BIBLIOTEKA.BY is a Belarusian open digital library, repository of author's heritage and archive

Register & start to create your original collection of articles, books, research, biographies, photographs, files. It's convenient and free. Click here to register as an author. Share with the world your works!

Libmonster ID: BY-867

Share with friends in SM

В германской истории нового времени период между поражением Наполеона в 1815 г. и мартовской революцией 1848 г. (предмартовский период) - один из наиболее противоречивых и значимых. В эти годы при очевидном официальном преобладании традиционных элементов в общественной жизни Германии накапливался потенциал необратимых перемен, которые вскоре изменили страну. В то же время старые и новые тенденции не просто сосуществовали в институтах, социальных практиках, идеологиях, но и интенсивно взаимодействовали, смешивались и переплетались в сознании людей.

В политической сфере установление режимов реставрации в рамках системы Меттерниха явилось кульминацией традиции бюрократического абсолютизма на пространстве Германского союза. Два крупнейших и наиболее влиятельных германских государства - Австрия и Пруссия оставались неограниченными монархиями. Карлсбадские постановления 1820 г. стали символом политической реакции. В то же время согласно ст. 13 Акта Германского союза к середине XIX в. в 14 из 35 монархических государств были приняты октроированные конституции1, созданы представительные органы власти - земельные парламенты (ландтаги). В деятельности земельных парламентов, гимнастических союзов, студенческих буршских корпораций, организации "Молодая Германия", а также в Вартбургской и Гамбахской манифестациях просматривались начала новой политической активности и пробуждались конфликты, оказавшие во второй половине XIX в. решающее влияние на публичную жизнь Германии. Черты старого и нового переплетались в сознании и практической деятельности наиболее ярких представителей эпохи, таких, как Г. В. Гегель или В. фон Гумбольдт2.

Противоречивая ситуация складывалась и в экономической жизни Германии. Сквозь традиционные структуры - юнкерские и крестьянские хозяйства, ремесленные цехи, формы мелкого предпринимательства прорастали зерна новой, динамично развивающейся экономики, которая обеспечила модернизацию после 1850 г. Соотношение между традиционным и новым укладом было сложным: много прогрессивных предпринимателей вышло из среды ремесленников, а в деятельности многих крупных предприятий сочетались элементы как традиции, так и модерна3.


Баранов Николай Николаевич - кандидат исторических наук, доцент, заведующий кафедрой новой и новейшей истории исторического факультета Уральского государственного университета, Екатеринбург.

1 Октроированные конституции (от франц. "octroyer" - жаловать, даровать), дарованные властью монарха, а не установленные парламентом или учредительным собранием.

2 Krieger L. The German Idea of Freedom: History of Political Tradition. Boston, 1957; Koselleckl R. Preussen zwischen Reform und Revolution. Stuttgart, 1967.

3 Sachtler H. Wandlungen des industriellen Unternehmers in Deutschland seit Beginn des 19. Jahrhunderts. Berlin, 1937; Wutzmer H. Die Herkunft der industriellen Bourgeoisie Preussens in den vierziger Jahren des 19. Jahrhunderts. - Studien zur Geschichte der Industriellen Revolution in Deutschland. Berlin, 1960, S. 145 - 163.

стр. 85

В этих сложных условиях происходило становление идеологии и политической практики немецкого либерализма; нас интересует вопрос о его социальной природе.

Ранний немецкий либерализм, зародившийся в предмартовский период, был по преимуществу "конституционным движением". В его рамках разрабатывались различные модели желательных для германских государств политико-юридических порядков. Такие модели, призванные модернизировать, осовременить эти государства, содержали разные комбинации уже заявивших о себе тогда в Западной Европе либеральных принципов и норм. Подобно английским и французским либералам, их немецкие единомышленники искали социальную опору в буржуазных средних слоях. Но в немалой степени рассчитывали они и на здравый смысл монархов, которые были бы способны внять велениям времени и стать не выразителями партикулярных интересов, а радетелями общего блага.

Немецкий либерализм первой половины XIX в. представляли Ф. Дальман, Р. фон Моль, К. Роттек, К. Велькер, Ю. Фрёбель и другие мыслители. Специфика раннего немецкого либерализма состояла в том, что национальная буржуазия как класс еще не сложилась, а либеральные ценности под влиянием британского и французского опыта усваивались и воспроизводились в основном представителями традиционных по происхождению городских слоев, которых объединял относительно высокий образовательный уровень и широкие возможности социальной самореализации. В немецкой традиции они определялись как "образованное бюргерство"4.

При характеристике немецкого либерализма до сих пор доминируют две популярные историографические традиции. Первая восходит к одному из столпов малогерманской школы Г. фон Трейчке и его высказыванию, что немецкий либерализм берет свое начало в теориях ученых, а не в интересах социального класса. Это оценочное суждение воспроизводится в современном обобщающем труде, отражающем актуальный уровень российской и германской науки: германский либерализм "долго ориентировался не на практическую деятельность, а на идеи, теории, принципы и, как следствие, отличался доктринерством"5.

Вторая традиция сложилась в середине 60 - 70-х годов XX в. под влиянием успехов социальной истории и особенно социально-критической школы. Американский историк Т. Хемироу одним из первых на западе полагал, что либерализм надо рассматривать как идеологическое выражение интересов предпринимательской буржуазии6. Его соотечественник Д. Pop подверг аргументированной критике основные положения Хемироу, хотя и не предложил приемлемой альтернативы7. Утверждение Рора, что многие немецкие либералы "провозглашали свою готовность покончить с доктриной экономического индивидуализма"8 означает, что автор упускает из виду существенный момент: многие немецкие либералы никогда не ставили "экономический индивидуализм" на первое место.

Под влиянием этих толкований в историографии на персональном уровне баденские либералы - университетские профессора К. фон Роттек и Т. Велькер противопоставляются рейнским либералам - прагматикам-предпринимателям Д. Ганземану и Л. Кампгаузену. Однако, это противопоставление вряд ли корректно. Действительно, не все либералы были идеалистическими интеллектуалами, оторванными от реальной действительности социального существования, но в подавляющем большинстве


4 "Bildungsburgertum" - этот термин до сих пор не введен в отечественную историографию и не имеет общепринятого перевода.

5 История Германии: учебное пособие, в 3-х т. Т. 1. С древнейших времен до создания Германской империи. М, 2008, с. 443 - 444.

6 Hamerow T. Restoration, Revolution, Reaction: Economics and Politics in Germany 1815 - 1871. Princeton - New York, 1958, p. 58.

7 Rohr D. The Origins of Social Liberalism in Germany. Chicago, 1963, p. 9 - 10.

8 Ibid., p. 2.

стр. 86

они не были и выразителями интересов экономически динамичных элементов в обществе9.

Ряд факторов делает чрезвычайно трудной социально-политическую локализацию немецкого либерализма изучаемого периода. Во-первых, это отсутствие национальных институтов, позволяющих выделить группу людей, чье социальное происхождение может корректно соотноситься с либеральным движением. Вместо этого мы наблюдаем диверсифицированный набор институтов, соотношение которых находится под глубоким воздействием разнообразия местных условий, региональных различий, социальных, экономических, религиозных и конституционных особенностей10. Во-вторых, внутри этих институтов и традиция, и закон имели тенденцию препятствовать выражению и затем фиксации ясной политической позиции.

В большинстве ландтагов среднегерманских государств, например, запрещалось создание парламентских группировок. Политические единомышленники не могли действовать сообща и координировать свои усилия. Это означает, что даже когда нам известен социальный состав местного парламента, часто невозможно соотнести эти сведения с политической позицией депутатов". Широкой политической публичности в период реставрации почти не существовало.

