BIBLIOTEKA.BY is a Belarusian open digital library, repository of author's heritage and archive

Register & start to create your original collection of articles, books, research, biographies, photographs, files. It's convenient and free. Click here to register as an author. Share with the world your works!

Libmonster ID: BY-524
Author(s) of the publication: А. Н. МЕРЦАЛОВ

Share with friends in SM

Повышение профессионального уровня литературы о буржуазной историографии на современном этапе определяется требованиями нового политического мышления, количественными и качественными изменениями предмета и социального адресата научной критики и пропаганды, развитием международной деятельности советских ученых, острой необходимостью расширения числа исследователей (особенно молодых), занимающихся анализом работ немарксистских авторов. Готовность и способность вести с ними аргументированную полемику, развернувшаяся в нашей науке борьба против инерции, рутины и благодушия настоятельно требуют критического подхода к нашей литературе о буржуазной историографии. В настоящей статье предпринята попытка сделать это путем анализа некоторых новейших трудов о буржуазной историографии второй мировой войны. Выбор обусловлен не только актуальностью темы, но и наличием в этих трудах большого числа нерешенных вопросов, которым автор уделяет преимущественное внимание, сознавая свою долю ответственности за не преодоленные еще недостатки в этой области исторической науки.

В последние годы увидели свет десятки монографий, специальных разделов в общеисторических трудах, сотни статей, обзоров и рецензий, в которых содержится серьезный разбор буржуазной литературы. Среди них книга В. А. Тишкова, статьи Г. З. Иоффе, Н. П. Комоловой, В. А. Секистова, Н. С. Лебедевой, А. М. Филитова, Н. И. Егоровой, историков ГДР О. Грёлера, Г. Лоцека и Г. Шефера1 . Однако многим работам о буржуазной историографии второй мировой войны присущи недостатки, прежде всего упрощенчество. Оно проявляется в разных формах - недифференцированном подходе к предмету критики; сведении задач буржуазной науки к империалистической пропаганде; трактовке любого отхода от истины как сознательного ее извращения, научной критики как голого обличения, анализа ложного суждения как простого соположения его с истинным; рассмотрении зарубежной историографии вне ее развития; представлении о ней как простой сумме взглядов, сужении предмета критического анализа, стремлении представить в качестве некоей "уловки" все объективное в немарксистской литературе. Тех из советских историков, кто пытается говорить об этих недостатках, нередко обвиняют в "защите" буржуазной историографии, "подыгрывании" ей.


В основу статьи положен доклад на заседании Бюро Отделения истории АН СССР 18 июня 1985 г. (см. Вопросы истории, 1985, N 9).

1 Тишков В. А. История и историки в США. М. 1985; Вопросы истории КПСС, 1985, N 6; Новая и новейшая история, 1985, N 2; Военно-исторический журнал, 1985, N 8; Буржуазная историография второй мировой войны. М. 1985; Ялтинская конференция. М. 1985; Zeitschrift fur Geschichtswissenschaft (далее - ZfG), 1985, N 4; 1984, N 7; Die Totalitarismus - Doktrin im Antikommunismus. Brl. 1985.

стр. 35


Эти недостатки обусловлены не преодоленными еще фактографизмом, стереотипами, сложившимися в прошлые десятилетия, облегченным пониманием задач критики, слабой идейно-теоретической подготовкой авторов, нетребовательностью ученых советов и редакционных коллегий. Под фактографизмом мы понимаем описательство, неумение или нежелание проникнуть в глубь изучаемых явлений, подняться до обобщений, подмену теории регистрацией фактов. К стереотипам относятся, в частности, неумение видеть новые явления в мировой науке, нежелание или даже боязнь назвать вещи своими именами, односторонние суждения, апологетика, стремление не касаться "белых пятен" в истории, субъективистские предпочтения, конъюнктурные поветрия.

В издательствах и журналах подчас подходят к критике зарубежных работ с явно заниженными требованиями. Чем иначе объяснить, что даже ряд статей, опубликованных к 40-летию великой Победы, написаны наспех, примеры в них взяты из устаревших буржуазных изданий. За монографии выдаются книги, которые не отличаются научной новизной, не содержат практических рекомендаций или теоретических обобщений. Авторы этих работ ничего существенного не вносят ни в изучение буржуазной историографии, ни в разработку приемов полемики с нею, ни в исследование истории. В лучшем случае они иллюстрируют новыми историографическими фактами уже имеющиеся обобщения. В подобных работах нечетко формулируется задача, нет выводов, не показываются перспективы дальнейшего изучения темы, вопреки обещаниям их авторов осуществить комплексное исследование не анализируются многие проблемы - от социальных функций и национальных особенностей буржуазной историографии до ее методологических основ и ряда важных концепций.

Авторы такого рода книг ограничивают предмет критики специальными трудами о войне, написанными в большинстве своем консерваторами. Но ведь история второй мировой войны освещается и в многочисленных общих работах, вышедших также из-под пера буржуазных либералов и демократов. В ряде работ, посвященных критике буржуазной литературы, названия разделов не соответствуют излагаемому в них материалу. Так, одна из статей сборника "Буржуазная историография второй мировой войны" названа "Буржуазные историки о коренном переломе в войне". В действительности же речь в ней идет о роли СССР и США в войне, т. е. проблеме, уже неплохо изученной2 . То же самое относится к книгам "Правда и ложь о второй мировой войне" и "Критика основных концепций буржуазной историографии второй мировой войны", изданным в 1983 г. соответственно Военным издательством и издательством "Наука". Прежде всего эти работы мало отличаются друг от друга и в целом не отвечают требованиям, предъявляемым как к исследовательским, так и к популярным трудам. Несмотря на это, журналы оценивают подобные книги как монографии3 .

Принцип партийности требует от историка, занимающегося анализом буржуазной литературы, точного знания своего научного и идейного оппонента, раскрытия классового содержания этой литературы, наступательного характера критики, соблюдения кодекса чести в полемике и др. Отступления от этих требований связаны с неумением четко разграничить научную и идеологическую стороны буржуазной историографии, верно оценить их. Встречаются случаи неоправданных заимствований, простое (без анализа) цитирование чуждых суждений, объективистская трактовка буржуазных работ. Таковы тезисы консервативных историков о победах Красной Армии под Сталинградом и Курском как проявлении "советской экспансии", их необъективные суждения о советской истори-


2 См. также статью о буржуазной историографии в кн.: Коренной перелом во второй мировой войне. М. 1985.

3 См., напр., Новая и новейшая история, 1985, N 1, с. 162 - 165; N 2, с. 174.

стр. 36


ческой науке, оставленные без ответа в ряде работ4 . В данном случае налицо недооценка идеологической ориентированности буржуазной историографии.

Однако чаще бывает так: критикуя идеологическую направленность буржуазной литературы, наши историки не обращают внимания на ее познавательную сторону. В этом проявляется нигилизм, против которого выступал В. И. Ленин, призывая "взять все то, что есть в капитализме ценного, взять себе всю науку и культуру". Именно из этого ленинского положения исходит требование КПСС о необходимости сотрудничества в области науки и широкого обмена подлинными культурными ценностями между всеми странами, осуществления "системного анализа новейших мировых достижений"5 .

Непонимание единства принципов партийности и объективности в научной работе и триединой задачи критики (обличать порочное, усваивать положительное, развивать знание) ведет к тому, что часть историков, анализирующих буржуазные труды, ограничивается лишь разоблачением содержащихся в них фальсификаций. Научная печать уже указывала на это, имея в виду, в частности, учебную литературу6 . Разумеется, критика таких извращений была и остается одной из главных наших задач. Но ее необходимо осуществлять качественно, с учетом всех сторон буржуазных концепций. Обман составляет неотъемлемую черту политики и идеологии империализма7 . Обслуживая их, буржуазная историческая наука не может быть свободной от их влияния, но отнюдь не всегда сливается с ними. Кроме того, отход буржуазных авторов от истины часто проявляется не только в преднамеренном обмане, но и в невольном заблуждении субъективно честных людей. Если обман - категория сугубо нравственная, то заблуждение - категория гносеологическая. Это положение было обосновано К. Марксом, в частности в "Капитале", при анализе трудов Д. Рикардо и Т. Р. Мальтуса, Ф. Энгельсом - в "Анти- Дюринге", В. И. Лениным - в работе "К характеристике экономического романтизма" при анализе взглядов Ж. Ш. Сисмонди. Коренным образом отличаясь генетически, ложь и заблуждения в их конечном итоге могут совпадать. Это и объясняет ошибку ряда наших историков, критикующих буржуазных авторов, хотя и не оправдывает ее.

Возникает вопрос, как можно отличить заблуждения от фальсификаций. Критик будет гарантирован от ошибки лишь при достаточном знании своего оппонента, знании не только какого-то конкретного его суждения, но и всей его книги, творчества, общественно-политической деятельности. Весьма важен при этом источниковедческий подход к делу. Возьмем в качестве примера распространенный на Западе тезис о "свободном выборе" советской дипломатии между Берлином и Лондоном в момент подписания предложенного Германией пакта о ненападении 23 августа 1939 года. Различные документы и мемуары, опубликованные не только в социалистических, но и в капиталистических странах и вполне доступные любому желающему узнать правду, показывают вынужденный характер этого шага СССР. Выбор был исключен уже потому, что Англия и Франция фактически отказывались от заключения с СССР равноправной и действенной военной конвенции. Таким образом, несостоятельность указанного тезиса очевидна, и те, кто его придерживается,


4 См. напр.: Буржуазная историография второй мировой войны, с. 27, 214 - 216, 225, 228, 232; Факты против мифов. М. 1986, с. 73, 83 - 84, 93, 107 - 108, 112. Ср.: Коммунист, 1987, N 8, с. 20.

5 Ленин В. И. ПСС. Т. 38, с. 59; Материалы XXVII съезда Коммунистической партии Советского Союза. М. 1986, с. 76, 144, 146, 167 - 168, 172, 178; Материалы Пленума Центрального Комитета КПСС 16 июня 1986 года. М. 1986, с. 17, 24; Материалы Пленума Центрального Комитета КПСС 27 - 28 января 1987 года. М. 1987, с. 55; Вопросы истории, 1986, N 1, с. 24 - 25.

6 См. напр., История СССР. М. 1985, с. 81.

7 Ленин В. И. ПСС. Т. 34, с. 39.

стр. 37


совершают подлог. Заблуждение же возможно при отсутствии источников, при слабом освещении вопроса в марксистско-ленинской историографии, при распространении в буржуазной литературе внешне правдоподобной, но по существу ложной трактовки вопроса. Заблуждение в данном случае явится следствием слабой научной подготовленности критикуемого автора.

Отличать преднамеренное искажение от заблуждения крайне важно. Дело в том, что работы представителей либерального и особенно демократического направлений современной буржуазной науки, чьи взгляды объективно заключают в себе и критику империализма8 , как правило, свободны от фальсификаций, хотя им и свойственны заблуждения. Это характерно и для буржуазной литературы о второй мировой войне9 .

В гносеологическом отношении материалы, представленные в работах многих буржуазных авторов, можно разделить на истинные и неистинные. Для вторых характерны искажения или заблуждения. Первые содержат ранее известные или новые научные данные. Искажения, как правило, не выступают в чистом виде. Если бы мы встречались лишь со стопроцентной ложью, наши задачи были бы весьма легкими. Немарксистская концепция обязательно отражает какую-либо, как правило, второстепенную, но реальную черту объективного мира. Часто искажение истины осуществляется не путем полного ее отрицания, а посредством выдвижения на первый план несущественного и игнорирования главного10 . Вследствие этого вряд ли верно отметать целиком всю концепцию, как поступает, например, один из советских авторов с попыткой К. Рейнгардта объяснить поражение Германии в войне против СССР11 . Этот западногерманский ученый сравнительно объективно оценивает авантюристичную фашистскую доктрину скоротечных войн. В связи с этим нельзя не напомнить предупреждение Ленина о "забавной зависимости" "от оппонентов тех критиков, которые отвергают с порога все, что исходит от чуждой стороны12 .

При ограничении критики одним лишь голословным опровержением оппонента она подчас превращается в своеобразное эхо, оказывается в глухой обороне. В этом случае инициатива остается за противником, поскольку он выбирает направление, момент и способы нанесения удара. Критика же лишь отвечает на его выпады и лишает себя возможности наносить упреждающие удары по самым уязвимым пунктам идеологии империализма, узнавать, где и как зарождаются замыслы новых антикоммунистических атак13 . Сосредоточивая внимание на разоблачении фальсификации, такая критика лишает себя возможности использовать в интересах нашей науки и пропаганды определенные достижения буржуазных историков, специфику историографии различных стран и немарксистских концепций. Вне разбора может остаться и нередко на самом деле остается (что наносит наибольший урон делу) главный порок буржуазной историографии - ее классовая и гносеологическая ограниченность14 . Она выражается не только и не всегда в подлогах. Нельзя думать, что, перестав искажать истину, буржуазные историки оказались бы в состоянии создать нечто принципиально новое и в науке, и в идео-


8 Подробнее см.: Совершенствование развитого социализма и идеологическая работа партии в свете решений июньского (1983 г.). Пленума ЦК КПСС. Материалы Всесоюзной научно-практической конференции. Москва. 10 - 11.XII.1984 г. М. 1985, с. 115.

9 Подробнее см.: Новая и новейшая история, 1984, N 5, с. 81; Вопросы истории, 1985, N 7, с. 160.

10 Об искусстве полемики. М. 1982, с. 18; см. также: Прошунин Н. Ф. Что такое полемика? М. 1985.

11 Экономические науки, 1985, N 5, с. 29; см. также: Вопросы истории, 1985, N 7, с. 162 - 164.

12 См. Ленин В. И. ПСС. Т. 25, с. 290.

13 Материалы Всесоюзной научно-практической конференции, с. 115.

14 См. История политических и правовых учений. М. 1983, с. 653.

стр. 38


логии. Этой ограниченностью объясняется, в частности, их неспособность познать сущность социальных процессов, полностью, а не частично использовать научное знание.

В 1984 г. были опубликованы материалы Штутгартской конференции видных представителей западногерманской, американской, английской, итальянской и японской буржуазной историографии второй мировой войны. Организаторы этой встречи пытались доказать, что поворот в войне в пользу противников фашистского блока произошел уже в декабре 1941 г. вследствие событий на пяти театрах военных действий. Они нарочито назвали их в такой последовательности: Тихоокеанский, Атлантический, Средиземноморский, "окончательное решение еврейского вопроса", Восточный. Ложный характер этой концепции, несомненно, придали антисоветизм (советско-германский - главный фронт войны поставлен на одну доску с другими - второстепенными) и сионизм (явное преувеличение места антисемитизма в программе и практике фашизма). Однако здесь налицо и низкая профессиональная подготовка, в частности слабая логическая культура. Можно ли, например, акты фашистского геноцида отождествлять с театром военных действий? Можно ли утверждать, что поражение США в Перл-Харборе обусловило поворот в войне в пользу противников фашизма? Событием, на самом деле положившим начало перелому в ходе второй мировой войны, была битва под Москвой. Это было убедительно показано акад. А. М. Самсоновым и другими советскими историками, участвовавшими в конференции, а также некоторыми историками из ФРГ15 .

Характерно, что в буржуазной историографии до сих пор не выработано само понятие "перелом". Высказанное в Штутгарте ее представителями мнение противоречит распространенному на Западе тезису, что перелом произошел в результате событий 1942 - 1943 годов. Вряд ли обосновано поэтому суждение ряда наших историков о наличии в буржуазной науке некоей единой "теории поворотных пунктов"16 . Там есть различные мнения о переломе, но нет именно теории.

Перелом в ходе второй мировой войны означал создание необратимого преимущества над противником в областях экономической, политической, моральной, психологической и чисто военной, обеспечивающего захват стратегической инициативы и в конечном счете - победу. Перелом - это качественное изменение в соотношении сил и средств воюющих сторон, масштабах их операций, соотношении людских и материальных потерь, во всей военно-политической обстановке. Борьба за перелом - это процесс, она характеризовалась не только успехами, но и временными поражениями. Эта борьба - дело антифашистской коалиции, но перелом на советско-германском фронте означал перелом и в ходе второй мировой войны, поскольку СССР являлся главным противником фашистского блока. Это особенно ярко проявилось именно в период борьбы за перелом в 1941 - 1943 годах. В трудах советских историков и мемуаристов показано, что начало перелому положила битва под Москвой, а Сталинградская и Курская битвы продолжили и завершили борьбу за него. Авторы т. 12 "Истории второй мировой войны 1939 - 1945" подчеркивают, что эти битвы довели кризис фашистского блока до кульминации17 . В то же время в нашей литературе есть и другие суждения о месте этих битв в борьбе за перелом в войне. Так, т. 6 этого многотомника, где говорится о Сталинградской битве, назван "Коренной перелом в войне"18 .


15 Kriegswende. Koblenz. 1984; см. также: Самсонов А. М. Вторая мировая война 1939 - 1945. М. 19815, с. 160 - 194.

16 См. напр.: Буржуазная историография второй мировой войны, с. 48 - 49; Научный коммунизм, 1985, N 2, с. 115 - 116; История СССР, 1985, N 3, с. 157.

17 История второй мировой войны 1939 - 1945. Т. 12. М. 1982, с. 56, 219 - 220; см. также: Исторический подвиг Сталинграда. М. 1985, с. 337 - 338.

18 См. также: Великая Отечественная война. Вопросы и ответы. М. 1985, с. 205.

стр. 39


Как известно, XXVII съезд КПСС сформулировал задачу: "Не закрывая глаза на социальные, политические и идеологические противоречия, овладеть наукой и искусством вести себя на международной арене сдержанно и осмотрительно, жить цивилизованно, то есть в условиях корректного международного общения и сотрудничества"19 . Отсюда следует, что было бы неверно принимать за наступательность критики ее "решительный тон"20 . Поступать так означало бы принять вызов наших идеологических противников, пытающихся превратить борьбу идей в психологическую войну. Марксистско-ленинской идеологии как единственно научной и самой оптимистической из всех когда-либо существовавших идеологий глубоко чужды приемы "холодной войны". Не нагромождения обвинений, а глубина и доказательность, аналитичность и убедительность научной критики - вот ее требование21 .

Наступательность критики немыслима без правильного выбора ее предмета. Хорошо известно требование классиков марксизма-ленинизма обращать ее прежде всего против важнейших идейных течений, ведущих идеологов буржуазии22 . Целесообразно сосредоточивать главное внимание не на самых примитивных исторических подлогах, отражающих политику эпигонов фашизма, а на имеющих широкое распространение наиболее изощренных и потому наиболее опасных искажениях прошлого, представленных в умеренно-консервативной историографии. Именно она отражает интересы неоглобализма, этого, по выражению М. С. Горбачева, "главного зла на пути всемирного прогресса"23 . Разумеется, это вовсе не означает, например, отказа от критики неофашистских провокаций или использования уроков Нюрнбергского процесса над главными военными преступниками для воспитания ненависти к фашизму.

Между тем в некоторых работах критика новейшей сложной и противоречивой буржуазной концепции происхождения второй мировой войны фактически подменена разоблачением чрезвычайно упрощенных тезисов фашистской и неофашистской пропаганды24 . Это тем более неоправданно, что большинство населения стран Запада не принимает этих тезисов, как и новейших антисоветских вымыслов25 . Большинство учителей истории средних школ в ФРГ не разделяют неофашистских взглядов на новейшую историю своей страны, хотя и подвержены влиянию антикоммунистической доктрины тоталитаризма26 . Весьма показательна в этом плане реакция на антисоветские выступления Г. Коля со стороны широких слоев населения ФРГ, разделяющих самые различные политические взгляды - от консервативных до демократических и прогрессивных27 .

Наступательность полемики - это аргументированная критика идеологии и политики империалистического угнетения, социального реванша, милитаризма, антикоммунизма и в то же время - распространение правды о реальном социализме, внутренней и внешней политике СССР, советском образе жизни. В деятельности классиков марксизма-ленинизма наступательность полемики неизменно сочеталась с развитием революционной теории, позитивной разработкой проблем, по которым развертывается полемика. Иными словами, наступательность полемики, как и сама по-


19 Материалы XXVII съезда КПСС, с. 65, 136.

20 Критику этой позиции см.: Углублять перестройку, прибавить в работе. М. 1986, с. 44.

21 См. Материалы Всесоюзной научно-практической конференции, с. 43.

22 Подробнее см.: Прошунин Н. Ф. Ук. соч., с. 152 - 214 (раздел "Главный противник").

23 Правда, 28.XI.1986.

24 Военно-исторический журнал, 1985, N 6, с. 64 - 70; ср.: Новейшая буржуазная Историография ФРГ о причинах нападения фашистской Германии на Советский Союз. В кн.: Исторические записки. Т. 113.

25 Правда, 9.X.1981; 1, 6.II, 18.III, 12.V, 5, 9.VI.1987 (ср.: За рубежом, 1982, N 19, с. 17).

26 Aus Politik und Zeitgeschichte, 1986, N 10, S. 16 - 25.

27 Подробнее см.: Правда, 27.XI.1986; Московские новости, 19.VII.1987.

стр. 40


лемика, - это не самоцель, а средство. Цель же, по выражению Маркса", заключается в том, чтобы "добиться научной победы"28 .

Недостатки критики буржуазной историографии второй мировой войны в значительной степени связаны с непониманием социальных функций исторической науки. Как подчеркивалось на январском (1987 г.) Пленуме ЦК КПСС, осудив известную отдаленность обществоведов от запросов жизни, партия потребовала от них научного обеспечения мер по совершенствованию развивающегося социализма, укрепления сотрудничества политики и науки29 . А разработка практических рекомендаций и прогнозов общественного развития невозможна без глубокого осмысления исторического опыта, позитивного и негативного30 . Исследования историков должны способствовать ускорению социально-экономического прогресса в целом и всемерной реализации одного из преимуществ социализма - способности учиться на опыте прошлого31 . Партия требует, говоря ленинскими словами, обращаться к прошлому "с точки зрения того, что понадобится завтра или послезавтра для нашей политики", переносить центр тяжести "не столько на описание того, что мы пережили, сколько на те указания опыта, которые мы получаем и должны получать для нашей непосредственной практической деятельности"32 .

Научная и идеологическая функции в марксистско-ленинской историографии плодотворно взаимодействуют33 , в буржуазной - находятся в неразрешимом противоречии. Свойственная в первую очередь ее консервативному направлению дезинформация и честный поиск истины диаметрально противоположны. Это направление, господствующее в историографии большинства капиталистических стран, связано с империалистической пропагандой. Достаточно сопоставить консервативную трактовку истории Великой Отечественной войны, роли КПСС в обеспечении Победы со стремлением: антикоммунистических идеологов бросить тень на происходящие в СССР перемены, вбить клин между Коммунистической партией и советским народом34 . И все же было бы неверно отождествлять с империалистической пропагандой (как поступают некоторые наши историки) всю буржуазную историографию в целом35 . Не случайно в партийных документах фальсификация истории войны с полным основанием отнесена не к науке, а к пропаганде36 .

Непонимание крайне противоречивого характера буржуазной историографии и ее социальных функций - это следствие неумения, говоря ленинскими словами, "соединять противоположности". Но без такого умения не может быть никакого исследования, тем более научной критики. "Соединять противоположности" - это не только теоретическое положение материалистической диалектики, но и принцип деятельности КПСС37 . Социальный заказ, выполняемый буржуазной историографией, не ограничен пропагандой. Исторические изыскания используются также при разработке и проведении внутренней и внешней политики, в эконо-


28 Маркс К. и Энгельс Ф. Соч. Т. 29, с. 469.

29 См. Материалы Пленума Центрального Комитета КПСС 27 - 28 января. 1987 года, с. 16, 49, 56 - 57, 72, 77, 83, 87.

30 Правда, 11.XI.1986.

31 Материалы XXVII съезда КПСС, с. 23, 60, 72, 77, 93, 94, 163.

32 Ленин В. И. ПСС. Т. 38, с. 136; т. 39, с. 342; см. также: О журнале "Коммунист". Постановление ЦК КПСС. - Коммунист, 1986, N 12, с. 9 - 10; Новая и новейшая история, 1986, N 4, с. 75; N 5, с. 3; Материалы Пленума Центрального Комитета КПСС 27 - 28 января 1987 года, с. 15; Материалы Пленума Центрального Комитета, КПСС 25 - 26 июня 1987 года, с. 13.

33 См. Материалы XXVII съезда КПСС, с. 10, 72, 84 - 88, 183.

34 Вопросы истории КПСС, 1985, N 5, с. 91 - 105.

35 Правда и ложь о второй мировой войне. М. 1983, с. 325; Вопросы истории современной исторической науки. М. 1984, с. 73 - 76; 40 лет Великой Победы. М. 1987, с. 133 - 139. 177; ср.: Вопросы истории, 1987, N 4, с. 86.

36 Правда, 10.IV.1985.

37 Ленин В. И. ПСС. Т. 42, с. 211; Коммунист, 1986, N 12, с. 15.

стр. 41


мическом и военном строительстве. Так, в США соответствующие отделы созданы в обеих палатах конгресса, к услугам историков постоянно прибегают правительственные, в том числе военные, учреждения, частный бизнес, профсоюзы38 . Аналогичные тенденции наблюдаются и в ФРГ, где создан крупнейший в капиталистическом мире центр по исследованию истории второй мировой войны. Они усилились особенно на рубеже 70 - 80-х годов в связи с активизацией борьбы между силами реакции и прогресса.

Если консервативные историки стремятся при этом поставить опыт прошлого на службу военно-промышленному комплексу, то буржуазные историки либерального и особенно демократического направлений пытаются подчинить этот опыт интересам борьбы против милитаризма. В этой связи можно отметить стремление консерватора Г. Нипольда извлечь уроки из истории военных действии на советско-германском фронте39 ; аргументированную критику попыток американских консерваторов изучить фашистские скоротечные войны в статье буржуазных демократов У. Битцеля и В. Целлер 40 . Весьма показательно и то, что власти ФРГ высоко оценили роль В. Конце, А. Хильгрубера и других ведущих консервативных историков в государственной и общественной жизни страны41 . Разумеется, возможности буржуазных ученых в осмыслении исторического опыта, как и развитии научного знания вообще, ограничены и методологически, и идеологически. И тем не менее неверно считать, что все их попытки в этом смысле полностью бесплодны42 .

К сожалению, советские историки по-настоящему не изучили не только научную, но и идеологическую функцию буржуазной историографии второй мировой войны. Как правило, они лишь констатируют проявления антикоммунистической пропаганды. Но нам не известно, как взаимодействуют в капиталистическом мире исследовательские учреждения и средства массовой информации, какую роль играют буржуазные специалисты но истории войны в формировании политического сознания населения. У нас не стала еще предметом специального изучения и идеологическая роль историков и публицистов различных направлений и другие проблемы.

К критической литературе полностью относятся известные требования - исследовать предмет (явление) всесторонне, рассматривать его в развитии, изучать общее и особенное в нем, познавать его глубокую сущность. Необходимо видеть в историографии сложное и противоречивое явление, анализировать все ее аспекты: классовые, методологические, источниковые, организационные основы и их взаимодействие; социальные функции; развитие и расслоение, господствующие в ней концепции; испытываемые ею влияния других общественных наук; ее зарубежные связи и национальные особенности.

Соблюдение этих требований необходимо и при рассмотрении противоречивого освещения второй мировой войны, свойственного буржуазной историографии. Малейшее отступление от принципа всесторонности может привести к ошибке. Односторонняя, например, оценка западногерманской историографии повседневной жизни в фашистской Германии в заметке о 35-м съезде историков ФРГ43 . Ее автор учел только одну - слабую сторону этого нового явления, опираясь на материалы съезда и


38 См.: Коммунист, 1985, N 1, с. 101; Тишков В. А. Ук. соч., с. 81.

39 Niepold G. Mittlere Ostfront Juni 1944. Herford. 1985, S. 8, 247, 258.

40 Blatter fur deutsche und internationale Politik (BdiP), 1985, N 2, S. 152 - 168.

41 См.: Bulletin des Presse- und Informationsamtes der Bundesregierung, 1986, N 2, S. 12; Geschichte in Wissenschaft und Unterricht (GWU), 1986, N 2, S. 72.

42 Это подтверждается и другими исследованиями. См., напр.: Григорьева И. В. Источниковедение новой и новейшей истории стран Европы и Америки. М. 1984, с. 45 - 46, 199; Федоров В. П. ФРГ: 80-е годы. М. 1986, с. 39 - 40.

43 Новая и новейшая история, 1985, N 3, с. 213 - 214; ср.: там же, 1983, N 6, с 211 - 212.

стр. 42


отклики о литературе, опубликованные консервативными газетами44 . Между тем, как показывают специальные исследования, получившее в последние годы широкое развитие изучение обыденной жизни в Германии 1933 - 1945 гг. имеет в значительной мере научное и демократическое содержание, хотя соответствующая литература и не едина в методологическом и организационном отношениях. Ее нарочитое обращение к жизни и заботам "рядовых людей" в противоположность традиционному вниманию консервативных авторов к империалистической элите уже позволило внести уточнения в буржуазную трактовку фашизма и антифашизма. Так, подвергнут критике фашистский тезис о "народной общности" в Германии 1933 - 1945 гг., продвинулось изучение социальной политики фашизма, более полно показано немецкое движение Сопротивления, особенно его пассивные формы45 .

Всесторонне изучить литературу США, ФРГ, Англии, Франции о войне под силу лишь коллективам. Однако, обращаясь к той или иной стороне предмета, каждый отдельный ее критик должен исходить из представления о буржуазной историографии как явлении многостороннем, более активно опираться при этом на уже имеющиеся в СССР и других социалистических странах общие работы.

Научная критика и пропаганда не могут не учитывать, что буржуазные концепции постоянно меняются и возникает опасность ведения огня "по вчерашним целям"46 . Тем не менее в некоторых книгах мысль об эволюции буржуазной историографии звучит лишь как дежурная фраза, тогда как сам предмет критики представлен как нечто неизменяющееся" Ряд статей о буржуазной историографии второй мировой войны, вышедших в связи с 40-летием Победы, почти не отличается от работ, написанных 20 - 30 лет тому назад. Их авторы не учитывают, что ныне на буржуазную историографию уже не оказывают решающего влияния фашистская пропаганда и близкие к ней мемуары генералов вермахта, что примитивные суждения о единоличной ответственности Гитлера за войну, поражении, преступлениях, виновности СС, но не армии, непогрешимости германского генштаба, советско-германском пакте 23 августа 1939 г, как причине войны, незаконности партизанского движения были подвергнуты критике многими буржуазными историками еще в 60-е годы47 . Отметим, например, доклад Д. М. Глентца (США) о разгроме немецко-фашистских войск летом 1944 г. в Белоруссии, сделанный им на коллоквиуме советских и американских историков в Москве в 1986 году. Автор подверг обоснованной критике западногерманскую крайне консервативную концепцию Восточного похода вермахта и нарисовал сравнительно объективную картину действий Красной Армии. В наше время концепции истории второй мировой войны многих консерваторов стали несравненно более сложными, чего, к сожалению, не замечают некоторые советские историки48 .

