BIBLIOTEKA.BY is a Belarusian open digital library, repository of author's heritage and archive

Register & start to create your original collection of articles, books, research, biographies, photographs, files. It's convenient and free. Click here to register as an author. Share with the world your works!

Libmonster ID: BY-718
Author(s) of the publication: Ю. В. ГОТЬЕ

Share with friends in SM

1919 год

19 декабря/1 января. Хотя я начинаю год по новому стилю и хотя я переходу на новый стиль всегда сочувствовал, я сам продолжаю чувствовать старый стиль и сам про себя буду встречать его через 12 дней; быть может, это молчаливый протест против режима Р. С. Ф. С. Р. День без впечатлений, сидел дома и писал лекции; только в занятиях и отрада.

20 декабря/2 января. Провели вечер у родителей жены; туда я шел в сравнительно хорошем настроении, может быть, потому, что прочел все заманчивые вести, которые сегодня напечатали в своей газетке меньшевики-печатники1 , а вышел - мрачнее ночи, после того как жгуче почувствовал нищету вместо довольства, потерю всего заработанного жизнью и тень голода, витавшего над нами. Тяжелые вести из Киева, идущие от Собинова, точнее, от его сыновей-офицеров; они совпадают с тем, что написано сегодня в газете печатников: там начинается террор самостийников; я не знаю, что лучше - эта сволочь или большевики2 .

22 декабря/4 января. Pichon заявил, что они, французы, разбили большевиков под Пермью3 . Сегодня рассказывали, что у Деникина дела неплохи и что снабжение военными припасами налаживается. Приехавший из Воронежа говорил, что казаки в 30-ти верстах, что красная армия не желает идти в бой и что усилия тов. Троцкого вынудить их идти довольно тщетны; противник сейчас, однако, очень слаб, но стоит одного усилия, чтоб опрокинуть красноармейцев. Сегодня вышел указ о том, чтоб нам продолжать учить с сохранением содержания, но без ответственности и без права ходить в совет и факультеты4 . Раз снимают ответственность, можно только порадоваться.

23 декабря/5 января. Целый день чувствовал усталость от вчерашней прогулки на Девичье Поле и на Миусскую площадь5 ; эти прогулки тоже современность: они дают свою колоритную нотку в общую картину русской жизни. На завтра жену требуют на очистку снега6 - вот еще одна нотка современности; такими "нотками" мы окружены, из них мы не выходим. Одесса занята добровольческой армией и союзниками. Там поднят трехцветный флаг во имя единой и неделимой России7 . Наконец-то! Об этом сообщает меньшевицкая газетка "Вечер Москвы", которая, конечно, этому не сочувствует8 .

24 декабря/6 января. Утром вез по улицам Москвы кислую капусту в обществе А. И. Яковлева, такого же, как я, профессора Университета, и О. М. Веселкиной, начальницы Ал[ексан]дровского института, точнее, бывшего и[нститута]9 . Потом сгребал снег с улицы. Потом имел визит гр. П. С. Шереметева по поводу спасения Михайловской библиотеки10 , причем обнаружилось трогательное единение в этом деле и официальных и неофициальных сфер. Я никогда так не был доволен елкой, как в этом году, и радуюсь, что, придя от всенощной, мы ее зажжем.


Продолжение. См. Вопросы истории, 1991, NN 6 - 12.

стр. 119


26 декабря/8 января. Два тихих дня, в которые большевики позволили нам отдыхать; я старался в эти дни отдохнуть, но едва ли достиг какого то ни было результата; по крайней мере, сейчас, вечером второго из этих дней, я чувствую себя таким же разбитым, как и ранее. Сегодня возили Володю в цирк и смотрели, как он веселился; но мы веселиться не могли; нигде, может быть, так, как в цирке, не бросается в глаза царящая над нами охлократия; ничего, кроме горильих рож. Вечером долгий и жаркий спор с Ниной по поводу того; что нам предстоит делать и что предпринять для нашего спасения. Мое впечатление, что пока мы еще не понимаем друг друга. Это очень тяжело, тем более, что и сам я ежедневно колеблюсь, не зная, что лучше делать. Но я все более и более прихожу к заключению, что деятельность в Совдепии никакая немыслима и что отсюда, и во имя России и во имя себя самого, надо уходить.

27 декабря/9 января. Призраки голода надвигаются все ближе и теснее. Сегодня прошелся по Москве и как-то особенно проникся ужасом от этого мертвого, убитого города; одна мысль - бежать, и более, чем когда-либо, я укрепляюсь в мысли, что надо готовиться к отъезду.

30 декабря/12 января. За эти дни жизнь текла в обычных рамках; это не прежние праздники, а какое-то промежуточное состояние, не лишенное всегдашних беспокойств и отличающееся от простых будней только меньшим числом текущих обязательных занятий. Слухи о том, что большевики собираются разрушить и наш факультет, обратив его в часть нового общего факультета "общественных наук", становятся все крепче. Мы даже совещались по этому поводу и решили, что на имеющее последовать приглашение участвовать в заседаниях, имеющих быть по этому поводу, мы пойдем, хоть все собравшиеся, кажется, ясно себе представляли, что всякие рассуждения будут бесполезны. Очень характерно вел себя Сакулин: он хороший человек, но типичный социал-предатель и соглашатель, не то народный социалист, не то меньшевик, ни то ни се, ругает большевиков и тут же готов вступить с ними в переговоры на каких-то условиях, хотя он сам должен знать, что никаких условий соблюдать все равно они не будут. Есть слухи и о том, что они вовсе не допустят конкурса, а назначат тех, кого им хочется. Я отношусь к этому равнодушно; все дело в том, чтобы дотянуть до лета и до возможности куда бы то ни было уехать или же выждать перемен. Я это и думаю и говорю везде.

А перемены все-таки будут; большевики меняют свою продовольственную политику и разрешают свободно ввозить почти все; я не думаю, чтобы это могло изменить к ним отношение недовольных ими масс, но если даже 10% объявленных милостей осуществится, то нам, несчастным буржуям, не производящим хозяйственных благ, будет, может быть, лучше. С другой стороны, отовсюду слухи о разложении красной армии; да она и не может не разлагаться. В-третьих, тоже настойчивые слухи о новых высадках людей и технических средств, главным образом на юге. Наконец, объявление войны Финляндией Эстонии11 . Разложение внутри и натиск извне; все это должно произойти в течение 1919. О германских событиях я до сих пор ничего сказать не могу, потому что не могу ничего понять в них.

31 декабря/13 января. Сегодня слышал о том, что получены известия от Ент. и Пин. Один говорит, что родственники будут, другой говорит, что вернется весною. Еще сведение, что в Деникинской армии ссорятся монархисты и республиканцы12 и что при приезде английских офицеров все офицеры напились. Как все это по-русски! Если будут какие-нибудь изменения, то наверно выплывут все-таки некоторые новые люди из тех, которые выстрадали все это время и изучили на практике русскую жизнь.

2/15 января. "Старый" новый год встретили обычным образом у родителей жены - радовались двум пирогам из черной муки и пили сладенькое вино за невозможностью достать ни водки, ни шампанского, которыми прежде провожали и встречали год; вчера опять остатки буржуазности - обед у Е. А. Готье13 - вместо бездны яств, которые там когда-то в этот день бывали, была ветчина с картошкой, и все поражались роскошью стола: таковы картины голода, затягивающего нас. Но этот голод затягивает и их: упорно говорят о выводе красноармейских частей из Москвы во избежание голодного бунта; они сами пишут о катастрофическом положении продовольствия. Чувствуется, что назревают какие-то новые непредотвратимые события. Что они нам принесут?

3/16 января. Вчера неожиданно получил письмо от кн. М. М. Черкасской из Харькова от 19 сентября. Где оно валялось - остается тайной. Оно характерно для иллюстрации переживаемого времени, и поэтому я прилагаю его здесь14 ; вот какие сведения дают о себе жители двух городов, между которыми два года назад сообщение поддерживалось 3-мя парами курьерских поездов, ходившими 14 часов. В сегодняшних известиях неподражаемое письмо жены "тов. Раскольникова", попавшего в плен к англичанам15 : офицеры прямо перешли на ту сто-

стр. 120


рону, а матросы в последний момент стали отдавать им честь и величать "Ваше вскбродие", и сами выдали Раскольникова. Русский человек всегда и везде себе верен: "душевной крепости не бе в нас отдавна".

4/17 января. Все более и более настоятельным становится дело выезда из Москвы Нины и Володи; особенно Нины; вчера пришла в голову мысль, что если Леля переедет в Вологду, то Нине на время уехать туда, т. к. вопрос питания там лучше обставлен, чем здесь; с другой стороны, хотя дело все труднее и труднее, но надо выхлопатывать право на выезд из Совдепии. Слава Богу, выпустили А. А. Кизеветтера; к сожалению, я его еще не видал; хотя вчера он был у нас, но меня не оказалось дома, а сегодня я его не застал. Сегодня нет ни крупных слухов, ни интересных известий, а между тем именно сегодня какое-то особое нетерпение и желание, чтобы все поскорее кончилось.

5/18 января. Убиты Либкнехт и Роза Люксембург16 : наши владыки завыли; это серьезная страница в германской революции; было время, когда я жалел об его аресте, а теперь хочется сказать: собаке собачья смерть; далее наши вещают, что с. -р. ищут с ними соглашения; сегодня мы с Яковлевым обсуждали эту конъюнктуру и пришли к заключению, что такое отслоение vermine17 скорее хорошо, чем плохо; их мир не будет прочным, а противников коммунистов это сразу отмежует и от с. -р. подлой слякоти. Было собрание домовых жильцов: свергали домового председателя, который покусился на изнасилование дочери управляющего.

6/19 января. Был в Храме Спасителя на патриаршей службе; пахнуло чем-то старым и хорошим, но я думаю, что это была моя любовь к Московской Руси, а не сознание силы православной церкви, которая слаба и бессильна, несмотря на внешнюю красоту церковной службы. В то же время шла "демонстрация протеста" по поводу убийства Либкнехта; я ее не видал; говорят, что она особой внушительностью не отличалась. Ободряющих новостей нет; сидел дома и работал. Вечером в Обществе истории и древностей, где избирали председателя и секретаря на место умерших Глазова и Белокурова: избрали Любавского и Богословского; последний после избрания заявил, что его дело - свято блюсти устав и священные предания общества18 . Я с ним согласен.

7/20 января. Бездна слухов; один противоречит другому; во всем, кажется, можно разобрать только одно, что как будто что-то начинается на севере19 и, быть может, будет более действительным, чем на юге. В Украине новый переворот: директория свергнута какими-то военными; пока еще рано делать выводы, но падение Петлюры и прочей сволочи может навевать только самые приятные чувства. Начал лекции в университете: 2 1/2 градуса; кое-какой народ все-таки был; удивляюсь этим молодым людям.

8/21 января. Очищена Нарва20 , и подтверждается переворот в Киеве; этого достаточно, что все повеселели, хотя, может быть, и без всякого основания; в остальном - день прошел, и слава Богу; благодарим Его и за то, что Нина вымолила в Совдепе на усиленное питание 30 яиц, 3 фунта пшена и 3 фунта риса; именно вымолила и выстояла.

9/22 января. Справляем св. Гапона21 и их же с ним убиенных или без него, это все равно; в мертвой Москве все закрыто, что разницы не делает, ибо и в остальные дни тоже все закрыто. Ходил в Дорогомиловскую слободу за молоком к отставному извозопромышленнику, который делает нам милость, поставляя по дорогой цене небольшое количество молока; из разговора выяснилось, что вся семья недовольна существующим положением дел; видно, что низы готовы растерзать и своих теперешних владык, но еще не решаются и без посторонней помощи не решатся этого сделать. Много смутных разговоров и слухов, но веры им придавать страшно: уж очень грустно во всем разочаровываться.

10/23 января. Продолжаются напряженные ожидания чего-то такого; быть может, не будет и на этот раз ничего, а жизнь становится все труднее. Утром я ходил к Мясницким Воротам в магазин Самсонова получать 30 яиц и 3 фунта риса для Нины и Володи. Уже самый факт путешествия так далеко22 за столь малым характерен для нашего времени, но путешествие по Москве в деловое время утром еще раз произвело на меня ужасное впечатление - вероятно, нашествие Чингисхана приблизительно так влияло на города, которые ему подвергались: все окна заколочены, все убито, все прекращено; не скоро удастся все исправить и привести в порядок тем, кто будет призван это сделать. Рассказывают, что Ленин, катавшийся в автомобиле по Сокольникам, был остановлен, причем у него отобрали автомобиль и пригрозили ему браунингом, кто - не известно23 . Se non e vero24 , то во всяком случае характеризует разложение нынешнего режима.