Для изучения социальной природы немецкого либерализма середины XIX в. используются материалы франкфуртсткого Национального собрания 1848 г. Историки имеют дело с демократически избранным национальным институтом, с доступным, достоверным, полным списком кандидатов и депутатов с их определенной политической ориентацией12. На уровне национального представительства оформились первые политические клубы, прежде всего либеральные. Анализ состава франкфуртского парламента дает ясные и простые результаты. Свыше 80% делегатов имело университетское образование; большинство из них - государственные служащие: представители гражданской администрации, преподаватели, судейские чиновники. Остальные -адвокаты, священники, писатели, журналисты, врачи. Чуть меньше 20% депутатов занимались предпринимательством или сельским хозяйством13. Некоторые, такие как должностные лица местного самоуправления (и, следовательно, включенные в разряд гражданской администрации) имели полную занятость в других сферах, обычно в торговле и сельском хозяйстве. Во Франкфурте, однако, они были в очень малом количестве.

Если рассматривать 336 депутатов, связанных с каким-либо из либеральных клубов, расклад еще проще: государственные служащие - 55,5%, лица свободных профессий - 21,2%, сельские хозяева и предприниматели - 12,2%, священники - 3,9%14.

Ключевая роль людей с университетским образованием во Франкфурте отражает устойчивую значимость этих групп в период формирования либерального движения в Германии. В первых проявлениях прогрессивной политической публичности - в периодической печати, обществах читателей и клубах конца XVIII в. основными действующими лицами были литераторы, журналисты, чиновники, учителя и другие представители образованного общества15. Роль прогрессивных чиновников была


9 Ростиславлева Н. В. Германские либералы первой половины XIX века. М., 2010.

10 Huber E.R. Deutsche Verfassungsgeschichte, Bd. 1 - 4. Stuttgart, 1957 - 1969, Bd. 1, S. 314.

11 Kramer H. Fraktionsbindungen in den deutschen Volksvertretungen 1819 - 1849. Berlin, 1968.

12 Valentin V Geschichte der Deuschen Revolition 1848 - 1849, Bd. 1 - 2. Berlin, 1930 - 1931; Hamerow T. The Elections to the Frankfurt Parliament. - Journal of Modern History, 1961, N 33, p. 15 - 32.

13 Eyck F. The Frankfurt Parliament 1848 - 1849. London, 1968, p. 95.

14 Schilfert G. Sieg und Niederlage des demokratischen Wahlrechts in der deutschen Revolution 1848/49. Berlin, 1952, S. 406; Gillis G. The Prussian Bureaucracy in Crisis, 1840 - 1860. Stanford, 1991, p. 103.

15 Schultze J. Die Auseinandersetzung zwischen Adel und Burgertum in den deutschen Zeitschriften der letzten drei Jahrzehnte des 18. Jahrhunderts (1773 - 1806). Berlin, 1925, S. 44 - 45.

стр. 87

чрезвычайно важна для проведения реформ внутри государственного аппарата16. После 1815 г. либерально настроенные чиновники сочувствовали борьбе других групп образованного общества за политические реформы во вновь создаваемых представительных ассамблеях, особенно в среднегерманских государствах юга и юго-запада17. Склонность либералов к оппозиции сформировалась в 1830 - 1840 гг. в результате осознания ими необходимости изменений в обществе в целом, а также их растущей неудовлетворенности собственными ограниченными возможностями18.

Постоянная значимость представителей образованного общества в либеральной оппозиции вытекает не только из присущей им неудовлетворенности своим положением, но и готовности большей части политически ангажированного общества воспринять их как лидеров. Университетское образование обеспечивало общественный престиж, преимущественное положение в государственной должностной иерархии. В стране, где не существовало национального рынка, не было политических партий, отсутствовали влиятельные общенациональные газеты, университетское образование, корпоративные и профессиональные связи, бюрократические институты и государственная иерархия имели самодостаточное значение19.

До середины XIX в. в немецком обществе было несколько групп, которые так или иначе могли и желали соревноваться с образованным обществом в выборных органах на государственном и национальном уровнях. Священники и часть земельной аристократии обладали набором местных статусов и связей, выходивших за местный уровень. Но перед мартовской революцией 1948 г. лишь несколько представителей этих элит проявили интерес к участию в политике20. Это было характерно по большей части для рейнской области, где экономическое развитие было динамичным. Однако большая часть предпринимателей с национальными политическими амбициями предпочитали уровень местной политической активности21.

Другим преимуществом образованных элит был вопрос о способности играть политическую роль. Государственные служащие могли участвовать в парламентской жизни только оставив свой пост, юристы могли пытаться комбинировать практику с политической активностью, журналисты могли сделать живой репортаж о событиях, в которых принимали участие22. Людям, занятым предпринимательством было очень трудно оставить свое дело на длительное время. Предприниматели, подобно Ф. Харкорту, подвергались большим рискам, если оставляли предприятие на попечение других людей23.


16 Rosenberg H. Bureaucracy, Aristocracy, and Autocracy: The Prussian Experience, 1660 - 1815. Cambridge (Mass.), 1958.

17 Conze W. Das Spannungsfeld von Staat und Gesellschaft im Vormarz. - Staat und Gesellschaft Badens im Vormarz 1815 - 1848. Stuttgart, 1962, S. 228; Fischer W. Staat und Gesellschaft Badens im Vormarz. - Ibid., S. 146; Zorn W. Staat und Gesellschaft Badens im Vormarz. - Ibid., S. 134.

18 The Democratic Left in Germany, 1848. - Journal of Modern History, 1961, N 33, p. 374 - 383; The Image of Journalist in France, Germany and England, 1815 - 1848. - Comparative Studies in Society and History, 1968, N 10, p. 290 - 317; О'Boyle L. The Problem of an Excess of Educated Men in Western Europe, 1800 - 1850. - Journal of Modern History, 1970, N 42, p. 471 - 495.

19 Freytag G. Erinnerungen aus meinem Leben. - Gesammelte Werke, Bd. 1 - 22. Leipzig, 1887 - 1888, Bd. 1, S. 14; Hinton Th. R. Liberalism, Nationalism and German Intellectuals (1822 - 1847). -An Analysis of Academic and Scientific Conferences of the Period. Cambridge (Mass.), 1951.

20 Below G. von. Zur Geschichte der konstitutionellen Partei im vormarzlichen Preussen: Briefwechsel des Generals G. von Below and des Abgeordneten von Saucken-Lilienfelde. Tubingen, 1903; Repgen K. Klerus und Politik 1848. - Aus Geschichte und Landeskunde: Festschrift fur Franz Stein-bach. Bonn, 1960.

21 Zunkel F. Der rheinisch-westfalische Unternehmer 1834 - 1889. Cologne, 1962.

22 Clauss W. Die Staatsbeamten als Abgeordneter in der Verfassungsentwicklung der deutschen Staaten. Karlsruhe, 1906.

23 Kollmann W. Friedrich Harkort, 1793 - 1838. Dusseldorf, 1964, S. 64 - 114.

стр. 88

Эти принципиальные обстоятельства подсказывают, почему нельзя однозначно рассматривать франкфуртский парламент как зеркало либерального политического лидерства. Только тот, кто мог позволить себе оставить работу и дом на неопределенное время, получал шанс на политическую активность во франкфуртском парламенте. Кроме того, другие сегменты либерального движения были связаны с политической активностью местного уровня. Там социальное происхождение либералов оказывается гораздо более разнообразным, включая значительное число вовлеченных в различные формы городского предпринимательства и сельскохозяйственного производства. Например, З. Бютнер в работе о парламентской жизни Гессен-Дармштадта идентифицировал 18 из 28 членов ландтага 1826/1827 гг, как либералов: 8 из них - местные чиновники, но почти все остальные были связаны с другой деятельностью. Среди них было 3 сельских хозяина, 2 владельца мануфактур, 1 розничный торговец24.

В отношении Баденского парламента не существует ясной корреляции между социальной позицией и политической линией. Тем не менее, можно отметить, что в ландтаге 1831 г., который рассматривался современниками как весьма либеральный, почти 40% его членов были вовлечены в коммерцию, мануфактурное дело или сельскохозяйственное производство. В ландтаге 1831 г. были представлены: 21 гражданский служащий, 11 судейских чиновников, 7 учителей и священников, 13 чиновников местного уровня, 8 ремесленников, 2 трактирщика и 4 владельца мануфактур. Вероятно, что большинство, если не все, местные чиновники имели другую занятость, возможно в сельскохозяйственном производстве, либо в торговле25. В качестве примера либерального лидера местного уровня в Бадене можно назвать бургомистра Ф. Тибо, биография которого написана П. Штемерманом26. Тибо вышел из семьи трактирщиков и сам состоялся в этом деле.

Наиболее важными политическими институтами для людей, вовлеченных в экономическую деятельность, были органы местного управления. Можно обоснованно предположить, что на местном уровне в количественном отношении трактирщики, лавочники, купцы и мануфактуристы играли лидирующую роль в распространении либеральных мнений и организаций. Образованная элита была сосредоточена в клубах, читающих обществах и других институтах, которые свидетельствовали о начале политической публичности в Германии. Но если мы изучим состав муниципальных органов, мы найдем здесь более сложную социальную базу для либерализма, чем традиционные его основы "образованность" и "собственность". Различные элементы в локальных либеральных движениях широко варьируются. Во Франкфурте, например, юристы играли особенно важную роль, хотя торговцы, коммерческие служащие, и трактирщики могли также обосноваться среди либеральных лидеров. В Берлинском городском совете 1848 г. большинство было из торговцев. Г. Коххан, например, работал в булочной своего отца; Г. Рунге был сыном торговца древесиной. Значение Берлинского городского совета как политической арены приумножалось наличием ряда людей из сферы образования.

По меньшей мере до 1848 г. в городском совете Эссена также преобладали представители мелкой буржуазии. В Бармене поддержку либералам оказывали представители среднего сословия, которые в соответствии с прусской трехклассной избирательной системой голосовали во второй и третьей выборных группах. Совет в Бохуме в 1840 г. был сформирован из мелких предпринимателей, в то время как в Крефельде тон задавала группа представителей нобилитета27.


24 Buttner S. Die Anfange des Parlamentarismus in Hessen-Darmstadt und das duthilsche System. Darmstadt, 1969, S. 149

25 Bauer A. Badens Volksvertretung in der zweiten Kammer der Landstande von 1819 - 1890. Karlsruhe, 1891.

26 Stemmermann P. Philipp Thiebaut. Revolutionar und Bilrgermaister. Karlsruhe, 1864.

27 Нобилитет (от лат. "nobilitas" - знать) - в Древнеримской Республике правящее сословие рабовладельческого класса из патрициев и богатых плебеев.

стр. 89

Либеральный лагерь Германии был чрезвычайно разрозненным в социальном смысле. Он включал чиновников, профессоров, фабрикантов, а также личности подобно ученику фармацевта в Берлине, что по выходным надевал лучшее воскресное платье и проводил день, читая о политике в кафе, чувствуя при этом "безграничное счастье быть участником пробуждающейся политической жизни"28.

