В последнее время в цветоводстве и садоводстве наблюдается вытеснение исконных русских названий и замена их транслитерациями с латинского. Так, уже давно вышло из употребления русское название ломонос", и вместо него цветоводами, в том числе любителями, употребляется латинское "клематис". В кавказских субтропиках вместо "бирючины" фигурирует "лигуструм". В 1999 году в радиорекламе фирмы "Мир увлечений" русское название кустарника "таволга" заменено на латинское "спирея". В принципе, в среде ботаников правомерно использовать в речи, в том числе устной, и русские и латинские названия. Однако в среде непрофессионалов, к которым можно отнести и доморощенных цветоводов, действует стихийный фактор, и вопрос культуры русской речи их не заботит, подобно электронным СМИ, усиленно внедряющим политическую и экономическую лексику из западноевропейских языков, преимущественно из английского.

В газете "Московский садовод" (1999 г. N 4) в рекламе "Ассортимент посадочного материала декоративных культур для реализации" вместо русских названий или давних заимствований приводятся в транслитерации только латинские; арабис (рус. резуха), солидаго (рус, золотая розга), колхикум (рус. безвременник), седум (рус. очиток), крокус (рус. шафран), мускари (рус. гадючий лук - хотя и неблагозвучное, это русское название), спирея (рус. таволга). Причина этой интерференции со стороны латинского языка - обнародование названий через СМИ, минуя научное редактирование.

В фитотерапии в настоящее время используются не только популярные лекарственные растения, но и неизвестные нашему потребителю экзотические. И здесь, к сожалению, наблюдается полная неспособность фармацевтов и врачей передать их на русский язык. В качестве курьезного случая такой переводческой деятельности, запечатленной во всех изданиях справочника "Лекарственные средства" М.Д. Машковского, является опубликование в нем состава аюрведического препарата "Лив-52", где список используемых растений завершает санскритское mandur bhasma, означающее подвергнутое обжигу

стр. 124

порошкообразное железо, а не сок или отвар растения, как сообщается перед этим перечнем. В целом, эти издания, к которым следует отнести также всеохватывающие справочник "Видаль", "Регистр лекарственных средств России" и другие меньшие по объему, как правило, не дают переводов названий экзотических растений и не только экзотических, а порой и аборигенных, описанных во "Флоре СССР". Отсюда вывод: необходимо повысить информативность и грамотность рецептурных прописей, представляемых фармацевтическими изданиями.

В свое время был издан труд "Деревья и кустарники СССР", в котором сообщалось о видах как дикорастущих местных, так и иноземных, культивируемых в ботанических садах. Наибольшее число ошибок было сделано при передаче названий иноземных растений. Это обстоятельство побудило профессора ботаники А.К. Скворцова к написанию критической рецензии в Ботаническом журнале (1977. Т. 56. N 7). Однако статья А.К. Скворцова действия не возымела по причине ограниченного тиража издания, и прежние ошибки неизменно повторялись в других публикациях: можжевельник Саржента - название, упомянутое в газете "Правда" от 4 авг. 1989 г. в статье "Мал да удал". Это название вида можжевельника, данное в честь американского ботаника и лесовода Сарджента, (а не Саржента).

Страдает также орфография русских названий, не включенных в "Орфографический словарь русского языка". В газете "Метро" (1999. N 239) в заметке "Цветы нового века" допущены ошибки: каликарпа (правильно - калликарпа "красный плод"), асмантус (правильно - османтус - "душистый цветок"). Использование родового названия во множественном числе во фразе: "...цветут некоторые виды камелий..." ошибочно с ботанической точки зрения, так как камелия является названием рода, включающего несколько видов. Следовательно, должно быть "виды камелии".

Русские эквиваленты научных названий растений представлены двумя группами лексем: 1) исконными русскими названиями и заимствованными из различных языков, включенными в словарный фонд русского языка, и 2) поздними заимствованиями также из различных языков, осуществленными в последний период становления русской ботанической номенклатуры. Названия, относящиеся ко второй группе, имеют в качестве означаемых виды, не произрастающие на территории бывшего СССР.

Между тем виды, представленные в многотомнике "Флора СССР", имеют признанные, утвержденные этим изданием русские эквиваленты иностранных названий. Их можно считать стандартизированными де-факто, из которых многие - исконно русские лексемы либо внедренные в общий русский язык заимствования. Ими пользуются и в бытовой сфере, и в других специальных областях, связанных с растениями - в цветоводстве, садоводстве, лесоводстве, медицине,

стр. 125

фармакологии и в популярных изданиях, рассчитанных на потребителя растений.

Несмотря на то, что названия многих растений представляют периферийную область языка и в настоящее время частотность их употребления невысока, в будущем ситуация может измениться. В таком случае отсутствие элементарных знаний в этой области будет приводить к вариативности наименований с нежелательными последствиями в практике.

Permanent link to this publication: