В 1823 г. в Москве был издан сборник "Переводы и сочинения в прозе" (далее ссылки на него даются в тексте заметки). Издателем его и одним из авторов был крепостной юноша Андрей Васильевич Лоцманов (род. в 1807 г.), живший в то время в Москве. В конце 1823 г., после смерти родителей, он вынужден был вернуться на Верх-Исетский завод по требованию заводчика Яковлева. Здесь Лоцманов был определен учителем заводской школы; одновременно занимался перепиской дел заводской конторы. На Верх-Исетском заводе он пытался создать тайное общество ("Общество ревнителей свободы") для борьбы с самодержавием и крепостничеством. Об этом стало известно властям: в 1827 г. Лоцманов был арестован и после следствия заточен в Бобруйскую крепость¹ .

Среди собственных сочинений Лоцманова и его же переводов с французского, помещенных в сборнике, есть произведение "Задонская битва", посвященное сражению на Куликовом поле. Лоцманов воспевает в нем подвиг народа. Для него Куликовская

¹ К. А. Пажитнов. Положение рабочего класса в России. Т. I. Л. 1925, с. 314 - 315; М. А. Горловский. Горный город Екатеринбург. 1807 - 1863. Свердловск. 1948, с. 112 - 120; М. И. Байтин, В. В. Пугачев. Политические идеи Андрея Лоцманова. "Ученые записки" Саратовского юридического института, 1960, вып. IX, с. 96 - 97; Л. А. Коган. Крепостные вольнодумцы (XIX век). М. 1966, с. 78 - 121.

стр. 178

битва - это символ стремления русского народа добиться независимости своей родины. Он считает это борьбой за "правое дело".

На какие же материалы опирался Лоцманов, создавая свое повествование о битве на Куликовом поле? Ко времени, когда оно увидело свет, об этом сражении существовала уже определенная литература и был издан ряд летописных источников² . П. М. Строев опубликовал, в частности, "Софийский временник", в котором имеется раздел "Побоище великого князя Дмитрия Ивановича на Дону с Мамаем"³ . По- видимому, Лоцманов был знаком с некоторыми из летописных источников. В написанном в Бобруйской крепости "Подробном жизнеописании заводского служителя Андрея Лоцманова"⁴ он сообщает о своем увлечении историческими сочинениями. Описание начала боя в "Задонской битве" напоминает строки "Синопсиса", много раз переиздававшегося в XVIII и XIX веках. Так, в нем говорится: "Вси воини и богатыри рускии всячески готовы, и охочи на брань"⁵ . Лоцманов же пишет: "Все воины готовы разделить опасности с Димитрием". Лоцманов имел возможность ознакомиться с сочинениями М. В. Ломоносова, который, как известно, тоже проявлял интерес к Куликовской битве⁶ . Материалы о битве на Куликовом поле Лоцманов мог извлечь также из работ В. Н. Татищева, М. М. Щербатова, Н. М. Карамзина⁷ .

Содержание "Задонской битвы" свидетельствует о том, что Лоцманов использовал "Историю государства Российского" Карамзина. Карамзин пишет: "Народ, до времен Калиты и Симеона оглушаемый непрестанными ударами моголов, в бедности, в отчаянии, не смел и думать о свободе"⁸ . Лоцманов начинает свое сочинение словами: "Протекло уже полтора века, как Россия стенала под игом татар и никто не думал о избавлении порабощенного отечества" (с. 41). Карамзин отмечает "единодушное" выступление русских князей против золотоордынского ига⁹ . О том же, употребляя то же определение, пишет Лоцманов (с. 42). И Карамзин и Лоцманов указывают на необходимость сбросить "рабство"¹⁰ (с. 42). Карамзин стремится использовать яркие, выразительные средства при описании хода сражения; Лоцманов также не ограничивается сухим изложением фактов, а рисует живую картину боя.

Однако сочинение Лоцманова не просто пересказ того, что было почерпнуто им из труда Карамзина. Имеющиеся различия не ограничиваются терминологией (у Лоцманова - "войско, "татары"¹¹ , "хан", у Карамзина - "рать", "моголы", "темник") или деталями (в "Истории государства Российского" судьба битвы решалась в "девятый час дня", в "Задонской битве" - "заходящее солнце прекратило битву". Последнее выражение Лоцманова совпадает с тем, что сказано о времени завершения битвы у Татищева: она закончилась "перед заходом солнца"¹² . Лоцманов опускает данные о численности русских войск, которые имелись в труде Карамзина. И Татищев, и Щербатов, и Карамзин сообщают о том, что Дмитрий Донской перед началом сражения объезжает полки, чтобы воодушевить их, называя ратников "верными товарищами и милыми братями"¹³ . У Лоцманова Дмитрий Донской обращается в целом к войску, начиная свою речь с обращения: "Россияне!").

В "Древнем летописце" Куликовская битва фигурирует как "Донское побоище", в "Задонщине" - это "Донской бой", "Задонщина", "Задончина". Татищев и Щербатов пишут, что сражение произошло на "поле Куликовом". Щербатов называет битву "Мамаево побоище". Карамзин соответствующий раздел своего труда озаглавливает "Славная битва Куликовская". На то, что битва происходила за Доном, указывают и летописи и авторы исторических исследований, но до Лоцманова битву никто не именует "Задонской". Он ни разу не употребляет иное название. Возможно, знакомство с каким-то рукописным списком

² Р. П. Дмитриева. Библиография русского летописания. М. -Л., 1962.

³ "Софийский временник или русская-летопись с 862 по 1524 год". Ч. I. М. 1821.

⁴ Публикацию автобиографии Лоцманова см. М. А. Горловский. Указ. соч., с. 137 - 145.

⁵ "Синопсис", Киев, 1680, с. 157 - 158.

⁶ М. В. Ломоносов. Полн. собр. соч. Т. VI. М. -Л. 1952, с. 370; т. VIII. М. -Л. 1959, с. 292 сл.

⁷ В. Н. Татищев. История Российская. Т. V. М. 1768; М. М. Щербатов. История Российская от древнейших времен. Т. IV. СПБ. 1771; Н. М. Карамзин. История государства Российского. Т. V. СПБ. 1819.

⁸ Н. М. Карамзин. Указ. соч., с. 64.

⁹ Там же.

¹⁰ Там же, с. 65.

¹¹ В. Н. Татищева и М. М. Щербатова тоже - "татары".

¹² В. Н. Татищев. Указ. соч., с. 147.

¹³ Н. М. Карамзин. Указ. соч., с. 70.

стр. 179

"Задонщины" (открыт был этот памятник в 1852 г.) или "Сказанием о Мамаевом побоище", в котором она отразилась, подсказало Лоцманову название, отличное от принятых в его время.

Своеобразно освещает Лоцманов события, предшествующие сражению. Он указывает на стремление Дмитрия Донского положить конец "постыдному уничижению" отечества. Князь отказывается "просить грамоты на велико-княжеский престол у хана Мамая", что послужило поводом к вторжению последнего в пределы русских земель (с. 41). Карамзин же указывает, вслед за летописцами¹⁴ , что Мамай предпринял поход на Русь потому, что "пылал яростию и нетерпением отмстить Димитрию за разбитие ханских полков на берегах Вожи". Так же трактуется этот факт в труде Татищева¹⁵ .

Возможно, что стремление отказаться от религиозной трактовки событий и подойти к ним с рационалистических позиций побудило Лоцманова опустить приводимые Карамзиным (как ранее Татищевым и Щербатовым) подробности о том, как Дмитрий с князьями посетил игумена Троицкого монастыря Сергия и тот благословил их, предсказав победу русских после кровопролитного сражения. Ничего не пишет Лоцманов и о том, как "Дмитрий "молился в последний раз за христиан и Россию"¹⁶ . Лишь в двух случаях Лоцманов отдает должное традиции, упоминая бога (когда рассказывает об обращении Дмитрия к войскам и о победе, замечая, что "всемогущий творец им помог").

Карамзин, оценивая значение сражения в связи с последующим развитием Русского государства, пишет: оно "к сожалению, не имело тех важных, прямых следствий, каких Димитрий и народ его ожидали; но считалось знаменитейшим в преданиях нашей истории до самых времен Петра Великого, или до битвы Полтавской: еще не прекратило бедствий России, но доказало возрождение сил ее, и в несомнительной связи действий с причинами отдаленными служило основанием успехов Иоанна III, коему судьба назначила совершать дело предков, менее счастливых, но равно великих"¹⁷ .

Для Лоцманова при оценке Куликовской битвы важны два момента: во-первых, цели русского народа и противостоящих ему завоевателей (с. 44), во-вторых, уроки битвы. Лоцманов считает, что русские боролись не ради славы, а во имя независимости Родины: "Задонская битва есть торжество веры и любви к Отечеству. Мамай алкал поработить Россию, обогатиться граблением храмов божиих и прославиться победами, россияне напротив не желали завоеваний и славы: они ополчились с тем единственно намерением, чтобы возвратить свободу Отечеству" (с. 44).

Как свидетельствуют жизнь Андрея Лоцманова и его взгляды, любовь к родине сочеталась у него с ненавистью к деспотизму и всякого рода насилию и порабощению человека. Патриотизм был не только эмоциональным его чувством, но и убеждением, которое являлось побудительной силой к активной деятельности. Этому служили и его литературные труды. Можно предположить, что "Задонская битва" была помещена в сборнике "Переводы и сочинения в прозе" не случайно. Возлагая надежды на подготовку тайным обществом выступления крепостных крестьян и работных людей против самодержавно-крепостнического строя, Лоцманов, по-видимому, стремился обратить внимание читателей на то, какое значение в борьбе с врагом имеет объединение сил. Открыто высказать свои взгляды он не имел возможности и поэтому обратился к историческому событию, рассказ о котором помог бы ему раскрыть свои цели. В пользу этого говорит тот факт, что в ходе следствия Лоцманов не упомянул о выпущенном по его инициативе и под его редакцией сборнике; последний так и остался неизвестным следственным властям¹⁸ .

¹⁴ См., например, "Древняго летописца часть вторая"... СПБ. 1775, с. 8 - 9.

¹⁵ Там же, с. 61; см. В. Н. Татищев. Указ. соч., с. 139.

¹⁶ Н. М. Карамзин. Указ. соч., с. 65, 70.

¹⁷ Там же, с. 75 - 76.

¹⁸ Л. А. Коган. Указ. соч., с. 92 - 95.

Permanent link to this publication: