Libmonster ID: BY-1508
Author(s) of the publication: Л. И. ГИНЦБЕРГ

© 2005 г.

Германия, ее история и культура были приоритетными темами изысканий российских историков и во времена царизма, и при советской власти. Две мировые войны, в которых Россия и Германия являлись противниками, не только не помешали подобному интересу, но, наоборот, способствовали ему, ибо добавили к другим сюжетам исследование военной стороны отношений двух наших стран, что с особенной силой сказалось в огромном количестве изданий разного рода, посвященных различным аспектам второй мировой войны и нацизма.

В послевоенные годы с созданием Германской Демократической Республики завязались личные связи между историками двух наших стран. Аналогичные связи существовали и в ранние времена, в частности в 20-х - начале 30-х годов, когда Советская Россия находилась в дружественных отношениях с Веймарской Германией, но они были полностью прерваны после прихода Гитлера к власти, не скрывавшего своих намерений напасть на СССР и проповедовавшего идеологию диаметрально противоположную той, которая господствовала в СССР. Возродить былые связи историков в новых условиях, существенно более благоприятных для этого, чем за четверть века до того, становилось насущной необходимостью. Число историков, занимавшихся разработкой истории Германии, всегда было в нашей стране значительным, а в последние годы оно существенно выросло, ибо появились такие новые для исследователей проблемы, как причины появления фашизма в Германии и его успехов в завоевании массовой базы, его крупных военных побед над рядом европейских стран и в сражениях первых лет войны с СССР, колоссальных потерь Красной Армии на первом этапе войны против немецко-фашистской агрессии.

Идея сближения историков СССР и ГДР, таким образом, ко второй половине 50-х годов назрела. С инициативой такого рода первым выступил известный ученый-германист А. С. Ерусалимский. Это был человек, хорошо известный не только в нашей стране, но и за ее рубежами. Накануне Великой Отечественной войны он являлся издателем и автором вступительной статьи к русскому изданию "Мыслей и воспоминаний" О. Бисмарка, которое было призвано показать Гитлеру и другим нацистским главарям точку зрения Бисмарка на отношения с Россией, которые великий государственный деятель предупреждал ни в коем случае не доводить до войны. А. С. Ерусалимский был блестящим публицистом, в довоенные годы разоблачавшим агрессивные замыслы германского фашизма против различных стран Европы, а в годы Великой Отечественной войны заведовал иностранным отделом центральной армейской газеты "Красная Звезда", на страницах которой давал оперативный отпор внешнеполитическим маневрам германского фашизма, направленным на раскол антигитлеровской коалиции. Наградой для советского историка и публициста стало присутствие на историческом акте подписания Германией безоговорочной капитуляции, признания фашистскими главарями своего тотального поражения, во что свою лепту внес и советский ученый-антифашист.


Гинцберг Лев Израилевич - доктор исторических наук.

стр. 152


В 1955 г. А. С. Ерусалимский выехал в Берлин, где работал год. Целью его длительного пребывания в ГДР было близкое знакомство с молодыми историками ГДР, ознакомление их со своими методами разработки тех или иных исторических сюжетов, со своим опытом создания тех или иных исследований по истории Германии. Об этой деятельности А. С. Ерусалимского в качестве наставника молодых историков, только начинавших свой путь в науке, а в последующем ставших основными кадрами специалистов в этой области, свидетельствуют их опубликованные воспоминания, в которых они высказывают свое восхищение педагогическим мастерством советского профессора и глубокую благодарность за то, что А. С. Ерусалимский дал своим немецким подопечным.

За год, проведенный в ГДР, А. С. Ерусалимский обстоятельно познакомился с ситуацией в деле изучения истории, прежде всего истории Германии, с имеющимися возможностями в этом направлении. Он пришел к выводу, что существует возможность активизации работы в данной области, и объединение усилий наших стран в этом направлении будет способствовать успеху.

Итогом усилий А. С. Ерусалимского стало создание Комиссии историков СССР и ГДР, первая научная конференция которой состоялась в 1957 г. в Берлине. Председателем ее советской секции закономерно стал Е. С. Ерусалимский, немецкую секцию возглавил известный ученый-антифашист Лео Штерн, в то время ректор университета в г. Галле, издатель многотомного сборника документов по истории германского рабочего движения. Австриец по происхождению, Л. Штерн учился в Венском университете, но после антифашистского выступления в Вене в 1934 г. вынужден был эмигрировать и поселился в СССР. В годы Великой Отечественной войны участвовал в боях в качестве офицера Красной Армии. После окончания войны обосновался в Восточной Германии и продолжил научную карьеру. Родной брат Лео Штерна Манфред в 1923 г. участвовал в Гамбургском восстании, а в 1936 г. стал одним из главных военных специалистов Испанской республики и сыграл решающую роль в обороне Мадрида в конце этого года (вскоре был отозван в Москву и погиб в ГУЛАГе).

Комиссия историков СССР и ГДР практиковала разные формы деятельности. Важную роль в ней играли конференции, которые проводились попеременно в каждой из стран. Они проходили не только в Москве и Берлине, но и в других городах наших стран - Ленинграде, Таллинне, Тбилиси, некоторых других столицах союзных республик. Такая же смена городов, где происходили конференции комиссии, имела место в ГДР. Чаще других местом их проведения являлся Берлин, но некоторые из них проходили, например, в Лейпциге и Дрездене, Зуле (крайняя южная точка бывшей ГДР на границе с Баварией), и других. Целью этих перемещений было познакомить гостей той или иной страны с различными городами, их достопримечательностями, культурными ценностями разных городов, вызвать интерес их населения к истории. Для небольших городов ГДР, которые становились местами конференции Комиссии историков, это становилось событием, привлекающим внимание и интерес общественности, в меньшей степени это можно оказать в отношении столиц союзных республик СССР.

Для советских германистов участие в конференциях комиссии, происходивших в ГДР, означало знакомство с различными местностями и городами республики. Среди них можно назвать города, вошедшие в историю Германии и ее рабочего движения. Таковы, например, Гота и Эрфурт, где были приняты известные программы германской социал-демократии. В каждом из этих и других городов проходили интересные встречи с местной интеллигенцией, представители которой живо интересовались тем, что происходит в СССР. В небольшом городке Мейнингене, который мы проезжали, возвращаясь из Зуля, мы участвовали в собрании жителей, которое проходило в театральном зале, вошедшем в историю культуры не только самой Германии, но и России. Местный театр заинтересовал своими постановками К. С. Станиславского и тем самым сыграл существенную роль в определении художественной линии создававшегося тогда МХАТа, в разработке известной системы Станиславского, которой и в наши дни руководствуются многие театры в России и за рубежом.

Конечно, большой интерес для советских историков представляли достопримечательности крупных городов, такие, как Дрезденская галерея, церковь Томаскирхе в

стр. 153


Лейпциге, где служил Бах и где мы слушали концерт хора мальчиков, свято чтущего заветы великого мастера. В Восточном Берлине с восхищением посещали картинную галерею, в которой пишущий эти строки впервые в жизни познакомился в подлиннике с произведениями римских скульпторов. Мы смотрели спектакли театра Брехта, с наибольшим интересом те, которые были поставлены по его пьесам и выделялись оригинальностью содержания и формы.

После одной из конференции, состоявшейся в Дрездене, мы возвращались в Берлин в автобусе и по дороге остановились в Виттенберге, который вошел в историю Германии благодаря тому, что здесь М. Лютер обнародовал (прибив к двери здешней церкви) свои известные тезисы, знаменовавшие начало Реформации церкви. И другой памятный городок попался на нашем пути, но уже из совершенно иной эпохи - Торгау, где в 1945 г. произошла встреча на Эльбе частей Красной Армии с подразделениями союзников. Знакомство с такими местами делает историю значительно более ощутимой, наглядной. Такое же впечатление оставляло посещение Потсдама - резиденции Фридриха II, короля-полководца и философа.

Все материалы конференций комиссии, представлявшие в своем большинстве значительную научную ценность, как правило, издавались немецкой стороной (в Советском Союзе - значительно реже, скорее в виде исключения).

В годы, когда создавалась и развертывала свою деятельность Комиссия историков СССР и ГДР, наиболее животрепещущей из тем, касавшихся истории России и Германии, их взаимоотношений, безусловно, являлась война 1941 - 1945 гг. После ее окончания минуло лишь 10 с небольшим лет, и последствия ее для обеих наших стран, потери, понесенные ими, разрушения, вызванные тотальной войной, развязанной германским фашизмом в угоду крупному капиталу, были настолько велики, что все другие темы исследования, безусловно, отходили на второй план. Неудивительно, что и первая конференция комиссии, и ряд последующих, были посвящены различным проблемам, связанным со второй мировой войной, с еще малоисследованными в то время вопросами, касавшимися войны.

Первая научная конференция Комиссии историков СССР и ГДР, ознаменовавшая начало ее деятельности, состоялась в Лейпциге с 25 по 30 сентября 1957 г. Это была первая встреча подобного рода за минувшие 25 лет и она стала не только научным, но и политическим событием, ознаменовавшим возобновление контактов между учеными России и Германии, прерванных ликвидацией Веймарской республики и установлением гитлеровской диктатуры.

Поэтому конференция привлекла значительное внимание не только со стороны общественности обеих стран-участниц конференции, но и со стороны ученых-историков ряда других стран, входивших в сферу влияния СССР. Их представители также приняли участие в лейпцигской встрече, выступив с докладами по обсуждавшимся вопросам второй мировой войны. Конференция вызвала значительный интерес и у жителей Лейпцига - города, ставшего местом дружественной встречи представителей научной элиты двух стран, не столь давно являвшихся противниками в тотальной войне.

Состав участников первой конференции комиссии определялся ее проблематикой. В их числе прежде всего, были ученые, разрабатывавшие те или иные аспекты этой темы и уже зарекомендовавшие себя соответствующими публикациями, а также бывшие военачальники обеих сторон, знакомые с этой проблематикой, с перипетиями военных действий, как говорится, из первых рук. Бывшие генералы вермахта, которые явились участниками конференции, прошли через советский плен и стали на антифашистские позиции, что полностью изменило их оценку произошедшего в период войны, в подходе к ее происхождению и сущности.

Значительную часть докладов их авторы посвятили полемике с историографами западных стран, прежде всего ФРГ: это объяснялось бушевавшей в те годы "холодной войной", в условиях которой более или менее объективная оценка событий и процессов второй мировой войны была практически исключена. Сейчас сделанные в те годы сообщения, содержащиеся в них оценки, выглядят гораздо менее убедительно, чем в то время, хотя некоторые из них, особенно те, которые касались неонацистской литературы уже заявившей о себе, безусловно, справедливы.

стр. 154


Ко времени создания комиссии противоборство между историками, занимавшими противоположные идеологические позиции, было в самом разгаре, и неудивительно, что соответствующие доклады занимали видное место в повестке дня лейпцигской конференции.

Сравнительно мало было сделано сообщений о самом ходе войны, о причине побед вермахта в первый период войны и обстоятельствах, определивших неминуемое поражение его на последующих этапах. Причиной, как можно полагать, была еще сравнительная неразработанность этих причин и обстоятельств, на конкретном материале, на подлинных документах из штабов воюющих сторон. Назовем некоторые из них, чтобы получить представление об атмосфере, в которой начинала свою деятельность комиссия: Д. Е. Мельников, "Причины поражения гитлеровской Германии во второй мировой войне в освещении западногерманской историографии"; В. Т. Фомин, "Германские дипломаты-соучастники политики фашистской агрессии и легенды фальсификаторов истории"; Б. Г. Тартаковский, "Фальсификация реакционной историографией вопроса о роли монополий в подготовке и развязывании второй мировой войны"; Г. Д. Розанов, "Планы расчленения Германии во время второй мировой войны и их освещение в исторической литературе" (данный сюжет посвящен уже не столько западногерманской, сколько американской историографии, ибо соответствующие планы муссировались в США, но, как известно, не были достаточно серьезными). Этот список можно продолжить, но советские историографы были активно поддержаны коллегами из ГДР, а также историками некоторых других стран "народной демократии", участвовавших в конференции. Практически лишь тема одного сообщения (оно было сделано Е. А. Болтиным) была выдержана в спокойном духе - оно называлось "Некоторые вопросы второй мировой войны". Ряд немецких участников этой конференции именно здесь дебютировали, показав себя серьезными исследователями. Можно назвать в их числе Э. Энгельберга.

Идейная борьба по вопросам интерпретации второй мировой войны, как и по другим сюжетам, прежде всего касавшимся истории фашизма и его захватнических акций, пронизывала деятельность Комиссии историков СССР и ГДР на протяжении всего ее существования. Ее накал зависел от состояния политических отношений между обоими германскими государствами. В период их обострения ее накал усиливался, в более редкие моменты смягчения этих отношений Лейпцигская конференция имела хорошую прессу не только в ГДР, где подобное мероприятие было важным событием, но и в СССР, где значение этого события воспринималось спокойнее. Но и здесь оно приветствовалось, ибо "холодная война" набирала обороты, а проблематика Комиссии историков СССР и ГДР, касавшаяся в первую очередь проблемы не столь давно минувшей войны, вызывала разногласия между Востоком и Западом. Аргументы и документальные материалы, фигурировавшие на конференции комиссии, могли быть использованы в полемике с западными державами. А. С. Ерусалимский, "пробивавший" проект создания комиссии в "инстанциях", принимал поздравления. И уже началась подготовка второй конференции комиссии: она была назначена на декабрь 1959 г. в Берлине и посвящалась теме "Германский империализм и вторая мировая война".

Материалы лейпцигской конференции были изданы в обеих наших странах - в ГДР, как и материалы двух конференций комиссии (на это власти ГДР не жалели средств) издавали протоколы совместных форумов в ряде случаев в многотомном виде по несколько сотен страниц в каждом томе. Материалы первой конференции были изданы и в Москве; в дальнейшем советская сторона от публикации материалов Комиссии историков СССР и ГДР, как правило, воздерживалась, поскольку они были, безусловно, острыми, животрепещущими и интересовали весьма широкие слои населения СССР. Вышедший в 1959 г. под заглавием "Проблемы истории второй мировой войны" том давал представление и о разнообразном составе его участников, и о достаточно широкой проблематике сделанных на конференции докладов и сообщений, отразивших разный опыт авторов, разные позиции по поводу причин поражения Германии в войне в освещении западногерманской историографии.

Проблематика была фактически та же, что и на первой научной конференции. Несмотря на очень широкий охват темы, она не была (да и не могла быть) исчерпана мате-

стр. 155


риалами одной научной конференции. Спустя короткое время понадобилось обсудить некоторые аспекты места германского империализма в генезисе и ходе второй мировой войны, слабо разработанные в материалах конференции Комиссии историков СССР и ГДР 1959 г. Поэтому в 1961 г. в Берлине состоялась конференция, посвященная едва ли не важнейшему аспекту указанной темы - нападению фашистской Германии на СССР. Именно ученые обеих стран могли наиболее адекватно представить то, как возник и созревал замысел агрессии против СССР, как готовилось само нападение, а главное - как после первоначальных серьезных успехов гитлеровского предприятия, встретив всенародный отпор советского народа, оно выдохлось и закончилось позорным провалом, тотальным поражением агрессора и крахом германского фашизма.

За минувшие после 1-й конференции два с четвертью года, ученые ГДР сделали много наработок, касавшихся данной темы. Большим подспорьем в этом стали материалы немецких архивов, ставших доступными для историков, в первую очередь Потсдамского архива, и содержавших ценнейшие материалы для разоблачения антинародного курса германского империализма, в частности главенствующей роли монополий в подготовке мировых войн и их проведении. Определенные успехи в этом смысле были достигнуты и советскими учеными, хотя в это время использование ими архивных источников, имевшихся в ГДР, еще не приняло такого размаха, как в более поздние времена (когда в Потсдаме, помимо оригинальных немецких документов, появились и микрофильмы тех материалов, которые после окончания войны были вывезены американцами в США; среди них были весьма важные материалы, например, протоколы заседаний германских правительств со времен Веймарской республики).

Результаты проделанной учеными ГДР работы были впечатляющими. Ими были сделаны многочисленные доклады и сообщения, которые вместе с советскими составили в общей сложности 5 объемистых томов (в каждом 650 - 700 страниц). Проблематика работ, содержащихся в этом издании, очень широка и затрагивает практически все существенные вопросы, касающиеся происхождения войны, хода военных действий, в которых участвовал гитлеровский вермахт, причин и обстоятельств его тотального поражения. Несмотря на то, что после появления этой многотомной публикации прошло более 40 лет, она сохраняет свою ценность в качестве важнейшего исследования данной темы, даже если иметь в виду появление за это время многочисленных других трудов на данную тему, авторы которого имели возможность использовать существенные альтернативные источники, появившиеся позднее.

Работа конференции проходила в 5 секциях, в каждой из которых рассматривался один из аспектов заявленной тематики - место монополистического капитала в экономике и политической жизни Германии, подготовка ее ко второй мировой войне, ход войны на разных фронтах, антифашистское движение в Германии и борьба против него властей, итоги второй мировой войны. Тематика сделанных в секциях докладов и сообщений чрезвычайно разнообразна, их количество настолько велико, что одно перечисление заняло бы несколько страниц. Поэтому мы назовем лишь некоторые, представляющие наибольший интерес и опиравшиеся на наиболее интересные и впечатляющие документы.

С большим интересом было выслушано сообщение Г. Розенфельда на тему "К появлению так называемого "политического ведения войны" против СССР и его апологетов". Уже в ближайшие годы Розенфельд стал наиболее крупным специалистом по истории советско-германских отношений; подтверждением этому стала двухтомная монография на данную тему, основанная преимущественно на архивных источниках и убедительно свидетельствующая о том, что в этих отношениях, помимо войны, были и периоды совпадения интересов и сотрудничества. Внимание участников конференции привлекло также сообщение Э. Энгельберга "О западногерманском тезисе относительно упущенных возможностей перевооружения гитлеровской Германии".

То же относится к сообщению известного советского ученого Д. Е. Мельникова "Поражения фашистской Германии на советско-германском фронте и кризис гитлеровского режима", в котором были поставлены центральные вопросы мировой войны, решавшиеся именно в сражениях Красной Армии с нацистским вермахтом.

стр. 156


Не только все сделанные на рассматриваемой конференции доклады и сообщения, но даже наиболее существенные и содержательные из них невозможно охарактеризовать в рамках одной обзорной статьи из-за непривычно большого их количества и широкого разнообразия их тематики, охватывавшей самые разные стороны и аспекты заявленной темы конференции. Назовем лишь некоторые, представляющие, на наш взгляд, наибольший интерес, что никак не означает, что многие другие выступления, сделанные в каждой из секций, не содержали существенных (и притом достоверных) фактов и хорошо аргументированных выводов. Ни одна из последующих конференций комиссии не была так содержательна и настолько многообразна тематически как конференция 1959 г., посвященная теме "Германский империализм и вторая мировая война".

Конференция 1959 г. в еще большей степени, чем предыдущая, показала, что в лице ученых ГДР советские историки имеют достойных и вполне квалифицированных коллег, отличающихся завидной работоспособностью и довольно быстро воспринявших мировоззрение, коренным образом противоречившее тому, которое прививалось им в прежние времена в школе и в университетах, где насаждался нацизм. Знание и обнаружение источников по истории Германии было для них менее сложно, чем для иностранца. Значение имело и лучшее знание реалий, если речь шла о событиях и процессах последних десятилетий.

Уже вскоре после первых конференций комиссии стало ясно, что советская германистика благодаря сотрудничеству с историками ГДР выходит на новый уровень. И по мере того, как это сотрудничество продолжалось, наша германистика очень много выиграла по сравнению о тем, чего она добилась в прежние времена. Уровень, которого достигло изучение истории Германии в конце 50-х и в последующие годы, был весьма высок. Этому способствовали и регулярные встречи советских германистов, происходившие параллельно с конференциями Комиссии историков СССР и ГДР. Они проходили в разных городах СССР, большей частью на территории России. После распада СССР картина в этом отношении существенно изменилась к худшему. Отдельные встречи происходят и теперь, но гораздо реже и не регулярно. Причина известна - не хватает финансирования, а наносимый этим ущерб науке, в данном случае это изучение истории нашего соседа, страны, с которой теснейшим образом связано наше собственное прошлое, очень велик. Имевшиеся связи, складывавшиеся десятилетиями, в значительной степени нарушены, равно как и координация исследований, сопутствовавших им. В большинстве случаев утрачены контакты между германистами, работающими во многих бывших республиках СССР. Существенный ущерб делу нанесло, конечно, и прекращение деятельности Комиссии историков СССР и ГДР, произошедшее в 80-х годах. Сотрудничество с историками ФРГ, существующее в наше время, конечно, полезно для обеих стран, но, к сожалению, не приобрело того размаха, которым отличалось сотрудничество ученых-историков СССР и ГДР. Значительное своеобразие конференции, о которой идет речь, придало участие в ней большого числа ученых из многих стран Европы, перенесших нацистскую оккупацию. По существу, встреча историков СССР и ГДР превратилась в международную, в центре которой находились проблемы антифашистской борьбы не только в самой Германии, но и в других странах, оказавшихся жертвами гитлеровской агрессии и явивших миру образец патриотизма и неприятия фашистского "нового порядка".

К теме Великой Отечественной (второй мировой) войны комиссия возвращалась и позднее, и это было вполне оправданно, если учесть значение данного события в исторических судьбах обеих стран. Ему была посвящена, в частности, конференция, состоявшаяся в октябре 1985 г. в Ереване и вызвавшая большой общественный интерес. Тема конференции формировалась так: "Пролетарский интернационализм в послевоенный период". Сделанное добавление, безусловно, не улучшило тему, ибо уравняло патриотизм Великой Отечественной войны с ложным "пролетарским интернационализмом" афганской и аналогичной ей войн послевоенного периода, имевших совершенно иную природу. И, безусловно, правильно было то, что этот аспект не занял сколько-нибудь заметного места в тематике докладов и сообщений, которые существенно дополнили те итоги и изучения проблематики Великой Отечественной войны (не только со

стр. 157


стороны СССР, но и со стороны гитлеровской Германии), многие детали которой в то время (впрочем, частично и в наши дни) оставались и остаются неизвестными. А интерес к ним был и остается, бесспорно, значительным. Но эта конференция собралась уже на излете существования комиссии, в год начала перестройки, которая изменила отношения обеих стран, что естественно не могло не сказаться на деятельности комиссии историков наших стран.

Следующая конференция, проходившая в Берлине (она оказалась предпоследней), в который раз рассматривала место и значение Октябрьской революции в истории человечества. Главный доклад, сделанный советским ученым был озаглавлен "Великая Октябрьская революция - начало коренного преобразования мира" - для этого момента был явно не ко времени и свидетельствовал о том, что и руководящие деятели комиссии, и инстанции, направлявшие ее деятельность, не учитывали происходящие перемены в "лагере социализма", которые максимально обесценили тезис, фигурирующий в заголовке упомянутого доклада.

В выступлениях содержались интересные и ценные факты деятельности организаций Сопротивления фашистским угнетателям в самой Германии и на оккупированных территориях. Были названы многочисленные имена патриотов, не жалевших жизни, чтобы сокрушить германский фашизм и его вооруженные силы, представлявшие колоссальную опасность для человечества. Все это было очень важно для науки, для разоблачения нацизма, его варварской сущности, его методов ведения военных действий, его оккупационной политики, для популяризации героев Сопротивления, многие из которых пожертвовали своими жизнями, но остались безвестными.

Вместе с тем, во многих сообщениях, сделанных на конференции комиссии 1969 г. (и в дальнейшем), обнаружились некоторые черты, могущие вызвать возражения и опиравшиеся на господствующую в то время в СССР и странах "народной демократии" идеологию, на испытанные постулаты борьбы против буржуазных влияний. Мы имеем в виду застарелую болезнь коммунистов, в особенности германских, - сектантство, которое сыграло чрезвычайно пагубную роль в годы, предшествовавшие приходу Гитлера к власти, а после этого как будто отошло на второй план в решениях VII конгресса Коминтерна 1935 г., но после победоносной войны возродилось, хотя и не с такой силой. Сектантство наложило отпечаток и на трактовку антифашистского движения в гитлеровской Германии, когда практически единственными участниками антифашистской борьбы признавались коммунисты, а их подпольная деятельность как едва ли не идеальная по организованности.

КПГ, безусловно, внесла наибольший вклад в антифашистское движение в Германии, она принесла наибольшее количество жертв в борьбе, ее деятельность в этом смысле заслуживает безусловного одобрения. Но в ней были и безусловные слабости, вызвавшие немало лишних потерь, и претензии на абсолютную организованность, которые содержались в докладах на конференциях комиссии, в многочисленных публикациях о Сопротивлении в годы фашистской диктатуры, были обоснованы лишь частично. В действительности имело место немало провалов, нежелание кооперироваться с представителями других социальных слоев, являвшихся противниками гитлеровского режима. Частным случаем подобных тенденций была ошибочная оценка буржуазного Сопротивления, прежде всего, заговора 20 июля 1944 г., обвинение его участников в стремлении заменить фашистское господство другим, также реакционным режимом. Подобная оценка была присуща не только авторам из ГДР, но и из СССР (а может быть, приоритет принадлежал именно последним), Указанная оценка была неверна, но она имела и негативные последствия чисто практического характера, существенно осложняя отношения историков, работавших в ГДР, с их коллегами в ФРГ - в значительной мере из-за неправильной оценки подвига участников заговора 20 июля 1944 г., осуществивших единственную реальную попытку покончить с гитлеровской диктатурой, стоившую им жизни. Попытки сблизить позиции историков обоих немецких государств имели место и во время некоторых конференций Комиссии историков СССР и ГДР, и не приводили к успеху не в малой мере из-за предвзятой оценки заговора 20 июля (однако она оставалась в силе несколько десятилетий - до первых лет перестройки, когда от нее

стр. 158


пришлось отказаться и воздать должное участникам покушения на Гитлера, хотя во взглядах некоторых из них и имелись не вполне удовлетворявшие ревнителей господствовавшей идеологии моменты). Но главное в условиях гитлеровской диктатуры, еще способной тогда огрызаться и сеять смерть, было совсем не это.

Историки, работавшие в ГДР, так же, как и советские германисты, занимались не только антифашистским Сопротивлением, но, прежде всего, исследованием сущности германского фашизма, конкретной историей его пребывания у власти. Об этом свидетельствовал доклад К. Дробиша "О кружке друзей Гиммлера": речь шла об организации, возникшей еще до прихода к власти и продолжавшей существовать и после этого, -организации, скомпрометировавшей германских монополистов, властителей угля и стали, больше, чем любой другой факт поддержки ими фашистской власти. Речь шла о финансовой поддержке германскими промышленниками и банкирами Гиммлера и возглавляемой им пресловутой организации СС - основного элемента кровавого террора в условиях нацистского господства. Разоблачение этого факта - большая заслуга К. Дробиша и всей исторической науки ГДР.

Первые конференции комиссии, как видно из сказанного, проходили в ГДР. В наши дни уже вряд ли можно установить, чем это объяснялось. В дальнейшем историки СССР и ГДР достаточно часто собирались на советской территории, причем не только в Москве, но и в других городах, в частности, в столицах советских республик - Киеве, Таллине, Тбилиси и др. С большим размахом была проведена в 1970 г. в Ленинграде конференция, посвященная 100-летию со дня рождения В. И. Ленина. Пребывание в названных (и других) городах позволило участникам-немцам вплотную познакомиться с положением в стране, с реальными проблемами, волновавшими население.

Одна из конференций комиссии прошла в Москве в 1964 г. и ее тема была сформулирована так: "Критика литературы ФРГ по исследованию Востока". Речь шла о том разделе западногерманской историографии, который был посвящен истории России и СССР и отличался особой враждебностью к последним, а также не был чужд использования недостоверных материалов и фальшивок. Со стороны тех авторов, которые участвовали в так называемом "исследовании Востока", не могло быть и речи о смягчении отношения историков двух германских государств, какие иногда высказывались некоторыми учеными в ФРГ. Поэтому критика работ, касавшихся истории России и СССР, имевшая место на конференции комиссии в Москве, была особенно непримиримой, гораздо более жесткой, чем в отношении большинства других изданий по истории, что, как уже отмечалось, всегда занимало видное место в деятельности Комиссии историков СССР и ГДР, и являлось составной частью "холодной войны" в идеологии.

В апреле 1962 г. в Москве состоялась конференция комиссии, посвященная 40-летию Рапалльского договора между СССР и Германией. Один из важнейших документов, касающихся взаимоотношений наших стран после первой мировой войны и разрыва с Германией во время Ноябрьской революции 1919 г., Рапалльский договор имел большое международное значение как образец взаимовыгодных связей двух стран с различными социальными системами, но особую важность он имел для Германии, позволив ей выйти из международной изоляции, в которой она оказалась в результате поражения в первой мировой войне.

Конференция на эту тему вызвала большой общественный интерес. В Москву приехали и выступили с докладами и сообщениями многие видные историки ГДР, занимавшиеся изучением проблем научной истории. С советской стороны участниками конференции также были крупные ученые, специалисты в данной области. Здесь в первую очередь следует назвать председателя советской секции комиссии А. С. Ерусалимского, который еще в 1928 г. выпустил книгу, посвященную внешнеполитическим проблемам Германии, а в дальнейшем продолжал разрабатывать ее как историк и блестящий публицист. Большой интерес вызвало выступление профессора А. Андерле, Г. Розенфельда, В. Руге; крупнейшего специалиста по истории Германии и ее отношений с Россией/СССР В. М. Хвостова (в будущем академика), посвятившего свой доклад анализу зарубежной литературы о Рапалльском договоре. Интересные сообщения сделали и другие участники конференции А. О. Чубарьян (в наши дни академик), известный

стр. 159


историк и публицист Л. А. Безыменский, Д. С. Давидович и др. Различные аспекты темы, привлекая архивные документы, осветили специалисты по истории советско-германских отношений С. Дернберг и др.

О том, что данная конференция вызвала значительный интерес общественности обеих стран, свидетельствовал тот факт, что ее материалы были изданы и в ГДР и СССР, на обоих языках. Можно с уверенностью оказать, что большая часть выводов по поводу значения Рапалльского договора, как образца мирного сосуществования двух систем в тогдашних условиях, противостоявшего человеконенавистному фашизму - антипода Рапалльской политики, сохранила свое принципиальное значение до наших дней.

Приблизительно в то же тремя, когда в Москве собралась конференция, посвященная Рапалло, в руководстве комиссии назрел кризис, вызванный (или созданный) тем, что немецкую секцию возглавлял член Германской Академии наук в Берлине, а советскую - А. С. Ерусалимский, хотя и являвшийся членом той же Германской Академии, но в советскую академию не избранный до самой своей смерти. Поэтому ему пришлось покинуть свой пост, хотя и сама идея создания комиссии принадлежала ему, и основные организационные трудности, связанные с этим, легли на него. Его место занял академик С. Д. Сказкин, крупный ученый, но он занимал этот пост недолго. Затем к руководству советской секции пришел наиболее крупный к тому времени германист, академик В. М. Хвостов; он являлся директором Института истории АН СССР. В эти годы в руководстве комиссии вновь стала ощущаться твердая рука и организованность всей работы явно возросла. Деятельность Комиссии историков СССР и ГДР привлекала внимание общественности в ГДР явно больше, чем в СССР. Это было связано и с очень различными масштабами обеих стран, и с тем фактом, что наряду с данной комиссией возникли аналогичные организации, объединявшие историков СССР с коллегами в других соседних странах Европы и отвлекавшие внимание историков, которые и помимо Германии интересовались проблемами восточноевропейских стран.

После безвременной кончины В. М. Хвостова в 1972 г. председателем советской секции комиссии стал директор Института военной истории генерал П. А. Жилин. При нем роль военно-исторических сюжетов в деятельности комиссии естественно возросла по сравнению с предыдущими годами, что безусловно было оправдано.

Целый ряд конференций комиссии историков был приурочен к тем или иным годовщинам жизни и деятельности классиков марксизма-ленинизма. Это была глубоко укоренившаяся традиция, сложившаяся в СССР и опиравшаяся в первую очередь на деятельность Института марксизма-ленинизма, располагавшего очень ценными документами и материалами в данной области (и сверх того - бумагами ликвидированного в 1943 г. Коммунистического Интернационала, которые хранились за семью печатями). Кроме 100-летия В. И. Ленина, о чем уже шла речь выше, в рассматриваемый период имели место годовщина жизни К. Маркса и Ф. Энгельса и в каждом случае созывались конференции. Сейчас уже навряд ли можно сказать, какая сторона являлась инициатором их созыва, но можно с большой долей уверенности утверждать, что инициатива принадлежала партнерам из ГДР - землякам классиков марксизма.

Вряд ли стоит анализировать работу указанных конференций, ибо актуальность сделанных на них докладов и сообщений в значительной мере утратила свое значение и стала достоянием узкого круга специалистов. Провал коммунистического эксперимента в СССР резко понизил интерес к его истокам и показал, что силы и средства, потраченные на его изучение, длившееся десятилетия, в том числе упорное копание в несущественных мелочах, не принесли действительно важных для общественной науки результатов. Есть все основания полагать, что эти силы и средства могли быть использованы с большей эффективностью при исследовании реальных проблем общественного развития в прошлом и настоящем.

Другой приоритетной темой в деятельности комиссии были революционные связи России (СССР) и Германии, а также взаимоотношения и дружба СССР и ГДР. Работы на последнюю тему поражают полным отсутствием даже малейшего сомнения в незыблемости существования ГДР, такого развития событий, которое привело бы к единству Германии без новой мировой войны, что собственно и произошло в конце 80-х годов. Подобная точка зрения господствовала и в других случаях: так, двухтомник по новой и

стр. 160


новейшей истории Германии был озаглавлен "Германская история...", ибо в "инстанциях" были убеждены, что Германия уже никогда не будет единым государством (отсюда и название двухтомника, созданного в 70-е годы в Институте всеобщей истории АН СССР, "Германская история в новое и новейшее время" - понятия Германия здесь нет).

Комиссия историков практически лишь однажды вышла за рамки новейшего времени: в мае 1973 г. в Берлине состоялась конференция, собравшаяся в связи с 125-й годовщиной революции 1848 - 1849 гг. в Германии и "Манифеста Коммунистической партии". Ряд докладов и сообщений, в большей части принадлежавших историкам ГДР, касался непосредственно событий упомянутой революции, но многие были посвящены последующему развитию коммунистических идей уже в новейшее время. В их числе - доклад заместителя председателя Совета министров Украины П. Тронько "Воплощение идей марксизма-ленинизма о пролетарском интернационализме и дружбе народов СССР (на опыте Украинской ССР)". У автора этих строк отсутствуют какие-либо данные о том, как подобный "ученый" и подобная тема оказались на данной конференции историков, но есть предположение, что человеком, ответственным за подобный феномен, мог быть глава советской делегации на данной конференции, один из главных идеологов тогдашнего режима еще со сталинских времен П. Н. Поспелов, являвшийся в то время академиком-секретарем Отделения истории АН СССР.

В докладах и сообщениях на тему революционных связей России и Германии содержались новые интересные факты и наблюдения: здесь не приходилось фантазировать, ибо подобные связи были реальностью еще в XIX в., а тем более в более поздние времена, когда германская социал-демократия играла ведущую роль во II Интернационале, а ее левые силы во главе с К. Либкнехтом и Р. Люксембург были тесно связаны с российскими революционерами, являясь во многом их единомышленниками. Существенной страницей в этих взаимоотношениях были Ноябрьская революция 1918 г. в Германии и последующие революционные события в этой стране.

Но несколько гипертрофированным выглядел размах, с которым на конференции комиссии, собравшейся в Берлине, была отменена 60-я годовщина Октябрьской революции. В некоторых докладах и сообщениях имелись явные преувеличения того влияния, которое революция в России оказала на Германию, некоторые сравнительные оценки деятельности компартии и социал-демократии в Веймарской республике были необъективны и грешили застарелой болезнью необъективности, хотя уже прошел достаточно долгий срок для того, чтобы объективно осмыслить причины того, что произошло в Германии 30-х годов. Материалы юбилейной конференции Комиссии историков СССР и ГДР были изданы в 5 выпусках, они содержат сотни страниц, в наши дни это издание во многом утратило ценность, чего нельзя сказать о материалах по ряду других тем, более свободных от влияния идеологических схем.

Некоторые итоги деятельности комиссии за первые 10 лет ее существования были подведены на конференции, состоявшейся в Берлине в октябре 1967 г. Конференция вызвала большой интерес граждан ГДР, профессионально занимающихся историей или интересующихся ею: на открытии присутствовало более 400 человек, среди них были почетные гости, в том числе известный деятель германского рабочего движения А. Абуш, президент германской Академии наук в Берлине В. Хартке.

Советскую делегацию возглавлял председатель советской секции комиссии, директор Института истории АН СССР академик В. М. Хвостов, который в выступлении отметил, что ее работа принесла ощутимые результаты, прежде всего в постановке тем, которые ранее не исследовались, или изучались не систематически. Отмечалась также роль комиссии в усилении общественного интереса к истории России/СССР и Германии, их взаимоотношений, которые далеко не ограничивались войнами, а включали в себя и достаточно длительные периоды взаимоотношения и сотрудничества. Глубокую удовлетворенность итогами первых 10 лет существования комиссии выразил также бессменный глава ее немецкой секции, академик Л. Штерн, отметивший значительные успехи большой группы молодых историков, которые являются профессионалами в буквальном смысле слова. Наглядным свидетельством этого были интересные книги, выходившие в 60-х годах и позднее, которые были посвящены прежде всего разоблачению на-

стр. 161


цизма, полемике с западногерманской историографией, относившейся к последнему гораздо более терпимо, что диктовалось обстановкой "холодной войны" и эры Аденауэра.

Еще в том же году в Берлине имела место следующая конференция, созванная в ознаменование 50-летия советско-германских отношений, установленных в результате Октябрьской революции. Такая постановка вопроса в наши дни достаточно спорна, если учесть, что между обеими странами в первое время еще продолжались военные действия и германская армия продолжала захватывать российские территории, а вскоре после Ноябрьской революции в Германии отношения двух стран были порваны и не возобновлялись до апреля 1922 г. Тем не менее, конференция прошла с успехом. Советская германистика была представлена значительно более многочисленной, чем это бывало прежде, делегацией из 19 человек, и включавшей в себя ряд крупных ученых (в том числе В. М. Хвостов, И. С. Галкин, Ю. А. Поляков, П. В. Волобуев - последние два, впоследствии, академики) и других. Существенную часть делегации составили, помимо германистов, историки СССР, так как доклады и сообщения на конференции посвящались не только отношениям двух стран, но и (может быть в первую очередь) истории СССР, сюжетам, связанным с Октябрьской революцией и сводившимся (как это и было тогда принято) к славословиям в ее адрес. Рассматривать в наши дни, анализировать материалы подобного рода вряд ли целесообразно, ибо они, как правило, не могут дать адекватного представления о том, что происходило в действительности. Подлинный интерес могли представить выступления, касавшиеся различных аспектов истории Германии новейшего времени и отношений Германии и СССР. Их авторами были, в частности, Д. С. Давидович, Г. Н. Горошкова, И. С. Кремер, М. С. Восленский (в дальнейшем, как известно, покинувший СССР) и другие. В их числе был и сотрудник ЦК КПСС С. А. Федюкин, сделавший сообщение на тему о положении интеллигенция в первые годы советской власти, имевшее целью доказать, будто последняя благоденствовала и едва ли не единодушно поддерживала новый режим. Этому можно было бы поверить, если бы не тот факт, что Советскую Россию в те годы покинули едва ли не все крупнейшие представители интеллигенции - С. Рахманинов, Ф. Шаляпин, М. Чехов, М. Цветаева и множество других людей, составлявших цвет России.

Комиссия историков СССР и ГДР продолжала заниматься своей традиционной темой - освобождением Германии от господства фашизма под ударами Красной Армии. Этому была посвящена конференция, собравшаяся в Берлине в мае 1970 г. Среди участников были многие крупные историки, сформировавшиеся в ГДР, в том числе Э. Диль, Д. Дернберг, Д. Фрике, Г. Хорчански, В. Шмидт, З. Томас и др., чьи доклады и сообщения к тому времени в значительной мере опирались на архивные источники, использование которых существенно обогащало исследования обстоятельств заключительных боев второй мировой войны и действий Советской военной администрации в Германии, проложивших путь к созданию ГДР в 1949 г.

Конец 70-х - начало 80-х годов было временем постепенного нарастания кризисных явлений в экономике (соответственно и в политике) СССР и других стран социалистического лагеря. Определенная стагнация стала проявляться и в ГДР, длившаяся десятилетиями конкуренция с ФРГ вызывало растущее напряжение, постоянно увеличивалось число граждан ГДР, стремившихся покинуть страну. Между тем, именно в эти годы тематика конференций комиссии по-прежнему концентрировалась на проблемах современной борьбы за коммунистические идеалы, или борьбе против буржуазной историографии по вопросу о реальном социализме, причем в соответствующих докладах и сообщениях преобладал наступательный настрой. Таковы были, например, конференции 1973 (май) и 1980 годов. Последняя собрала особенно представительный состав участников; так, на конференции 1980 г. в Дрездене было 3 директора советских исторических институтов. Действительно животрепещущие аспекты исторического прошлого могли бы содействовать более адекватному пониманию складывающейся неблагоприятной ситуации, но они не получали доступ к повестке дня. В том же ряду были и темы следующих конференций. Они касались Великой Отечественной войны, но рассматриваемый аспект затрагивал не боевые действия или преступления фашистских полчищ или германского сопротивления, а партийного руководства в годы войны, которое оценивалось безоговорочно положительно, хотя имелось достаточно ос-

стр. 162


нований для критики, ибо руководство ВКП(б) во главе с И. В. Сталиным встретило войну неподготовленным, да и в ходе ее было достаточно моментов, когда по их вине Красная Армия несла огромные неоправданные потери.

Тенденциозный подбор тем продолжался, но с середины 80-х годов в СССР началась "перестройка", что не могло не повлиять на деятельность Комиссии историков СССР и ГДР. Она усложнилась, но инициатива ухудшения отношений между историками обеих стран исходила не от советской стороны, а от наших партнеров из ГДР. Руководство этой страны, держась за свои посты, не поддержало "перестройку" в СССР и не пошло по примеру Советского Союза. Более того, оно предприняло некоторые действия враждебного характера, запретив, например, распространение в ГДР одного из советских журналов, где был опубликован неодобрительный по отношению к некоторым действиям властей ГДР материал.

В напряженной обстановке состоялась последняя конференция комиссии, проходившая в Москве в 1989 г. и посвященная не какому-либо одному вопросу, а более широкому спектру проблем новейшей истории обеих наших стран и их взаимоотношениям. Пишущих эти отроки председательствовал на заседаниях одной из секций этой конференции и впервые столкнулся с различными оценками тех или иных событий учеными двух стран, В то время, как советские участники (хотя и далеко не все) высказывали более здравые суждения по поводу некоторых сюжетов, которые в прежние времена трактовались одинаково необъективно, историки ГДР были в своей массе настроены догматически.

Эта конференция стала последней в более чем 30-летней истории комиссии. Оценивая ее деятельность в целом, следует отметить, что она, безусловно, сыграла положительную роль в разработке важных вопросов истории наших двух стран, прежде всего в новейшее время и их взаимосвязей. Особенно существенным был вклад комиссии в изучение второй мировой войны.

В публикациях комиссии отразились и другие важные процессы и события, существенные для истории обеих стран, и до того недостаточно изученные.

Вместе с тем, многим материалам комиссии присущи более или менее серьезные недостатки, проистекавшие из их идеологической направленности, которая в тех или иных случаях порождала искажения исторической истины в угоду правящим кругам СССР и, в определенной степени, стран "народной демократии". Наследие Комиссии историков СССР и ГДР неоднозначно, но в нем, безусловно, много ценного.

Работа комиссии имела еще один существенный результат. Долголетнее сотрудничество историков двух стран привело к установлению между ними не только тесных профессиональных связей, но зачастую и дружеских отношений между ними. Автор этих строк, его коллеги и в наши дни продолжают дружбу с немецкими коллегами - Г. Розенфельдом, Э. Штеккер (написавшей книгу о наставнике молодежи в ГДР, которую привлекало изучение истории, А. С. Ерусалимском), Л. Томас, В. Руге и другими. Уже после объединения Германии советская делегация историков, участвовавшая в научной конференции в Берлине, встретилась с бывшими коллегами, участниками конференций Комиссии историков СССР и ГДР, чтобы подбодрить их в новых условиях, когда можно было ожидать определенной дискриминации бывших историков-марксистов. Но этого, как можно полагать, не произошло, о чем свидетельствуют довольно многочисленные книги бывших историков ГДР, выходящие в последние годы в Германии. В их числе находится и первоклассная монография И. Петцольда о фон Папене, на которую автор этих строк опубликовал рецензию в настоящем журнале; она создана на основании архивных документов, почерпнутых не только в известных хранилищах, но и частных архивах политических деятелей, крупных промышленников и банкиров. И. Петцольд не только нарисовал образ могильщика Веймарской республики Папена, но и раскрыл закулисную сторону заговора против республиканского строя в Германии, заговора, приведшего к установлению в ней нацистского режима. Издание этого и ему подобных глубоких исследований означает признание высокого профессионального уровня тех авторов-историков, которые выросли и стали учеными в тесном сотрудничестве с исторической наукой СССР в рамках комиссии историков двух стран.


© biblioteka.by

Permanent link to this publication:

https://biblioteka.by/m/articles/view/ОПЫТ-ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ-ИСТОРИКОВ-СССР-ГДР-В-50-80-е-ГОДЫ-XX-ВЕКА

Similar publications: LRussia LWorld Y G


Publisher:

Беларусь АнлайнContacts and other materials (articles, photo, files etc)

Author's official page at Libmonster: https://biblioteka.by/Libmonster

Find other author's materials at: Libmonster (all the World)GoogleYandex

Permanent link for scientific papers (for citations):

Л. И. ГИНЦБЕРГ, ОПЫТ ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ ИСТОРИКОВ СССР - ГДР В 50-80-е ГОДЫ XX ВЕКА // Minsk: Belarusian Electronic Library (BIBLIOTEKA.BY). Updated: 16.07.2021. URL: https://biblioteka.by/m/articles/view/ОПЫТ-ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ-ИСТОРИКОВ-СССР-ГДР-В-50-80-е-ГОДЫ-XX-ВЕКА (date of access: 20.10.2021).

Publication author(s) - Л. И. ГИНЦБЕРГ:

Л. И. ГИНЦБЕРГ → other publications, search: Libmonster BelarusLibmonster WorldGoogleYandex


Comments:



Reviews of professional authors
Order by: 
Per page: 
 
  • There are no comments yet
Related topics
Publisher
Беларусь Анлайн
Минск, Belarus
116 views rating
16.07.2021 (96 days ago)
0 subscribers
Rating
0 votes
Related Articles
"GENE FACTORY" PRODUCTS
2 days ago · From Беларусь Анлайн
LIFE IN KEEPING WITH THE TIMES
Catalog: Разное 
6 days ago · From Беларусь Анлайн
"I'VE ALWAYS TIED IN LIFE WITH SCIENCE"
7 days ago · From Беларусь Анлайн
GAS ANALYZER SENSORS BY OPTOSENSE COMPANY
Catalog: Физика 
13 days ago · From Беларусь Анлайн
SQUARE FUEL ASSEMBLIES FOR WESTERN DESIGN REACTORS
Catalog: Физика 
13 days ago · From Беларусь Анлайн
BEYOND THE PALE OF POSSIBLE: HUMAN GENOME PROJECT
Catalog: Медицина 
13 days ago · From Беларусь Анлайн
INNOVATION PORTFOLIO
14 days ago · From Беларусь Анлайн
NUCLEAR POWER: A NEW APPROACH
Catalog: История 
14 days ago · From Беларусь Анлайн
UNIFIED NETWORK FOR CLIMATE MONITORING
Catalog: Экология 
14 days ago · From Беларусь Анлайн
NUCLEAR POWER: A NEW APPROACH
Catalog: Физика 
19 days ago · From Беларусь Анлайн

Actual publications:

Latest ARTICLES:

BIBLIOTEKA.BY is a Belarusian open digital library, repository of author's heritage and archive

Register & start to create your original collection of articles, books, research, biographies, photographs, files. It's convenient and free. Click here to register as an author. Share with the world your works!
ОПЫТ ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ ИСТОРИКОВ СССР - ГДР В 50-80-е ГОДЫ XX ВЕКА
 

Contacts
Watch out for new publications: News only: Chat for Authors:

About · News · For Advertisers · Donate to Libmonster

Biblioteka ® All rights reserved.
2006-2021, BIBLIOTEKA.BY is a part of Libmonster, international library network (open map)
Keeping the heritage of Belarus


LIBMONSTER NETWORK ONE WORLD - ONE LIBRARY

US-Great Britain Sweden Serbia
Russia Belarus Ukraine Kazakhstan Moldova Tajikistan Estonia Russia-2 Belarus-2

Create and store your author's collection at Libmonster: articles, books, studies. Libmonster will spread your heritage all over the world (through a network of branches, partner libraries, search engines, social networks). You will be able to share a link to your profile with colleagues, students, readers and other interested parties, in order to acquaint them with your copyright heritage. After registration at your disposal - more than 100 tools for creating your own author's collection. It is free: it was, it is and always will be.

Download app for smartphones