Научная переориентация многих буржуазных авторов стала наблюдаться с 60 - 70-х годов. Существенно изменилась, например, трактовка.


44 Ср.: ZfG, 1984, N 7. S. 597, 600 - 601; Коммунист, 1986, N 1, с. 106 - 107.

45 См.: Освещение в ФРГ истории германского фашизма и антифашистского сопротивления. Вопросы методологии. - Новая советская литература по общественным наукам. История. Археология. Этнография, 1986, N 8, с. 59.

46 См. Обострение идеологической борьбы на мировой арене и политическое воспитание трудящихся. М. 1983, с. 29.

47 Подробнее см.: Военно-исторический журнал, 1984, N 12, с. 71; ZfG, 1982, N 10/11.S. 1051; Einheit, 1984, N 4, S. 361.

48 См. напр.: О прошлом во имя будущего. М. 1985. с. 10; Вторая мировая война. Итоги и уроки. М. 1985, с. 378 - 379, 382; Экономическая история СССР. М. 1987, с. 260; Доклад Глентца вызвал разноречивые отклики. Некоторые советские исследователи полагают, что он преследует антисоветские цели, способствует подготовке Соединенными Штатами войны против СССР (Военно-исторический журнал, 1987, N 3, с. 91 - 95), другие дают более объективную оценку (Вопросы истории, 1987, N 4, с. 158).

стр. 43


фашизма умеренными консерваторами49 . Тем не менее ряд советских историков полагает, что буржуазные авторы до сих пор, как и в годы "холодной войны", отрицают связь монополий с фашизмом50 . На самом деле, большинство этих авторов констатирует связь фашизма со старой германской элитой - владельцами крупных монополий, юнкерством, чиновничеством штатским и военным51 . Часть буржуазных историков не скрывает и капиталистической природы фашизма52 . Все это делается, конечно, непоследовательно, но и не замечать этого нельзя.

Среди советских ученых нет единого мнения о ходе развития буржуазной историографии второй мировой войны. Ряд авторов подчеркивает постоянное ее движение вправо, усиление ее реакционности53 . Такое представление связано с тезисом о всей буржуазной историографии - от консервативной до демократической - как инструменте империализма и не согласуется с той оценкой современного капиталистического мира, которая была дана на XXVII съезде КПСС. Там отмечалось существенное поправение политики некоторых капиталистических стран, рост агрессивности реакционных кругов. Но съезд подчеркивал наряду с этим и противоположные тенденции - растущий потенциал мира, в том числе антивоенные движения широчайших народных масс и не только пролетарских на всех континентах, движения, которые стали долговременным и влиятельным фактором общественной жизни54 .

Историография в целом не может постоянно становиться все более реакционной и одновременно сохранять определенные научные потенции. Можно констатировать поправение ряда ведущих буржуазных историков, например, К. Д. Брахера (ФРГ), который от критики доктрины тоталитаризма перешел к активной ее защите. О большинстве же консерваторов можно сказать, что они перешли к тактике полуправды, которая опаснее примитивной лжи. Критика их работ требует поэтому несравненно больших знания и умения. В новых условиях к тактике лавирования стали прибегать даже некоторые неофашистские публицисты. Подчас они отказываются от категорического и ложного суждения о том, что ни один из немцев не повинен в войне и злодеяниях фашистов. Так, в N 3 за 1985 г. неофашистского журнала "Freiwillige" выражено мнение об обоюдной вине за преступления обеих воевавших сторон. При этом показан - со ссылками на Гаагские конвенции - преступный характер приказа фашистских властей о немедленном уничтожении пленных - политических работников Красной Армии.

Новейшая умеренно-консервативная концепция истории минувшей войны наряду с искажениями содержит и некоторые объективные элементы, в том числе заимствованные из марксистско-ленинской историографии. Как подчеркивает один из советских историков, "сейчас на Западе становится все меньше авторов, которые вообще отрицали бы важность вклада СССР в общую победу" антифашистской коалиции55 . К новейшим тенденциям в буржуазной историографии войны необходимо отнести также активизацию либеральных и демократических историков, рост внимания представителей немарксистских направлений к методологическим, источниковедческим, историографическим проблемам; усиление влияния


49 См.: Вопросы истории, 1969, N 11, с. 83; 1985, N 7, с. 159.

50 См. напр., там же, 1981, N 3, с. 75; ср.: 1986, N 1, с. 156 - 157.

51 См. напр.: Das Deutsche Reich und der Zweite Weltkrieg. Stuttgart. Bd. 1. 1979; Bd. 4. 1983; Deutscher Konservatismus im 19. und 20. Jahrhundert. Bonn. 1983.

52 См. напр.: Hildebrand K. Das Dritte Reich. Munchen. 1979, S. 127; Kolb E. Die Weimarer Republik. Miinchen. 1984, S. 211, 215.

53 См. напр.: Бессмертие всенародного подвига. М. 1985, с. 87; Буржуазная историография второй мировой войны, с. 63, 162; Новая и новейшая история, 1987, N 3, с. 90.

54 Материалы XXVII съезда КПСС, с. 14, 62, 131, 137, 181 - 182; Правда, 20. 1987.

55 Якушевский А. С. Правде вопреки. Киев. 1981, с. 44.

стр. 44


марксистско-ленинской исторической науки на буржуазную историографию56 .

Некоторые советские авторы признают "определенные успехи" буржуазной историографии лишь "в чисто техническом и процедурном (?) отношениях" и утверждают, что "определенная доля объективности используется" лишь "для того, чтобы предстать перед читателями беспристрастными исследователями"57 . В энциклопедии "Великая Отечественная война" из тысяч трудов немарксистских историков о войне отмечено "стремление к научному исследованию" лишь в работах Э. Костантини, и в "какой-то степени" М. Кейдина, К. Рейнхардта и Дж. Эриксона. "Остальная литература, - по утверждению одного из авторов этого издания, - грубо искажает историю войны"58 . Между тем немарксистские историки ведут научный поиск, и не всегда тщетный. В некоторых областях знания они добиваются определенных результатов. Именно поэтому в буржуазной историографии второй мировой войны медленно, но все же усиливаются реалистические тенденции59 .

Элементы новизны заметны ныне в освещении буржуазными историками генезиса войны, целей и других аспектов внешней политики фашизма, преемственности германского милитаризма от Бисмарка до Гитлера, роли различных групп правящей верхушки, авантюризма немецко-фашистского военно-политического руководства, истории Сопротивления и места в нем КПГ60 . Особо следует выделить весьма большую литературу об экономике третьего рейха61 . Эта тема в советской историографии изучена слабо, что затрудняет анализ военно-экономического противоборства СССР и фашистской Германии. Для его исследования могут и должны быть использованы работы немарксистских ученых.

Многие советские исследователи истории второй мировой войны достаточно дифференцированно подходят к разным направлениям немарксистской историографии. В изучении расслоения западных историков достигнуты уже определенные успехи. Однако в некоторых работах о буржуазной историографии по-прежнему присутствует упрощенное представление о позициях зарубежных авторов, что наиболее ярко проявляется в недооценке либерального и демократического ее направлений. Это, в частности, отмечалось рецензентами книги "Буржуазная историография второй мировой войны"62 . И в ряде других трудов анализ освещения войны, особенно западными учеными-демократами, явно отстает от современных требований, ведется без учета влияния широких народных антивоенных движений63 .

Демократические тенденции в буржуазной историографии не исчезали


56 См.: Коммунист, 1986, N 1, с. 106; Новая и новейшая история, 1987, N 4, с. 68 - 70.

57 Военно-исторический журнал, 1984, N 12, с. 68; Общественные науки, 1985, N 1, с. 132.

58 Великая Отечественная война. Энциклопедия. М. 1985, с. 308 - 309.

59 См. Вопросы истории КПСС, 1985, N 5, с. 105.

60 См. напр.: Fischer F. Bundnis der Eliten. Dusseldorf. 1979; Wippermann W. Europaischer Faschismus im Vergleich 1922 - 1982. Frankfurt a/M. 1983; Thielenhaus M. Zwischen Anpassung und Widerstand. Padeborn. 1984; Broszat M. Zur Sozialgescblchte des deutschen Widerstandes. - Vierteljahreshefte fur Zeitgeschichte, 1986, N 3.

61 Teichert E. Autarkie und Grossraumwirtschaft in Deutschland. 1930 - 1939. Munchen. 1984; Herbert U. Fremderarbeiter. Brl.(W). 1986; Industry and Politics in Third Reich. Wiesbaden. 1985; Die Menschen machen ihre Geschichte. Brl.(W). 1985; ср.: Harrison M. Soviet Panning in Peace and War. 1938 - 1945. Lnd. 1985; Perrey H. Der Russlandausschuss der deutschen Wirtschaft. Munchen. 1985; Deutschland. Portrat einer Nation. Bd. 3. Gutersloh. 1985; Fear J. Die Rustungsindustrie im Gau Swaben. 1939 - 1945. - Vierteljahrshefte fur Zeitgeschichte, 1987, N 2.

62 См. Новая и новейшая история, 1986, N 5, с. 186.

63 Ср.: Вопросы истории, 1986, N 3, с. 173 - 179, 193 - 194; N 6, с. 155 - 164; Буржуазная историография Западной Европы и США проблем новой и новейшей истории (XIX - XX вв.). Сыктывкар. 1986, с. 26 - 27, 35 - 37; Deutsche Demokraten. Die nichtproletarischen Krafte in der deutschen Geschichte. 1830 - 1945. Brl. 1982.

стр. 45


в годы "холодной войны", в последние же десятилетия они значительно усилились. Это видно на примере изложения истории минувшей войны в журнале "Blatter fur deutsche und internationale Politik" (ФРГ) в 1985 году. Авторы его не отличаются едиными мировоззрением и методологией. Среди них левые социалисты В. Абендрот и Р. Кюнль, юрист-демократ Г. Штуби, теологи В. Крек, Д. Зееле и др. В статьях этих историков есть ошибочные или неточные положения, например, тезис о "духе самопожертвования народов Советского Союза как главном источнике" его победы64 . Так невольно затушевываются реальный вклад СССР в разгром фашизма и преимущества социалистического строя. Но взгляды авторов западногерманского журнала на историю в целом во многом близки к научным.

В принципе они верно оценивают фашизм как порождение капитализма, пакт о ненападении, "заключенный СССР под угрозой политической изоляции и антисоветской войны со стороны Германии и Японии", агрессию против СССР "как наиболее чудовищную в новое время войну в целях завоевания, порабощения и уничтожения"65 , авантюризм доктрины скоротечной войны и социально- экономические мотивы ее применения фашистской Германией в 1939 - 1941 годах. Дело в том, что немецко-фашистское руководство стремилось избежать длительной войны. К ней Германия не была подготовлена, в частности вследствие ограниченности своей экономической базы. Журнал вскрывает стремление реакционных кругов США и Англии "максимально ослабить своего советского союзника" и затянуть открытие второго фронта. Не без основания огромные потери СССР авторы связывают с этой антисоветской тенденцией. В то же время авторы западногерманского журнала положительно оценивают значение антигитлеровской коалиции в целом. Они отвергают тезис консерваторов о ней как "несвятом и даже противоестественном альянсе" и называют ее "союзом понимания и человечности", ссылаясь, в частности, на гуманное отношение победителей к побежденным66 .

Буржуазные историки-демократы довольно объективно объясняют исход войны. Они отмечают противоречие между "безграничными завоевательными целями и ограниченными возможностями Германии"67 ; роль индустриализации и коллективизации в обеспечении победы СССР в войне. Хотя большинство буржуазных авторов приняло геббельсовскую версию того, что произошло в Катыни, эти историки показывают, что в действительности за это преступление отвечают германские фашисты68 . В целом объективно освещены в статьях журнала итоги войны. Прогрессивные позиции занимают его авторы в дискуссии, развязанной реакционерами по вопросу, что произошло в мае 1945 г.: "освобождение от фашизма или величайшее в европейской истории бедствие". "Германская катастрофа, - по мнению Д. Зееле, - началась в 1933 г. и кончилась в 1945 г.; германское же освобождение началось 8 мая 1945 г. и до сих пор еще не закончено". Автор имеет в виду "ремилитаризацию Западной Германии", "антикоммунистические тенденции в политике правящих кругов ФРГ"69 . Внимание историков-демократов привлекает история "холодной войны". В числе ее причин они называют усиление антисоветизма, уверенность США в своем военном превосходстве (после атомных бомбардировок Хиросимы и Нагасаки), недооценку ими могущества СССР70 . Обращение этих авторов к истории войны органически связано с их современной активной позицией в борьбе за мир. Они формулируют


64 BdiP, 1985, N 5, S. 415.

65 Ibid., N 4, S. 412.

66 Ibid., N 3, S. 336.

67 Ibid., N 2, S. 155.

68 Ibid., N 8, S. 972.

69 Ibid., N 3, S. 329.

70 Ibid., S. 336; N 4, S. 413, 417; N 8, S. 975.

стр. 46


главный урок прошлого: "Никогда больше войны и фашизма!"; осуждают размещение американских ракет в ФРГ, проповедь "открытого германского вопроса", видят будущее страны во взаимопонимании с СССР и США. Предостерегая против возрождения "холодной войны", они выступают за укрепление процесса, начатого конференцией представителей 35 стран в Хельсинки, считая ее "новой антигитлеровской коалицией"71 . Буржуазные демократы подвергают критике стремление милитаристов США воспользоваться опытом фашистов72 . И, главное, они разоблачают "антикоммунистический синдром, вследствие которого вопреки протесту многих миллионов сторонников мира не удается прекратить безумную гонку вооружений"73 .

КПСС настоятельно требует "учиться отвечающим духу времени формам солидарности, диалогу и сотрудничеству различных общественных сил, течений, движений"74 . В научном и идейно-политическом отношениях очень важно поэтому разработать и строго дифференцированные приемы полемики с инакомыслящими75 . Требование изучать в каждом предмете общее и особенное обязывает соответствующим образом подходить и к историографиям различных государств. Такая задача поставлена, но в решении ее, особенно в литературе о минувшей войне, к сожалению, сделаны лишь первые шаги. Аналогичное положение сложилось и в анализе методологических основ буржуазной историографии. Наблюдаются слабая координация деятельности историков и философов в области критики буржуазного обществознания, разбор новейших политико- философских доктрин империалистической буржуазии производится без учета их влияния на буржуазную историографию.

Нуждаются в разработке и некоторые другие приемы анализа взглядов буржуазных авторов. В первую очередь необходимо отказаться от практики, которую Ленин характеризовал словами "сам себе рисует "врага"76 . Ряд советских историков в соответствии с заданной схемой склонны подбирать более или менее удачные иллюстрации из доступных им зарубежных изданий, другие произвольно трактуют те или иные книги. Так, неверно оценивается т. 4 десятитомника "Германская империя и вторая мировая война" (ФРГ)77 . Он содержит наиболее полное в буржуазной литературе изложение начала Великой Отечественной войны (1941 г.). Написанный историками- консерваторами, в том числе и таким крайним, как И. Гоффманн, том, разумеется, не свободен от антинаучных и антисоветских положений. Но рецензенты, выступавшие в нашей печати с его анализом, не только не замечают ничего, кроме этих тенденций, но и находят их не там, где они есть. Так ошибочно переводится даже название этого тома: не "нападение", а "наступление на СССР"; и на этом основании утверждается, что в томе "протаскивается" фашистский вымысел о "превентивной войне". На самом деле автор соответствующей главы и заключения Ю. Фёрстер по крайней мере не разделяет этого вымысла. Он считает, что "Москва не имела наступательных намерений на 1941 г. и делала все, чтобы не дать Берлину повода для нападения". Фёрстер показывает захватнические цели фашистской Германии в Восточной Европе, отвергает мысль о "психопатологии одного Гитлера" как причине антисоветской войны и констатирует "сотрудни-


71 Ibid., N 3. S. 315, 323, 338.

72 Ibid., N 1, S. 152 - 168.

73 Ibid., N 1, S. 59. См. также: Der Weg ins Dritte Reich. Munchen. 1983, S. 196 - 214; Hauptsache Frieden. Frankfurt a/M. 1985.

74 Правда, 7.XI.1986.

75 Прошунин Н. Ф. Ук. соч., с. 38сл.

76 Ленин В. И. ПСС. Т. 31, с. 301; подробнее критику таких приемов см.: Прошунин Н. Ф. Ук. соч., с. 303сл.

77 См. напр.: Научный коммунизм, 1985, N 2, с. 117 - 118; Вопросы истории, 1986, N 12, с. 158.

стр. 47


чество партии, вермахта, экономики и государственного аппарата" нацистской империи78 . Рецензент утверждает, что в томе "проигнорированы" срыв плана скоротечной войны и переход инициативы в итоге битвы под Москвой к Красной Армии79 . Но авторы введения, соответствующей главы и заключения тома (М. Мессершмидт, Э. Клинк, Ю. Фёрстер) вполне определенно пишут о "захвате Красной Армией стратегической инициативы", провале плана "Барбаросса" еще "до начала наступления вермахта на Москву, Ленинград и Ростов". Они подчеркивают также, что поражение под Москвой "повернуло ход войны", "поставило вермахт перед катастрофой", а на рубеже 1941 - 1942 гг. "наиболее отчетливо проявился разрыв между желаниями и возможностями германского государства, как никогда в его истории", и в тот момент потерпела крах фашистская программа мирового господства80 .

В рецензии на упоминавшуюся выше книгу "Поворот в войне"81 тоже дана в целом негативная оценка этого издания. В действительности, наряду с антинаучными оно содержит и объективные суждения о генезисе, ходе и исходе войны. Рецензент в другой своей статье пишет, что А. Хильгрубер "полностью замалчивает" поддержку западными державами агрессивной политики Германии в предвоенные годы. Однако в книге этого умеренно-консервативного историка "Роль Германии в предыстории обеих мировых войн", на которую ссылается наш автор, более или менее четко показывается позиция Англии и Франции. Нельзя также согласиться и с его утверждением, что "отрицание" буржуазными историками "реальности союза" Германии, Японии, Италии преследует цель снять с этих государств ответственность за мировой военный конфликт. И Б. Мартин и Г. -А. Якобсен, на которых ссылается автор, во многих своих трудах недвусмысленно показывают эту ответственность. Хотя Мартин и называет "фикцией" тезис Нюрнбергского процесса о "совместном заговоре против мира", в его работе приведен материал, который вопреки этому подтверждает вполне реальное взаимодействие германского и японского агрессоров82 .

КПСС восстановила ленинскую традицию вскрывать недостатки в нашей работе, не оглядываясь на буржуазных оппонентов. Многие из них, как известно, стремятся использовать эти недостатки в антисоветских целях83 . Особенно это относится к слабым сторонам нашей критической литературы. Еще раз подтверждается мысль Ленина о том, что неквалифицированная критика буржуазных взглядов ослабляет собственные теоретические позиции, предоставляет оружие в руки противников социалистической идеологии84 . Некорректное обращение ряда советских историков с зарубежной литературой (неточное цитирование, ошибки, связанные с незнанием языков, и др.) уже замечено на Западе85 . Однако мы выступаем против тенденциозных попыток ряда буржуазных ученых распространить такие замечания на всю советскую литературу в целом.

В некоторых трудах, посвященных анализу работ зарубежных авторов о второй мировой войне, встречается связанный с фактографизмом


78 Das Deutsche Reich und der Zweite Weltkrieg. Bd. 4, S. XVI - XVII, 443 - 444, 1079, 1082, 1092.

79 Величие подвига Москвы. М. 1985, с. 210; Вопросы истории, 1986, N 12, с. 158.

80 Das Deutsche Reich und der Zweite Weltkrieg. Bd. 4, S. XVII - XIX, 18 - 25, 36 - 37, 1085 - 1087.

81 См. Вопросы истории, 1985, N 7, с. 162 - 164.

82 См.: Буржуазная историография второй мировой войны, с. 213, 231 - 232 и др.; Hillgruber A. Deutschlandrolle in der Vorgeschichte der beiden Weltkriege. Gottingen. 1979, S. 80 - 82, 88 - 89, 93 - 96.

83 Подробнее см.: Коммунист, 1984, N 18, с. 21.

84 См. Ленин В. И. ПСС. Т. 50, с. 182 - 183.

85 См. напр.: Kriegswende. Koblenz. 1984; Geschichte in Wissenschaft und Unterricht, 1986, N 4, S. 234; Soviet Studies in History. Winter 1985 - 1986. Vol. XXIV, N 3, pp. 4, 5, 7, 21, 22, 77.

стр. 48


прием простого соположения ложного суждения с истинным86 . Он применим при исправлении частных ошибок, но бесплоден при решении более сложных задач научной критики. И в исследовательских, и в пропагандистских целях необходим анализ и не только самого ложного суждения, но и его классовых, гносеологических, источниковых основ. Научный подход требует выяснения "теоретических корней ошибок"87 . Имея в виду софизмы буржуазной пропаганды, Ленин писал: мы их "не разбираем заранее", "отделываемся по отношению к ним дешевой, хвастливой и совершенно пустой фразой"88 . Эти слова невольно приходят на память, когда в работах некоторых советских историков повторяются давно ставшие штампами выражения: "тщетные потуги", "шараханье", "с ног на голову", "отбило память", "зловонный образ"89 . Учитывая возрастающую роль научной критики, необходимо всерьез задуматься о повышении социальной ответственности авторов работ о буржуазной историографии.

Давно назрела проблема увеличения числа ученых, которые действительно участвуют в критике немарксистских трудов по истории второй мировой войны90 . И дело здесь не только в количестве. Специалисты различных областей науки, несомненно, подняли бы эффективность критического анализа. Было бы устранено весьма странное положение, когда знатоки, например, боевых действий на Курской дуге и буржуазной историографии этого события не объединены в одном лице. Высказанное на Всесоюзной научно- практической конференции 1984 г. требование - нельзя считать завершенным ни одно обществоведческое исследование, пока его автор не подвергнет аргументированной критике соответствующие чуждые взгляды91 , - должно стать руководством к действию для всех советских историков. Критика буржуазных работ - профессиональный и гражданский долг советских историков, поскольку авторы этих работ часто выступают при разработке ряда тем в качестве и научных предшественников, и идейно-политических оппонентов. Но потребность в специалистах-историографах в связи с этим не исчезнет. Они могут сосредоточиться на общем изучении историографии как важного феномена социальной мысли современного капиталистического общества, а также дальнейшем совершенствовании дела научной критики и информации.

Необходимо повысить соответствующие требования к диссертациям и монографиям. Было бы целесообразно, например, принимать их к защите или опубликованию лишь при наличии в них самостоятельного анализа буржуазных и социал-реформистских концепций. Встают также вопросы и о языковой подготовке сотрудников АН СССР и преподавателей высшей школы, о существенном расширении возможностей библиотек, обладающих фондами новейшей зарубежной литературы. Не следует ли объединить в одних руках их комплектование? Едва ли оправдано приобретение одних и тех же малозначительных книг несколькими библиотеками при отсутствии нужных изданий одновременно во всех библиотеках.

Выдвигается также задача проанализировать нашу критическую литературу о наиболее крупных немарксистских течениях в мировой науке для того, чтобы подвести итоги этой важной работы и определить перспективы дальнейших исследований. Это помогло бы исключить элементы


86 См.: Вестник Ленинградского университета, 1985, N 6, с. 3 - 7; Военно- исторический журнал, 1985, N 8, с. 56 - 62.

87 Ленин В. И. ПСС. Т. 42, с. 286.

88 Там же. Т. 45, с. 319 - 320.

89 См.: Новая и новейшая история, 1985, N 1, с. 164; Философские науки, 1985, N 3, с. 5 - 18; Коренной перелом во второй мировой войне, с. 50; Фролов М. И. Тщетные потуги. Л. 1986.

90 Подробнее см.: Вопросы истории, 1985, N 1, с. 121.

91 См. Материалы Всесоюзной научно-практической конференции, с. 115.

стр. 49


стихийности в выборе исследовательских тем, расходование научных сил на повторение пройденного.

Из требования XXVII съезда КПСС о повышении эффективности идеологической и исследовательской деятельности непосредственно вытекает задача постоянно изучать действенность нашей научной критики. До сих пор эта задача не была поставлена, не разработана и методика этой работы. Важно также позаботиться о том, чтобы наши критические труды получили распространение за рубежом, в первую очередь в капиталистическом мире. Иначе полемика останется во многом и неэффективной, и ненаступательной. Внутри страны научная критика зарубежных работ по истории еще очень слабо влияет на публицистику, телевизионные и радиопередачи. В военно- исторической пропаганде преобладает пока описание частных эпизодов вне связи с трактовкой главных проблем истории второй мировой войны; критика соответствующих тезисов реакционной историографии не ведется. Значительная часть этих тезисов еще не подвергнута аргументированному анализу. Среди них антикоммунистические суждения о советско-германском пакте 23 августа 1939 г, как "разделе" Польши92 , причинах поражения Красной Армии в 1941 и 1942 гг., коллаборационизме на оккупированных территориях СССР, его людских потерях, о советских военнослужащих, попавших в фашистский плен, немецких военнопленных в СССР.

Целесообразно привлечь внимание исторических журналов к научной критике и пропаганде, повысить их требования к профессиональному уровню критических статей, обзоров и рецензий, публиковать статьи о методах критики, проявить заботу об анализе методологических основ немарксистской историографии и в этих целях координировать усилия советских историков, философов, социологов, экономистов. В значительной степени способствовало бы делу систематическое проведение научно-практических конференций историков и других обществоведов, работников культуры, средств массовой информации для обмена опытом критики буржуазного обществознания.

В условиях революционной перестройки советского общества и небывало острого противоборства на мировой арене сил прогресса и социального реванша задачи критики в научном познании и идеологии чрезвычайно возросли. Она сможет их выполнить, лишь постоянно совершенствуя свои подходы и приемы.


92 Ср.: Военно-исторический журнал, 1986, N 1, с. 59 - 65.

Orphus

© biblioteka.by

Permanent link to this publication:

https://biblioteka.by/m/articles/view/О-КРИТИКЕ-БУРЖУАЗНОЙ-ИСТОРИОГРАФИИ-ВТОРОЙ-МИРОВОЙ-ВОЙНЫ

Similar publications: LRussia LWorld Y G


Publisher:

Беларусь АнлайнContacts and other materials (articles, photo, files etc)

Author's official page at Libmonster: https://biblioteka.by/Libmonster

Find other author's materials at: Libmonster (all the World)GoogleYandex

Permanent link for scientific papers (for citations):

А. Н. МЕРЦАЛОВ, О КРИТИКЕ БУРЖУАЗНОЙ ИСТОРИОГРАФИИ ВТОРОЙ МИРОВОЙ ВОЙНЫ // Minsk: Belarusian Electronic Library (BIBLIOTEKA.BY). Updated: 09.02.2019. URL: https://biblioteka.by/m/articles/view/О-КРИТИКЕ-БУРЖУАЗНОЙ-ИСТОРИОГРАФИИ-ВТОРОЙ-МИРОВОЙ-ВОЙНЫ (date of access: 15.12.2019).

Publication author(s) - А. Н. МЕРЦАЛОВ:

А. Н. МЕРЦАЛОВ → other publications, search: Libmonster BelarusLibmonster WorldGoogleYandex

Comments:



Reviews of professional authors
Order by: 
Per page: 
 
  • There are no comments yet
Related topics
Publisher
Беларусь Анлайн
Минск, Belarus
132 views rating
09.02.2019 (309 days ago)
0 subscribers
Rating
0 votes

Related Articles
Как выбрать хорошее бюро переводов?
11 days ago · From Беларусь Анлайн
ЛИБЕРАЛИЗМ КАК ПРОБЛЕМА СОВРЕМЕННОЙ ЗАПАДНОЙ ИСТОРИОГРАФИИ
Catalog: История 
40 days ago · From Беларусь Анлайн
МЕМУАРЫ НИКИТЫ СЕРГЕЕВИЧА ХРУЩЕВА
Catalog: История 
40 days ago · From Беларусь Анлайн
ТЕХНОЛОГИЯ ВЛАСТИ. ПРОДОЛЖЕНИЕ
41 days ago · From Беларусь Анлайн
МАКС ВЕБЕР И СОЦИАЛЬНАЯ ИСТОРИЯ
41 days ago · From Беларусь Анлайн
МОИ ЗАМЕТКИ. ПРОДОЛЖЕНИЕ
Catalog: История 
41 days ago · From Беларусь Анлайн
ЦИК СОВЕТОВ НАКАНУНЕ ПЕТРОГРАДСКОГО ВООРУЖЕННОГО ВОССТАНИЯ
Catalog: История 
41 days ago · From Беларусь Анлайн
Р. А. КИРЕЕВА. К. Н. БЕСТУЖЕВ-РЮМИН И ИСТОРИЧЕСКАЯ НАУКА ВТОРОЙ ПОЛОВИНЫ XIX В.
Catalog: История 
41 days ago · From Беларусь Анлайн
ТЕХНОЛОГИЯ ВЛАСТИ
41 days ago · From Беларусь Анлайн
ПРОТОКОЛЫ ЦК КАДЕТСКОЙ ПАРТИИ ПЕРИОДА ПЕРВОЙ РОССИЙСКОЙ РЕВОЛЮЦИИ
41 days ago · From Беларусь Анлайн

Libmonster, International Network:

Actual publications:

LATEST FILES FRESH UPLOADS!
latest · Top
 

Actual publications:

Latest ARTICLES:

Latest BOOKS:

Actual publications:

BIBLIOTEKA.BY is a Belarusian open digital library, repository of author's heritage and archive

Register & start to create your original collection of articles, books, research, biographies, photographs, files. It's convenient and free. Click here to register as an author. Share with the world your works!
О КРИТИКЕ БУРЖУАЗНОЙ ИСТОРИОГРАФИИ ВТОРОЙ МИРОВОЙ ВОЙНЫ
 

Contacts
Watch out for new publications:

About · News · For Advertisers · Donate to Libmonster

Biblioteka ® All rights reserved.
2006-2019, BIBLIOTEKA.BY is a part of Libmonster, international library network (open map)
Keeping the heritage of Belarus


LIBMONSTER NETWORK ONE WORLD - ONE LIBRARY

US-Great Britain Sweden Portugal Serbia
Russia Belarus Ukraine Kazakhstan Moldova Tajikistan Estonia Russia-2 Belarus-2

Create and store your author's collection at Libmonster: articles, books, studies. Libmonster will spread your heritage all over the world (through a network of branches, partner libraries, search engines, social networks). You will be able to share a link to your profile with colleagues, students, readers and other interested parties, in order to acquaint them with your copyright heritage. After registration at your disposal - more than 100 tools for creating your own author's collection. It is free: it was, it is and always will be.

Download app for smartphones