Автор: А. М. Ременников

М. Изд-во "Наука", 1973. 256 стр. Тираж 1200. Цена 1 руб. 34 коп.

В послевоенный период римские дунайские провинции стали объектом изучения советских ученых¹ . Определенное внимание уделялось и Паннонии. Однако по истории этой самой крупной римской провинции на Дунае до сих пор отсутствовали монографические труды. Между тем римское прошлое Паннонии - это одновременно и античный период древней истории Венгрии. Основываясь на глубоком и тщательном анализе комплекса источников (эпиграфические материалы, свидетельства античных авторов, данные археологии и нумизматики), старший научный сотрудник Института всеобщей истории АН СССР доктор исторических наук Ю. К. Колосовская осветила историю Паннонии в эпоху принципата. Она анализирует рабовладельческие отношения в Паннонии, развитие здесь городского строя, структуру земельной собственности, общественную и культурную жизнь в городах. Автор исследует также проблему римского завоевания Паннонии, характеризует ее взаимоотношения с соседними племенами.

Особенность развития римских провинций состояла в том, что здесь происходил синтез римских и местных социально- экономических институтов. Поэтому Ю. К. Колосовская специально останавливается на

¹ См. Т. Д. Златковская. Мезия в 1 и 2 веках нашей эры. М. 1951; И. Т. Кругликова. Дакия в эпоху римской оккупации. М. 1955.

стр. 173

характеристике Паннонии до ее завоевания Римом. Она исследует этнический состав этого региона, показывая размещение кельтских и иллирийских племен, населявших тогда паннонские равнины. Анализ общественных отношений в Паннонии накануне римского завоевания приводит ее к Выводу, что местное население переживало эпоху разложения первобытно-общинного строя. Но если кельты находились на довольно высоком уровне экономического и социального развития (стр. 27) и стояли на грани раннеклассового общества, то иллирийцы еще сохраняли основы первобытно-общинного строя. Главным занятием племен Паннонии было земледелие.

Важное стратегическое положение Паннонии, ее обширные плодородные территории содействовали тому, что она стала объектом римской экспансии. Ю. К. Колосовская рассматривает пути римского проникновения в Паннонию (стр. 36 ел.), освещает основные этапы ее завоевания Римом. Чисто военная сторона этой проблемы в значительной степени уже нашла свое отражение в зарубежной литературе. Ю. К. Колосовская сосредоточила главное внимание на раскрытии политической подоплеки событий, на выяснении спорных вопросов. Она показывает, что завоевание Паннонии составляло важнейшую часть внешней политики императора Августа (стр. 39). Упорная борьба паннонских племен в ходе римского завоевания и во время паннонско-далматского восстания потерпела неудачу прежде всего из-за решающего перевеса военной и государственной организации Рима.

Из работы Ю. К. Колосовской становится очевидным, что римское завоевание Паннонии прервало процесс самостоятельного развития местных кельтских и иллирийских племен в то время, когда некоторые из них находились на грани формирования классового общества. Автор вместе с тем справедливо считает важным последствием завоевания появление в Паннонии рабовладельческих отношений, означавшее переход на более высокую ступень общественного развития.

Исследуя положение покоренного Римом местного населения, Ю. К. Колосовская отмечает, что завоевание означало для него коренное изменение условий дальнейшего существования (стр. 58). Теперь эти племена были вынуждены арендовать принадлежавшую им некогда землю. Возникла новая административно-территориальная организация, именовавшаяся "civitas". Границы этих общин, согласно многочисленным данным, приведенным в монографии, далеко не всегда совпадали с этническими. Административные обязанности в общинах выполняли представители местной знати, находившиеся под наблюдением командиров ближайших римских воинских частей. Ю. К. Колосовская анализирует социальную структуру этих новообразований, довольно условно называя их племенными, показывает сочетание в них пережитков старой, родовой организации и новых типов общественных отношений. Особенный интерес представляет описание зарождения и развития социальных групп, связанных с рабовладельческой формой эксплуатации. Внимание читателя, несомненно, привлечет умело использованный автором археологический материал, относящийся к рабовладельческим виллам раннего периода, обнаруженным на территории "племенных общин" (стр. 70 сл.).

Одна из основных проблем, рассмотренных в монографии, - урбанизация Паннонии. Образование римских городов в провинции происходило одновременно с учреждением "племенных общин" (стр. 75). Автор устанавливает, что римские города были основаны ранее всего на юге и западе провинции. По вполне аргументированному мнению Ю. К. Колосовской, они возникали на базе лагерных поселений. Города-колонии ветеранов основывались на принципе экономического и политического равенства граждан. Каждый ветеран имел право на земельный надел и доступ к городским магистратурам. Освещается и другой способ создания городов - путем преобразования в них племенных центров. В книге прослеживается специфика организации и структуры таких городов. На их землях осталось сидеть прежнее крестьянское население; при несомненном широком притоке переселенцев из Италии основу общин этих муниципиев в значительной степени составляло местное население, получившее права римского гражданства (стр. 97 сл.).

Известно, какую большую роль в истории Римской империи I- III вв. сыграл рост крупного землевладения. Паннония же, как убедительно доказывает автор, так и не стала страной крупной земельной собственности. Очень важен вывод, что в социальной структуре провинции средний муниципальный землевладелец был, вероятно, типичной фигурой. Эти средние муниципальные слои были устойчивы экономи-

стр. 174

чески вплоть до середины III в. (стр. 140). Специфика Паннонии заключалась также в том, что здесь в течение всего римского периода сохранилось значительное по численности сельское население.

Обращаясь к характеристике рабства на территории Паннонии, автор констатирует, что "рабовладельческие отношения Пронизывали все сферы жизни в провинции" (стр. 142). В целом вопросы, связанные с рабовладельческими отношениями в Римской империи, получили уже довольно глубокую разработку в литературе. Это в определенной степени облегчало положение Ю. К. Колосовской. Но ограниченность источников по истории рабства в Паннонии, их преимущественно эпиграфический характер потребовали от нее большого, кропотливого труда. В результате тщательного анализа Ю. К. Колосовская пришла к нескольким существенным выводам. Она выяснила, что наиболее активно рабство развивалось в городах и среди пришлого населения (стр. 157). Некоторое значение имело применение рабского труда и в хозяйствах племенной аристократии. Интересны наблюдения автора над положением императорских рабов и отпущенников, взгляды на происхождение рабов и источники пополнения рабской рабочей силы.

Важный вопрос поставила Ю. К. Колосовская в связи с периодизацией истории рабовладельческих отношений в Паннонии. Известно, что кризис рабства начался в империи уже после Маркоманнских войн (167 - 180 гг.). Автор аргументированно доказывает, что это в целом верное положение нельзя распространять на Паннонию. В этой провинции, не имевшей многовекового наследия рабовладельческих отношений, кризис их наступил гораздо позднее (стр. 163).

В Паннонии, как и во многих других провинциях Рима, города были важными центрами экономической, политической и культурной жизни. Поэтому в монографии значительное внимание уделяется описанию городского управления и коллегий, характеристике культуры и религиозных верований жителей паннонских городов. Вполне правомерен вывод, что в отличие от Италии, где уже в I-II вв. наблюдались известный застой городской жизни и политическая пассивность граждан, паннонские города переживали подъем, который был вызван прогрессировавшей урбанизацией провинции и распространением рабовладельческого способа производства (стр. 202). Но Ю. К. Колосовская ни в малейшей степени не идеализирует положение тогдашнего провинциального города Это отнюдь не свободный полис ранней античности. Гнет императорского абсолютизма чувствовался во всей общественной жизни города (стр. 202 сл.).

Монография завершается анализом взаимоотношений Паннонии и соседних народов. Автор раскрывает все многообразие связей, существовавших здесь между римлянами и варварами. Исследовав обширный материал археологии и эпиграфики, Ю. К. Колосовская установила, что переселение племен на территорию Паннонии имело важное историческое значение. Увеличилось сельское население провинции (стр. 243), происходило смешение местных и пришлых этнических групп. В новых исторических условиях как бы возрождались те отношения, которые существовали в ранний период истории Паннонии, когда римские города находились в окружении местного сельского населения и развивались во взаимоотношении с ним (стр. 244).

Таким образом, Ю. К. Колосовская написала серьезное и оригинальное исследование. Сосредоточив главное внимание на всестороннем анализе социально-экономических проблем, она охарактеризовала те важнейшие стороны развития Паннонии, которые еще не нашли должного отражения в современной литературе. Конечно, как и во всякой многоплановой работе, не все вопросы раскрыты в книге с одинаковой обстоятельностью и глубиной. Так, довольно схематично отражены военно-политические отношения между Паннонией и пограничными народами. Вряд ли можно согласиться с мнением автора о сильном государственном образовании у маркоманнов во времена Маробода (стр. 53). Это было, по-видимому, племенное объединение с элементами государственной власти. Не вполне ясно, что имеет в виду Ю. К. Колосовская, когда в качестве одной из причин поражения паннонцев в борьбе с Римом называет "колебания знати в своих симпатиях к Риму" (стр. 38). Здесь уместнее было бы сказать о наличии у паннонцев проримски настроенных представителей знати и об измене ее значительной части своим соотечественникам после серьезных неудач паннонских племен.

А. М. Ременников (Казань)

Permanent link to this publication: