Libmonster ID: BY-1348

Подготовив все к IV съезду партии, ЦК имел суждение о личном составе будущего Центрального комитета и высказался за то, чтобы его конструкция осталась прежней. Так решило на собрании из шести человек правое большинство, состоявшее из В. Зензинова, В. Г. Архангельского, М. Затонского и М. А. Веденяпина, при очень нерешительных возражениях Д. Ракова и И. Тетеркина. Это было последнее "заключительное слово", лебединая песня правой руководящей группы. Но она уже не имела никакого веса и голос ее остался в партии без всякого отклика.

Малолюдное заседание ЦК 22 ноября 1917г. - было последним заседанием его в старом составе. Следующее заседание 8 декабря было уже первым организационным заседанием нового состава. Промежуток между ними был занят заседаниями IV партийного съезда и одновременными заседаниями II Всероссийского крестьянского съезда. Для понимания последующего необходимо хотя бы вкратце ознакомиться с ходом того и другого.

Это тем более важно, что партия успела издать стенографические протоколы лишь III съезда. Такие же протоколы IV съезда имелись лишь в рукописи, которая, по всей вероятности, в настоящее время погребена в архивах бывшей ВЧК. Было принято ЦК нового состава решение поручить В. М. Зензинову приготовить к печати краткий отчет о работе съезда. По-видимому, им и является то извлечение из протоколов, которое было впоследствии издано Московской организацией партии- без имени составителя. Брошюра эта стала чрезвычайной редкостью. За границей нам известен лишь один экземпляр ее, находящийся в личном архиве В. М. Чернова.

Съезд занялся отчетом о деятельности старого ЦК, который поручено было сделать умереннейшему из представителей "правого руководства", В. М. Зензинову. Последний взял в своем докладе самый примирительный тон. Он не отрицал и не мог отрицать колебаний и сбоев ЦК, который должен был только что на глазах у всех с формулы "коалиции с цензовиками" перескочить на формулу "коалиции от народных социалистов до большевиков включительно". Он только в оправдание его приводил тот факт что, будучи разнородным и "коалиционным" по своему составу, ЦК отражал на себе борьбу мнений, а потому его сегодняшние решения иногда противоречили вчерашним. Он усердно рисовал целый ряд мер, принятых


Продолжение. См. Вопросы истории, 2000, N 7, 8.

стр. 3


ЦК против крайних правых: не без некоторого даже преувеличения он заявил, будто "ввиду двусмысленного отношения кадетов и корниловцев ЦК ультимативно потребовал их невхождения в состав нового правительства", причем утверждал, будто "только партийная разруха" помешала ЦК провести свою линию в жизнь,- проходя молчанием тот факт, что "разруха" эта свила себе гнездо в самом ЦК и оттуда дезорганизовала партию. Зензинов оправдывал ЦК против упреков в отсутствии контроля над деятельностью Керенского, указывая, что заваленность делами почти порвала связь Керенского с партией и вообще он, с точки зрения ЦК, просто не считался с указаниями этого последнего. Зензинова поддержали его право-центровые сотоварищи по ЦК, Гендельман и Розенблюм-Фирсов. Первый старался показать, что ЦК был более жертвою, чем создателем партийной неурядицы: он "не был ни суверенен, ни автономен", он вынужден был делить власть, а стало быть и ответственность, с партийными фракциями в Советах. Розенблюм-Фирсов ссылался на стихийность всего происходившего, доказывая, что ЦК часто просто не мог влиять на события. К тому же, например, за действия Керенского на ЦК ответственность возложить нельзя: с начала июля, после кризиса власти, разрешенного знаменитым заседанием в Малахитовом зале Зимнего дворца, Керенский формально перестал быть в правительстве представителем партии. И все крупнейшие его последние действия, от созыва в Москве Государственного совещания до последнего его похода на Петроград,- это все делалось им вне соглашения с партией, на свой личный риск и страх.

В. М. Чернов в ход прений по докладу ЦК не вмешивался и лишь на поставленные ему лично некоторыми из делегатов вопросы (между прочим, почему октябрьские события застали его вне Петрограда) должен был взять слово для фактического характера ответов; в частности, он открыто заявил, что уехал из Петрограда для того, чтобы не присутствовать на II съезде Советов, так как, по глубокому несогласию с правым курсом, взятым ЦК, защищать его позиции по совести не мог, возражать против него не имел права, а воздержаться и молчать, как на Демократическом совещании, значило бы только давать пищу всевозможным лжетолкованиям.

Прения по докладу Зензинова кончились убийственною для правого руководства резолюцией: "Заслушав доклад ЦК, IV Всероссийский съезд Партии социалистов-революционеров вынужден констатировать, что

1) Центральный комитет в течение 6 месяцев работы не всегда соответствовал своему назначению быть органом, руководящим политической деятельностью партии. Считаясь с тем, что нередко это обстоятельство вызывалось трудными объективными условиями сложной политической действительности, съезд признает, однако, что ЦК не осуществлял в должной мере своей обязанности контроля над деятельностью членов партии, занимавших самые ответственные посты в органах государственного управления и руководящих органах демократии. Этим ЦК делал партию ответственной перед трудящимися массами за политику, ею не санкционированную, за события, о которых она даже не была осведомлена, за действия, не соответствующие ни партийной программе, ни ее коллективной воле. Этим ЦК невольно способствовал подрыву доверия масс к партии, ее деятелям, ее лозунгам.

2) ЦК проявил полное бездействие власти в вопросах партийной дисциплины и единства партийных выступлений. Результатом явились идейный и организационный разброд, полный паралич партийной дисциплины, поразивший целые организации. ЦК не сумел устранить дисциплинарных правонарушений даже в своей собственной среде, допуская их в самые ответственные моменты со стороны самых ответственных лиц.

Объясняя это разлагающее партию явление слишком разнородным составом ЦК, IV Всероссийский съезд Партии социалистов-революционеров ставит своей задачей, во избежание аналогичных ошибок в будущем, создание более однородного ЦК, способного проводить твердую политику революционного социализма".

Главным предметом съезда было обсуждение вопроса "о текущем

стр. 4


моменте и тактике партии", докладчиком по которому был В. М. Чернов, давший, между прочим, сдержанную по форме, но категорическую по существу критику ошибок революционной демократии вообще и центрального партийного руководства в частности. Не будем передавать его доклада, так как основные его тезисы нашли себе полное выражение в приведенной ниже обширной резолюции съезда.

Против его заключений выступали: В. Подвицкий (1), признавший, что коалиционная тактика действительно потерпела полное крушение, но что это крушение было, в сущности, крушением самой революции; В. Г. Архангельский, полагавший, что все-таки без коалиции обойтись было невозможно и что однородное правительство "единого трудового фронта" оказалось бы не сильнее, но даже еще слабее коалиционного; Фирсов-Розенблюм, смягчивший значение всех ошибок тактики тем, что течение революции, вместе со всеми ее слабостями и сбоями по роковой неблагоприятности общей ситуации, было "фатально и неизбежно"; и, наконец, преемник В. М. Чернова по Министерству земледелия С. Л. Маслов, обвинявший все революцию в антигосударственном, почти анархическом уклоне, констатирующий, что "революция сорвана", что выхода из тупика нет, все предлагаемые тактические планы безнадежны и неосуществимы и "будущее печально". Этот мрачный пессимизм вполне гармонировал с поведением С. Л. Маслова во время осады большевиками Зимнего дворца, где заседало Временное правительство и откуда С. Л. Маслов слал в Совет по телефону свое "проклятие революционной демократии", не желающей или не умеющей защитить тех самых людей, которых она же послала заседать в правительстве.

Что касается крайнего правого крыла партии - "воленародцев" (2), то от их имени выступали В. И. Лебедев и А. А. Аргунов (3). Первый заявил, что, по его мнению, правых вообще от центра теперь отделяет немногое. Центр во главу угла своей тактики ставил борьбу за мир, не отвергая обороны страны; правые- оборону страны, не отвергая борьбы за мир. В других вопросах, на его взгляд, особых разногласий нет. А теперь, когда большевиками армия совершенно разложена, все течения приведены к единому знаменателю, "всем" приходится думать только об одном: о скорейшем заключении мира. Поэтому "правые" хотят общей работы, а не распрей и расколов.

Аргунов пытался отмежевать "воленародцев" от попавших под партийные репрессии членов "организационного совета", мимоходом стараясь смягчить их вину: он, признавая формальную неправоту этой организации в деле выставления параллельных, конкурирующих с партийными, избирательных списков, указывал однако, что, по существу, они часто противопоставлялись спискам местных организаций, хотя тогда бывших единственно законными, но внутренне уже отдалившихся от партии и теперь порвавших с нею связь. В основе же Аргунов повторял декларацию Лебедева: "Мы, эсеры-оборонцы, заявляем, что об активной обороне сейчас не может быть и речи", а потому мы считаем, что жизнь ликвидировала наше разногласие с партией.

Наконец, один из основоположников правого крыла А. М. Гуковский (4 )выступил с речью, в которой, как передавал составитель съездовских отчетов в "Деле народа", "резко критиковал поведение партии и за все совершившееся возлагал ответственность и на правых и на левых".

Отчеты съезда отмечают, что съездовское большинство устами делегата Халфина (5) "приветствует правых, осознавших свои ошибки".

После прений были предложены три резолюции: докладчика (левоцентровая), Когана-Бернштейна (6) (крайняя левая) и Архангельского (умеренно-правая). При голосовании, какую положить в основу обсуждения, за первую высказалось 99 голосов, за вторую 52 и за третью всего 8... После рассмотрения в комиссии поступивших поправок резолюция В. М. Чернова была принята 126 голосами против 7 при 13 воздержавшихся. Резолюция эта в окончательном виде гласила:

IV Съезд Партии социалистов-революционеров, рассмотрев вопрос

стр. 5


о текущем моменте и задачах партии, считает необходимым установить следующие положения:

1) Современная русская революция отнюдь не является, как то раньше утверждали русские марксисты, буржуазной революцией и потому не может быть проведена в согласии и совместными усилиями России народной и России цензовой.

2) Она не является также, как то ныне утверждают социал-демократы большевики, и максималистической социалистической революцией, для которой в обнищавшей, экономически расстроенной и хозяйственно неразвитой России не готовы ни трудящиеся массы города, ни трудящиеся массы деревни и для которой еще не даны необходимые предпосылки в области международных отношении.

3) Современная русская революция является народно-трудовой, пробивающей первые бреши в крепости буржуазной собственности и буржуазного права; она открывает собою переходный, промежуточный исторический период между эпохой полного расцвета буржуазного строя и эпохой социалистического переустройства.

4) Истина эта не была достаточно осознана, и в связи с этим наша революция доселе не нашла для себя правильного и прочного русла. Она то - как накануне большевистского переворота - застаивалась на повторных и бесплодных попытках осуществить во что бы то ни стало отслужившую свое время коалицию с цензовой Россией, то, как ныне, идет по дороге рискованных, необдуманных и несерьезных мероприятий, не создающих никакой истинно социалистической организации производства, но лишь увеличивающих хозяйственную разруху.

5) Для социалистической демократии необходимо было пройти как один из этапных пунктов опыт смешанного правительства с цензовыми элементами; этот опыт отслужил свою службу, как только воочию показал всему народу, что цензовые элементы не могут примириться с разрешением в пользу трудового народа тех широких социалистических задач, которые выдвинуты нашей революцией, особенно в области неотложного и коренного переустройства поземельных отношений.

6) Начиная с этого момента, повторение и продолжение опытов с коалицией вело лишь к тому, что творческая работа коалиционной власти приостановилась, борьба за демократический мир велась недостаточно энергично, а попытки идти навстречу реальной потребности страны в твердой власти и порядке, не сопровождаясь одновременным удовлетворением жгучих потребностей трудового населения, оставались без успеха и вызывали растущее неудовольствие.

7) Встречая тормозы как справа - со стороны цензовиков, так и слева- со стороны анархо-болыневистских и анархо-максималистских элементов, здоровая часть социалистической демократии, не исключая и нашей партии, не проявила в трудные моменты достаточной решительности, не взяла вовремя власть в свои руки и оставляла ее до конца в руках ослабленного, обесцвеченного, потерявшего популярность правительства, сделавшегося легкою добычею первого же заговора.

8) Этой нерешительностью и колебаниями сумела широко воспользоваться демагогическая клика, стоящая во главе большевистской партии и увлекшая эту партию на разжигание народного нетерпения и на гражданскую войну накануне самых выборов в Учредительное собрание.

9) Неспособная на созидательную государственную работу, не встречая поддержки у большинства трудового населения России, эта партия вынуждена держаться при помощи грубой силы и все растущего партийного террора; она провозглашает диктатуру города над деревней, сея этим между ними рознь, диктатуру наименее сознательной части солдатства и наиболее взвинченной части пролетариата над городом; она провозгласила власть советов, но за этой ширмой устанавливает свое олигархическое засилие над частью застигнутыми врасплох, частью подтасованными и запугиваемыми советами; в экономической области она живет за счет расточения скудных запасов, оставшихся от прошлого, расстраивая своим

стр. 6


неумелым вмешательством всю дальнейшую работу по обеспечению продовольствия; в международной политике она решилась на опасную авантюру сепаратного перемирия и мира, на азартную игру, которая может окончиться тем, что больше всего от войны поплатится оставшаяся без союзников и окруженная со всех сторон врагами Россия.

10) Эта близорукая, отчаянная авантюристская политика, увеличивая развал и разруху всей страны, дезорганизуя фронт и тыл и тем питая будущую контрреволюцию, находит себе достойное завершение в открытом походе против верховного правительства - Учредительного собрания, в стремлении искусственно создать борьбу между советами рабочих, солдатских и крестьянских депутатов и Учредительным собранием, подготовляя разгон последнего и тем самым - продление своей партийной тирании над страною.

11) В этих условиях Партия социалистов-революционеров громче, чем когда- либо, должна провозгласить лозунг "Вся власть Учредительному собранию", одновременно подчеркивая, что призвание Советов - руководить идейно- политической жизнью масс и стоять на страже всех завоеваний революции, в числе которых Учредительное собрание занимает одно из самых важных мест.

12) Партия социалистов-революционеров должна обратить особое внимание на выпрямление политической линии поведения советов рабочих, солдатских и крестьянских депутатов, всеми средствами укрепляя их как могучие классовые организации трудящихся и защищая их от покушений контрреволюции.

13) В Учредительном собрании фракции Партии социалистов-революционеров, под контролем ЦК, должна противопоставить большевистскому методу расточения невыполнимых обещаний при пустоте деловой организационной работы противоположную тактику серьезного и глубокого законодательного творчества, чуждающегося оппортунистически компромиссных грехопадений. На первую очередь при этом должны быть поставлены вопросы о мире, о земле, о контроле над производством и о переустройстве Российской республики на федеративных началах, ставя в связь всю социальную политику с предстоящей задачей демобилизации промышленности и армии.

14) Фракция Партии социалистов-революционеров в Учредительном собрании должна учесть как доказанную опытом неприемлемость коалиции направо, так и узкофракционную непримиримость большевистской партии слева; и потому она не имеет иного выхода, как в ряде детально разработанных конкретных законопроектов последовательно и неуклонно развивать партийную программу переустройства России вне соображений о предварительном обеспечении большинства для проведения своих законопроектов путем переговоров и компромиссов с другими партиями, не сходя в то же время со своей принципиальной позиции отстаивания единства социалистического фронта.

15) Как фракция социалистов-революционеров в Учредительном собрании, так и ЦК в своей деятельности должны руководиться признанием очередною задачей партии: консолидацию ее сил, выпрямление, путем нелицеприятной самокритики, линии ее политического поведения, очищения ее от вторгшихся в нее чужеродных элементов и восстановления ее единства и демократической дисциплины на основе тактики, строго выдержанной в духе партийного понимания природы и заданий русской революции.

16) Партия обязана приложить всю свою энергию для того, чтобы сосредоточить вокруг охраны всех прав Учредительного собрания достаточные организационные силы, чтобы, в случае надобности, принять бой с преступным посягательством на верховную волю народа, откуда бы оно ни исходило и какими бы лозунгами ни прикрывалось.

17) При этом партия должна постоянно иметь в виду необходимость быть готовой к ртпору контрреволюционным попыткам, подготовляемым эксцессами большевистского режима.

Таким образом, из 170 с лишним имевших право голоса делегатов

стр. 7


съезда нашлось только восемь сторонников правого руководства, восторжествовавшего во второй половине 1917 г. в высших партийных сферах и вызывавшего конфликт между ними и общепризнанным идейным лидером партии. Это было беспримерное по своей полноте крушение всей политики кругов, еще недавно претендовавших на право говорить от лица партии и ее именем запрещать высказывание суждений - оказавшихся как раз адекватным выражением партийного умонастроения и партийной воли.

Недаром открывавший съезд пользовавшийся всеобщим признанием член ЦК Раков, проводя параллель между этим съездом и предыдущим, под аплодисменты всего зала заявил: "На III съезде удалось сохранить единство, но оно оказалось непрочным- в самые критические моменты ряды партии разрывались и справа и слева. Дальше так продолжаться не может".

Всеми голосованиями своими с первого и до последнего дня съезд ясно показал, на какой платформе и под каким руководством он единственно лишь и представляет себе партийное единство. Его настроение проявилось более чем отчетливо в первый же день, когда председателем его большинством всех голосов при И воздержавшихся был избран В. М. Чернов, а товарищами председателя Ракитников, Русанов (левые) и Лихач (7) (неопределенный).

Закончившие съезд выборы ЦК были не менее красноречивы. Кандидатуры Керенского, из-за провала которого на III съезде происходила целая буря, на сей раз никто не решился даже выставить. В ЦК нового состава из прежнего не попали ни Авксентьев, ни Фондаминский, ни Руднев, ни Архангельский, ни Фирсов-Розенблюд, ни даже Гуревич и Минор. Только Гоц, Гендельман и Зензинов избегли избирательной гильотины. Партия хотела дать им жесткий урок, но не хотела дать им отставку в "чистую".

Все это произошло несмотря на то, что на IV съезде почти не было прежнего крайнего левого крыла. Из партийных левых раскольников, руководимых Натансоном и Спиридоновой, имевших свою сепаратную всероссийскую конференцию, на общепартийный съезд удалось попасть только И. Штейнбергу (8) и В. Трутовскому (9). Они огласили там резкую резолюцию, приглашающую всех подлинных революционеров уйти со съезда. К ним присоединились и покинули съезд, однако, всего 7 делегатов. (Такие видные представители исконного левого крыла, как Коган-Бернштейн и Евгения Ратнер, резко отмежевались от раскольников, попавших под влияние большевиков и утративших подлинный эсеровский дух.) Левый курс съезда был резко противоболыпевистским курсом.

Как уже было указано выше, одновременно с общепартийным съездом заседал Всероссийский съезд крестьянских советов. Он был собран, однако, не Исполнительным комитетом, избранным на предыдущем, первом всероссийском съезде, а некоей самочинной организацией. Исполнительный комитет вздумал по вопросу об организации II съезда собрать чрезвычайную конференцию; конференция эта распалась на "правых" и "левых"; "левые", вставшие на точку зрения признания октябрьского переворота и советской власти, принялись одними собственными силами, с устранением Исполнительного комитета, собирать съезд. Фактическая сила, имевшаяся в руках Совета народных комиссаров, была на их стороне. Правым ничего не оставалось, как протестовать и все же идти на находящийся в чужих руках съезд, в расчете на то, что крестьяне- народ упорный и переделать себя никому не дадут. Расчет этот оправдался, но не вполне. В нем не была учтена возможность для "левого блока" (большевиков, левых эсеров, максималистов и анархистов) наводнить съезд делегатами так называемых "крестьянских секций" фронта, тыловых гарнизонов, флота и т. д. 1 декабря оказалось, что при 489 приехавших крестьянах-делегатах с мест явилось 294 армейских депутата, часто с весьма сомнительными "полномочиями" (вплоть до анекдотического "полномочия" на поездку ради приобретения для окопов граммофона, тоже открывшего предъявителю двери заседаний съезда). Таким образом, кроме специального Совета солдатских депутатов, солдаты оказались вторично представлены в Крестьянском совете; и так как они съехались ранее, чем крестьяне от сохи

стр. 8


(шла самодемобилизация армии, и солдаты, захватывая подвижной состав, "кстати" заезжали похозяйничать на съезде), сразу же обнаружилось, что солдатская часть съезда, благодарная большевикам за прекращение войны, валом валит к "левому" про большевистскому и несоветскому вектору, тогда как крестьяне в большинстве своем питают к большевикам органическое недоверие, но так как крестьянам со всех концов России съехаться гораздо труднее и они тяжелее на подъем, чем спешащие покинуть фронт солдаты, то на первых заседаниях съезда перевес был у левого блока, хотя и небольшой. При выборах временного президиума кандидатка большевиков и их союзников, левая эсерка. Спиридонова прошла 269 голосами против 230, поданных за В. М. Чернова; при проверке голосования выходом в разные двери было особенно отчетливо преобладание среди "спиридонцев" серых шинелей и такое же преобладание среди "черновцев" мужицких поддевок. Однако солдатчина была давно почти вся налицо, а мужики продолжали прибывать, и соотношение сил изменяться. Когда на съезд прибыл "сам" председатель Совета народных комиссаров Ленин, поднялись крики, что съезд еще не решил вопроса, признает ли он СНК законной властью или нет, а потому выслушивать председателя не может. Не будучи уверен в результатах голосования, не желая идти на риск, а в то же время сильно надеясь на суггестию [впечатление] ленинской речи, левый блок сделал попытку: Ленин взошел на кафедру и получил слово не как председатель Совнаркома, а как член съезда, представитель его большевистской фракции. Всячески стараясь выставить СНК истинно народным, демократическим правительством, Ленин сделал промах и заявил, что, не в пример безответственному и самодовлеющему Временному правительству, Совнарком отчитывается перед Советами и, если советский съезд, вроде происходящего, вынесет ему вотум недоверия,- он уйдет в отставку (10). Этим промахом поспешил воспользоваться Чернов и в язвительной ответной речи пригласил крестьян немедленно воспользоваться любезным приглашением Ленина, показать ему, много ли доверия имеют они к захватнической власти: фракция социалистов-революционеров дает для этого случай, внеся соответственную резолюцию против СНК, за Учредительное собрание. Действительно, депутатом-солдатом Бейлиным тотчас же была внесена от имени эсеровской фракции съезда такая резолюция, и она прошла большинством 360 голосов против 321. Левая часть съезда пришла в крайнее возбуждение: ее вождя только что "поймали на слове", и теперь было равно скандально отступиться от данного слова и удержать власть или сдержать его, но отступиться от власти. Большевики, разумеется, предпочли первое второму.

В это самое время в составе рабоче-солдатского ВЦИК резолюция, одобряющая действия СНК по отношению к Учредительному собранию (в том числе аресты его членов, объявление кадетов врагами народа и исключение их из Учредительного собрания) прошла всего лишь 150 голосами против 104, при 22 воздержавшихся; но в ЦИК отсутствовали представители эсеро- меньшевистского блока, демонстративно удалившегося со II рабоче-солдатского съезда и бойкотировавшего ВЦИК; если бы не это, Совнарком мог бы получить вотум недоверия разом "в обеих палатах" советского государства. Теперь же можно было опираться на одну из двух против другой: на "верхнюю палату", рабоче-солдатскую, против "нижней палаты", крестьянской.

Как бы то ни было, но, взволнованные неожиданным провалом на съезде, большевики попробовали на следующий день поправить свои дела, пустив в ход помпезное, фейерверочное красноречие Л. Троцкого. На их беду появление Троцкого перед крестьянами совпало с опубликованием в газетах одной из его речей, где он грозил всем врагам советской власти "изобретенной еще во время великой французской революции машинкой, укорачивающей человека ровно на длину головы" (11). Под свежим впечатлением этой речи, увидев ее автора на трибуне, половина залы внезапно и стихийно разразилась бурей негодования. Даже видавший всякие виды Троцкий, бледный как полотно, покинул

стр. 9


трибуну под сплошной гул возгласов: "насильник, палач, кровавый убийца". Президиум, будучи не в силах справиться с этим взрывом массового гнева, не нашел другого выхода, как удалиться вместе с Троцким и другой половиной съезда, в особую залу, где он держал свой доклад. Таким образом, съезд распался на две части; их пробовали потом несколько раз соединить, но они немедленно, иногда по самому незначительному поводу, приводившему к бурным схваткам и хаосу, снова распадались. Между тем крестьяне-делегаты из дальних губерний продолжали подъезжать и немедленно присоединяли свои подписи под резолюцию в пользу Учредительного собрания и против Совнаркома. Между тем предстоял выбор постоянного президиума съезда вместо временного, и перевыбор Спиридоновой становился все более и более сомнительным. Нервность обеих сторон росла. Наконец, по поводу одного из сравнительно малозначительных инцидентов Спиридонова неожиданно заявила, что президиум слагает свои полномочия. Этим единый съезд и был оборван. Около половины делегатов, возглавляемые Спиридоновой, двинулись торжественной процессией прямо в Смольный, где им был оказан президиумом ВЦИКа и Совнаркомом не менее торжественный прием: символически демонстрировалось рабоче-крестьянско-солдатское единство. Другая, большая половина удалилась в старое помещение Крестьянского ВЦИКа, откуда она некоторое время спустя и была выдворена специальным отрядом красногвардейцев. В то же время и по всей России прокатывалась волна разгона крестьянских съездов и советов, которые не давали большевистским властям прибрать себя к рукам.

Таковы были условия, в которых ПСР получила от IV съезда новое руководство в лице избранного по принципу большой однородности ЦК.

ЦК нового состава досталось от прежнего тяжелое наследство. Партия, начавшая революционную эпоху в качестве "властительницы дум" страны, вознесенная на самый гребень поднимающейся революционной волны, к концу года оказалась сброшенной вниз, потерпевшей поражение, сбитой с позиций, разъеденной разногласиями, лишенной внутренней спайки и внешней дисциплины. Вся пресса во многих местах была закрыта, партийные помещения захвачены или разгромлены, многие ее деятели в бегах. Она жила явным образом накануне потери легального существования, накануне ухода в "подполье".

Оклеветанная перед революционной улицей, с трудом очищавшая себя от обвинений в союзе с буржуазией против авангарда рабочего движения, она в то же время не избегла ненависти вчерашних "союзников поневоле", тяготившихся этим союзом и порою втайне твердивших "чем хуже, тем лучше", а потому предпочитавших оргию полного большевистского торжества победе умеренного "конструктивного социализма".

Такова была атмосфера, в которой начиналась работа высоко поднявшегося в глазах партии "героического ЦК IV съезда", давшего "двенадцать смертников" всемирно известного Московского процесса 1922 года (12).

Заседание 8 декабря по содержанию своему было сплошь "организационным".

О политической ориентировке нового состава ЦК можно судить по результатам выборов в бюро (президиум) ЦК и в редакцию центрального органа "Дело народа". В первое были единогласно избраны Чернов и Раков и девятью голосами Ракитникова и Гендельман (три левых и один, последний, умеренно правый), во вторую - "единогласно" В. М. Чернов, девятью голосами Русанов и Ракитников и семью голосами Зензинов (три левых и четвертый, последний - "присоединившийся" из бывших правых).

Под впечатлением прежних, под конец совершенно малолюдных и занятых повседневной деловой "вермишелью", заседаний ЦК, был установлен восьмичленный минимум для законности заседания; беспорядочность и загруженность прежних заседаний, на которых "все заведовали всем", он устранил правильным распределением отдельных функций между членами, со специальной ответственностью каждого за вверенную ему область дел и вопросов; кандидаты в ЦК были уравнены с членами в смысле обязанное-

стр. 10


тей, то есть привлечены к непосредственной ответственной работе; во избежание прежних, то чуть не ежедневных, то надолго прерывающихся заседаний ЦК, была введена правильная их периодичность.

Словом, новый ЦК с самого начала предстал перед партией как орган упорядоченный, в котором чувствуется твердая организующая рука.

С другой стороны, ЦК с самого начала выработал стройный и целостный "план кампании". Одним из наилучших средств борьбы против большевизма он признал массовую всеобщую забастовку. Особая комиссия в составе Е. Ратнер, И. Тетеркина (левые), Н. Н. Иванова (13) (промежуточный) и Ельяшевича (14) (умеренно-правый), получила поручение выяснить путем тщательного обследования настроения в рабочих кварталах вопрос о том, когда объявление такой забастовки окажется своевременным.

В связи с этим на следующем заседании, 12 декабря, было решено довести до сведения всех товарищей, что "ЦК в данный момент считает совершенно недопустимыми в борьбе с большевиками такие средства, как террор".

Левое большинство ЦК находило, что, хотя большевистская диктатура и является по своим приемам не менее абсолютистской и деспотической, чем царское самодержавие, но, в отличие от последнего, она имеет опору в известной части революционно настроенной рабочей массы; что торжество большевизма обусловлено в значительной мере ошибками, слабостью и нерешительностью партий умеренного "центрового" социализма и полной социалистической и революционной несостоятельностью его правого крыла; что поэтому нужно время для того, чтобы выпрямление линии поведения умеренно-социалистических партий и выдержанность их перехода на позицию углубленной систематической критики большевистских экспериментов реабилитировали их в глазах населения; нужно время и для того, чтобы перед населением ощутительно, воочию предстали темные стороны большевистского плана, или, вернее, большевистской бесплановости, с ее преобладанием разрушительных, деструктивных начал над созидательными, конструктивными; словом, необходим органический, серьезный процесс отрезвления пролетариата и разочарования его в широковещательных, но дутых обещаниях коммунистической партии.

Следует отметить в том же постановлении, что довести об этом "до сведения всех товарищей" решено было через бюро фракции Учредительного собрания и что одновременно с этим было решено "поручить особой комиссии обследовать работу тех товарищей, которые заняты организацией обороны Учредительного собрания".

Под этим кроется начало будущего расхождения между ЦК и руководящим (по крайней мере, в первое время) ядром фракции Учредительного собрания. ЦК, как мы уже видели, был избран на партийном съезде, подведшем итоги конечному провалу правого, близкого к Керенскому, руководства: он был результатом сдвига партии налево. Состав же фракции Учредительного собрания был предопределен характером местных списков, составленных в эпоху наибольшей силы правого руководства, под значительным его давлением, в особенности кандидаты, "ведущие" списки и назначаемые комиссией по выборам при ЦК, дали солидный контингент руководящих право- ориентированных сил. В этом лежал зародыш антагонизма, во весь свой рост представшего позднее. Вначале был дан лишь первый намек на него. Все внимание фракции, естественно, было занято вопросом "быть или не быть", вопросом о защите самого существования Учредительного собрания от диктаторской власти большевистской партии. Однобокое сосредоточение на нем внимания порождало близорукий взгляд на задачу защиты Учредительного собрания как на задачу чисто силовую - взгляд узко-механический. Для ЦК, наоборот, защита Учредительного собрания была лишь частностью, этапом на сложном и длительном пути преодоления большевизма, на путях изживания его массами. Фанатики идеи- во что бы то ни стало отстоять Учредительное собрание от его роспуска, от его разгона большевиками- бывали склонны смотреть на победу большевизма как на результат заговорщического искусства, как на

стр. 11


умелую аранжировку внезапно, в тиши приготовленного coup d'etat. Они склонны были игнорировать то, что было в большевистском восхождении органического, почвенного. Низводя его до степени чрезвычайно ловко организованного, удачного по внезапности своей налета заговорщиков на государственную власть, они, естественно, приходили к идее столь же поверхностного "контрналета", которым все разрешается и все ставится на свое место.

Вопрос об углубленной работе по отрезвлению масс "правым активистам" казался вопросом несвоевременным, заслоняющим, ко вреду для дела, настоящий вопрос, единственно реальный: как отбиться от разгона Учредительного собрания? Среди правых активистов, возглавленных С. Л. Масловым, Б. Соколовым (15) и другими, была замечена большая слабость к элементам уже совершенно авантюристским, группировавшимся вокруг некоего Семенова-Васильева (16), и решившим, не мудрствуя лукаво, заняться просто истреблением крупных большевистских деятелей поодиночке. Против этих элементов и было направлено данное постановление ЦК. Это не помешало Семенову-Васильеву впоследствии, сидя в тюрьме и "принеся повинную" большевикам, сыграть прямо провокационную роль и обвинить именно ЦК в подстрекательстве к противоболыпевистскому политическому террору. На его предательско-клеветнических показаниях был в 1922 г. инсценирован грандиозный процесс двенадцати членов ЦК, которым вменялись в вину и покушения на жизнь советских деятелей, и попытки ограбления казенных и частных денег, и союз с савинковско-белогвардейскими заговорщиками, и т. п. авантюристические деяния - все то, что возбуждало в свое время законную тревогу ЦК, заставило его обследовать деятельность некоторых ретивых не по разуму защитников Учредительного собрания и принять специальную резолюцию, запрещающую террористические акты против большевиков (17).

Новый эсеровский ЦК пришел к соглашению с социал-демократами меньшевиками о том, чтобы не прекращать избирательной кампании, но направить ее в несколько иное русло. Если Петроградский совет запретил досрочный отзыв и перевыборы своих депутатов, то можно пригласить фабрики и заводы избрать представителей на особую чрезвычайную беспартийную "рабочую конференцию". Таким образом, создавалось учреждение, фактически параллельное Совету, но имеющее значительно высший моральный вес ввиду свежести своих полномочий, в отличие от устаревших, искусственно сохраняемых и вообще сильно "подмоченных" полномочий Совета.

Рабочая конференция приковала к себе внимание всего рабочего Петрограда. Фабрики и заводы один за другим присоединялись к ней и избирали в нее своих представителей. Она превращалась в самый оживленный "рабочий парламент". Ей шла на руку тактика большевиков преподносить Совету готовые партийные решения или даже просто ставить его перед fait accompli [совершившимся фактом], гильотинировать дебаты и в "скорострельном" порядке получать на все свои действия санкцию задним числом. Рабочая конференция подвергла подробному обсуждению и критике с социалистической точки зрения все декреты СНК и в противовес им разрабатывала позитивную программу социальных реформ, свободную от необузданного экспериментаторства и утопизма. Обсуждала она и международную политику большевистской диктатуры с ее попыткой "выскочить из войны" путем сепаратного мира, который, согласно ее уверениям, должен, однако, оказаться миром вполне демократическим, справедливым и потому равно почетным для обеих сторон. Свою программу рабочая конференция предполагала передать в качестве петиции Учредительному собранию, права которого на полноту власти она отстаивала всемерно и безоговорочно.

ЦК левонастроенного IV съезда избрал линию поведения, равно далекую и от правого активизма и от правого пессимизма. Вместо заговорщически- террористических действий, он посылал людей партии в массы. Зная, что если большевизм захватил власть путем солдатского "пронунциаменто" [военного переворота], то удерживает ее он все-таки сочувствием

стр. 12


взволнованных и доведенных до точки революционного кипения рабочих, он главным средством борьбы против большевиков избрал именно обратное отвоевание массовых рабочих симпатий. Он развивал лихорадочную агитацию за отзыв фабриками и заводами тех своих депутатов в Совете, которые голосовали за самые дикие и жестокие акты диктатуры. И его агитация имела успех. Все чаще и чаще стали происходить отозвания и перевыборы таких депутатов. Дело дошло до того, что большевики серьезно стали опасаться за свое господство в Петербургском совете. Чтобы остановить таяние своего большинства, они вынуждены были на крайнюю меру: на запрет досрочного отзыва, на запрет частных перевыборов - под тем предлогом, что в скором времени они готовят всеобщие и единовременные перевыборы Петербургского совета.

Отсюда возникла новая форма движения, история которого еще ждет своего исследователя и бытописателя.

Таковы были методы, которыми ЦК думал отстаивать дело Учредительного собрания. В неразрывной логической связи с ними стояло и еще одно постановление ЦК, которое не встретило отклика в настроении руководящих кругов фракции Учредительного собрания. Оно гласило, что хотя "центром партийной работы должна быть усиленная агитация в пользу Учредительного собрания", однако же "форсировать созыв Учредительного собрания исключительными мерами нет нужды: необходимо дождаться более решительных и определенных результатов внешней и внутренней политики СНК". Резолюция эта была принята после доклада В. М. Чернова, развившего следующую аргументацию.

"Запоздание с Учредительным собранием является одною из самых главных ошибок ?февральской" фазы революции. Мы были правы, все время требуя скорейшего его созыва. Откладывание по принципиально-юридическим соображениям всех важных проблем до Учредительного собрания, вместе с откладыванием его созыва, было в руках буржуазных партий главным рычагом для взрывания изнутри всей нашей практической программы. Оно дало большевикам один из их главных козырей: возможность заявить, будто своим восстанием они решили прекратить комедию с вечным откладыванием Учредительного собрания, за которою стоит тайное намерение сорвать его созыв. Теперь роли меняются. Получив в свои руки власть, большевики были бы рады забыть об Учредительном собрании, о своей подотчетности ему, о возможной сдаче власти новому правительству, вышедшему из лона Учредительного собрания. Видя это, многие члены Учредительного собрания поддаются соблазну действовать как можно более резко наперекор большевикам и добиться созыва Учредительного собрания во что бы то ни стало в фиксированный ранее срок. Но, во-первых, это невозможно фактически. Якобы в интересах скорейшего созыва Учредительного собрания большевики начали гражданскую войну, которая на местах означает смуту и беспорядки, кое-где вызвавшие запоздание с выборами, а кое-где и совсем уничтожение возможности провести их. Да и выбранным депутатам, особенно из отдаленных мест, зачастую трудно добраться до столицы - особенно это относится к охваченной пожаром [гражданской войны] и немецким нашествием Украине (18). При таких условиях полного состава Учредительного собрания сразу не добьешься, а неполнота состава будет подрывать его авторитетность и облегчит оспаривание его решений. Перескочить через эти трудности, добиваясь созыва какого бы то ни было Учредительного собрания, только в срок, было бы неразумным.

Да это и не нужно. На сей раз одиум за запоздание с Учредительным собранием падет на самих большевиков, и пусть они с этим распутываются, как хотят. По всей вероятности они будут действовать сами против себя, стараясь отсрочить момент, когда им придется стать с Учредительным собранием лицом к лицу. Им было бы выгоднее ?ловить момент": они будто бы уже заключили ?мир по телеграфу"; в принципе центральные империи якобы согласились на демократический мир без аннексий и контрибуций, на основе самоопределения народностей; на фронте достигается перемирие "повзводно и поротно": солдаты самотеком валят домой, их

стр. 13


встречают осчастливленные жены, матери, отцы, дети, родные. Этот медовый месяц не может быть долговечным. Немцы, конечно, не аннексируют, не "самоопределят" в свою пользу Прибалтику, Польшу, а может быть и Финляндию, откажутся от контрибуций, но потребуют возмещения военных затрат или что-нибудь в этом роде, потребуют договора, обеспечивающего снабжение голодающей Германии впредь до ее победы на Западном фронте. Тогда произойдет кризис переговоров, который кончится для большевиков более или менее катастрофически. Собранное в этот момент Учредительное собрание станет силой, на которую устремятся все взгляды. То же и в других вопросах. Декреты большевиков сейчас даруют населению не только мир, но и хлеб, и землю, и молочные реки с кисельными берегами, и луну обещают снять с небес. Все это кончится тем, что за землю пойдет в деревнях междоусобная война с дрекольем, фабрики остановятся, продовольствия не будет, его штыками придется выковыривать из деревни. В этот момент собранное Учредительное собрание станет необходимым для всех посредником, примирителем, якорем спасения. Форсировать же созыв Учредительного собрания - это значило бы начать поединок между ним и большевистскими диктаторами в самый невыгодный момент, когда еще не отзвучал в сердцах отголосок самых широковещательных посулов и самых фантастических ожиданий и надежд. Нам нужно не форсировать боя, а предоставить времени работать на нас, тем временем подпиливая тот сук, на котором держится диктатура - наивную доверчивость обманутых масс. Сейчас за большевиков - инерция долго сдерживаемой и прорвавшейся через все плотины революции. Пробовать силой остановить ее стихию немыслимо, дразнить же ее отдельными террористическими выходками, как предлагают правые активисты, просто безрассудно. Это не значит, что не настанет момента, когда потребуются все возможные средства и способы борьбы. Это значит лишь, что его нельзя назначить по произволу, перескакивая через естественный, органически идущий процесс отрезвления и гневного разочарования масс. Поэтому и форсировать открытие Учредительного собрания сейчас значило бы только сыграть на руку большевикам".

Руководящая группа социал-революционной фракции Учредительного собрания была настроена иначе. Ее сторонники на этот раз гордились своею непримиримостью и строгой логической последовательностью в "неприятии" большевистской диктатуры. "Мы уже по одному тому не можем, не имеем права откладывать дня созыва, что этим мы продолжаем срок существования большевистского правительства",- говорили они. "Кроме того, если мы считаем это правительство незаконным, то именно срок открытия, назначенный Временным правительством, должен иметь для нас обязательную силу, и заставить соблюсти его значит принудить СНК склониться перед законною властью, несмотря на то, что ему удалось ее низвергнуть. Если Учредительное собрание долго не сможет собраться, несмотря на то, что почти повсеместно выборы закончены, то нам грозит опасность, что страна свыкнется с мыслью о его недееспособности. Сложные и запутанные разъяснения об органичности и почвенности большевизма, о необходимости длительного и углубленного процесса духовного его изживания массами только запутывают дело и затемняют тот простой и несомненный факт, что большевики - это удачливые налетчики и похитители власти, что они - политические авантюристы и бандиты, с которыми ни на минуту нельзя считаться как, с правительством - хотя бы только правительством de facto [фактическим]. Наши принципы требуют, чтобы мы абсолютно с ним не считались и совершенно игнорировали его существование".

Пользуясь своею автономией, фракция постановила - в законный срок всем наличным депутатам собраться в Таврический дворец и попытаться открыть там хотя бы прелиминарное заседание, чтобы сосчитать силы и определить, много ли не хватает для того, чтобы начать регулярные работы. Члены ЦК, все имевшие, между прочим, депутатские мандаты, но по заваленности работою редко появлявшиеся на ежедневных предварительных заседаниях фракции, решили подчиниться фракционной дисциплине. После народного митинга перед зданием Петербургской городской

стр. 14


думы, украсившей весь город плакатами "Вся власть Учредительному собранию!", толпа с В. М. Черновым во главе двинулась к Таврическому дворцу, плотно окружив его со всех сторон. Латышская воинская часть, занимавшая дворец, побраталась с толпой, и Таврический дворец очутился в руках собравшихся депутатов. По внешности это была победа, но победа без победоносных последствий. Собравшиеся единогласно избрали Временным президентом В. М. Чернова. Большевистские и левоэсеровские депутаты отсутствовали. Подсчет собравшихся показал немногим более трети всего числа избранных в Учредительное собрание членов. Стало ясно, что открытие правомочного Собрания невозможно, и депутаты разошлись, предположительно наметив новый срок открытия.

Но этот опыт только показал большевикам, в чем слабые стороны их позиции. Он показал, что если допустить членов Учредительного собрания во главе демонстрирующих толп беспрепятственно прийти к Таврическому дворцу, то последний может легко сделаться их боевой твердыней, так как даже такие надежные части, как латышские стрелки, могут поколебаться и не устоять против стихии массовой заразы, торжественно поднимающей на щит избранников всенародного голосования. Опыт с открытием Учредительного собрания в назначенный Временным правительством срок раскрыл перед большевиками карты игры противника. Отныне нельзя более было рассчитывать застигнуть большевиков при открытии Учредительного собрания врасплох. Напротив, большевики теперь были предупреждены. Когда подошел срок открытия Учредительного собрания, то у большевиков оказалась выработана детальнейшая диспозиция. По дорогам, ведущим к Таврическому дворцу от всех районов, были расположены в засадах отборные боевые ударные отряды из наиболее надежных армейских, матросских и красногвардейских частей, вооруженных с ног до головы винтовками, револьверами и ручными гранатами; на крышах некоторых домов, господствовавших над окрестностью, были расположены пулеметы. Приказ был дан безусловный: ни одна колонна демонстрантов, чего бы это ни стоило, не должна быть допущена до Таврического дворца. Не полагаясь еще, однако, на все эти предосторожности, большевики заменили расположенную в Таврическом дворце латышскую стрелковую часть матросами флотского экипажа, составленного из бывшего дисциплинарного морского батальона, которые считались готовыми на все. Начальство над этой "охраной Учредительного собрания", как официально она называлась, было вверено "стихийному" анархисту Железнякову, который участвовал когда-то в захвате дачи Дурново, в налете на типографию газеты "Русская воля" (19), вызывающе отказывался подчиниться требованиям Совета и отстреливался от вооруженного отряда, посланного Временным правительством восстановить порядок.

Невинная "репетиция" того, как должно появиться на свет властное Учредительное собрание, таким образом, пошла только на пользу большевикам. Дальнейшие события в общих и главных своих чертах общеизвестны. В день открытия Учредительного собрания улицы Петрограда в целом ряде мест были обагрены кровью безоружных участников многочисленных рабоче-солдатских демонстраций. На безоружности демонстрантов ЦК особенно настаивал, чтобы не дать случайными нервозными выходками отдельных молодых людей как бы законного повода для расстрела демонстрантов. Но ударные большевистские отряды обошлись и без повода. ЦК не исключал возможности и такого оборота событий, но он рассчитывал, что в этом случае возмущение и негодование охватит те части гарнизона, в которых большевикам не удалось вытравить уважения к воле большинства народа, выраженной путем всеобщей подачи голосов. Такие части в Петрограде были, прежде всего в лице Семеновского, Павловского и Измайловского полков, которым выпала почетная роль инициаторов присоединения к народу во время февральской революции. И эти части приняли резолюцию в пользу Учредительного собрания, но для вооруженного выступления в его пользу требовали присоединения расположенного в Петрограде броневого дивизиона, без которого их выступление могло кончиться лишь кровавой междоусобицей с большевистски настроенными

стр. 15


полками без серьезных шансов на победу. Броневой дивизион, в котором социалисты-революционеры с членами ЦК во главе успели проделать серьезную агитационную работу, был готов вывести бронированные автомобили на улицу и эскортировать демонстрантов; но утром оказалось, что все машины были ночью захвачены и мобилизованы большевистскими рабочими ремонтных мастерских. Таким образом, этот последний шанс был выбит из рук защитников Учредительного собрания. И члены его, собравшиеся в Таврическом дворце, увидели, что оно превратилось в "парламент в участке", и подобраннная большевиками публика трибун, и формальная "охрана" здания представляли собою полчище вооруженных людей, готовых при первом знаке кинуться и беспощадно расправиться с "Собранием", осмеливающимся выступить против СНК. Потребовались величайшее хладнокровие, выдержка и самодисциплина, чтобы, сохраняя достоинство Учредительного собрания, провести заседание без катастрофы и в основных вопросах момента - о войне и мире, о земле и о форме правления - отчетливо и недвусмысленно сформулировать позицию эсеровского Учредительного собрания в противовес позиции большевистского Совнаркома.

Выше уже говорилось, что ЦК считал ошибочным форсирование открытия Учредительного собрания. Но во фракции, пользовавшейся организационной автономией, преобладающая группа относилась к настроению ЦК весьма настороженно и даже недоверчиво. Разница в оценке степени органичности большевистской победы сказывалась здесь весьма чувствительно. И после ненужной "репетиции" созыва Учредительного собрания разногласие между ЦК и бюро фракции продолжало чувствоваться. ЦК, отмечая в рядах большевиков и левых социалистов-революционеров продолжающуюся неуверенность и готовность отсрочить дальше решительную встречу с Учредительным собранием, предлагал воспользоваться этим и выжидать дальнейшего развития событий, в особенности же событий на фронте, где германское командование после торжественного согласия вести переговоры о мире "без аннексий и контрибуций" впервые начало выпускать свои когти. Но бюро фракции заявило, что такая выжидательная тактика неосуществима: съехавшиеся в Петроград члены Учредительного собрания, будучи обречены на бездействие, неминуемо начнут деморализоваться, и возможно даже, что, теряя веру в самый созыв Собрания, начнут по одиночке разъезжаться по домам.

Когда после затянувшегося на всю ночь до утра первого заседания Учредительного собрания СНК объявил о его роспуске и здание Таврического дворца было занято вооруженной силой с пулеметами и легкой артиллерией, в эсеровской фракции Учредительного собрания опять не оказалось должного единодушия. Группа членов ЦК и их единомышленников внесли через В. М. Чернова предложение воспользоваться переданным через члена партии А. Высоцкого (20) приглашением рабочих огромного Семянниковского завода и перенести дальнейшие заседания Учредительного собрания в его стены, демонстративно заявив, что Учредительное собрание не признает за Совнаркомом права роспуска, а отдает себя под защиту пролетарского Петрограда. Предложение это, однако, было отвергнуто. Одни из его противников указывали на то, что в Неву из Кронштадта введена и поставлена в близости от этого завода канонерская лодка и переселение Учредительного собрания на Семянниковский завод кончится лишь его обстрелом и множеством бесполезных жертв, а Учредительное собрание не в праве подводить рабочих под расстрел, если у него нет средств их защитить. Другие находили, что если даже большевики и не решатся на бомбардировку целого завода, то положение в его стенах Учредительного собрания, за решениями которого нет принудительной силы, способной проводить их в жизнь, окажется двусмысленным и бесславным: Учредительное собрание окажется простой "говорильней". Большевики будут его игнорировать и, сохраняя в своих руках власть в городе, не допустят даже никаких газетных отчетов о "незаконных" заседаниях распущенного собрания; и ему придется волей-неволей угаснуть в такой лишенной резонанса атмосфере, что после этого оно уже не воскреснет.

стр. 16


Эти аргументы не убедили внесших предложение, но подействовали на бесхарактерную середину или "болото". Собрание в стенах большого завода было отвергнуто большинством. А между тем настроение рабочих кварталов было для него действительно на редкость благоприятно. Это было доказано состоявшейся 9 января грандиозной похоронной процессией жертв большевистских расстрелов в день открытия Учредительного собрания. Она превратилась в массовую демонстрацию неслыханных размеров, напоминавшую о первых демонстрациях "медового месяца" февральской революции. Перед несчетным числом участников траурного шествия не устояли и почтительно склонялись даже большевистские отряды, поначалу как будто готовые продолжить дело своих предшественников. Этот благоприятный момент был упущен.

Результатом всего происшедшего было то, что ЦК ПСР вынужден был вскоре эвакуироваться в Москву следом за эвакуацией туда СНК. Но так как большевистский угар в Москве был не меньше петроградского, а отрезвление от него шло даже еще медленнее, то во фракции Учредительного собрания вскоре стало пользоваться почти всеобщим признанием убеждение, что в столицах дело Учредительного собрания пока нужно считать проигранным бесповоротно; остается искать где-то еще на территориях России место, которое бы пригласило Учредительное собрание к себе и оказало бы ему защиту. Одно такое приглашение, однако, приходилось отвергнуть; то было предложение Донского казачьего круга с Калединым (21 )во главе. Керенский также в свое время вел очень серьезные переговоры с казачьими кругами, но должен был их прервать. Несколько позднее стало известно, что верхи казачества преследовали при этом свои тайные цели и планы, рассчитывая воспользоваться Керенским лишь политикански как орудием или, точнее говоря, как мнимодемократическим прикрытием. Была перехвачена и опубликована часть ленты переговоров по прямому проводу людей из петроградского всеказачьего Центрального совета с фронтовыми представителями казачества; этим последним рекомендовалось из казачьего центра быть с Керенским осторожнее ("не связывать судеб родного Дона с этим проходимцем"), но взять его в свои руки как "наживку для ловли известного сорта рыбы". Не иную цель имели руководящие казачьи круги, предлагая свое гостеприимство на Дону и Учредительному собранию. Пойти на такую двусмысленную роль члены Учредительного собрания, разумеется, не могли. ЦК ПСР отправил эмиссаров на Украину, для обследования, не следует ли переехать на ее территорию, вступив в боевой союз с представителями украинского федерализма (22). Однако оказалось, что Украина стоит накануне германской оккупации, ибо она в таком резком конфликте с московским большевизмом, что ей представляется единственный выход в сепаратном от большевиков мире с центральными империями, в отдельном сговоре с ними, в ориентации на вооруженную германскую помощь против большевиков. При таких условиях сговор с украинскими "самостийниками" оказывался для Учредительного собрания невозможным. Последовательно отвергнув столицы, Дон и Украину как исходные пункты борьбы за Учредительное собрание, то есть центр и юго-запад, приходилось обратить свои взоры на север и восток.

Так естественно и стала складываться идея о переселении Учредительного собрания в Урало-Поволжскую область. Дальнейшие события только укрепили эту новую "ориентацию". Кризис переговоров Совнаркома с немцами, попытка задержаться на переходном состоянии "ни мира, ни войны", германское наступление на Петроград, капитуляция Совнаркома, постыдный мир, распад коалиционного Совнаркома, выход из него левых эсеров (23), разлад в рядах самой большевистской партии,- все эти события укрепляли в с.-р. рядах непримиримую оппозицию большевистской диктатуре и готовность при первой возможности поднять против нее знамя восстания. Но, рассматривая Совнарком после Брестского мира и водворения в Москве Мирбаха почти как немецкую экспозитуру, защитники Учредительного собрания предполагали, что рано или поздно восстание против большевиков натолкнется на вооруженные немецкие

стр. 17


силы, что оно приведет к восстановлению Восточного фронта мировой войны. А рассматривая эту проблему с чисто стратегической точки зрения, приходилось считаться с возможностью распространения немецкой оккупации на Центральную Россию и, следовательно, с перенесением операционной базы в Поволжье. То же самое Поволжье предуказывалось партии социалистов- революционеров и тем обстоятельством, что с Поволжья началась и в Поволжье с давних пор пользовалась наибольшим успехом партийная работа в крестьянстве: в Поволжье одна губерния за другою давала при выборах в Учредительное собрание полную победу эсеровским спискам, часто отдавая партии от 80 до 100% всех мандатов; наконец, в Поволжье прежде всего началась в крестьянской среде психологическая реакция против занесенного в деревню выходцами с фронта увлечения большевизмом и привела к первым противоболыпевистским крестьянским восстаниям

Переселение ЦК в Москву имело в виду приблизить его организационно к периферийным губерниям Европейской России, тем более что все указывало на тенденцию гражданской войны приблизиться по форме своей к осаде большевистского центра России ее объединенными окраинами.

В Петрограде Центральным Комитетом была оставлена небольшая арьергардная группа, так называемый "Петроградский коллектив ЦК", с временными задачами по преимуществу ликвидационного характера. Явно назревавшая гражданская война, само собою понятно, должна была завершить уже начавшееся оттеснение партии репрессиями большевистской диктатуры в "подполье". Приходилось прибегнуть к соответственному организационному "сворачиванию" партии, ликвидации ее большой легальной типографии и мобилизации партийного имущества, еще не захваченного большевиками, то есть превращению его в деньги. Надо было позаботиться также о партийных издательствах, помещениях и складах партийной литературы. С широкого масштаба открытой массовой политической партии надо было успеть заблаговременно перейти к узким масштабам нелегальной партии, охватывающей лишь узкие кадры наиболее активных и ответственных работников, подобно тому, как то было в самые трудные времена царизма. В свете этой ситуации и приходится рассматривать отдельные решения Петроградского коллектива и особой финансово- экономической комиссии, специальных комментариев не требующие. Наконец, имеющая в делах расходная смета ЦК дает полное понятие о тогдашнем масштабе работы.

Протоколы кончаются временем, которому можно было бы дать название "кануна борьбы за Учредительное собрание с оружием в руках". В этот период мы видим в отношениях между ЦК и бюро фракции Учредительного собрания зародыши будущего "двоецентрия". В период борьбы за Учредительное собрание это двоецентрие развернулось в явный и открытый антагонизм между левоцентровой линией поведения ЦК и "правой" линией, осью которой является союз со всеми антибольшевистскими элементами, союз, благодаря которому борьба против большевистской диктатуры за демократию перерождается в пособничество правой диктатуре, со сдачею в ее пользу прав последовательной демократии. Но эта эпоха комментируемыми протоколами еще не затрагивается.

ПРОТОКОЛЫ ЗАСЕДАНИЙ ЦК ПАРТИИ СОЦИАЛИСТОВ- РЕВОЛЮЦИОНЕРОВ

8 июня 1917 г.- 28 марта 1918 г.

Протокол заседания ЦК партии социалистов-революционеров

8 июня 1917 года Постановили:

1. Вопрос о составе и выборах президиума Центрального комитета отложить, для ведения внутренней работы ЦК избрать секретариат.

2. Опубликовать в самом непродолжительном времени резолюцию III съезда партии в виде отдельной брошюры с предисловием.

стр. 18


3. Создать дискуссионный орган в форме еженедельника или двухнедельника, где могли бы найти себе выражение все оттенки партийной мысли.

4. По вопросам, разрешенным съездом, должно быть в партии единство мнений и единство толкований. По вопросам, не разрешенным съездом, допускается свобода дискуссии и выступления в соответствии с резолюциями III съезда под контролем ЦК.

5. Вопрос о делегировании тов. Авксентьева в товарищи министра внутренних дел временно отложен.

6. Уполномочить секретариат ЦК выписать типографские машины из Америки с израсходованием на это суммы до 240 000 рублей.

7. Делегировать тов. Ракитникова на должность товарища министра земледелия.

8. См. "Дело народа".

9. Вызвать для объяснений из Гельсингфорса тов. Прошьяна и Устинова по поводу их политической работы в Финляндии. Командировать туда для агитационной работы на 1 день тов. Фирсова и Рихтера.

10. Делегировать тов. Вишняка в "Особое совещание" по выработке "Положения о выборах" в Учредительное собрание и тов. С. Маслова в Главный земельный комитет.

11. Вопрос об отношении к Латышской партии социалистов-революционеров передается для разработки в Национальную комиссию.

12. Предложение тов. Евреинова и Мееровича о том, чтобы воспользоваться предложением Грубе о возможности миллионного займа для ЦК, отклонить. Считать вообще подобные денежные операции для ЦК недопустимыми. Возможно заключать всякие денежные договоры лишь с кооперативными кредитными учреждениями.

13. Дело о поручике Незнамове передать Петроградскому комитету с предложением в возможно непродолжительном времени собрать сведения о личности и деятельности Незнамова и доложить свое заключение Центральному комитету.

14. Признать принципиально недопустимым захват партийными организациями частных помещений и помещений, предназначенных для общественных учреждений, рекомендовать Сухумскому комитету партии социалистов- революционеров войти в добровольное соглашение по поводу занятого комитетом общественного здания.

15. Поручить тов. Чернову и Русанову составить предисловие к резолюциям III съезда, положив в основу ту мысль, что внутри партии допускается полная свобода мнения, но вне партии необходимо соблюдать единство действия.

16. Принять в кассу ЦК деньги, собранные тов. Зензиновым и Гоцем в сумме 100 000 руб., из которых на партийные цели было уже израсходовано 50 000 рублей.

17. Постановлено произвести в Московском народном банке заем в размере до 1 миллиона рублей (25). Для покрытия этого займа и процентов по нему назначить единовременный налог на каждого члена партии в размере 1 рубля. В день убийства Созоновым (26) Плеве устроить по всей России одновременный денежный сбор. Разработать вопрос о внутрипартийном займе и недельный сбор в пользу партии в Петрограде, если представится тому возможность.

18. В Международную комиссию при ЦК избраны тов. Натансон, Рубанович и Минор, в Национальную комиссию тов. Лункевич, Натансон, Минор и Чернов, последний кроме того избирается членом редакции газеты "Дело народа".

19. Признать желательным скорейшее издание "Партийных известий".

20. Признать обязательным для всей России положение, что в каждом городе, губернии и области может быть только одна правомочная партийная организация. Везде, где такая правомочная партийная организация имеет свою газету, никакая группа и никакой партийный кружок не имеют права издавать другую газету, конкурирующую с этой газетой.

За - 8 голосов, воздержалось - 4 голоса.

стр. 19


Протокол заседания ЦК партии социалистов-революционеров

10 июня 1917 года Постановили:

1. В связи с возможной в ближайшее время вооруженной демонстрацией в Петрограде(27) необходимо использовать все предстоящие в городе митинги для разоблачения ошибочности и преступной тактики большевиков, провести протест против этой тактики на Всероссийском съезде Совета рабочих, крестьянских и солдатских депутатов и широко осветить весь этот вопрос в партийной печати.

2. Те члены ЦК, которые связаны партийной работой и общественной службой на местах, должны в ближайшее время подыскать на местах себе представителей и поехать в Петроград.

3. Назначить очередные заседания ЦК по средам и субботам в 10 часов утра, открывая их при всяком наличном составе.

4. Члены ЦК не могут:

а) без разрешения ЦК уезжать из Петрограда в отпуск,

б) без такого же разрешения занимать какие-нибудь должности.

5. Назначить членам ЦК жалование в размере: 500 рублей холостым, 800 рублей в месяц семейным.

6. Признать, что И. А. Прилежаевым допущена бестактность - напечатав свое открытое письмо о III съезде партии в московской газете "Труд" (28).

7. Командировать тов. Фундаминского на Крестьянский съезд в Екатеринослав.

Протокол заседания ЦК партии социалистов-революционеров

11 июня 1917 года Постановили:

1. Избрать Иногороднюю комиссию при ЦК в составе следующих лиц: тов. Минора, Гендельмана, Рихтера, Ракова и Веденяпина.

2. Предложение купить газету "Смоленский вестник" с типографией передать для подробного рассмотрения в Издательскую комиссию при ЦК.

3. Назначить один день в неделю для выслушивания докладов товарищей - членов Временного правительства.

4. Для переговоров с редакцией газеты "Воля народа" (29) о снятии с нее партийного аншлага, избрать особую комиссию в составе: тов. Минора, Ракитникова и Тетеркина.

5. Вновь поручается тов. Русанову составить предисловие к резолюции III съезда.

6. Разрешить В. М. Зензинову отпуск на 3 дня.

Протокол заседания ЦК партии социалистов-революционеров

12 июня 1917 года Постановили:

1. Избрать комиссию для переговоров с редакцией газеты "Воля народа" для приведения в исполнение постановлений ЦК от 9 июня, касающихся издания ежедневных партийных газет.

2. Органу Северного областного комитета газете "Земля и воля" поставить на вид, что она ничем не откликнулась на события в Петрограде, вызванные агитацией большевиков в пользу вооруженной демонстрации.

3. Члены ЦК как члены высшей партийной организации имеют право участвовать с совещательным голосом на всех партийных собраниях всех партийных организаций. ЦК имеет право делегировать своих членов для постоянного присутствия с совещательным голосом в любую партийную организацию, но быть избранным в эти организации и пользоваться там голосом решающим члены ЦК не могут.

4. Принять в полное ведение ЦК издательство "Земли и воли" в Москве. Принятие издательства поручить Издательской комиссии при ЦК. (Единогласно.)

5. Поручить тов. Герщтейну и Затонскому выработать подробный проект издания солдатской газеты.

6. На одно из ближайших заседаний ЦК пригласить тов. Керенского.

стр. 20


Протокол заседания ЦК партии социалистов-революционеров

14 июня 1917 года

Присутствовали: М. А. Веденяпин, В. В. Лункевич, И. А. Рубанович (30), А. Р. Гоц, М. А. Натансон, М. П. Затонский, Н. Д. Авксентьев, В. М. Чернов, В. Н. Рихтер, Л. Я. Герштейн и Русанов. Постановили:

1. Выразить согласие на посылку за границу делегации Совета рабочих и солдатских депутатов в составе следующих лиц: тов. Рязанова(31), Эрлиха (32), Гольденберга (33), Смирнова -(34) и Русанова.

2. На Всероссийский железнодорожный съезд(35) в Москве делегировать Д. С. Розенблюма.

3. Товарищу Рубановичу дать отпуск на время болезни.

4. В Исполнительном комитете Совета рабочих и солдатских депутатов настоять на отмене предполагающейся мирной демонстрации. Если же Исполнительный комитет все-таки объявит демонстрацию, то принять в ней участие и рекомендовать Временному правительству принять все меры к поддержанию в городе порядка.

5. Делегировать Н. Д. Авксентьева во Временное правительство в качестве министра внутренних дел, причем этот вопрос разрешить предварительно в Совете крестьянских депутатов.

Протокол заседания ЦК партии социалистов-революционеров

16 июня 1917 года

Постановили:

1. В демонстрации 18 июня на всех партийных знаменах помимо лозунгов должны быть написаны инициалы партии. Пригородные организации демонстрируют на местах. Все военные силы, находящиеся в распоряжении партии и состоящие в связи с ней, на 18 июня переходят в распоряжение Исполнительного комитета Всероссийского совета рабочих и солдатских депутатов, куда делегировать специального представителя ЦК.

Протокол заседания ЦК партии социалистов-революционеров

17 июня 1917 года

Присутствовали: В. М. Зензинов, Русанов, М. П. Затонский, М. А. Веденяпин, В. Н. Рихтер, В. В. Лункевич, Л. Я. Герштейн, Н. Д. Авксентьев. Постановили:

1. Утвердить предисловие к резолюциям III съезда партии.

2. Обратить внимание редакции "Дело народа", чтобы в номере 18 июня передовая статья была посвящена демонстрации 18 июня, лозунги об объединении всей демократии, об отношении к Временному правительству были выражены ярко и популярно.

3. Заслушав доклад тов. Гуревича о съезде матросов в Гельсингфорсе, отправить для расследования этого и ликвидации конфликта В. Н. Рихтера.

4. Просьбу Бюро Совета рабочих и солдатских депутатов о включении Н. С. Русанова в иностранную делегацию удовлетворить.

5. Уполномочить Военную комиссию при ЦК издавать солдатскую газету под наблюдением тов. Лункевича.

6. Включить тов. Гуревича в Иногороднюю и Иностранную комиссии при ЦК.

7. Заслушав доклад тов. Рубановича об Интернационале, делегировать его согласно его просьбе на совещание в Стокгольме (37).

8. Вопрос о бесплатной раздаче и рассылке партийной литературы передать на предварительное рассмотрение Издательской комиссии при ЦК.

9. Просить через газеты сообщить Центральному комитету все сведения, касающиеся местонахождения могилы Каляева и других террористов. Поручить М. А. Веденяпину с той же целью съездить в Шлиссельбург.

10. Поручить тов. Затонскому от имени партии приветствовать кооперативный съезд (40) в Петрограде и принять участие в его работах.

стр. 21


И. Рассмотреть согласно настоянию тов. Мстиславского(41) решение третейского суда об его сотрудничестве во времена самодержавия в "Правительственном вестнике" и рекомендовать тов. Мстиславскому не занимать ответственных постов в партии, ни вне партии, ни от ее имени. (Единогласно.)

Протокол заседания ЦК партии социалистов-революционеров

21 июня 1917 года

Присутствовали: В. М. Зензинов, Л. Я. Герштейн, О. С. Минор, М. П. Затонский, М. А. Веденяпин, М. Я. Гендельман, В. В. Лункевич, В. Н. Рихтер.

Постановили:

1. Послать Е. К. Брешковской по поводу ее письма в связи с неизбранием тов. Керенского в ЦК партии (42) следующую телеграмму:

"Считая неудобным в данный момент появление Вашего письма в печати, просим Вас известить об этом лиц, которым было послано Ваше письмо".

2. Заслушав заявление комитета Северной области о пересмотре дела тов. Мстиславского, заявить областному комитету, что ЦК не рассматривает и не расследует по существу решение третейского суда по этому делу, считая подобное решение непререкаемым, но в то же время поручить собрать возможно полный материал об общественной и литературной деятельности тов. Мстиславского комиссии в составе тов. Зензинова, Рихтера и Гендельмана.

3. Поручить М. А. Веденяпину совместно с Финансовой комиссией подыскать подходящее помещение для ЦК партии.

4. Принять меры к тому, чтобы комиссии, организованные при ЦК, начали работать.

5. Предложение издавать при Совете крестьянских депутатов ежедневную газету на кооперативных началах с партийным аншлагом, причем пайщиками должны быть только социалисты-революционеры, в том числе и сам ЦК. Передать для предварительного рассмотрения в Издательскую комиссию при ЦК.

6. Признать, что выборами в ЦК некоторых членов Московского комитета последний значительно обессилен. Однако просьбу Московского комитета оставить в Москве хотя бы двух членов отклонить и предложить тем членам ЦК, которые занимают ответственные посты в провинциальных партийных организациях, возможно скорей подыскать себе заместителей. Временно разрешить членам ЦК москвичам еженедельно уезжать на 2 дня для партийной работы.

7. Дать тов. Розенблюму отпуск на 2 недели.

8. Известить партийные организации, что они обязаны выписывать газету "Дело народа", как официальный орган партии.

9. Ответ на письмо Е. К. Брешковской, опубликованное в газете "Воля народа" от 21 июня, поручить написать тов. Зензинову и Рихтеру.

Протокол заседания ЦК партии социалистов-революционеров

22 июня 1917 года

Присутствовали: тов. Лункевич, Гендельман, Рихтер, Гоц, Минор. Постановили:

1. Обсудив положение, создавшееся в Петрограде, отдать все свободные силы ЦК на 2 дня в распоряжение Центрального исполнительного комитета Совета рабочих и солдатских депутатов.

2. Вызвать в Петроград для объяснений тов. Прошьяна и Устинова и послать немедленно в Гельсингфорс тов. Рихтера.

3. Избрать представителями партии в Центральном исполнительном комитете Совета рабочих и солдатских депутатов тов. Авксентьева и Гендельмана.

стр. 22


Протокол заседания ЦК партии социалистов-революционеров

24 июня 1917 года Присутствовали: А. Р. Гоц, В. М. Зензинов, М. А. Веденяпин, М. П. Затонский, Л. Я. Герштейн, В. В. Лункевич, В. Н. Рихтер, Н. Д. Авксентьев, В. М. Чернов.

Слушали: Приведение в исполнение постановлений ЦК по отношению к "Воле народа".

Постановили:

1. Считать переговоры с редакцией "Воли народа" исчерпанными.

2. Довести до сведения редакции "Воли народа", что ЦК считает невозможным продолжение издания этой газеты от имени партии или от имени группы партийных лиц.

3. Опубликовать это решение в "Деле народа".

Слушали: О покупке типографии.

Постановили:

1. Утвердить результаты переговоров.

2. Поручить Издательской комиссии и секретариату произвести покупку типографии.

Слушали: О выборах в Учредительное собрание.

Постановили:

По заявлению т. Авксентьева выяснилось, что Совет крестьянских депутатов не будет выступать с особыми списками; он склонен поддерживать списки социал- революционеров, однако присутствие в Совете крестьянских депутатов трудовиков и социал-демократов не дает нам права давать официальных декретов.

Вопрос о списках рассмотрен на совместном заседании ЦК с комиссией по выборам в Учредительное собрание, с бюро Совета крестьянских депутатов, с фракцией социал-революционеров Совета крестьянских депутатов и с социал- демократами.

Слушали: Об отношении к Крестьянскому союзу (45).

Постановили:

Заявить членам партии, что они должны поддерживать Совет крестьянских депутатов, а не Крестьянский союз.

Поручить тов. В. Я. Гуревичу составить соответствующее этому постановлению обращение.

Слушали: Об организации Бюро печати.

Постановили: Поручить тов. Ульянову (46) организовать Бюро печати, которое будет под контролем ЦК.

Слушали: Об обращении ЦК по поводу сбора 1-15 июля 1917 года (47).

Постановили: Проект с сокращением и без упоминания о "смотре" утвердить. Тов. Лункевич должен выработать краткое обращение и разослать его по телеграфу организациям.

Слушали: О делегации членов ЦК в Петроградский комитет.

Постановили: Делегировать в Петроградский комитет два члена ЦК.

Слушали: О деятельности Переверзева (48).

Постановили: Обратить внимание наших членов правительства, что Переверзевым выпущены провокаторы, что он вел переговоры с кронш- тадтцами в ненадлежащем тоне. Поместить в "Деле народа" статьи, критикующие деятельность Переверзева.

Слушали: Сообщение тов. Н. Д. Авксентьева:

1) об его отказе поехать по указаниям тов. Львова,

2) о Саломатове (49) как подходящем кандидате в Министерство внутренних дел,

3) о Вырубове (50) как нежелательном кандидате на пост товарища министра.

Постановили: Принято к сведению.

Слушали: Об идейном направлении "Земли и воли".

Постановили: Поручить тов. В. Н. Рихтеру, В. В. Лункевичу и В. М. Зензинову произвести ревизию.

Слушали: Об отсутствии "районного" материала в "Деле народа".

стр. 23


Постановили: Заявление принято к сведению.

Слушали: О партийной работе в Гельсингфорсе (по докладу В. Н. Рихтера).

Постановили: Послать в Гельсингфорс тов. Басса и отозвать оттуда тов. Прошьяна и Устинова.

Слушали: Об общежитии для комиссии агитаторов.

Постановили: Отпустить средства на общежитие.

Протокол заседания ЦК партии социалистов-революционеров

28 июня 1917 года

Присутствовали: Л. Я. Герштейн, М. П. Затонский, Д. Ф. Раков, В. М. Чернов, В. В. Лункевич, М. А. Натансон, М. А. Веденяпин, И. А. Прилежаев, В. М. Зензинов, Н. И. Ракитников, В. Н. Рихтер, И. А. Рубанович.

Слушали: О приглашении представителей "Воли народа" для личных объяснений на заседание ЦК.

Постановили: Дать редакции "Воли народа" 3/4 часа для объяснений. Прений не открывать.

Слушали: О направлении законопроектов Переверзева.

Постановили: Предложить тов. Переверзеву направлять свои законопроекты в совещание министров-социалистов, а не в ЦК, так как партия его не делегировала в члены правительства.

Слушали: О заявлении Областного комитета по поводу вызова тов. Прошьяна и Устинова из Гельсингфорса.

Постановили:

Запросить Областной комитет об его оценке деятельности Прошьяна и Устинова и о том, какие меры намерен принять Областной комитет против означенных товарищей, в своей деятельности уклоняющихся от тактики, намеченной III съездом.

Сообщить Областному комитету, что ЦК считает своим правом вызывать любого члена партии непосредственно, а не только через организацию, членом которой состоит вызываемый.

Вызвать в ЦК Устинова и Прошьяна.

Слушали: О письме тов. Прилежаева.

Постановили: Довести до сведения тов. Прилежаева, что ЦК не мог оставить без оценки письмо, напечатанное им без ведома ЦК. Предложить тов. Прилежаеву дать разъяснения по этому поводу.

Слушали: "Воля народа".

Постановили:

1. Подтвердить предыдущее постановление ЦК, ответив на выдвинутые редакцией "Воли народа" правовые возражения, что, несмотря на отсутствие утвержденного организационного устава, ЦК должен блюсти единство партии. (За - 8, против - 2, воздержался - 1.)

2. Партийные аншлаги, лозунги, обозначение какой-либо организационной группы или кружка (нелитературного характера) не могут быть на газете. (За - 6, воздержалось - 2.)

3. Данная газета может именоваться лишь органом социал-революционного направления или мысли.

4. Означенное постановление опубликовать. Довести о нем до сведения редакции "Воли народа" через посредство тов. Чернова.

Слушали: О Бакинской организации.

Постановили: Отправить туда тов. Минора.

Слушали: Об отправке в Гельсингфорс тов. Кациграса.

Постановили: Решение отложить.

Слушали: О работах комиссии при ЦК.

Постановили: Предоставить комиссиям временно полную самостоятельность.

Слушали: О милиции.

Постановили: Выдвинуть кандидатуру тов. Старка по соглашению с помощниками начальника милиции.

стр. 24


Слушали: О выработке порядка заседаний ЦК.

Постановили: Порядок дня вырабатывается секретариатом. Члены ЦК могут вносить новые вопросы только до начала заседания и по совещанию с секретариатом.

Протокол заседания ЦК партии социалистов-революционеров

1 июля 1917 года

Присутствовали: Л. Я. Герштейн, М. П. Затонский, В. В. Лункевич, М. А. Веденяпин, Авксентьев, И. А. Рубанович, Д. Ф. Раков, И. А. Прилежаев, А. Р. Гоц, В. М. Зензинов, О. С. Минор, В. Н. Рихтер.

Слушали: об отставке Мануйлова (51).

Постановили: Признать отставку Мануйлова желательной. Постараться взять в свои руки Министерство народного просвещения. В случае осуществления этого делегировать на пост министра тов. Архангельского.

Слушали: О муниципальном органе.

Постановили: Предложить муниципальной комиссии представить к следующему заседанию ЦК подробный проект.

Слушали: Доклад Комиссии по Учредительному собранию.

Слушали: Доклад Национальной комиссии.

Постановили:

1. Блок с кавказскими партиями отложить до поездки тов. Минора на Кавказ.

2. С еврейскими социалистическими партиями блока не заключать.

3. Учредить при партии еврейскую секцию. Подготовить соответствующий доклад поручить Национальной комиссии.

Слушали: О дискуссионном органе.

Постановили: Избрать редакцию в лице тов. Сорокина (52) и Фирсова (заместителя тов. Гендельмана), Камкова, которые должны представить ЦК план и бюджет издания.

Слушали: О "Земле и воле".

Постановили: См. Резолюцию.

Слушали: О "Воле народа".

Постановили: По поводу лозунга отложить до завтра, а о "типографском фокусе" редакций не обсуждать (53).

Слушали: Доклад Военной комиссии:

а) о военной газете,

б) о съезде рядового казачества.

Постановили: Обращение ЦК по поводу съезда утвердить и финансовую сторону его передать Финансовой комиссии.

Слушали: О посылке тов. Кацеграса (54) в Гельсингфорс.

Постановили: Отправить Кацеграсса секретарем организации в Гельсингфорсе.

Слушали: Разделение занятий ЦК.

Постановили: Среда фиксируется днем для запросов и отчетов товарищей министров. Суббота- днем отчетов комиссий при ЦК.

Протокол заседания ЦК партии социалистов-революционеров

4 июля 1917 года

Слушали: Избрание членов в конспиративную Военную комиссию.

Постановили: Кандидатами намечаются тов. Авксентьев, Гоц, Герштейн.

Слушали: О замене членов ЦК выбывших.

Слушали: О судьбе полков, не соглашающихся отправиться на фронт.

Постановили: Такие полки желательно раскассировать.

Слушали: О созыве съезда Советов рабочих, крестьянских и солдатских депутатов, в Москве.

Постановили: За желательность - 10, воздержавшихся - 6.

стр. 25


Протокол заседания ЦК партии социалистов-революционеров

6 июля 1917 года

Присутствовали: Л. Я. Герштейн, М. П. Затонский, И. А. Прилежаев, М. А. Веденяпин, М. А. Натансон, В. М. Зензинов, В. Г. Архангельский, И. А. Рубанович, В. В. Лункевич, Д. Ф. Раков, В. Н. Рихтер, И. И. Ракитников, В. М. Чернов.

Слушали: Доклад редакции "Дело народа" о необходимости упорядочить ведение дела в редакции и директивах редакции.

Постановили: Передать в комиссию, состоящую из тов. Ракова, Гендельмана и Архангельского.

Слушали: Доклад Железнодорожной комиссии (докладчик Раков).

Постановили: Утвердить выработанные комиссией директивы.

Слушали: Доклад Финансовой комиссии.

Постановили: Выдать доверенность тов. Зензинову от имени партии социалистов-революционеров на управление партийным имуществом. Делегировать тов. Зензинова в Москву для заключения займа в Народном банке.

Протокол заседания ЦК партии социалистов-революционеров

8 июля 1917 года

Присутствовали: М. Я. Веденяпин, Л. Я. Герштейн, М. П. Затонский, В. Г. Архангельский, В. Н. Рихтер, А. Р. Гоц, Д. Ф. Раков, М. Я. Гендель-ман, И. А. Рубанович, Н. Д. Авксентьев.

Слушали: о субсидии казакам на издание газеты.

Постановили: Помочь. Добиться от Временного правительства разрешения на съезд рядовых казаков.

Слушали: О кредите на литературу для военных организаций при ЦК.

Постановили: Отпустить в кредит литературы на 5 тысяч рублей (10% бесплатно).

Слушали: О субсидии Петроградскому комитету для бесплатной раздачи литературы партии социалистов-революционеров прибывшим войскам.

Постановили: Ассигновать на это 200 рублей.

Слушали: О передаче братской могилы на Марсовом (55) поле в руки городского самоуправления.

Постановили: Оказать поддержку городскому голове, проведя это постановление через бюро Совета рабочих и солдатских депутатов.

Слушали: О съезде демократически избранных городских голов.

Постановили: Признать что желательным.

Слушали: О похоронах убитых казаков (56).

Постановили: Отложить, если возможно, и во всяком случае соединить их с похоронами других жертв этих дней.

Слушали: Доклад о Московской городской думе.

Постановили: Принять к сведению.

Протокол заседания ЦК партии социалистов-революционеров

10 июля 1917 года

Присутствовали: Зензинов, Раков, Бунаков, Веденяпин, Натансон, Затонский, Гендельман, Архангельский, Рихтер, Герштейн, Авксентьев, Гоц, Чернов, Ракитников.

Слушали: О похоронах казаков - жертв выступления большевиков 3-5 июля 1917 года.

Постановили: Принять меры к тому, чтобы похороны казаков объединить с похоронами других жертв событий 3-5 июля. Сообщить об этом городскому голове и Бюро ЦИК Совета рабочих и солдатских депутатов.

Слушали: Об Устинове и Прошьяне.

Постановили: Считать тт. Устинова и Прошьяна, как не подчинившихся постановлению ЦК об оставлении ими Гельсингфорса, выбывшими из рядов партии.

Слушали: о декларации "левых социалистов-революционеров", опубликованной в газете "Земля и воля".

стр. 26


Постановили: Текст постановления напечатать в газете "Дело народа". Взять его из книги опубликованных постановлений ЦК.

Слушали: О письме Ленина и Зиновьева (57).

Постановили: Шестью голосами против пяти при трех воздержавшихся решено этого письма в газете "Дело народа" не печатать.

Слушали: О составе Московской городской управы.

Постановили: Считать возможным допущение в состав управы и не социалистов, но с таким расчетом, чтобы там социалисты-революционеры составляли большинство.

Слушали: О прокламации по текущему моменту.

Постановили: Поручить составить прокламацию по текущему моменту комиссии из трех лиц: Чернова, Архангельского и Гендельмана.

Протокол заседания ЦК партии социалистов-революционеров

12 июля 1917 года

Присутствовали: Прилежаев, Веденяпин, Натансон, Раков, Рубанович, Лункевич, Затонский, Герштейн, Зензинов, Рихтер, Чернов, Минор.

Слушали: О левых социалистах-революционерах, подписавших "письмо в редакцию", напечатанное в газете "Земля и воля".

Постановили:

Тт. Камкова, Колегаева (58) и Алгасова (59), как объявивших себя членами новой организации социалистов-революционеров, стоящей вне подчинения постановлениям ЦК, считать выбывшими из партии, а потому они лишаются права участвовать в партийных организациях и бывать на партийных собраниях. (За - 8, против - 3.)

Это постановление распространить на всех членов тех новых организаций, от имени которых выступили Камков, Алгасов, Прилежаев (60). (За - 7, против - 1, при 3 воздержавшихся.)

Слушали: Об Иванове-Разумнике (61).

Постановили: Ввиду заявления т. Иванова-Разумника, что он по своим убеждениям ни к какой партии не принадлежит, освободить его от обязанностей официального редактора газеты "Дело народа".

Слушали: О тов. Масловском.

Постановили: Признать, что тов. Масловский не может быть членом Северного областного комитета партии социалистов-революционеров, согласно постановления ЦК в связи с решением третейского суда.

Слушали: О составе новой организации "левых социалистов-революционеров".

Постановили: Образовать особую комиссию для выяснения личного состава новой "левой организации социалистов-революционеров" на предмет приведения в исполнение предыдущего постановления ЦК. Настоящее постановление ЦК довести до сведения Петроградского партийного комитета.

Слушали: Пополнение Международной комиссии при ЦК.

Постановили: На время отсутствия тов. Русанова делегировать в Международную комиссию при ЦК тов. Лункевича.

Слушали: О тов. Незнамове.

Постановили: Заявить Незнамову, что его лишили воинского звания не за принадлежность к партии социалистов-революционеров, а потому его дело не подлежит ведению ЦК, сведения же, которые он имеет сообщить о заговоре, собрать секретариату ЦК.

Слушали: Письмо Прошьяна и Устинова.

Постановили: Заслушав тов. Прошьяна и Устинова о нежелании их подчиняться постановлению ЦК - принять к сведению.

Протокол заседания ЦК партии социалистов-революционеров

13 июля 1917 года

Присутствовали: И. А. Прилежаев, Зензинов, А. Р. Гоц, М. А. Веденяпин, Д. Ф. Раков, И. А. Рубанович, В. М. Чернов, В. Г. Архангельский, В. В. Лункевич, М. П. Затонский, Л. Я. Герштейн, И. И. Ракитников, В. Н. Рихтер.

стр. 27


Слушали: Доклад тов. Гоца и резолюция о большевиках, которая должна быть проведена через фракцию социалистов-революционеров в Исполнительном комитете солдатских и рабочих депутатов.

Постановили: Одобрить.

Слушали: О праве членов ЦК выступать в закрытых собраниях против решений ЦК.

Постановили: Члены ЦК не могут выступать даже на закрытых партийных собраниях против решений ЦК, даже в качестве членов других организаций.

Слушали: Доклад тов. Чернова.

Постановили: Принять к сведению.

(Окончание следует)

Примечания

1. Подвицкий (Вадимов) Владимир Владимирович- эсер, публицист. Член бюро ВЦИК, избранного I Всероссийским съездом советов. Депутат Учредительного собрания.

2. Имеются в виду эсеровские деятели, группировавшиеся вокруг газеты правого крыла партии "Воля народа".

3. Аргунов (Воронович) Андрей Александрович (1867-1939)- народник, организатор Северного союза социалистов-революционеров (Москва), затем деятель ПСР. Во время первой мировой войны один из лидеров правого крыла. После Октябрьского переворота участвовал в выступлениях антибольшевистских сил, был товарищем председателя Директории в Уфе в 1918 году. Затем эмигрировал в Чехословакию; публиковал исторические труды и воспоминания, участвовал в издании журнала "Крестьянская Россия".

4. Гуковский Александр Исаевич (1965-1925), юрист и журналист, эсер. Участник революции 1905-1907 годов. После Октябрьского переворота эмигрировал. Был одним из редакторов журнала "Современные записки". Покончил жизнь самоубийством.

5. Халфин Назым Латыкович - эсер. Депутат Учредительного собрания от Мусульманского собрания (г. Казань).

6. Коган-Бернштейн Матвей Львович (1886-1918)- сын известного народовольца Л. М. Когана-Бернштейна. В 1917г. член ВЦИК, избранного I Всероссийским съездом советов, председатель воронежского совета. Депутат Учредительного собрания. Примыкал к левому крылу партии. К партии левых эсеров, однако, не присоединился. После Октябрьского переворота участвовал в борьбе против власти большевиков, но критиковал тактику вооруженной борьбы, проводимую ЦК ПСР. Был арестован при попытке перехода линии фронта и расстрелян большевиками, как член Учредительного собрания.

7. Лихач Михаил Александрович - эсер, в 1917 г. руководитель эсеровской секции Совета 12 армии Северного фронта.

8. Штейнберг Исаак Захарович (1888-1957) - один из лидеров левого крыла партии. Осенью 1917 г. перешел в партию левых эсеров. В декабре 1917 - марте 1918 г. нарком юстиции. После разрыва левых эсеров с большевиками участвовал в подпольной деятельности. Жил в Германии, Франции, США. Возглавлял группу эсеров, входивших во II 1/2 Интернационал. Автор книги "От февраля к октябрю 1917".

9. Трутовский Владимир Евгеньевич (1889-1937)- работал в Уфе, примыкая к левому крылу ПСР, В конце 1917 г. перешел в партию левых эсеров, был членом ее ЦК. Депутат Учредительного собрания. В декабре 1917- марте 1918 г. нарком по городскому и местному самоуправлению. В последующие годы подвергался арестам и ссылкам, в 1937г. расстрелян.

10. В тексте речи Ленина, опубликованном в "Полном" собрании его сочинений (т. 35, с. 139-142), слов о том, что если в отношении него будет выражено недовольство, он уйдет в отставку, нет.

11. На заседании Петроградского Совета 2(15) декабря Троцкий заявил: "Во время французской революции якобинцы более честных людей за сопротивление народу вели на гильотину. Мы никого не казнили и не собираемся казнить, но бывают минуты народного гнева, и кадеты сами набиваются на него. Они саботируют, срывают, всячески злостно усугубляют разруху, и никто из них не возьмется сказать, что народ, доведенный до крайности, откажется от этой последней меры" (ТРОЦКИЙ Л. Соч. Т. 3, М. Б. г., с. 138).

стр. 28


12. В феврале 1922г. был арестован ряд лидеров ПСР. Вместе с находившимися ранее в заключении членами этой партии они были преданы суду, происходившему 18 июня - 7 августа 1922г. (всего фигурировало 47 обвиняемых). Это был первый в большевистской России крупный политический показательный процесс. Эсеры обвинялись в том, что они были агентами Антанты, покушались на жизнь советских вождей и т. д. Суд сопровождался массированной пропагандистской кампанией. 20 июня в Москве была проведена демонстрация с требованием смертной казни для обвиняемых. Однако на состоявшейся в апреле конференции трех Интернационалов в Берлине делегация Коминтерна вынуждена была дать обязательство, что эсеры не будут казнены. Хотя Ленин негодовал по этому поводу (он опубликовал статью "Мы заплатили слишком дорого"), большевистское руководство сочло целесообразным учесть международное общественное мнение. В Москву были допущены в качестве защитников видные юристы-социалисты. Э. Вандервельде, Т. Либкнехт, К. Розенфельд, А. Ваутерс. Однако они были поставлены в такие противоправные условия, что выступили с протестом и покинули Москву. 14 обвиняемым был вынесен смертный приговор, неисполнение которого было обусловлено прекращением "контрреволюционной деятельности" эсеров, Лидеры партии, таким образом, стали заложниками. Смертная казнь была им заменена пятилетним заключением.

13. Иванов Николай Николаевич- кандидат в члены ЦК ПСР, избранный на IV съезде. Примыкал к левому центру. Депутат Учредительного собрания.

14. Ельяшевич Александр Борисович- экономист, самарский эсер. В 1917г. член Всероссийской комиссии по делам о выборах в Учредительное собрание. Член бюро фракции ПСР Учредительного собрания. Кандидат в члены ЦК ПСР, избранного IV съездом.

15. Соколов Борис Федорович - член ПСР. После Октябрьского переворота эмигрировал. Вел научную работу в области раковых заболеваний. Автор художественных произведений.

16. Семенов (Васильев) Г. И.- руководитель Центрального боевого отряда партии после Октябрьского переворота. Был арестован, дал "чистосердечные показания", в том числе о якобы имевшем место участии руководителей партии в организации покушения на Ленина в 1918 году. В 1922г. (к тому времени уже член РКП(б), сотрудничавший с Разведывательным управлением РККА и ОГПУ), он сыграл роль главного провокатора на судебном процессе над лидерами ПСР. Его наветы послужили основной базой обвинения, а затем приговора. Семенов был освобожден судом от наказания "за раскаяние". В 1922 г. в Берлине была издана его книга "Военная и боевая работа партии социалистов-революционеров за 1917-1918гг.", которая также фактически являлась доносом большевистским властям.

17. Во избежание недоразумений здесь будет необходимо отметить, что крайне правое крыло партии далеко не целиком превратилось в правых активистов. Оно раскололось на две ветви. Другая ветвь под главенством Московского городского головы Руднева после неудачной попытки отстоять Москву в октябре от большевистского захвата (силами преимущественно юнкеров) впала в жесточайшее разочарование и пессимизм, исключающий не только авантюры правых активистов, но и всякую действенную борьбу с большевиками за власть.- Примеч. автора.

18. Немецкие войска вступили на территорию Украины вскоре после подписания Брестского мира. Хотя у власти продолжало стоять национальное правительство (вначале Центральная рада, затем гетман П. П. Скоропадский), фактически до ноября 1918 г. (окончание первой мировой войны) был установлен оккупационный режим.