12/25 января. Татьянин день. Обедня в Большом Вознесенье25 ; прекрасное пение; среднее количество профессоров и отсутствие студентов; может быть, впрочем, потому, что об этой обедне знали только по передаче из уст в уста. Наш прот. Боголюбский сказал проповедь на

стр. 121


тему о том, что древние мученики и мученицы не "стыдадились" Христа; надо было сделать естественный вывод, что нынешние люди Его стыдятся; это было бы верно, но вывода такого он не сделал; быть может, сам устыдился или, точнее, испугался; проповедь могла бы быть эффектной, но эффект произведен не был.

В 1 час дня была встреча профессоров в зале совета; встреча неофициальная; было человек 50 профессоров, новых и старых, уйденных и оставленных; начал собрание Гулевич26 очень тактичной и умной речью; по содержанию она была обычной речью при открытии собрания, но он очень тонко коснулся и современного момента и не менее тонко благодарил Боголюбского за возможность быть сегодня в храме; под конец он предложил избрать председателем собрания Савина. И Савин хорошо справился с задачей руководить разговорами, о которых можно было сказать словами Цицерона: cum tacent, clamant27 .

Не знаю, что было на душе у присутствующих, но, конечно, речи большей частью шли о том, что Татьяна наша не последняя, и что мы опять будем ее праздновать в нашем храме28 , и что Московский Университет еще сыграет свою роль в том возрождении России, которого мы все так страстно ждем. А мне так не раз сегодня думалось - не последняя ли это Татьяна? Не умрет ли сам собой наш университет от холода и голода, если большевики не умрут до тех пор?

Я рискнул приветствовать от имени собравшихся Кизеветтера и Новикова, недавно вышедших из узилища или из Бутырской санатории29 . Некоторые говорили с искренним оптимизмом, например, тот же А. А. Кизеветтер, который меня этим даже поражает; я недоумеваю, искренняя твердая вера или маниловщина. Характерным было выступление Д. Л. Черняховского, когда-то моего репетитора, который говорил об идеальной автономии университета с участием студентов; его речь не была покрыта аплодисментами. Разошлись, посидев часа полтора. К сожалению, сегодня не устроилось компании, чтобы провести Татьяну; никогда мне так не хотелось ее отпраздновать, как сегодня.

Сегодня большевики напечатали обращение предварительной Мирной конференции ко всем русским правительствам, приглашая их съехаться 15 февраля на Принцевых островах. Конечно, трудно сказать, каков истинный характер этого предложения или предписания; я толкую его как очную ставку перед диктаторами мира; общее мнение не пессимистично; большевики комментируют его с кислыми ужимками, ибо искренно они его принять не могут. Быть может, это последняя попытка что-либо сделать с Россией30 ; быть может, последняя попытка спаять русских или отругать их перед активным вмешательством; что ж, подождем 3 недели; ведь ждали же достаточно долго.

Очень поучительны и очень утешительны выборы в германский учредительный Рейхстаг: ни одного спартаковца и 23 независимых; большинство у шейдемановцев, которые, в сущности, не левее наших кадетов31 . Европа осталась Европой, а Россия показала, что она не более как ожидовевшая Азия. Вчера мне пришлось пешком идти на лекции на Девичье Поле32 , а оттуда пешком же на лекцию в Университет Шанявского; если бы это пришлось делать регулярно, то чтение лекций было бы невозможным.

13/26 января. Был у меня Н. А. Бердяев33 , несомненно, выдающийся и приятный человек. Живя литературным трудом и, вероятно, капиталом, он тоже дошел до стенки и говорил со мной о возможности получить место по части музеев и архивов; я, конечно, дал ему все необходимые советы и указания. В беседе он высказал мысль, которую я вполне разделяю, хотя она до моего сознания еще не доходила: у нас слишком много разлагающих сил и слишком мало, точнее, совсем нет сил слагающих; в этом наша величайшая трагедия и опасность. Он был ранее оптимистом, но сейчас изменился к худшему; однако, его пессимизм не превосходит моего. Говорят, на вчерашней профессорской беседе был Артемьев, "товарищ министра" от большевиков34 . Как жаль, что никто мне не показал этого субъекта, который, вероятно, пришел туда в качестве соглядатая. О вчерашнем приглашении на Принцевы острова сегодня пишут кисло, а меньшевики даже вовсе молчат; значит тут что-то не то.

14/27 января. Присутствовал на заседании библиотечной сессии; так называется какое-то новое учреждение, выдуманное в Комиссариате Народного Просвещения для управления библиотеками в Совдепии. Я пришел в кабинет тов. Луначарского, где (без него) происходило какое-то предварительное заседание и без толку сыпались слова; председательствовал беспринципный тов. Брюсов35 ; минут через 15 пришел тов. Покровский и, едко извинившись за какие-то слова, сказанные накануне, выгнал заседание из этого кабинета; стали искать, куда идти; оказывается, что бывший актовый зал Лицея не топится - в нем 5°; в библиотеку? Но есть постановление, что в библиотеке заседаний быть не должно; но что же такое? Покровский по-солоновски изрек, что библиотечная сессия в библиотеке заседать не может; долго ждали между шкапами, что кто-то откроет заседание. Глядя на все это, я еще раз вспо-

стр. 122


мнил слова ген. d'A[...]de, говоренные в Москве - ah, le dachis36 . Кроме dachis русские ни на что не способны, очевидно.

17/30 января. Заседание "библиотечной сессии", так названы какие-то периодические съезды, которые должны вершить дела русских библиотек37 . На них присутствуют отчасти люди нашего склада, вроде вице-директора публичной библиотеки Браудо, Венгерова38 , Калишевского; надо сказать, что петербургских мало; академики Ольденбург и Дьяконов сказались больными и не приехали39 . Зато и другой лагерь представлен очень полно, и даже товарищ Покровский удостаивает принимать участие в дебатах. Быть может, самым интересным экземпляром является С. Д. Масловский (псевдоним - Мстиславский), бывший библиотекарь Академии ген. штаба, левый с. -р., участник брестских переговоров, отец семейства в 10 человек, на вид алкоголик, про которого говорят, что его поступки всегда возбуждали по меньшей мере недоумение. Он предлагает сделать все книги в России общим достоянием, предоставив "народу" уничтожать книгу, пользуясь ею где угодно и как угодно; другой тип, А. П. Кудрявцев, ловкий проходимец из эмигрантов, ставящий своей задачей почему-то покровительство русским антиквариям, быть может, будучи сам заинтересован в этом. Кто знает? О других не говорю: достаточно посмотреть на физиономии А. А. Покровского, почему-то пользовавшегося популярностью среди библиотекарей в Москве, тов. Чачиной, что-то лепечущей о внешкольном образовании40 , и иных, чтобы видеть, что из рук этих горилл скоро вывалится последняя книжка.

Во время дебатов было несколько перлов; говоря об антиквариатах, М. Н. Покровский говорил, что они жулики и мошенники; Кудрявцев, возражая ему, говорил, что такое явление может быть только исключением, что вообще все, что основано на грабеже, не может быть твердым: попал пальцем в небо. Говорили о возможной утечке редких книг за границу; Покровский по этому поводу изрек - все равно или большевицкий остров поглотит море или море высохнет; как оно, очевидно, имеет тенденцию. Не то глупость, не то доктринерская наивность. Между прочим, на этой сессии мы проводим какие-то фантасмагорические штаты библиотеки - в 250 человек41 . Куда мы будем их сажать? Долго ли эта орда просуществует у нас? На общем горизонте ничего определенного; говорят, что на Принцевы острова поедут Раковский42 и Иоффе, чтобы ссорить американцев с англичанами и французами; это тоже называется попасть пальцем в небо. Все-таки очевидно, что до весны не будет ничего и что в конце концов вся Россия, голодная, бессильная и разоренная, упадет в объятия иностранных капиталистов и империалистов.

18/31 января. Сегодня несколько радостей, характерных для современного момента; Маша приехала из деревни и привезла картофеля 7 пудов, 6 фунтов масла, 7 фунтов крупы и 3 огромных ковриги хлеба; читал в Шанявском, был народ и дали денег с сентября; и, в-третьих, не было никакого пленума или комиссии. Общих слухов никаких; все остается, как вчера; говорят, что на Принцевы острова они не едут; для нас это было бы даже и лучше.

19 января/1 февраля. Слышал от А. И. Браудо, со слов В. Д. Бонч-Бруевича, что на анонимное радио они не поедут; из того же источника: Ленин говорил Горькому - мы знаем, что у нас ничего не выходит, но куда же нам уходить, когда нас никто не свергает. Поэтому они гонят вовсю, и в ус себе не дуют; и будут так делать до последней своей минуты. Вчера нес в руках два хлеба от Ярославского вокзала в Мертвый переулок - оригинальное занятие. Имел разговор с П. С. Анти[...] о передвижениях на юг; находит, что сейчас никуда пробраться нельзя.

21 января/3 февраля. Кислые известия в "Известиях", изобличающие недовольство из-за того, что их недостаточно приглашают на конференции; на днях они расстреляли четырех великих князей: Георгия и Николая Михайловичей, Дмитрия Константиновича и Павла Александровича43 . Рязанов назвал это "гнусным расстрелом". Надо думать, что у них есть два противоположных течения - 1) за сближение с Европой - 2) против него.

22 января/4 февраля. События дня: нота тов. Чичерина правительствам союзников: предлагаются концессии, амнистии, уплата по займам, с условием, чтобы внутренний строй советской России остался нетронутым. Некоторые считают это капитуляцией, но я не держусь этого мнения; вся нота полна лжи, обычной для большевиков; они обещают что угодно, с тем, чтобы при случае обмануть и отречься от всех своих обещаний. Для меня вопрос состоит в том, что союзники из этого сделают или захотят сделать: сделают ли вид, что они им поверили и вступят в переговоры или же это будет моментом полного между ними разрыва. Я думаю, что, на худой конец, если они начнут договариваться, то будет небольшой момент, когда сношения с заграницей будут возможны; тогда надо этим воспользоваться и уехать. Меня сильно начинает тяготить моя библиотекарская должность в Музее; хлопоты без конца, все усиливающиеся, и более никакого нравственного удовлетворения.

стр. 123


23 января/5 февраля. Большевики заняли Киев44 и отходят в Псковском районе; вечный кадриль chemins croises45 , однако военные действия продолжаются повсюду, и это стоит в полном противоречии с условиями, выставленными союзниками в радио, приглашавшем большевиков на Принцевы острова. По более или менее общему мнению, положение должно определиться - или война или мир, и, во всяком случае, конец теперешнему неопределенному состоянию. С Яковлевым и Бахрушиным решили, что если будет мир, конечно, временный, и вероятно, кратковременный, надо тотчас же выбираться из Совдепии.

25 января/7 февраля. Очередные слухи: кто из них едет якобы в Париж, кажется Мануильский; его будто бы вызывают, однако он едет с паспортом Красного Креста, что доказывает, что дело обстоит не так просто46 . Ноту Чичерина будто бы заставило их послать то, что где-то высадился большой десант; в Финляндии есть будто бы и русская организация во главе с ген. Юденичем и с Треповым47 . Вернулся А. Э. Вормс с финляндской границы; его с большевицким паспортом не пропустили, тогда как будто бы пропускали людей без оных; Вормс сидел 3 дня на границе, читал газеты финские, шведские и английские, и вынес впечатление, что английской интервенции не будет, потому что внутренние затруднения Англии слишком" велики. Сегодня узнал, что арестовали у нас в доме самых влиятельных членов домового комитета - кн. Урусова, Соколова и Крылова; уверяют, что это визитная карточка бывшего председателя Славина. Сегодня целый день мрачное настроение.

26 января/8 февраля. Угнетенное состояние души; чувствую, что все валится из рук и ничего делать не хочется, ибо порывы их творчества, которые грозят теперь сломать университеты и опечатать Музей, т. е. изгадить всю мою работу - еще хуже их виртуозности в ломке. Был у меня в Музее офицер ген. штаба, которому в один день поручено от "полевого штаба" выяснить, какие области Россия советская может отдать кому-то такое на основании ноты Чичерина. После долгого разговора выяснилось, что в основу работы можно положить атлас Замысловского48 .

28 января/10 февраля. В умах полная неразбериха; но слухи опять как будто оживляются: рассказывают о каком-то кооператоре типа с. -р., который приехал из Англии и слова которого в общем подтверждают слова Вормса о состоянии умов в Англии; говорится о добровольческой армии - нерусской - которую будто бы успешно набирают и поддерживают Франция и Англия; говорят о взятии обратно Уфы49 ; в газете печатников письмо некоего мужа революционна о том, что у Колчака 400000 прекрасной армии. Где правда, где ложь? А между тем большевики свое дело делают и ломают университеты; теперь выдумали нас, историков, свести с юристами в факультет общественных наук50 ; для них никогда не будет достаточно ерунды. Принялись и за библиотеки, вследствие проявленного к ним со стороны тов. Ленина интереса51 - постоянные циркуляры, точь-в-точь как ранее, когда чем-нибудь интересовались августейшие персоны.

29 января/11 февраля. Решил провести день дома, чтобы отдохнуть от Музея и подкрепить слабеющие нервы; на этот раз мне это удалось; лекции, однако, я читал и опять удивился на наших студентов, которые хоть и в малом числе, но упорно являются слушать курс доисторической археологии. Общее положение без перемен; те же слухи и то же болото.

30 января/12 февраля. Еще один день дома; чувствую, что у меня менее желания бросаться на других нежели несколько дней назад; целый день занимался вдали от газет и от шума; новостей, кажется, особенных нет; вечером в Обществе истории и древностей, где М. М. Богословский читал свои воспоминания о В. О. Ключевском (сегодня его именины): в мастерском изложении М. М. ожили воспоминания о Московском Университете за 80-е и начало 90-х годов, когда Московский Университет был центром умственной жизни Москвы; пахнуло чем-то далеким, хорошим, навсегда ушедшим; надо и мне написать свои воспоминания об университетском времени52 .

1/14 февраля. Встретил Ил. Н. Бор[оздина]53 , который рассказывает, что "они" собираются уничтожить "2-ю ступень" единой трудовой школы, ими же самими изобретенную, и желают заменить ее посылкою всех детей на фабрики на 4 часа в день, причем за фабричным трудом будут следовать чтения54 . Перемен нет, кроме того, что нам, кажется, не миновать слияния с юристами и что пресловутый всероссийский конкурс, ими же объявленный, будет заменен простым назначением. Общий вопрос - быть или не быть - стоит без перемен.

2/75 февраля. Опять большой праздник, проведенный как будень; сидели после 3- х часов в научно-издательской комиссии при архивном управлении и толкли воду в ступе, рассуждая об издании документов, которых ни при современном, ни при будущем состоянии русской земли издавать все равно не придется. Приехавшие из Петербурга передают, что все там на месте; однако тов. Чичерин, разразился сегодня нотой к Финляндии по поводу сосредоточения войска на финско-русской границе.

стр. 124


5/18 февраля. За два дня произошли большие и неприятные события. "Военный Контроль", поселившийся в нашем доме, переименовался в "Особый отдел В. Ч. К."55 и стал пухнуть и расширяться. "По стратегическим условиям" они выселяют всех жильцов старого Солововского дома, и все 10 оставшихся квартир вселяют в дом N 4, т. е. наш. При этом недвусмысленно говорят вокруг, что и весь дом будет постепенно выселен. Приходится опять думать о переезде в Музей; об этом ведутся переговоры, и мы уже сейчас отправили часть мебели в Музей. Надо все устроить и все привести в порядок, а там, может быть, удастся и что-нибудь сделать с собой самими. На общем горизонте мертвая зыбь.

6/19 февраля. Все по-прежнему, и даже нет интересных слухов. Для проведения фантасмагорических штатов Румянцевского Музея я был водим в Комиссариат Народного Просвещения на заседание коллегии комиссариата. Председательствовал тов. Покровский, но я никогда не думал, чтобы он вел заседание так вяло, скверно и неумело. На заседании присутствовала Н. К. Крупская-Ульянова-Ленина56 , без 5 минут русская императрица; я не ожидал видеть ее такой, какая она есть - старая, страшная, с глупым лицом тупой фанатички, причем ее уродство подчеркивается ясно выраженной базедовой болезнью; остальные присутствующие были Познер, Шапиро, Маркс57 и другие представители господствовавшего племени, кроме тов. Чачиной - тип вечно смущающейся, краснеющей и мигающей учительницы, тоже фанатического вида, которая при Н. К. Крупской состояла вроде того, как mezzo-soprano состоят при soprano в итальянских операх.

Первый вопрос, на котором я присутствовал, касался невразумительной и сумбурной записки Ленина, сущность которой сводилась к тому, что вся Совдепия должна покрыться сетью библиотек, причем каждая из них должна дать отчет о своих успехах, а все вместе - соревновать одна перед другой58 . К записке все относились совершенно так же, как в былое время к тому, что всемилостивейше начерталось на всеподданнейших докладах. Чрезвычайно характерна была речь одного из присутствующих - тов. Темкина, конечно еврея, по поводу этой записки: он доказывал, что надо создать сначала библиотекарей, потому что в провинции "наших" нет, что культурное земство исчезло и интеллигенция ушла. Ульянова и Покровский были смущены, когда увидели, как их товарищ попадал пальцем в небо. По этому же поводу зашла речь о каком-то учреждении, которое будет называться Центрокнигой и, состоя при ЦИКе, будет монополизировать все издательства в России. Жиды, создавшие этот проект, съели, как оказалось, издательства Комиссариата Народного Просвещения, и надо было видеть, как товарищи присутствовавшие ругали отсутствовавших и какая рознь чувствовалась между ними59 .

Очень характерны были слова, сказанные Покровским во время обсуждения этого вопроса: он говорил о том, что часть книг куда-то спрятана, "что они в провинциальных городах припрятаны спекулянтами, которые все еще чего-то ждут, но дождутся, наверно, только того, что книги станут макулатурой. Старым книгам надо противопоставить наши книги". Удивительна эта слепая вера в спекулянта, эта боязнь чего-то, что не должно прийти, но придет, и это противоположение наших и ненаших. Затем тов. Шапиро, из молодых ранний, настаивал, чтобы разрешали какой-то вопрос, в котором он был заинтересован; Покровский не соглашался; другой жид, тов. Познер, сначала поддерживал Шапиро, но потом, убедясь, что Шапиро что-то сделал помимо его, резко переменил фронт и, называя того не Львом Григорьевичем, а Л. Шапировым, стал соглашаться с Покровским: опять ссора, свара, подкапывание друг под друга.

Еще один из вопросов был отложен Покровским на том основании, что доклад о нем не был доставлен членам коллегии, но оказалось, что правитель ее дел, тов. Маркс, уже шесть дней назад роздал его всем, кому нужно было. Присутствующие долго сетовали на плохую постановку у них дела. Когда дошел черед до наших штатов, то оказалось, что мне не нужно было вовсе приезжать. Я однако не раскаивался, что потерял здесь время; картина убожества и неумения ничего сделать, разве только утопать в словах, была так ярка, что оставила во мне неизгладимое впечатление и убедила еще раз, что эти существа, имеющие от людей только образ, ничего создать не могут.

8/21 февраля. Сегодня получился пресловутый ордер на вселения, но завтра еще будут судить и рядить, кого и куда вселять. Был в архиве Иностранных Дел, где М. М. Богословский нашел мне дело Волынского60 , которое я давно хотел просмотреть; архивные занятия произвели на меня впечатление наркоза. В Музее я подал записку о командировке за границу; выйдет ли это дело? На общем горизонте опять мертвая полоса; слухов новых нет.

9/22 февраля. Весь день провел в заседаниях, причем одно было бесполезнее другого. В Музее 3 часа слушали рассказы Романова и Борзова о их питерских похождениях на "общемузейской конференции", столь же ненужной, как и все другие начинания нашего времени,

стр. 125


потом в Главном архивном управлении занимались тихим саботажем, слушая какие-то правила печатания документов, изобретенные А. Н. Филипповым61 , и, наконец, вечером в домовом комитете сидел, чтобы защищаться от уплотнения и вселения; здесь получилась самая неожиданная картина: пресловутый Славин не желает выезжать, и поэтому весь план уплотнения нашего дома сел на мель. Вопрос остается открытым до понедельника. Глупо, тошно и смешно.

10/23 февраля. Буржуйно отдыхал, пролежав в постели до 12 часов, и целый день ходил по гостям до оттяжки. В газетах сообщается об уходе в отставку Краснова и о том, что где-то неподалеку от Одессы большевики столкнулись с французами62 ; быть может, это сдвинет дело с мертвой точки. Сегодня день годовщины основания красной армии; на тех улицах города, где я сегодня был, праздник этот не выражался ничем, кроме нескольких уродливых плакатов. Д. Е. К[урдюмов] рассказывал о совещании по разгрузке московского узла, на котором он присутствовал: оказывается, что разгружать некому и нет никаких механических средств; на Северной дороге коммунисты сами подавали сегодня пример разгрузки вагонов, но из 2000 служащих пришло только 120.

11/24 февраля. Вопрос об уплотнении выясняется: сегодня мы проводили последний день в нашей столовой; завтра мы уступим ее или Бабогину [?] с 3-мя детьми и женой-ведьмой, или Рубцову - инженеру с большой семьей; таковы превратности современной жизни; все более и более крепнет мысль о неминуемости полной ликвидации квартиры. Новостей никаких, кроме разве того, что к нам едут ревизоры из западных социалистов - Каутский, Адлер, Гильфердинг, Гендерсон, Лонге и т. п. Что могут нам дать они? Ничего или что-нибудь еще худшее, чем то, что мы имеем.

12/25 февраля. Происходил переезд внутри квартиры; усталость, беспорядок, ужас; все это так дико, и так ненужно, и так современно. Извне ничего, все по-старому. Фантасмагорические штаты Румянцевского Музея сделали новый шаг к своему осуществлению; штаты факультета общественных наук также проходят. Вечером слушал пробную лекцию А. А. Новосельского; это прекрасно устроенная голова; отличная лекция на тему "Дворянское землевладение после Смуты и после 1861 года". Это первый из молодого поколения историков, которого мы выводим на свою смену. Я думаю, что этот будет хорошим продолжателем школы Ключевского63 .

14/27 февраля. Два дня прошли в переезде, и вот мы теперь стеснены в 2-х комнатах, в которых еле помещается та часть имущества, которая нам необходима для жизни. Извольте при таких условиях заниматься и двигать науку, т. е. исполнять ту обязанность, которую с нас не снимают и большевики. Мне было сначала очень грустно покидать еще 1/3 квартиры и остаться в двух задних комнатах; грустно, потому что, въезжая в эту квартиру, мы думали, что она будет для нас вековечной квартирой; потому что она нам подходила по всем своим условиям. Но, переехав, я чувствую себя легко и вспоминаю стихи Печерина о пловце на море в челноке; еще один якорь сорван, еще одной задержкой меньше; надо жить на бивуаках, пока не околеешь, или не уедешь, или не переживешь это ужасное время. Но все-таки в таком стеснении жить нельзя и надо искать выхода в переселении в Музей, от чего я отказывался в течение целых 20 лет. На общем горизонте муть. Узнал, что делают предложение поступать на службу подслушивать частные разговоры по телефону на правах военной цензуры; такое предложение сделано было моему товарищу В. А. К. Все более и более убеждаюсь, что приезд социалистической делегации не сулит нам ничего хорошего; между прочим для них реквизировали особняк А. В. Рериха в Малом Каретном переулке; таким образом, светила социализма будут жить в награбленном добре; это стильно и хорошо.

15/28 февраля. День без больших впечатлений; удалось вспомнить старую масленицу и съесть вволю блинов; газет не читал вовсе и потому сохранил сравнительно хорошее расположение духа. Никаких слухов не слышал.

18 февраля/3 марта. Не вел записей, потому что предпринято очень характерное для современной жизни путешествие: в ночевку в Машков переулок к Готье, и оттуда к Курдюмовым на Ярославский вокзал; туда ехали на ломовом от Университета до Сретенских Ворот за 10 рублей; оттуда - на извощике за 50 рублей; все прочее без перемен; все кругом так же тошно, как и раньше.

19 февраля/4 марта. Сегодня в принципе решили переехать в дом Музея, в половину квартиры Мензбира. Я думал, что из нашей квартиры в Большом Знаменском мы переедем только на тот свет; но вот что значат человеческие предположения; пришли большевики и разрушили их все: переезд в Музей, куда я 20 лет не только не стремился, но сопротивлялся переезжать, грозит многими осложнениями и неприятностями; но в данный момент надо

стр. 126


думать, что там будет покойнее, а если придется и удастся уехать, то и добро, быть может, будет целее.

20 февраля/5 марта. В пятницу, говорят, будет решаться судьба профессоров- историков. Большевики составили какую-то комиссию из 15 коммунистов (в том числе Сторожев)64 и 15 некоммунистов, которые должны решить, кто из профессоров юридического и исторического отделения историко-филологического факультета достоин войти в факультет общественных наук; от нас туда имеют отправиться Богословский, Савин, Петрушевский и Виппер65 ; мне очень их жалко, особенно первых двух; отправились они туда по специальному приглашению. Я считаю себя профессором Университета по избранию совета университета 18 апреля 1915 года; я не сделал ничего, чтоб так или иначе заявить свое отношение к князьям мира и буду продолжать их игнорировать до тех пор, пока меня или выгонят из Университета или я сам выберусь из Совдепии.

21 февраля/6 марта. Решение судьбы будет не в пятницу, а в понедельник; наше будущее зависит от цвета социалистической академии, которая, видимо, не сумев ничего сорганизовать из себя, желает внедриться в Московский Университет силой; таков смысл всей реформы: озлобленные неудачники, ничтожества, преисполненные самообольщения, желают распоряжаться судьбами Московского Университета66 . Кругом все мертво; надежды на освобождение меркнут все более и более; а процесс перегнивания затянется надолго. Большевики внезапно объявили на завтра праздник 3-го Интернационала. Что это значит, я как-то, к стыду моему, не понимаю67 .

22 февраля/7 марта. Пользуясь праздником 3-го Интернационала, я целый день сидел дома и занимался на проходе в нашей спальной, причем у меня осталось впечатление, что за мной в коридоре целый день кто-то ходил в ватерклозет. Это впечатление от чрезмерного прироста населения в квартире. Вечером город был во мраке: внешних проявлений радости от 3-го Интернационала я не видал; но Александровское училище было все освещено: должно быть, они там пировали.

25 февраля/10 марта. На большом горизонте нет ничего ясно видного; однако эти дни вновь оживились слухи, быть может, в связи с их беспокойством и недовольством, которое они, по-видимому, проявляют за эти дни; опять говорят о каких-то наступлениях в Балтийском крае, в Литве и к Минску68 ; всему этому я, впрочем, значения большого не придаю. В субботу мы устраивали пир у Курдюмовых на Ярославском вокзале; я записываю это, потому что факт этот характерен для нашего времени: 12 человек собрались на кооперативные блины, потому что всем хотелось забыться, выпить алкоголя и наесться блинов; пир начался в 9 часов и продолжался до 4-х часов ночи; по правде, все было забыто, было тепло, светло и весело. В тот же день до пира я был призван в ВЧК, в ее особый отдел, поселившийся у нас во дворе; я должен был дать показания по делу кн. Ю. Д. Урусова, обвиненного в "сокрытии государственного достояния", каковым оказались документы исторического значения. Урусов мне говорил о них два раза, и оба раза я советовал ему сдать их в государственное хранилище; на эти разговоры он сослался, и вот поэтому я и был привлечен к допросу. Первая повестка была в четверг, 6-го; я получил ее после назначенного для допроса времени; в субботу меня потребовали туда по телефону и пригрозили даже арестом, если я скоро не приду.

Я отправился в особняк М. М. Петрово-Соловово и нашел грязный вертеп, наполненный мальчишками-латышами и девками-латышками. Меня попросили обождать в комнате, откуда вытащена всякая мебель - осталось только несколько стульев; я слышал как резвились латыши рядом и прочел на стене объявление о том, что фракция коммунистов при особом отделе В. Ч. К. выражает порицание товарищам, которые позволили себе грубое обхождение с товарищами женского пола на кухне. Потом, скрипя сапогами, пришел золотоволосый и голубоглазый человек лет 30-ти, очень вежливый и приветливый, который сказал мне, что он сию минуту к его [так в подлиннике] услугам, и, спустя некоторое время, я позван был в старую спальню этого дома с коринфскими колоннами и дивным зеркалом; следователь Фельдман, с золотыми волосами и безупречным русским языком, более похожий на старого народовольца, чем на современного латышско-еврейского деятеля, допросил меня вежливо и толково и напоследок сообщил, что документы, бывшие у Урусова, составляли делопроизводство Ставки с 25 февраля по 1 апреля 1917 г., которые он получил, вероятно, как бывший в то время прокурором Могилевского окружного суда: Я не мог не сказать, что было неосторожно такие документы держать у себя.

Сегодня, как я узнал вечером, "выборы" в новый факультет не могли состояться, т. к. товарищи-коммунисты, назначенные "перебирать людишек" из так называемых буржуазных профессоров, не явились. В этом они сказались все во всей своей красоте и неряшестве.

27 февраля/12 марта. В понедельник и сегодня, в среду, решалась судьба юридического

стр. 127


факультета и историков и не решилась. В понедельник пришло 13 человек академической группы и 3 коммуниста; сегодня - 13 академической группы и 18 коммунистов. В понедельник они составили свой список; сегодня был составлен другой, более длинный и совершенно измененный; в первом списке из нашей группы историков были Кизеветтер, Богословский, Яковлев, Пичета; не было Любавского, меня и Бахрушина; относительно меня, как выяснилось, тов. Покровский, который более или менее всем вершит, не мог себе усвоить, как можно, будучи "директором громадной библиотеки", сочетать это с Музеем [так в подлиннике; вероятно, должно быть: с университетом]; сегодня это было выяснено, и моя кандидатура прошла, но все дело сорвалось из-за того, что сегодня, после 6-часового прения, большевики выдвинули кандидатуру Стеклова-Нахамкеса, и эту кандидатуру академическая группа не приняла69 . Тогда тов. Покровский заявил, что эта попытка соглашательства не удалась, как и всякая попытка соглашательства, и что поэтому новый факультет придется комплектовать индивидуальными приглашениями; обе группы разошлись, не прощаясь.

Все это мы обсудили у Богословского, который сказал нам (Любавскому, Яковлеву и мне), что он ожил, увидав нас после того, как 6 часов смотрел на страшные, нахальные жидовские рожи. Мы решили, что наш долг - нести наши обычные обязанности и гадать, что будет дальше; что, может быть, все это случилось даже к лучшему, ибо избавляет всех от какой-либо индивидуальной ответственности. Еще одно общее впечатление, нами закрепленное: большевическим жидам до смерти хочется влезть в Московский Университет, и они всячески стараются, чтобы туда попасть, сохраняя какие-то фиговые листы закономерности: я думаю, что будет лучше, если они себя туда сами назначат.

Новое оживление слухов; упорно говорят о начавшемся наступлении Колчаковских войск с востока70 ; быть может, это только очередные самоуслаждающие слухи.

28 февраля/13 марта. Общее приподнятое настроение от разных слухов, неизвестно на чем основанных, по поводу того, что произошло вчера. Общий голос, что так лучше.

1/14 марта. На частном совещании потерпевшей поражение академической группы решили, если последует приглашение от большевиков, то собраться на совет. Я очень рад, что я далек от всего этого; пусть будет, что будет, ибо оставаться в Университете в той компании, которая туда лезет, не есть уже служить и быть профессором Университета. Можно допустить, чтобы они назначали, но входить с ними в соглашение или соглашательство, не следует. Общие известия по-прежнему скорее благоприятны.

2/15 марта. Продолжают распространяться слухи о продвижении с востока71 , о волнениях среди красноармейцев и рабочих, и все веселеют; между тем, голод несомненно растет; хлеб дошел до 30 рублей фунт, мука до 1100 рублей пуд. Сегодня решился наш переезд в Музей; в залог возвращения оставляем в квартире люстру и полки для шкапа в передней.

3/16 марта. Слухи крепнут; говорят о восстаниях среди красной армии, о волнениях на почве голода; забастовки в Петрограде они сами не отрицают. Впечатление, что что-то нарастает, есть несомненно, но когда и во что это выльется, даже и думать об этом трудно. Сегодня фактически начали переезд; только теперь чувствуется вся ненужная канитель этого дела. Последние новости по академическому вопросу таковы, что историко-филологический факультет остается без перемен до конца апреля и что экономистов передают к нам на факультет, прежде чем нас, историков, передадут на факультет общественных наук.

4/17 марта. Получено письмо от Патулье; пишет, что по вопросам взаимопонимания должно быть совещание в составе grupe promoteur72 и лиц, бывших в России - его, Avenard и Malfinano. Malfi вернулся из Италии, где забросил удочку взаимопонимания также; как хотелось бы побывать на этом заседании! О жизни в Париже он пишет, что только хлеб и сахар по карточкам; "la boucherie abonde"73 ; яйца стоят 60 сантимов, т. е. по отзывам знающих дело, в 4 раза более, чем до войны. Ходил в Комиссариат просвещения поддерживать и проводить штаты Румянцевской библиотеки; ждали с А. А. Борзовым 2 часа, после чего нам сказали, что все вопросы откладываются; хамы остаются хамами.

5/18 марта. Праздник Парижской коммуны и похороны президента Свердлова; я думаю, что парижские коммунары никогда не думали, что русские варвары будут их праздновать полвека спустя после прелестей 71 года, а президент не думал, что праздник, в установлении которого он, несомненно, принимал участие, омрачится его собственными похоронами. С 10 до 1 часа сегодня 15 человек музейских товарищей перетаскивали наши пожитки на новое жительство на руках, на салазках, причем и мы этому всему помогали. Остатки нашей квартиры облуплены и пусты; если вдуматься во все это, то берет тоска, но лучше в это не вдумываться, а плыть по течению; разум велит жить как можно более налегке. По слухам, их продолжают толкать с востока.

6/19 марта. Гигантские штаты Музея сделали сегодня новый шаг к своему осуществле-

стр. 128


нию. Еще раз пришлось побывать в "коллегии комиссариата". Тов. Покровский очень милостиво докладывал о деле нашего Музея; в заседании были Познер, Артемьев и какие- то 2 типа рабочего вида, говорят, влиятельные члены сего учреждения. Меня очень заинтересовал Артемьев. Вид человека из общества, бледное лицо, желчный и неприятный вид; чувствуется или обиженное самолюбие или неудовлетворенное честолюбие. Во время разговора маленькая подробность: заговорили о сверхсметных кредитах; Покровский, смеясь, заявил, что у комиссариата средств на них нет, за исключением ассигнованных на Пермский Университет, который занят "чехословаками". Слухи все те же; внимание обращается на Поволжье. Мы все еще не можем переехать на музейскую квартиру, потому что нет лошади, на которой мы могли бы перевезти громоздкие вещи.

10/23 марта. Все эти дни мы переезжали и вот уже третий вечер живем Моховая 3, квартира 9, совместно с профессором М. А. Мензбиром. Устраиваемся мы прилично, во всяком случае лучше, чем мы были последнее время на старой квартире. Перенесение совершалось до сих пор только на руках, т. к. при всем желании не можем достать ни одной подводы - ни через "гужевой транспорт" (так называется большевистский "центроломовой"), ни вольным образом. Это также проявление и знамение времени.

Переезд повлек за собой переборку всех книг; это я делал с удовольствием, и во мне опять стало просыпаться желание собирать книги; надеюсь, что завтра довезут сюда все остальные книги, и моя подручная библиотека, насчитывающая томов около 3000, уставится в скромном уголке, ей отведенном. Хуже всего дело обстоит с роялью; боимся, что ее испортят при перевозке, т. к. опытных людей нет, а неопытные не умеют, как взяться. Вот еще одно последствие большевизма, нами пережитое: с любовью создавшееся гнездо разрушили, и, Бог весть, где и когда нам придется создать его вновь. Живем на биваках, как, впрочем, это теперь и нужно. А все-таки грустно. Пока неприятностей от житья в Музее нет, кроме холода, который наступил здесь после нашего приезда, оттого, что вышли все дрова; говорят, что дрова будут, но, наверно, будут и неприятности от здешнего житья. На общем горизонте продолжают мелькать какие-то надежды. Суждено ли им сбыться на этот раз?

11/24 марта. Думали, что закончим сегодня свой переезд, но, увы, подводы надули, и все остается по-старому; вечером я перетащил часы, завернутые в столовую скатерть, да еще привезли общими усилиями кухонные предметы. Разговоры все те же. Шестая или седьмая волна надежд еще не успокоилась, так же как и движение с востока; на юге, однако, поле остается за большевиками, которые даже начинают лезть на Крым74 .

13/26 марта. Нас переизбрали в Университет по всероссийскому конкурсу; я получил 4 избирательных и 2 [не]избирательных и таким образом вторично как бы попал в Университет. Какая это все глупая комедия. Нужно, однако, сказать правду, что наша молодежь вела себя удивительно тактично и мило и вполне доказала свою солидарность с нами. Характерно, что Сакулин получил 9 черняков, за свое подслуживание большевикам, конечно. Новостей нет; настроение то же; все еще ждем подвод, чтобы перевезти остальное свое добро.

17/30 марта. Перерыв в записи произошел вследствие того, что мы продолжаем устраиваться в новом помещении; у меня не было угла и не было чернил. За эти дни перемен не произошло; война большевиков с небольшевиками приобрела опять характер шахматных ходов; отношение союзников остается опять-таки столь же смутным, неопределенным, как и раньше. Однако, большевики надеются на какие-то улучшения.

Вчера я был принят тов. Покровским по вопросу о заграничной поездке от Музея. Он был милостив и даже любезен; заявил, что наше предприятие желательно и не так неосуществимо, как это думают; при этом было добавлено, что, может быть, "наши отношения с Антантой наладятся скорее, чем можно было надеяться и что, может быть, embargo, которому мы подвергаемся по внушению из Вашингтона, будет с нас снято". Это стоит в связи со слухами, которые носились уже несколько дней, что идут будто бы переговоры между союзниками и большевиками75 . Быть может, они и идут, но вряд ли до чего-нибудь доведут. Свиданием моим с Покровским я остался доволен: он сочувственно отнесся к самой идее экспедиции за границу, а его несочувствие могло бы создать много препятствий; теперь дело вступает в стадию организации; она очень нелегка, но, быть может, Бог даст, доведет до чего-нибудь положительного.

На днях мне рассказывали, что в Салт[ыковском] пер[еулке] существует новый усовершенствованный дом свиданий, куда специально приезжают члены В. Ч. К.; право входа туда стоит 500 рублей; там еженочно происходят оргии. Таково специфическое соединение разврата и бандитизма с тупым доктринерством, представителями которого являются Ленин, Покровский и подобные им. "Анархия, поддержанная террором", сказал про Совдепию на днях Pichon, и тупой доктриной, добавил бы я. А страна гибнет и будет гибнуть далее, потому

стр. 129


что одни не умеют извлечь ее из пропасти, а другим выгодно оставлять Россию в дыре. Мука достигает 1500 рублей за пуд; вот он, тот настоящий неприкровенный голод, который нам приходится переживать. Все заботы направлены только на то, чтобы не умереть с голода; пока все как-то с этим справляются, но с каждым днем это становится все труднее.

(Продолжение следует)

Примечания

1. "Газета печатников" - орган Московского союза печатников, выходила с декабря 1918 по 10 марта 1919 года. Руководство союза было меньшевистским до конца мая (или начала июня) 1920 г., когда помещение его было занято вооруженным отрядом чекистов, а члены правления арестованы (см. Гарви П. А. Профессиональные союзы в России в первые годы революции (1917 - 1921). Нью-Йорк. 1958). Меньшевиками в обиходе продолжали называть членов социал-демократических группировок, генетически связанных с меньшевистской фракцией РСДРП; большинство из них с августа 1917 г. входило в Объединенную РСДРП (с 20 мая 1918 г. просто РСДРП).

2. Л. В. Собинов жил в это время в Киеве. Возможно, что Готье был знаком с ним со студенческих времен - оба учились в Московском Университете (Собинов - на юридическом факультете и курсом старше). 14 декабря 1918 г. Киев был занят войсками Директории (в ее и правительства восстановленной УНР состав входили главным образом представители украинских социалистических партий). Жалобы на произвол и самоуправство петлюровцев и на сходство их в этом отношении с большевиками можно найти во многих воспоминаниях лиц, живших на Украине.

3. Pichon Stephen Jean-Marie (Пишон Стефан Жан-Мари, 1857 - 1933) - французский политический деятель и дипломат, в 1906 - 1911,1913 и 1917 - 1920 гг. министр иностранных дел. Пермь была взята Сибирской армией 23 - 24 декабря 1918 г. без участия французских поиск. Командующим Сибирской армией был с 5 сентября генерал-майор П. П. Иванов-Ринов, формально главнокомандующим "белыми" армиями являлся (с 18 ноября) адмирал А. В. Колчак.

4. По-видимому, это распоряжение (Наркомпроса?) было связано с перевыборами профессоров, которые намечалось провести до 1 января, но в действительности они состоялись позже.

5. На Миусской площади находился университет Шанявского.

6. Трудовая повинность, постепенно введенная несколькими постановлениями ВЦИК и СНК в течение 1918 г., теоретически распространялась на всех трудоспособных граждан в возрасте от 16 до 50 лет. Фактически применялась главным образом в отношении крестьян, а в городах - "нетрудовых элементов", к которым могла быть отнесена и жена профессора, имевшая малолетнего сына. Для Н. Н. Готье, страдавшей диабетом, работа по очистке улиц от снега была не только тяжелой, но и опасной для жизни.

7. Одесса, находившаяся до этого под властью правительства гетмана Скоропадского, в ноябре 1918 г. была занята петлюровцами. 26 - 28 ноября город был взят добровольческим отрядом генерал-майора А. Н. Гришина-Алмазова (бывшего до 4 сентября командующим Сибирской армией), который действовал от имени Добровольческой армии; отряду содействовали высадившиеся в одесском порту французские войска. Лозунг Добровольческой армии гласил: "Единая, Великая, Неделимая Россия", она выступала под трехцветным российским флагом, сменившим в Одессе желто-голубой, принятый сторонниками независимой Украины.

8. "Вечер Москвы" - одно из названий (среди них и "Утро Москвы") еженедельной газеты, издававшейся в 1918 - 1919 гг. Московским профсоюзом рабочих печатного дела "с целью оказания помощи безработным печатникам". РСДРП отрицательно относилась к вооруженной борьбе с большевистской диктатурой. Ее лидер Ю. О. Мартов считал, что большевики пользуются поддержкой большинства пролетариата, а применение силы по отношению к пролетариату недопустимо, даже если он введен в заблуждение и действует во вред себе и всему обществу.

9. Александровский институт - женский институт ведомства учреждений императрицы Марии; основанный в 1891 г., он был закрыт вскоре после Октябрьской революции.

10. Граф П. С. Шереметев (1871 - ?) - владелец одной из богатейших в России частных библиотек (около 40 тыс. томов). Составлялась предками графа с конца XVIII или начала XIX в. и состояла из систематически подобранной литературы, главным образом по истории и искусству. Библиотека находилась в Михайловском, имении графов Шереметевых в Подольском уезде Московской губернии. 26 ноября 1918 г: был опубликован (или принят?) декрет СНК за подписью Ленина "О порядке реквизиции библиотек, книжных складов и книг вообще", по которому реквизиция осуществлялась с ведома и согласия Наркомпроса. Этот и последующие декреты СНК, инструкции ВЧК и Наркомпроса установили порядок, согласно которому книги, представляющие научную ценность, должны

стр. 130


были передаваться в крупные государственные книгохранилища, в том числе в Румянцевский музей. Говоря о спасении библиотеки, Готье, вероятно, имеет в виду, что помещичьи усадьбы обычно подвергались разгрому и библиотека могла погибнуть; да и в результате реквизиции книги могли попасть в "государственный книжный фонд" и (в лучшем случае) разойтись по мелким библиотекам.

11. 11 ноября 1918 г. в Ревеле было образовано правительство Эстонской республики во главе с К. Пятсом (1874 - 1956), в которое вошли представители главных эстонских партий. 29 ноября части Красной Армии (в том числе эстонские) заняли Нарву, и в тот же день приехавшие в Нарву из Петрограда эстонские коммунисты объявили о создании "Эстляндской трудовой коммуны". 7 декабря декретом СНК (даже не ЦИК!) за подписью Ленина она была "признана независимой" под именем Эстонской советской республики. Красная Армия продолжала занимать Эстонию. В этой обстановке на помощь эстонским правительственным войскам пришли добровольцы из Финляндии, прибывшие в Ревель 31 декабря. Именно это Готье имеет в виду, говоря (вслед за доступными ему газетами) об "объявлении войны Финляндией Эстонии" (см. Rauch G. von. Geschichte der baltischen Staaten. Stuttgart - Brl. 1970).

12. Наибольшим политическим влиянием среди высшего командования Добровольческой армии, а равно и в игравшем роль правительства Особом совещании при командующем армией (с 8 января 1919 г. главнокомандующем Вооруженными силами Юга России) генерале Деникине пользовалась партия кадетов, в которой с лета 1917 г. преобладали республиканские взгляды. Немало было в армии и на занятых ею территориях и монархистов, но крайне правые (черносотенные), как и крайне левые (большевистские, левоэсеровские и анархистские) тенденции подавлялись; например, ростовский градоначальник закрыл погромную антисемитскую газету "На Москву!". В общем, цензура была довольно либеральной: в Харькове во время пребывания его под деникинской властью выходила левосоциал-демократическая газета "Жизнь" бывших петроградских "новожизненцев" во главе с В. А. Базаровым.

13. Е. А. Готье - тетка автора.

14. См. приложение 6.

15. Раскольников (Ильин) Федор Федорович (1892 - 1939) - большевик с 1910 г., журналист; учился на экономическом отделении Санкт-Петербургского политехнического института и в особых гардемаринских классах. В 1917 г. руководитель большевистской организации в Кронштадте, товарищ председателя Кронштадтского Совета, принимал участие в июльском выступлении, был арестован, но 13 октября освобожден, участвовал в организации Октябрьского восстания в Петрограде. В 1917 - 1918 гг. комиссар Главного морского штаба, заместитель наркома по морским делам, член РВС РСФСР. 27 декабря 1918 г., руководя морской разведкой у Ревеля (где с 12 декабря стояла британская эскадра), попал в плен к англичанам, содержался в Брикстонской тюрьме в Лондоне; 27 марта 1919 г. был обменен на британских офицеров. Затем командовал Волжско- Каспийской флотилией и Балтийским флотом, был редактором журналов "Молодая гвардия" и "Красная новь", в 1921 - 1923, 1930 - 1938 гг. - полпред (посланник) в Афганистане, Эстонии, Дании, Болгарии. В 1938 г. стал невозвращенцем, опубликовал открытое письмо Сталину с разоблачением его преступлений, был объявлен "врагом народа". Умер в сентябре 1939 г. во Франции. Жена Раскольникова - Рейснер Лариса Михайловна (1895 - 1926), дочь юриста М. А. Рейснера, литературный и политический деятель, с 1918 г. член большевистской партии. В 1918 - 1920 гг. принимала участие в боевых действиях на Восточном фронте, была политическим комиссаром. В октябре 1923 г. вместе с К. Радеком и другими представителями Коминтерна находилась в Германии для участия в руководстве попыткой немецких коммунистов захватить там власть.

16. Лидеры Коммунистической партии Германии К. Либкнехт (1871 - 1919) и Р. Люксембург (1871 - 1919) были убиты 15 января.

17. Гадов (фр.)

18. Общество истории и древностей российских (ОИДР), основанное в 1804 г., до описываемого времени было очень деятельным, внесло огромный вклад в развитие исторической науки. В дальнейшем влачило жалкое существование (в частности, перестали выходить его "Чтения"), а в 1929 г. было закрыто. Глазов Владимир Гаврилович (1848 - 1916?), генерал от инфантерии, сочетал штабную, военно-ученую и военно-учебную деятельность с организаторской в области гражданской науки и народного образования; 17 августа 1904 г. - октябрь 1905 г. министр просвещения. Любавский в 1907 - 1918 гг. был редактором "Чтений" ОИДР, с 1913(?) - временным председателем Общества.

19. 13 января в Архангельск прибыл из-за границы (с сентября 1917 г. он был российским представителем при итальянском главном командовании) генерал-лейтенант Е. К. Миллер (1867 - 1937?), вошедший во Временное правительство Северной области в качестве военного министра и назначенный генерал-губернатором области. Вскоре, по отъезде Н. В. Чайковского в Париж для участия в Русском политическом совещании, он стал ведать и иностранными делами. Серьезных военных действий на севере в это время не было (см. Добровольский С. В кн.: Архив русской революции. Т. 3. Берлин. 1921).

стр. 131


20. В течение января - февраля 1919 г. эстонская армия (командующий подполковник И. Лайдонер (1884 - 1953) с участием финских, датских и шведских добровольцев вытеснила Красную Армию с территории Эстонии. Нарва была взята 19 января.

21. То есть годовщину "кровавого воскресенья", 9 января 1905 года. О Гапоне см.: Sablinsky W. The Road to Bloody Sunday. Princeton. 1976.

22. Готье пришлось пересечь почти весь Белый город.

23. Сокольники - в описываемое время - окраина Москвы. Рассказ, передаваемый Готье, подтверждает Н. К. Крупская (см. Воспоминания о Владимире Ильиче Ленине. Т. 1. М. 1957, с. 399). Ограбление, по-видимому, произошло в сочельник, 24 декабря 1918/6 января 1919 года.

24. Если и не правда (итал.).

25. Храм Большого Вознесения у Никитских ворот.

26. Гулевич Владимир Сергеевич (1867 - 1933) - биохимик, с 1901 г. профессор Медицинского факультета Московского университета, с 1929 г. действительный член Академии наук СССР.

27. Красноречивое молчание (лат.).

28. По всей вероятности, Савин имел в виду университетскую церковь, расположенную на углу Охотного ряда и Б. Никитской ул., у бывшего нового здания университета.

29. То есть из Бутырской тюрьмы.

30. Принцевы острова - группа небольших островов в Мраморном море, на которых расположены морские курорты; принадлежат Турции, в описываемое время были под военным контролем держав Антанты. Обращение было оглашено на Парижской мирной конференции 21 января президентом США Вильсоном. Это действительно была попытка "что-либо сделать с Россией" (одна из пяти таких попыток в ходе конференции). Выбор Принцевых островов объяснялся тем, что, во-первых, при поездке туда морем большевикам не нужно было бы проезжать через какие-то другие страны (большинство европейских держав не признавало Советское правительство законным правительством России), во-вторых, председатель Совета министров Франции Клемансо не хотел пускать большевиков в Париж. Советское правительство ответило (4 февраля) уклончиво, антибольшевистские правительства отказались садиться за один стол с большевиками, и конференция не состоялась (см. Kennan G. Russia and the West Under Lenin and Stalin. N. Y. 1961, pp. 121 - 125).

31. Рейхстаг - традиционное (со времен средневековой Священной Римской империи) название центрального представительного органа германского государства. Готье называет учредительным рейхстагом учредительное Национальное собрание, избранное 19 января 1919 года. Созванное в Веймаре, оно учредило республиканский образ правления, выбрало президента и правительство и приняло конституцию, часто называемую (как и сама республика 1919 - 1933 гг.) веймарской. Спартаковцы - леворадикальная социал-демократическая организация "Союз Спартака", за три недели до выборов преобразованная в Коммунистическую партию Германии. Независимые - Независимая социал-демократическая партия Германии, "центристское", в основном пацифистское меньшинство во главе с К. Каутским и другими марксистами, отколовшееся от Социал-демократической партии в апреле 1917 г. и до 1922 г. бывшее самостоятельной партией. Шейдемановцами, по имени одного из лидеров, Готье называет патриотическое большинство германских социал-демократов, оставшееся в Социал- демократической партии после откола "независимых". Шейдеман Ф. (1865 - 1939) стал первым канцлером (главой правительства) Веймарской республики (8 февраля - 20 июня 1919 г.); ушел с этого поста, поскольку был против подписания Версальского мирного договора. Интересно (главным образом для характеристики КДП), замечание Готье, что шейдемановцы "в сущности, не левее наших кадетов".

32. У Девичьего Поля, в д. 1 по Малой Царицынской ул. помещались Московские высшие женские курсы.

33. Бердяев Николай Александрович (1874 - 1948) - философ и публицист, видный деятель русского религиозного возрождения и "веховского" движения, один из создателей христианского экзистенциализма и персонализма. В 1918 г. - участник сборника "Из глубины". С 1918 г. - вице-председатель образованного тогда же Всероссийского союза писателей. 1918 - 1922 гг. - организатор и руководитель Вольной академии духовной культуры (о ней см.: София. Проблемы духовной культуры и религиозной философии. Берлин. 1923), которую после высылки возродил в Берлине (см. Williams C. Culture in Exile: Russian Emigres in Germany, 1881 - 1941, Ithaca and Lnd. 1972). С1917 г. был членом антибольшевистского Совета общественных деятелей (в описываемое время подпольного); в Совете преобладали сторонники конституционной монархии, среди которых Бердяев "был идеологом" (см. Красная книга ВЧК. Т. 2. М. 1989).

34. Артемьев Д. Н. - профессор минералогии. После переезда Советского правительства в Москву занимал руководящие должности в Наркомпросе: член Государственной комиссии по просвещению, в мае-июне 1918 г. - заведующий Отделом профессионально-технического образования, с июня - член коллегии Отдела единой трудовой школы (в который, по его настоянию, был влит Отдел про-

стр. 132


фессионально-технического образования), член коллегии, затем заведующий Научным отделом, с осени - член коллегии Отдела высших учебных заведений. С 20 августа 1918 г. также член коллегии Научно-технического отдела Высшего совета народного хозяйства.

35. С 5 июля 1918 г. В. Я. Брюсов был заведующим Московским отделением Библиотечного отдела Наркомпроса, вскоре превращенного в самостоятельный Московский библиотечный отдел.

36. Ну и безалаберщина! (фр.).

37. "Сессия" была организована Наркомпросом во исполнение решений СНК от 7 июня 1918 и 14 января 1919 г.; в последнем комиссариату поручалось немедленно принять самые энергичные меры для централизации и улучшения библиотечного дела. Готье выступил на сессии с двумя докладами: "План устройства органов Румянцевского музея" и "Об отношении государственных библиотек к плану библиотечной сети".

38. Браудо Александр Исаевич (1864 - 1940) - историк и библиограф. Заведующий отделом "Rossica" Императорской (с 1917 г. Государственной) публичной библиотеки в Петрограде. Венгеров Семен Афанасьевич (1855 - 1920) - историк русской литературы, библиограф и общественный деятель. В 1897 - 1899 гг. и с 1906 г. приват- доцент Петербургского университета; с 1910 г. также профессор учебных курсов Психоневрологического института (ПНИ) (в 1916 г. преобразованных в Частный университет при ПНИ, который в 1918 г. преобразован во Второй Петроградский государственный университет); в 1912 - 1916 гг. - Петербургских высших женских курсов. С 1905 г. (?) секретарь Союза российских писателей; в 1916 - 1919 гг. председатель Литературного фонда. С апреля 1917 г. первый директор созданной по его инициативе Российской книжной палаты.

39. Ольденбург Сергей Федорович (1863 - 1934) - востоковед и искусствовед, организатор науки и общественно-политический деятель. С 1904 г. до 10 октября 1929 г. непременный секретарь Академии наук. Деятельный участник либерально- демократического движения, с мая 1917 г. член ЦК КДП. 24 июля - 1 сентября 1917 г. - министр просвещения, затем член Временного совета республики и товарищ председателя его комиссии по национальным делам. После Октябрьской революции старался спасать библиотеки ликвидируемых учреждений и конфискуемые частные. В описываемое время - член Постоянной библиотечной комиссии Академии наук и редакционной коллегии Восточного отдела издательства "Всемирная литература". Дьяконов Михаил Александрович (1855 - 1919) - историк русского права, с 1912 г. действительный член Академии наук. С 1917 г. директор Второго (иностранного) отдела библиотеки АН (до 1920 г. единой администрации библиотеки не было). Вряд ли болезнь неприехавших академиков была дипломатической. Они не были сторонниками бойкота советских учреждений (в частности, в 1919 г. оба были избраны общим собранием АН в состав библиотечной коллегии Центрального комитета государственных библиотек Северной области). Ольденбург (лично знакомый с Лениным с 1891 г.), озабоченный судьбой Академии наук и других учреждений и деятелей культуры, стремился до некоторой степени сотрудничать с новой властью. Этой его позицией и неустанными хлопотами объясняли сравнительную сохранность Академии (до 1928- 1929 г.), но его поведение вызывало и нарекания в излишней угодливости. Был арестован 4 сентября 1919 г., но вскоре освобожден (см. сборники: "Память". Вып. 1, 3 - 5. М. - Нью-Йорк - Париж. 1978 - 1982; "Минувшее". Вып. 1, 7. Париж. 1986, 1989).

40. Мстиславский-Масловский Сергей Дмитриевич (1876 - 1943) - полковник, до Февральской революции библиотекарь Николаевской военной академии (так с 1909 г. называлась Академия Генерального штаба); с 1904 г. член ПСР, входил в ее военную организацию. В первые дни Февральской революции в качестве главы военной комиссии Петроградского Совета пытался подчинить ему воинские части, находившиеся в столице. После II съезда Советов - член ВЦИК, 12 декабря 1917 г. - 22 января 1918 г. - член Президиума ВЦИК. 20 ноября - 2 декабря 1917 г. - член делегации Иоффе, подписавшей перемирие. С начала декабря член ЦК ПЛСР, вышел из него после ареста в связи с выступлением левых эсеров в июле 1918 года. Участвовал в гражданской войне, был членом ЦК партии украинских коммунистов (боротьбистов). С 1921 г. формально беспартийный литератор, принимал деятельное участие в большевистской пропаганде (см. его воспоминания: Мстиславский С. Пять дней. Начало и конец Февральской революции. Берлин-Пг. -М. 1922; а также "Книжное обозрение", 1990, N 35, где о нем приводятся некоторые новые сведения). Кудрявцев Алексей Павлович - журналист. В 1906 г. выпустил брошюру об О. Бланки и его последователях. В 1912 г., по данным парижского архива Департамента полиции, член ПСР, жил в Париже. После раскола партии в конце 1917 г. член ПЛСР. С весны 1918(?) г. заведующий библиотечным отделом Наркомпроса в Петрограде, входил в упоминавшуюся выше комиссию (с участием М. Н. Покровского и Д. Б. Рязанова) для рассмотрения вопросов организации архивного, музейного и библиотечного дела. Покровский Алексей Алексеевич (1875 - 1954) - архивист, библиограф и археограф. В 1900 - 1917 гг. сотрудник, затем заведующий архивом Московской синодальной типографии. В 1919 - 1925 гг. заведующий историко- культурным отделом Единого государственного архивного фонда. Позднее работал в Архиве народного хозяйства, Центральном архивном управлении и ЦГАОР СССР. Чачина Ольга Ивановна (? - 1919) - больше-

стр. 133


вичка, старая знакомая Ленина (с 1895 г.) и Крупской (по уфимской ссылке). В 1900 - 1904 гг. секретарь Нижегородского комитета РСДРП, в декабре 1905 г. участвовала в вооруженном восстании в Сормове. С 1909 г. заведующая библиотекой им. Гоголя в Москве. В 1918 г. секретарь коллегии Московского отдела народного образования, затем заведующая библиотечным подотделом Внешкольного отдела Наркомпроса.

41. Вероятно, инициатива расширения штатов библиотеки исходила от Наркомпроса; 3 мая СНК принял постановление об "отпуске" комиссариату "сверхсметного кредита" на эти цели.

42. Раковский Христиан Георгиевич (Станчев Христо Георгиев, 1873 - 1941) - болгарский и российский революционный деятель, социал-демократ. По образованию врач, некоторое время учился также на юридическом факультете в Париже. Будучи очень состоятельным человеком, субсидировал своих единомышленников в разных странах, в том числе Ленина. С конца 1917 г. - член РСДРП(б), в 1919 - 1927 гг. - член ее ЦК. В течение 1918 г. исполнял различные поручения революционного и дипломатического характера на Украине и в Германии. С января 1919 г. председатель СНК и нарком иностранных дел Украинской ССР. В апреле-мае 1922 г. член советской делегации на Генуэзской конференции. В 1923 - 1925 гг. полпред СССР в Великобритании, в 1925 - 1927 гг. - во Франции. В 1927 г. исключен из партии, в 1935 г. восстановлен. Работал председателем Союза обществ Красного Креста и Красного Полумесяца. В 1938 г. по "бухаринскому" делу приговорен к 20 годам заключения, но 11 сентября 1941 г. расстрелян (см. Энциклопедический словарь Гранат; Реабилитация. Политические процессы 30 - 50-х годов. М. 1991, с. 236).

43. Георгий Михайлович, великий князь (1863 - 1919) - внук Николая I, нумизмат, коллекционер и музейный деятель; автор трудов по русской нумизматике XVIII и XIX вв., обладатель одного из лучших собраний русских монет; управляющий Русским музеем в Петербурге. Николай Михайлович, великий князь (1859 - 1919) - брат предыдущего, генерал-адъютант, генерал от инфантерии; участник русско-турецкой войны 1877 - 1878 гг., завершил военную карьеру в 1903 г. начальником дивизии. Историк и источниковед, ввел в научный оборот большое число источников (по истории царствования Александра I, истории русского портрета, русским некрополям в России и в Париже). В 1909- 1917 гг. председатель Русского исторического общества; был также председателем Русского географического общества. Дмитрий Константинович, великий князь (1860 - 1919) - внук Николая I, генерал-адъютант, генерал от кавалерии, в 1897 - 1905 гг. - главноуправляющий государственным коннозаводством. Павел Александрович, великий князь (1860 - 1917) - младший сын Александра II; генерал-адъютант, генерал от кавалерии, в 1898 - 1902 и 1916 - 1919 гг. командир гвардейского корпуса. 1 марта 1917 г. с согласия других великих князей, бывших в то время в столице, составил проект манифеста от имени Николая II с обещанием ответственного министерства (проект был показан Милюкову, который не нашел нужным его использовать). Его сын Дмитрий (1891 - 1942) участвовал в убийстве Распутина (см. воспоминания дочери Павла Александровича: Marie, Grand Duchess of Russia. A Memoir. N. Y. 1931). Великие князья были расстреляны 27 января в Петропавловской крепости. Официальным основанием казни было то, что они были заложниками за Розу Люксембург и Карла Либкнехта.

44. Киев, находившийся в руках Директории, был взят 5 февраля Первой украинской советской дивизией, входившей в состав войск Украинского фронта (командующий В. А. Антонов-Овсеенко).

45. Скрещивающихся дорожек (фр.).

46. Мануильский Дмитрий Захарович (1883 - 1959) - профессиональный революционер, по образованию юрист (в 1911 г. окончил Сорбонну). С 1918 г. выполнял различные поручения ЦК РКП(б) революционного и дипломатического характера на Украине. В Париж ехал в качестве главы "миссии Российского общества Красного Креста" (советского). Выбор его на эту роль, возможно, был связан с тем, что в 1918 г. в борьбе с эпидемией сыпного тифа на Украине участвовали представители Международного комитета Красного Креста. Сама же миссия была, вероятно, очередной попыткой вынудить правительства стран-победительниц иметь дело с представителями (хотя бы закамуфлированными) Советского правительства, которое они не считали законным. Российское общество Красного Креста, основанное в 1867 г., (одно из старейших в мире), сотрудничало с Международным комитетом Красного Креста в Женеве. Решениями СНК 4 и 8 января 1918 г. имущество общества было конфисковано, "враждебное революции" Главное управление (избранное членами общества) упразднено и назначен комитет по его реорганизации. 20 ноября на учредительном съезде нового общества (с прежним названием) была избрана центральная коллегия во главе с Я. М. Свердловым (одним из сторонников "красного террора"!). В годы гражданской войны в местностях, не занятых Красной Армией, продолжали действовать окружные и местные управления и местные комитеты старого общества; позднее организации Российского Красного Креста были воссозданы в эмиграции. Советское общество было признано Международным комитетом в октябре 1921 года.

47. В ноябре 1918 г. в Хельсинки был образован Русский комитет во главе с А. Ф. Треповым. В январе 1919 г. на съезде членов и сторонников комитета в Выборге был избран Национальный русский коми-

стр. 134


тет под председательством А. В. Карташева и с участием П. Б. Струве, который признал Колчака Верховным правителем России, а руководителем антибольшевистской борьбы на Северо-Западе объявил генерала Юденича. Трепов Александр Федорович (1864 - 1928) - егермейстер, статс-секретарь. С 1889 г. служил в Министерстве внутренних дел, с 1899 г. - в канцелярии Государственного совета; в 1905 - 1906 гг. участвовал в выработке "Учреждения Государственной думы" 20 февраля 1906 г.; в 1906 г. сенатор; в 1914 г. член Государственного совета по назначению (входил в группу правых). С октября 1915 г. управляющий министерством, с ноября 1915 г. до ноября 1916 г. министр путей сообщения; под его руководством была построена Мурманская железная дорога. 19 ноября - 27 декабря 1916 г. председатель Совета министров (ушел после убийства Распутина). Умер во Франции. Юденич Николай Николаевич(1862 - 1933) - генерал от инфантерии, в марте-апреле 1917 г. - главнокомандующий Кавказским фронтом, затем не у дел до конца сентября, когда по поручению Временного правительства провел совещание представителей казачьих войск для выяснения причин их недовольства. В августе 1917 г. участвовал в Московском совещании общественных деятелей и в Государственном совещании. В 1919 г. главнокомандующий Северо- Западной армией. С 1920 г. в эмиграции.

48. Замысловский Егор Егорович (1841 - 1896) - историк, профессор Петербургского университета и других учебных заведений столицы, специалист по истории Московского государства XVII века. Был учителем будущего императора Николая II по русской истории. Составил "Учебный атлас по русской истории" с объяснительным текстом, выдержавший три издания (1865 - 1887). Слова Готье об атласе, возможно, носят иронический характер.

49. Уфа, занятая Красной Армией (командующий Восточным фронтом полковник С. С. Каменев) 31 декабря 1918 г., была 13 февраля взята Сибирской армией (1 января - 10 июля 1919 г. командующий генерал-майор Р. Гайда).

50. Постановление Наркомпроса о закрытии юридического факультета и организации факультета общественных наук было принято (или обнародовано?) 28 декабря 1918 г.; после этого несколько кафедр юридического факультета было присоединено к историческому отделению историко-филологического факультета. 3 марта 1919 г. коллегия Наркомпроса утвердила образование факультета общественных наук в составе нескольких кафедр бывшего юридического факультета и исторического отделения историко-филологического факультета.

51. Судя по воспоминаниям Луначарского и Крупской, Ленин проявлял этот интерес чуть ли не с первых дней после Октября; в последующие месяцы он неоднократно возвращался к этой теме. В частности, 7 июня 1918 г. написал проект (по-видимому, тут же принятый без изменений) постановления СНК "О постановке библиотечного дела", в котором Наркомпросу предлагалось "два раза в месяц давать отчет в СНК о том, что практически сделано им в этой области" (Ленин В. И. Полн. собр. соч. Т. 36, с. 422). 30 января 1919 г. он написал проект нового постановления, тоже принятого без изменений и опубликованного в "Известиях ВЦИК" 1 февраля (см. там же, т. 37, с. 470).

52. Эти воспоминания Богословского, по-видимому, не опубликованы; по крайней мере, их нет ни в его книге "Историография, мемуаристика, эпистолярия (научное наследие)" (М. 1987), ни в сб. "Московский университет в воспоминаниях современников" (М. 1989). Возможно, рукопись сохранилась в бумагах Богословского, находящихся в Историческом музее. Не ее ли цитирует Л. В. Черепнин? (См. Исторические записки, т. 93; Черепнин Л. В. Отечественные историки. М. 1984).

53. Бороздин Илья Николаевич (1883 - 1959) - историк-медиевист; окончил историко-филологический факультет Московского университета, ученик Виноградова. В описываемое время, вероятно, доцент Московского университета; позднее, кажется, преподавал в Казанском университете (20-е годы), Ашхабадском педагогическом институте (40-е), в 50-е годы в Воронежском университете.

54. Подобные планы, называвшиеся соединением обучения с производительным трудом, были отчасти осуществлены в ходе многочисленных перестроек школьного образования в течение 20-х - начала 30-х годов.

55. "Военный контроль" - название военной контрразведки в Красной Армии с 18 мая 1918 г. по 1 января 1919 г., когда на основании решения Бюро ЦК РКП(б) от 19 декабря 1918 г. эта организация (до того подчиненная Полевому штабу Красной Армии) была объединена с фронтовыми отделами ЧК в Особый отдел ВЧК. Положение об особых отделах было утверждено ВЦИК 6 февраля. Начальником Особого отдела в январе- августе 1919 г. был М. С. Кедров (1878 - 1941, расстрелян), с марта также член коллегии ВЧК, с мая особоуполномоченный ВЧК на Северном фронте, затем на Южном и Западном. Отдел приобрел известность своей жестокостью (см. Мельгунов С. П. Красный террор в России). Мельгунов, в начале весны 1919 г. привезенный после ареста в Особый отдел, где его допрашивал Кедров, позднее вспоминал: "Дом хорошо знакомый, там в нижнем этаже жил историк Готье" (см. Мельгунов С. П. Воспоминания и дневники. Вып. 2, ч. 3. Париж. 1964). Размещение Особого отдела в доме Петрово-Соловово Мельгунов объяснял близостью его к зданию Александровского военного училища на Знаменке, где находились центральные учреждения Красной Армии.

56. Н. К. Крупская входила в Государственную комиссию по просвещению (до начала 1919 г. высший

стр. 135


орган новой власти в сфере культуры), в которой часто председательствовала; с апреля 1918 г. - председатель выделившейся из нее Малой государственной комиссии (по аналогии с Малым СНК). После переезда правительства в Москву, когда Луначарский предпочел остаться в Петрограде, до ноября 1918 г. фактически возглавляла Наркомпрос, до мая как заместитель наркома. С июня 1918 г. член образованной тогда коллегии Наркомпроса, в которой представляла внешкольную секцию комиссариата в составе трех отделов, включая Внешкольный отдел, которым она заведовала (биографию Крупской см.: McNeel R. H. Bride of the Revolution: Krupskaya and Lenin. Ann Arbor. 1972).

57. Познер Виктор Маркович (1877 - 1957) - философ и педагог, один из теоретиков единой трудовой школы. С 1899 г. социал-демократ, в 1904 - 1905 гг. и после Февральской революции большевик; в Октябрьские дни участвовал в захвате Министерства просвещения и канцелярии попечителя Петроградского учебного округа. С 1 ноября 1917 г. заведующий школьным отделом Наркомпроса, с 9 ноября - член Государственной комиссии по просвещению, с апреля 1918 г. - секретарь Малой госкомиссии, с июня - член коллегии Наркомпроса, где представлял школьную секцию. С 27 июня 1918 по ноябрь 1919 г. заведующий Отделом единой трудовой школы (руководил подготовкой и проведением в жизнь мероприятий по разрушению сложившейся к 1917 г. системы школьного образования). Шапиро Лев Григорьевич (1887/88 - 1957) - экономист и публицист; социал-демократ, в 1903 - 1909 гг. член Бунда; в 1917 г. меньшевик (был близок к большевикам); в 1918 г. большевик. Член Государственной комиссии, затем коллегии Наркомпроса. С 15 января 1918 г. заведовал Отделом привлечения научных сил на службу крестьянской и рабочей России (или "мобилизации науки"), с апреля член коллегии Научного отдела. Один из инициаторов проекта реорганизации Академии наук (фактически ее ликвидации путем растворения в некоей Ассоциации наук прикладного характера); проект не прошел благодаря сопротивлению Луначарского и Ленина (превращение Академии в орган, работающий по заданиям партии и правительства, произошло в конце 20-х годов). 22 мая 1918 г. вошел в комиссию по организации архивного, музейного и библиотечного дела. "Маркс" - Маркус В. А. - управляющий делами Наркомпроса.

58. Вдогонку постановлению СНК от 30 января Ленин от себя отправил в Наркомпрос письмо с "дополнительными соображениями" (содержание которого суммирует Готье) и с просьбой сообщить ему "свое заключение по этому поводу". Не представившим отчеты заведующим библиотеками Ленин грозил преданием суду, а библиотечные отделы Наркомпроса обязывал ежемесячно представлять сводные отчеты в СНК (см. Ленин В. И. Полн. собр. соч. Т. 37, с. 474 - 477). Запись Готье дает возможность уточнить датировку ленинского письма: самое позднее - 19 февраля.

59. Темкин М. Б. - заведующий школьно-инструкторским подотделом Наркомпроса. Ценшрокнига - Центральный книжный комитет, распорядительный орган, стоящий над издательствами, вопрос о создании которого рассматривался с октября 1918 года. 5 февраля ЦК РКП(б) постановил: "Книгоиздательское дело концентрируется при Комиссариате народного просвещения,.. но члены коллегии этого отдела должны до утверждения их в коллегии Народного комиссариата быть санкционированы ЦК партии" (Известия ЦК КПСС, 1989, N 7, с. 147). Дело закончилось постановлением ВЦИК 20 мая 1919 г. о создании Государственного издательства, во главе которого был поставлен В. В. Боровский, введенный в коллегию Наркомпроса (см. Динерштейн Е. А. Начало советского книгоиздания. - Книга: исследования и материалы. Вып. XV. М. 1967; его же. Положившие первый камень. Госиздат и его руководители М. 1972).

60. Волынский Артемий Петрович (1689 - 1740) - государственный деятель, сторонник введения сословно-представительных учреждений при сохранении самодержавия. "Дело Волынского", о котором пишет Готье, - дело по обвинению его в измене. Результатом изучения этого дела была статья Готье ""Проект о поправлении государственных дел" А. П. Волынского" (Дела и дни. Исторический журнал. 1922, кн. 3).

61. Борзов Александр Александрович (1874 - 1939) - географ, с 1918 г. профессор Московского университета, преподавал также в Межевом институте. Долголетний сотрудник библиотеки Румянцевского музея; в описываемое время - заведующий справочным бюро библиотеки (до 1926 г.) и член ученой коллегии Музея; впоследствии главный библиотекарь. Филиппов Александр Никитич (1852/53 - 1927) - профессор государственного права (с 1892 г.) и ректор Юрьевского университета, профессор истории русского права Московского университета. Опубликовал, в частности, "Бумаги кабинета министров имп. Анны Иоанновны". Тт. 1 - 12. В описываемое время принимал участие в работе Главного архивного управления, читал лекции на московских курсах по подготовке архивных специалистов.

62. Генерал Краснов, бывший с мая 1918 г. Донским атаманом, с образованием 8 января 1919 г. Вооруженных сил Юга России признал главенство над собой генерала Деникина как главнокомандующего, но 19 февраля ушел в отставку и уехал в Германию. Небольшой передовой французский отряд был расположен на узловой железнодорожной станции Колосовка к северу от Одессы и к югу от Вознесенска. Столкновение произошло при попытке французов занять Вознесенск. Оказалось, что город, где

стр. 136


до этого были петлюровцы, занят большевиками, которые обстреляли французский поезд; французы ответили огнем, но вернулись в Колосовку (см. Майбородов В. С французами. В кн.: Архив русской революции. Т. 16. Берлин. 1925).

63. Новосельский Алексей Андреевич (1891 - 1967) - историк, ученик А. И. Яковлева. В той степени, в какой это позволяли внешние условия, он оправдал надежду Готье (см. о нем сборник, посвященный его памяти: Дворянство и крепостной строй России XVI - XVIII вв. М. 1975; статья Л. В. Черепнина "Памяти А. А. Новосельского" перепечатана в его посмертной книге "Отечественные историки XVIII - XX вв." М. 1984).

64. Сторожев Василий Николаевич (1866 - 1924) - историк и археограф. Окончил Московский университет, где слушал лекции Ключевского, принимал участие в их издании. В 1888 - 1895(96?) служил в Московском архиве Министерства юстиции, позже преподавал в частном коммерческом училище К. К. Мазинга. Издал много источников, главным образом по социально-экономической и административной истории Московской Руси XVI и XVII веков. Печатался в периодических изданиях леволиберального направления. Много лет был секретарем финансовой комиссии Московской городской думы (хотя симпатией в думских кругах не пользовался). Едва ли был коммунистом в смысле членства в партии, но как историк издавна сотрудничал с Покровским; в 1917 г. после летних выборов в Московскую городскую думу входил в большевистскую фракцию. С весны или начала лета 1918 г. заведовал финансовым отделом Наркомпроса; в июне был одним из представителей комиссариата на чрезвычайном совещании по профессионально-техническому образованию. В упоминаемой в тексте комиссии также был одним из представителей советской власти; вскоре стал членом факультета общественных наук.

65. Петрушевский Дмитрий Моисеевич (1863 - 1942) - историк-медиевист, в 1906 - 1911 и с 1917 г. профессор Московского университета. На совещании по реформе высшей школы в июле 1918 г., по-видимому, занимал до некоторой степени соглашательскую позицию. В 1921 г. был назначен директором созданного тогда Института истории при факультете общественных наук и оставался в этой должности после реорганизаций 1925 и 1926 гг., приведших к включению института в РАНИОН, независимую от университета. Виппер Роберт Юрьевич (1859 - 1954) - историк, ученик Герье, с 1897 г. преподавал в Московском университете (с 1899 г. - профессор). Многие его взгляды воспринимались как близкие марксистским; Н. М. Дружинин пишет о его сочувствии "передовым" идеям (Дружинин Н. М. Воспоминания и мысли историка. М. 1978). К Октябрьскому перевороту и новой власти относился отрицательно. Как видно из дальнейших записей, Готье недолюбливал как Петрушевского, так и Виппера.

66. Социалистическая академия общественных наук - идеологическое учреждение, основанное в 1918 г. декретом ВЦИК и ему подчиненное. Делилась на социально-исторический, политико-юридический и художественно-литературный факультеты; при академии был образован Пролетарский университет с теми же факультетами. Лишь немногие члены Соцакадемии и профессора Пролетарского университета были профессорами высших учебных заведений (например, М. А. Рейснер); большинство были доцентами (Н. М. Лукин, В. П. Волгин), преподавателями средних учебных заведений, а то и лицами без законченного высшего образования (Луначарский, Рязанов, Бухарин).

67. 2 - 6 марта в Москве состоялся учредительный съезд III (Коммунистического) Интернационала. Очевидно, праздник был объявлен в ознаменование этого события, которому руководство РКП(б) придавало большое значение. Целью организации было объединить усилия по подготовке и проведению "мировой пролетарской революции" по образцу Октябрьской в России. Образование Коминтерна, в который вошли коммунистические и несколько левосоциалистических партий, организационно оформило раскол в социалистическом движении и, подчинив иностранные партии Исполкому Коминтерна (председателем которого был "избран" один из ближайших сотрудников Ленина, Г. Е. Зиновьев), фактически подчинило их руководству РКП(б), послушными орудиями которого они вскоре стали.

68. В конце 1918 г., следуя за отводимыми германскими войсками, Красная Армия заняла большую часть Латвии, Литвы и Белоруссии; в тылу армии были провозглашены советские республики (27 февраля 1919 г. образована объединенная Литовско- Белорусская республика). С начала марта войска независимых (антикоммунистических) правительств Латвии и Литвы (заключивших 1 марта союзный договор) перешли в наступление. В то же время польские войска начали наступление на Вильну и Минск.

69. Стеклов-Нахамкес (Нахамкис) Юрий Михайлович (1873 - 1941/1943, погиб в заключении) - профессиональный революционер, журналист (формально с 1916 г. помощник присяжного поверенного). Социал-демократ с начала 1890-х гг., испытал сильное идейное и политическое влияние Рязанова; после II съезда РСДРП оставался вне фракций, но чаще склонялся к большевикам; со времени Октябрьской революции большевик. В дни Февральской революции один из основателей и виднейших руководителей Петроградского Совета, член его Исполкома (ИК) и бюро (или президиума) ИК; главный представитель Совета в переговорах с Временным комитетом Государственной думы об образовании Временного правительства. Ему приписывали авторство "Приказа N 1", способствовав-

стр. 137


шего разложению армии. Член Президиума ВЦИК 1 - 3 созывов (до января 1918 г.), позже оставался членом ВЦИК и ЦИК СССР. Основной составитель текста Конституции РСФСР, принятой V съездом Советов в июле 1918 года. В члены факультета общественных наук предназначался в качестве историка (о нем см.: Энциклопедический словарь Гранат, "Историю второй русской революции" П. Н. Милюкова и "Записки о революции" Н. Н. Суханова (Берлин. 1922 - 1923).

70. 4 марта Сибирская армия перешла в наступление и 8-го заняла Оханск (уездный город Пермской губ.).

71. 12 марта Сибирская армия заняла Уфу.

72. Инициативной группы (фр.).

73. Мясные продукты в изобилии (фр.).

74. 22 марта в составе Украинского фронта Красной Армии (командующий А. В. Антонов- Овсеенко) была создана Группа войск крымского направления, которая 24 марта начала наступление на Крым.

75. О взаимоотношениях между Советским правительством и державами Антанты см.: Thompson J. M. Russia, Bolchevism, and the Versailles Pease. Princeton. 1966.

Orphus

© biblioteka.by

Permanent link to this publication:

https://biblioteka.by/m/articles/view/Историки-о-времени-и-о-себе-МОИ-ЗАМЕТКИ

Similar publications: LRussia LWorld Y G


Publisher:

Беларусь АнлайнContacts and other materials (articles, photo, files etc)

Author's official page at Libmonster: https://biblioteka.by/Libmonster

Find other author's materials at: Libmonster (all the World)GoogleYandex

Permanent link for scientific papers (for citations):

Ю. В. ГОТЬЕ, Историки о времени и о себе. МОИ ЗАМЕТКИ // Minsk: Belarusian Electronic Library (BIBLIOTEKA.BY). Updated: 02.11.2019. URL: https://biblioteka.by/m/articles/view/Историки-о-времени-и-о-себе-МОИ-ЗАМЕТКИ (date of access: 09.12.2019).

Publication author(s) - Ю. В. ГОТЬЕ:

Ю. В. ГОТЬЕ → other publications, search: Libmonster BelarusLibmonster WorldGoogleYandex

Comments:



Reviews of professional authors
Order by: 
Per page: 
 
  • There are no comments yet
Related topics
Publisher
Беларусь Анлайн
Минск, Belarus
28 views rating
02.11.2019 (37 days ago)
0 subscribers
Rating
0 votes

Related Articles
Как выбрать хорошее бюро переводов?
4 days ago · From Беларусь Анлайн
ЛИБЕРАЛИЗМ КАК ПРОБЛЕМА СОВРЕМЕННОЙ ЗАПАДНОЙ ИСТОРИОГРАФИИ
Catalog: История 
33 days ago · From Беларусь Анлайн
МЕМУАРЫ НИКИТЫ СЕРГЕЕВИЧА ХРУЩЕВА
Catalog: История 
33 days ago · From Беларусь Анлайн
ТЕХНОЛОГИЯ ВЛАСТИ. ПРОДОЛЖЕНИЕ
34 days ago · From Беларусь Анлайн
МАКС ВЕБЕР И СОЦИАЛЬНАЯ ИСТОРИЯ
34 days ago · From Беларусь Анлайн
МОИ ЗАМЕТКИ. ПРОДОЛЖЕНИЕ
Catalog: История 
34 days ago · From Беларусь Анлайн
ЦИК СОВЕТОВ НАКАНУНЕ ПЕТРОГРАДСКОГО ВООРУЖЕННОГО ВОССТАНИЯ
Catalog: История 
34 days ago · From Беларусь Анлайн
Р. А. КИРЕЕВА. К. Н. БЕСТУЖЕВ-РЮМИН И ИСТОРИЧЕСКАЯ НАУКА ВТОРОЙ ПОЛОВИНЫ XIX В.
Catalog: История 
34 days ago · From Беларусь Анлайн
ТЕХНОЛОГИЯ ВЛАСТИ
34 days ago · From Беларусь Анлайн
ПРОТОКОЛЫ ЦК КАДЕТСКОЙ ПАРТИИ ПЕРИОДА ПЕРВОЙ РОССИЙСКОЙ РЕВОЛЮЦИИ
34 days ago · From Беларусь Анлайн

Libmonster, International Network:

Actual publications:

LATEST FILES FRESH UPLOADS!
latest · Top
 

Actual publications:

Latest ARTICLES:

Latest BOOKS:

Actual publications:

BIBLIOTEKA.BY is a Belarusian open digital library, repository of author's heritage and archive

Register & start to create your original collection of articles, books, research, biographies, photographs, files. It's convenient and free. Click here to register as an author. Share with the world your works!
Историки о времени и о себе. МОИ ЗАМЕТКИ
 

Contacts
Watch out for new publications:

About · News · For Advertisers · Donate to Libmonster

Biblioteka ® All rights reserved.
2006-2019, BIBLIOTEKA.BY is a part of Libmonster, international library network (open map)
Keeping the heritage of Belarus


LIBMONSTER NETWORK ONE WORLD - ONE LIBRARY

US-Great Britain Sweden Portugal Serbia
Russia Belarus Ukraine Kazakhstan Moldova Tajikistan Estonia Russia-2 Belarus-2

Create and store your author's collection at Libmonster: articles, books, studies. Libmonster will spread your heritage all over the world (through a network of branches, partner libraries, search engines, social networks). You will be able to share a link to your profile with colleagues, students, readers and other interested parties, in order to acquaint them with your copyright heritage. After registration at your disposal - more than 100 tools for creating your own author's collection. It is free: it was, it is and always will be.

Download app for smartphones