М. И. Туган-Барановский, С. Н. Булгаков, Н. А. Бердяев. Москва, 1995.

17 Braudel F. La dynamique du capitalisme. Paris, 1985.

18 Обзор региональной политики Европейского Союза см.: Европейские внутренние периферии в XX столетии. Сборник научных работ. Калуга, 2001.

19 Клиентела - (от лат. "clientela" - зависимость, подчиненность) - форма социальной зависимости в древней Италии. Значительная часть римского плебса, вольноотпущенники, жители общин Италии и провинций, зависимых от Рима, ища покровительства патронов из богатой римской знати, становились их клиентами. Клиенты получали от патронов родовое имя и земельный надел и несли повинности, прежде всего военную. Узы клиентелы считались священными и нерушимыми.

стр. 175


В политическом отношении Россия для Германии будет иметь структурное значение. В настоящее время США не воспринимают ООН как важнейший орган международной жизни и пытаются при решении всех вопросов либо добиваться выгодных для себя порядков регулирования, либо принимают решения самостоятельно, как это было в случае введения войск в Ирак. Это не соответствует интересам других, не столь великих держав и могло бы стать началом расширения американской гегемонии до масштабов мировой империи. Поскольку ЕС, в силу особой роли Англии и готовности Польши и других стран следовать за США, не имеет особого значения на международной арене, происходит укрепление национальных внешнеполитических органов.

Что касается культуры, то в настоящий момент в обеих странах наблюдается глубокий спад взаимной заинтересованности. Об этом свидетельствует, например, уменьшение числа желающих изучать немецкий или, соответственно, русский язык, что, с одной стороны, обусловлено англосаксонской культурной гегемонией, которая для каждого так или иначе должна быть на первом месте. А с другой стороны, это объясняется последствиями краха социализма. Однако Европа восточнее Буга могла бы снова стать "вариантом" в рамках европейской традиции и таким образом обрести интерес для немецкой молодежи, подобный тому, какой молодежь испытывает сегодня к культуре испано-говорящих народов (не в последнюю очередь из-за наличия в ней латиноамериканских включений с индейскими и африканскими элементами). Но и для России Германия могла бы иметь значение варианта культурного развития, альтернативного доминирующей англосаксонской традиции.

Германия и Россия остаются связанными тем, что обе страны на важных этапах своей истории испытали влияние антизападных диктатур. Отношение к имеющей такой отпечаток истории обнаруживает общие черты, но оно важно и для тех стран в мире, которые не прошли через подобные исторические периоды, так как явления геноцида и политицида не в коем случае не исчезли из жизни народов с концом советской и нацистской диктатур.

Как и прежде, Россия, будучи обладателем атомного оружия и постоянным членом Совета Безопасности ООН, относится к другому классу держав, нежели Германия. То есть двойная асимметрия сохраняется. Германия находится на более дифференцированной и более эффективной стадии экономического развития, благодаря чему на душу населения здесь производится больше товаров и услуг, чем в России. Однако Россия в военном отношении, хоть и с определенным отрывом от США, продолжает оставаться значительной державой. Очевидно, что из этой асимметрии и в XXI в. могут возникнуть коллизии - начиная с вопросов миграции или проблемы Калининграда и кончая ценами на топливо.

Как Россия могла бы реагировать на созданную ЕС ситуацию? Мне, как немцу, не подобает ставить такой вопрос. И все же позвольте мне выступить в роли интеллектуала, размышляющего о судьбах других народов, абстрагируясь от интересов собственной нации, и не только потому, что катастрофа России не осталась бы без последствий и для Германии.

Россия не сделала запроса о членстве в ЕС и тем самым, возможно, способствовала тому, что новая восточная граница Европейского Союза прошла по Бугу и Нарве. Эта новая граница, предположительно, надолго будет разделять Европу. Вопрос о вступлении в ЕС Румынии и Болгарии, а также государств-наследников Югославии, правда, еще не решен, но нельзя больше отворачиваться от того, что между Востоком и Западом пролегла новая граница.

Сразу надо подчеркнуть, что культурные границы Европы, разумеется, не совпадают с границами ЕС. Швейцария и Норвегия до сих пор не хотят быть членами ЕС. Но речь идет не об этих частных случаях. В смысле культуры, Европа охватывает и эмигрантов из Европы; Просвещение, наверное, оставило более глубокий след в США, нежели в Польше, а уважение к наследию К. Маркса связывает Германию с Кубой прочнее, чем с Англией, где Маркс долго жил и был похоронен. В культурном отношении Европа простирается от Сантьяго де Чили до Сиднея и от Ванкувера до Владивостока.

стр. 176


Таким образом, речь идет не о какой-то культурной "идентичности" европейцев, но о политическом объединении этой большой культурной группы, наряду с другими культурными или политическими единицами, в рамках глобального общества, где найдут свое место Китай, Индия, арабско-мусульманский мир. И можно утверждать, что не только США как мировая держава создадут свою группировку, которая, само собой, будет принадлежать к европейскому культурному пространству, а не к ЕС, но и, например, Австралия.

Итак, внешние границы ЕС ни в коем случае не совпадают с границами распространения европейской культуры, но они установлены на основании экономической и политической полезности. Даже крупнейший рынок мира (по покупательной способности) -США посчитали необходимым создать вместе с другими североамериканскими государствами зону свободной торговли НАФТА20 . Этот факт ясно показывает, какие масштабы должны сегодня иметь экономические союзы, чтобы быть эффективными. Поэтому очевидно, что современная Россия сама для себя является слишком маленьким рынком. Очевидно и то, что даже укрепление экономических связей СНГ было бы недостаточным, чтобы конкурировать с крупными рынками, возникшими на основе таких ассоциаций, как ЕС или НАФТА.

Россия могла бы пригласить Турцию стать членом совместного экономического союза, который мог бы называться Евразийский Союз, без идеологического балласта, который несет понятие "евразийский". Политически Турция была бы партнером, который привнес бы в отношения с Россией гораздо больше чувства собственного достоинства, нежели такие страны, как Грузия или Армения, которые либо должны "выворачивать наизнанку" свои противоречия, либо обречены на союз друг с другом. Экономически Турция, в отличие от бывших членов СЭВ, была бы вызовом все еще очень зависимым от государства структурам России: Турция обладает динамичной экономикой и сильным средним классом, который в России развит слабо. И наоборот, сырьевые богатства России обеспечивали бы успех такого сотрудничества. Политически союз с Турцией облегчил бы сосуществование с мусульманской этнической средой как внутри Российской Федерации, так и на ее южных границах.

ЕС был и остается объединением с очень большими различиями между центром "вокруг Брюсселя" и внутренней периферией - Португалией, Испанией, Югом Италии или теперь Польшей и Венгрией. Какими бы ни были причины этих различий, но разрыв внутри ЕС ликвидировать трудно, прежде всего, потому, что он прочно укоренен в самой системе. Конечно, и в Евразийском Союзе были бы неравномерности развития, однако не столь явные и устойчивые.

После второй мировой войны элиты Германии зачастую опирались не на новые теоретические и политические концепции, а на те, которые они усвоили до 1933 г. или, в зависимости от поколения, между 1933 и 1945 гг. Но в ходе тысяч заседаний и встреч с французами, бельгийцами или англичанами в рамках Западноевропейского Союза, НАТО, ЕС немцы лучше овладели методами ведения дискуссий, парламентских дебатов, и многие, благодаря этому, а не теориям демократии или дискуссиям об идентичности, стали демократами. Подобный процесс должен быть организован и для России, чтобы упрочить ее переход к демократии. История убедительно доказывает, что сотрудничество и дискуссия действительно дают долговременные результаты, и что между участниками дискуссий бывает меньше войн.

Основным условием отношений Германии и России, как и прежде, остается двойная асимметрия: Германия в промышленном отношении более эффективна и имеет существенно более высокий жизненный уровень, Россия как обладательница атомной бомбы и постоянный член Совета Безопасности ООН относится к другому классу держав.

Германия и Россия сталкиваются с трудностями в поддержании того уровня культурных, личных и экономических связей, который был характерным для XVIII и XIX вв., а


20 NAFTA - North American Free Trade Association.

стр. 177


затем и для отношений ГДР и СССР, так как Россия не является членом ЕС и потому не участвует в многосторонних контактах. Обе страны должны учитывать то, что ЕС все в большей мере становится политической ассоциацией, членом которой является Германия и решениями которой определяется ее курс.

Традиционное сотрудничество в области культуры в настоящее время испытывает влияние англо-саксонской доминанты и сопровождается растущим интересом к испано-говорящему миру.

Однако и в рамках определяемой ЕС экономической политики заинтересованность Германии в добрых отношениях с Россией сохраняется, так как российское топливо делает Германию менее зависимой от арабского региона, а немецкая продукция хорошо продвигается на российском рынке.

Во всех сферах деятельности - политической, экономической и культурной - обе страны должны учитывать гегемонию США, которые обладают огромными возможностями, в том числе и в сфере принятия решений в мировой политике. Что же касается внешней политики, то у Германии и России есть общая заинтересованность в том, чтобы США действовали в рамках ООН, поскольку ни одна другая держава на двусторонних переговорах не сможет заставить США считаться со своими интересами.

Следует опасаться того, что Россия - если не присоединится к какому-либо союзу, в рамках которого будет иметь дело с сильными партнерами, - окажется в изоляции и будет слишком буквально следовать внутреннему ритму дискуссии среди собственной интеллигенции. В русской истории это нередко означало некритичное восприятие избранных западных идей. И даже интенсивное расширение двусторонних отношений, как бы этому ни содействовали, не могло бы на долгое время эффективно противодействовать такой замкнутости.

Orphus

© biblioteka.by

Permanent link to this publication:

https://biblioteka.by/m/articles/view/РОССИЯ-И-ГЕРМАНИЯ-В-ЕВРОПЕ-ИСТОРИЧЕСКИЙ-ОПЫТ-И-ПЕРСПЕКТИВЫ

Similar publications: LRussia LWorld Y G


Publisher:

Беларусь АнлайнContacts and other materials (articles, photo, files etc)

Author's official page at Libmonster: https://biblioteka.by/Libmonster

Find other author's materials at: Libmonster (all the World)GoogleYandex

Permanent link for scientific papers (for citations):

Х.-Х. НОЛЬТЕ, РОССИЯ И ГЕРМАНИЯ В ЕВРОПЕ: ИСТОРИЧЕСКИЙ ОПЫТ И ПЕРСПЕКТИВЫ // Minsk: Belarusian Electronic Library (BIBLIOTEKA.BY). Updated: 13.01.2020. URL: https://biblioteka.by/m/articles/view/РОССИЯ-И-ГЕРМАНИЯ-В-ЕВРОПЕ-ИСТОРИЧЕСКИЙ-ОПЫТ-И-ПЕРСПЕКТИВЫ (date of access: 26.05.2020).

Found source (search robot):


Publication author(s) - Х.-Х. НОЛЬТЕ:

Х.-Х. НОЛЬТЕ → other publications, search: Libmonster BelarusLibmonster WorldGoogleYandex

Comments:



Reviews of professional authors
Order by: 
Per page: 
 
  • There are no comments yet
Related topics
Publisher
Беларусь Анлайн
Минск, Belarus
135 views rating
13.01.2020 (133 days ago)
0 subscribers
Rating
0 votes

Related Articles
В преддверии полного раскола. Противоречия и конфликты в российской социал-демократии 1908-1912 гг.
3 days ago · From Беларусь Анлайн
Железнодорожные сообщения в период сражения на Курской дуге
3 days ago · From Беларусь Анлайн
К 90-летию со дня рождения академика Юрия Александровича Полякова
Catalog: История 
3 days ago · From Беларусь Анлайн
Новые исследования о губернаторской власти Российской империи
Catalog: История 
3 days ago · From Беларусь Анлайн
Верена Беккер и Ведомство по защите конституции
Catalog: Право 
3 days ago · From Беларусь Анлайн
Апрель и май - лучшее время для создания нового газона в саду. Вопреки видимости, недостаточно просто сажать и поливать траву. Вот советы о том, как правильно настроить и ухаживать за газоном.
5 days ago · From Беларусь Анлайн
БИБЛИОТЕКА.БАЙ совместно со школой языков "Мир без границ" (официальный сайт - mbg.by) предлагает вам несколько полезных советов, которые помогут в изучении чешского самостоятельно или на специальных языковых курсах с тьютором.
5 days ago · From Беларусь Анлайн
ВИДЕОЛЕКЦИЯ. ЭТИКА И ЭСТЕТИКА. Добро и зло
ВИДЕОЛЕКЦИЯ. ЭТИКА И ЭСТЕТИКА. Нравственная свобода и ответственность
ВИДЕОЛЕКЦИЯ. ФИЛОСОФИЯ. Неклассическая философия
Catalog: Философия 

Libmonster, International Network:

Actual publications:

LATEST FILES FRESH UPLOADS!
latest · Top
 

Actual publications:

Latest ARTICLES:

Latest BOOKS:

Actual publications:

BIBLIOTEKA.BY is a Belarusian open digital library, repository of author's heritage and archive

Register & start to create your original collection of articles, books, research, biographies, photographs, files. It's convenient and free. Click here to register as an author. Share with the world your works!
РОССИЯ И ГЕРМАНИЯ В ЕВРОПЕ: ИСТОРИЧЕСКИЙ ОПЫТ И ПЕРСПЕКТИВЫ
 

Contacts
Watch out for new publications:

About · News · For Advertisers · Donate to Libmonster

Biblioteka ® All rights reserved.
2006-2020, BIBLIOTEKA.BY is a part of Libmonster, international library network (open map)
Keeping the heritage of Belarus


LIBMONSTER NETWORK ONE WORLD - ONE LIBRARY

US-Great Britain Sweden Portugal Serbia
Russia Belarus Ukraine Kazakhstan Moldova Tajikistan Estonia Russia-2 Belarus-2

Create and store your author's collection at Libmonster: articles, books, studies. Libmonster will spread your heritage all over the world (through a network of branches, partner libraries, search engines, social networks). You will be able to share a link to your profile with colleagues, students, readers and other interested parties, in order to acquaint them with your copyright heritage. After registration at your disposal - more than 100 tools for creating your own author's collection. It is free: it was, it is and always will be.

Download app for smartphones