19. Вскоре после начала Февральской революции группа, называвшая себя анархо-коммунистами, захватила особняк (дачу) П. Н. Дурново в Выборгском районе Петрограда. Власти не признали захвата, но и не приняли мер, чтобы выдворить анархистов. 5(18) июня эта группа захватила типографию газеты "Русская воля" и стала выпускать на ее базе свои листовки. 7(20) июня министр юстиции Временного правительства П. Н. Переверзев передал анархистам ультиматум с требованием в течение суток покинуть дачу Дурново. Рабочие нескольких предприятий Выборгского района и моряки Кронштадтской крепости поддержали анархистов. Во время событий 3-5 июля анархисты были разогнаны, часть их арестована.

20. Высоцкий Александр Давидович- петербургский эсер, участник революции 1905-1907 годов. В 1917 г. был близок к левому крылу партии, но в партию левых эсеров не вошел. Пропал без вести в Сибири после Октябрьского переворота.

21. Каледин Алексей Максимович (1861-1918)- генерал от кавалерии. В 1917г. атаман Донского казачьего войска. В октябре 1917- феврале 1918г. возглавил выступление в Донской области против большевистской власти, подавленное большевистскими войсками. Покончил жизнь самоубийством.

стр. 29


22. Речь идет об украинской Центральной Раде, созданной 7(20) марта 1917 г. в Киеве. Вначале она выступала за автономию Украины в составе Российской республики, взяв в мае курс на установление автономии явочным путем. После Октябрьского переворота она объявила о создании Украинской Народной Республики, о ее независимости и о своем превращении в верховный орган нового государства.

23. Представители левых эсеров вышли из СНК после IV Всероссийского съезда советов (14-16 марта 1918 г.), ратифицировавшего Брестский мир. Они призывали к образованию нового правительства, которое бы изменило политику советской власти, в частности, отказавшись от Брестского мира.

24. Так в тексте.

25. Народный банк в Москве - одно из учреждений мелкого кредита, кооперативное предприятие. В 1917 г. ПСР вела свои финансовые дела в основном через этот банк.

26. Сезонов Егор Сергеевич (1874-1910)- член Боевой организации ПСР. 15 июля 1904г. убил министра внутренних дел В. К. Плеве. Приговоренный к вечной каторге, покончил с собой в знак протеста против телесных наказаний каторжников.

27. Речь идет о запрещенной I Всероссийским съездом советов демонстрации, назначенной ЦК большевиков на 10(23) июня. В ночь на 10 июня ЦК вынужден был отменить демонстрацию. На 18 июня съезд Советов назначил демонстрацию, которую стремился превратить в проявление единства революционных сил.

28. "Труд"- газета ПСР. Выходила в 1917-1918гг. в Москве. Редакторами были М. В. Вишняк, затем О. С. Минор. Закрыта большевистскими властями 22 марта 1918 года.

29. "Воля народа" - газета ПСР.

30. Рубанович Илья Адольфович (1859-1922) - одесский народник, затем эсер. В 1917г. член Исполкома Всероссийского съезда советов крестьянских депутатов. С августа 1917г. официальный представитель ПСР за границей. Умер в Берлине.

31. Рязанов (Гольдендах) Давид Борисович (1870-1938)- социал-демократ с 1890г., меньшевик. С 1907 г. находился в эмиграции. Автор ряда исследований по истории марксизма. Участник Циммервальдской конференции 1915 года. В 1917г. возвратился в Россию. После Октябрьского переворота - большевик. Основатель и директор Института Маркса- Энгельса при ЦК РКП(б). С 1929 г. академик. В 1931 г. исключен из партии и сослан. Арестован и расстрелян во время "большого террора".

32. Эрлих Генрих Моисеевич - член Бунда. Член ВЦИК, избранного на I Всероссийском съезде Советов. Член Предпарламента.

33. Видимо, речь идет о Горденберге Иосифе Петровиче (1873-1922)- социал- демократе с 1892г., большевике с 1903 г., меньшевике с 1914 года. Летом 1917 г. Горденберг выехал за границу в составе социалистической делегации, направленной в Европу для разъяснения событий российской революции. После Октябрьского переворота остался за рубежом. В 1920 г. заявил о примирении с большевизмом, был вновь принят в партию большевиков. В 1912г. возвратился в Россию.

34. Смирнов Иван Давидович- эсер, в 1917г. один из редакторов левоэсеровской газеты "Знамя труда". Депутат Учредительного собрания.

35. Всероссийский съезд железнодорожников состоялся в Москве в середине августа 1917 года. Рассматривались в основном профессиональные вопросы. Четкой политической ориентации съезд не придерживался. Делегаты выступили с требованием повышения заработной платы железнодорожным служащим.

37. Речь идет о III Циммервальдской конференции, намеченной на 31 мая 1917г., но неоднократно переносившейся. Конференция состоялась 5-12 сентября (по новому стилю). Были представлены левые и центристские элементы ряда социалистических партий.

40. Кооперативный съезд состоялся в Петрограде в начале августа 1917 года. Преобладали меньшевики и эсеры. В числе других был рассмотрен вопрос о текущем моменте. Съезд поддержал Временное правительство.

41. Масловский (Мстиславский) Сергей Дмитриевич (1876-1943)- офицер, до февраля 1917г. библиотекарь Академии Генерального штаба России. В 1917г. эсер, член партии левых эсеров; с 1921 г. беспартийный. Член советской делегации на переговорах о мире с Германией в Брест-Литовске. В 20-30-е годы работал в редакции Большой советской энциклопедии и в издательствах. Автор ряда художественных произведений. Умер в Иркутске.

42. Брешко-Брешковская энергично поддерживала Керенского в качестве министра, а затем главы правительства. В связи с тем, что III съезд ПСР не избрал Керенского в состав ЦК,

стр. 30


Брешко-Брешковская, протестуя, заявила о выходе из состава ЦК. Полагая, что виновником неизбрания был председательствовавший на съезде Чернов (основанием для неизбрания был тот факт, что Керенский в качестве военного министра был инициатором введения смертной казни на фронте), Брешко- Брешковская подвергала его резкой критике. Брешко-Брешковская обвиняла ЦК в том, что он совместно с большевиками ведет дело к поражению России в войне и к победе Германии.

43. Речь идет об Исполнительном комитете Советов крестьянских депутатов, избранном на I Всероссийском съезде Советов крестьянских депутатов 4-28 мая (17 мая- 10 июня). В исполком входили 125 эсеров, 5 трудовиков и народных социалистов. Большинство имели представители правого крьща и центра ПСР. Исполком поддерживал Временное правительство, считая его правительством спасения революции.

45. Всероссийский крестьянский союз - крестьянская демократическая организация, созданная в 1905 году. Союз насчитывал около 200 тыс. членов. Программа включала национализацию земли, созыв Учредительного собрания. Союз поддерживал трудовиков в I и II Государственных думах. Прекратил существование после революции 1905-1907 гг. и был восстановлен после Февральской революции 1917г. под руководством эсеров. В основном поддерживал Временное правительство, выступал за демократическое углубление революции. Был распущен большевистскими властями вскоре после октябрьского переворота.

46. Ульянов Николай Алексеевич - эсер, в 1917 г. член Московской городской управы. После Октябрьского переворота участвовал в политических выступлениях против большевистских властей. В 1919 г. эмигрировал.

47. Речь идет о проведении в первой половине июня собраний членов местных организаций ПСР с целью демонстрации их единства вокруг ЦК партии.

48. Переверзев Павел Николаевич (1871-1944) - народный социалист, член IV Государственной думы. В мае- июле 1917г. министр юстиции. После Октябрьского переворота перешел на нелегальное положение. В 1930 г. эмигрировал.

49. Саламатов Петр Тимофеевич - эсер, депутат Учредительного собрания.

50. Вырубов В. В.- земский деятель; после 30 августа 1917г., при Керенском- Верховном главнокомандующем, помощник начальника его штаба по гражданским делам.

51. Мануйлов (Мануйлов) Александр Аполлонович (1861-1929)- экономист; в 90-е годы XIX в. народник, позже кадет, член кадетского ЦК. В 1908-1911 гг. ректор Московского университета. Вышел в отставку в знак протеста против преследований студентов. Министр просвещения Временного правительства. Позже преподавал в вузах, с 1924 г. член правления Госбанка СССР.

52. Сорокин И. А.- в 1917 г. один из редакторов правоэсеровской газеты "Воля народа".

53. Существо "типографского фокуса" установить не удалось.,

54. Выше то же лицо названо Кациграс.

55. На площади Марсово Поле в Петрограде были погребены жертвы Февральской революции.

56. Речь идет о казаках, убитых во время вооруженных столкновений демонстрантов с войсками 4(17) июля.

57. Ленин и Зиновьев передали в редакции газет заявление о том, что они изменили свое намерение подчиниться распоряжению правительства об их аресте, так как "никаких гарантий правосудия в России в данный момент нет". Решение, что Ленин и Зиновьев не должны являться на суд Временного правительства, было принято 7(20) июля на совещании членов ЦК и других большевиков. Письмо было опубликовано в газете "Пролетарское дело" 15 июля.

58. Колегаев Андрей Лукич (1877-1937) - левый эсер; в декабре 1917 - марте 1918 г. нарком земледелия. Летом 1918 г. порвал с левыми эсерами и вступил в большевистскую партию. В 1918-1920гг. член коллегии наркомата путей сообщения. Затем занимал второстепенные посты. Расстрелян во время "большого террора".

59. Алгасов (Бурдаков) Владимир Александрович (1887-1938)- левый эсер, член ЦК. Член бюро ВЦИК, избранного на I Всероссийском съезде Советов. В декабре 1917- марте 1918 г. нарком без портфеля. В 1918 г. вышел из партии левых эсеров и вступил в РКП(б). В годы гражданской войны служил в Красной Армии, затем преподавал в вузах. Расстрелян во время "большого террора".

60. Очевидно, фамилия Прилежаева вписана ошибочно. Речь идет о Колегаеве.

с


© biblioteka.by

Permanent link to this publication:

https://biblioteka.by/m/articles/view/Протоколы-Центрального-комитета-Партии-социалистов-революционеров-с-комментариями-В-М-Чернова

Similar publications: LRussia LWorld Y G


Publisher:

Беларусь АнлайнContacts and other materials (articles, photo, files etc)

Author's official page at Libmonster: https://biblioteka.by/Libmonster

Find other author's materials at: Libmonster (all the World)GoogleYandex

Permanent link for scientific papers (for citations):

Протоколы Центрального комитета Партии социалистов-революционеров с комментариями В. М. Чернова // Minsk: Belarusian Electronic Library (BIBLIOTEKA.BY). Updated: 16.04.2021. URL: https://biblioteka.by/m/articles/view/Протоколы-Центрального-комитета-Партии-социалистов-революционеров-с-комментариями-В-М-Чернова (date of access: 17.10.2021).


Comments:



Reviews of professional authors
Order by: 
Per page: 
 
  • There are no comments yet
Related topics
Publisher
Беларусь Анлайн
Минск, Belarus
70 views rating
16.04.2021 (184 days ago)
0 subscribers
Rating
0 votes
Related Articles
LIFE IN KEEPING WITH THE TIMES
Catalog: Разное 
3 days ago · From Беларусь Анлайн
"I'VE ALWAYS TIED IN LIFE WITH SCIENCE"
4 days ago · From Беларусь Анлайн
GAS ANALYZER SENSORS BY OPTOSENSE COMPANY
Catalog: Физика 
10 days ago · From Беларусь Анлайн
SQUARE FUEL ASSEMBLIES FOR WESTERN DESIGN REACTORS
Catalog: Физика 
10 days ago · From Беларусь Анлайн
BEYOND THE PALE OF POSSIBLE: HUMAN GENOME PROJECT
Catalog: Медицина 
10 days ago · From Беларусь Анлайн
INNOVATION PORTFOLIO
11 days ago · From Беларусь Анлайн
NUCLEAR POWER: A NEW APPROACH
Catalog: История 
11 days ago · From Беларусь Анлайн
UNIFIED NETWORK FOR CLIMATE MONITORING
Catalog: Экология 
11 days ago · From Беларусь Анлайн
NUCLEAR POWER: A NEW APPROACH
Catalog: Физика 
16 days ago · From Беларусь Анлайн
"RADIOASTRON" BRINGS DEEP SPACE CLOSER
17 days ago · From Беларусь Анлайн

Actual publications:

Latest ARTICLES:

BIBLIOTEKA.BY is a Belarusian open digital library, repository of author's heritage and archive

Register & start to create your original collection of articles, books, research, biographies, photographs, files. It's convenient and free. Click here to register as an author. Share with the world your works!
Протоколы Центрального комитета Партии социалистов-революционеров с комментариями В. М. Чернова
 

Contacts
Watch out for new publications: News only: Chat for Authors:

About · News · For Advertisers · Donate to Libmonster

Biblioteka ® All rights reserved.
2006-2021, BIBLIOTEKA.BY is a part of Libmonster, international library network (open map)
Keeping the heritage of Belarus


LIBMONSTER NETWORK ONE WORLD - ONE LIBRARY

US-Great Britain Sweden Serbia
Russia Belarus Ukraine Kazakhstan Moldova Tajikistan Estonia Russia-2 Belarus-2

Create and store your author's collection at Libmonster: articles, books, studies. Libmonster will spread your heritage all over the world (through a network of branches, partner libraries, search engines, social networks). You will be able to share a link to your profile with colleagues, students, readers and other interested parties, in order to acquaint them with your copyright heritage. After registration at your disposal - more than 100 tools for creating your own author's collection. It is free: it was, it is and always will be.

Download app for smartphones