Диверсификация существовала среди и внутри различных групп средних слоев общества. Под категорию "образованных лиц" попадали люди, занимавшие разные позиции в иерархии престижа и богатства: среди "образованной" элиты Франкфурта были не только знаменитые университетские профессора и преуспевающие чиновники, но и младшие офицеры и маргинальные журналисты. В Берлине среди либералов было большое число людей из менее престижных слоев "образованных". Другим источником диверсификации групп, поддерживающих либерализм, была социальная, экономическая и культурная дистанция, которая зачастую отделяла людей умственного труда от коммерсантов и ремесленников. Например, в Баденском парламенте 1831 г. был торговец, который добился успеха, прибавив к своему имени титул сенатора, но были также ремесленники и лавочники низкого происхождения. На первых местах в городских советах заседали не только влиятельные финансисты, но и простые ремесленники и трактирщики, корнями связанные с традиционной экономикой. Можно говорить об относительно разнообразном составе этих групп, хотя и крупные торговцы, и мелкие лавочники часто записывались как купцы29, а хозяева фабрик и ремесленники были включены в группу "фабриканты". Однако в большинстве городов центром либерального движения стали собственники мелких предприятий и небольшая группа мануфактуристов и финансистов.

Это была общность людей либеральных взглядов, которые с одной стороны были интегрированы в существующий порядок, а с другой - желали получить выгоды от многообещающего, но неопределенного будущего. Для образованных горожан знаковым было их отношение к государству: чиновники, учителя, некоторые судейские чины были прикреплены к государству, но, кроме того, действовали сообща как парламентарии, партийные лидеры или политически активные горожане за пределами их службы. Среди "образованных" только несколько журналистов и писателей могли пользоваться сомнительными преимуществами автономного от государства существования. Но эти люди и с ними все те, кто были политически активны, должны были определять свое отношение к государству. Немецкий термин, обозначавший горожан - "государственный горожанин"30, указывает на глубоко укорененную вовлеченность государства в политический и социальный процесс31.

Горожане различными способами вовлекались в предпринимательскую экономическую активность, порожденную переходным характером развития страны накануне революции 1848 г. Большинство из них стремились сохранять комфорт традиционных социальных отношений и, в то же время, использовать возможности прогресса, связанного с экономическим ростом и политическим развитием. Сила эта ощущалась раз-


Kochhann H. Auszuge aus seinen Tagebuchern. Berlin, 1906; Valentin V. Frankfurt am Main und die Revolution von 1848/49. Stuttgart, 1908, S. 74; Clauswitz P. Die Stadteordnung von 1808 und die Stadte Berlin. Berlin, 1908, S. 213; Croon H. Die Stadtvertretungen in Krefeld und Bochum im 19. Jahrhundert. - Vorschungen zu Staat und Verfassung. Berlin, 1958. S. 289 - 306; Kollmann W. Sozialgeschichte der Stadt Barmen im 19. Jahrhundert. Tubingen, 1960, S. 223 - 224; Henning W. Geschichte der Stadtverordnentenversammlung von Essen (1890 - 1914). Essen, 1965, S. 25; Kaelble H. Kommunalverwaltung und Unternehmer in Berlin wahrend der fruhen Industrialisierung. - Untersuhungen zur Geschichte der fruhen Industrialisierung. Berlin, 1970.

28 Fontane T. Von Zwanzig bis Dreissig. Samtliche Werke, Bd. 1 - 23. Munchen, 1959 - 1970, Bd. 15, S. 13.

29 "Kaufleute" (нем.) - торговые люди, купцы.

30 Staatsburger.

31 Weinacht P. -L. "Staatburger": zur Geschichte und Kritik eines politischen Begriffes. - Staat, 1969, N8, S. 41 - 63.

стр. 90

личными группами с разной степенью напряженности, но было несколько наиболее динамичных и находчивых предпринимателей, которые желали полностью порвать связи с устоявшимися основами немецкой экономической жизни и стремились к тотальной свободе и неограниченной экономической и социальной системе32.

Одни историки подчеркивают роль идеологов в либеральном движении и склонны игнорировать социальные компоненты мышления либералов. Другие ассоциируют либерализм с развивающейся буржуазией, представляют либеральную концепцию как экономическую свободу и триумф индустриализма. Обе эти интерпретации искажают позицию либералов: первая значительно недооценивает степень зависимости либералов от их социального образа, вторая - игнорирует различия и неопределенность в представлениях либералов в отношении общественно-экономического развития.

Исследователи считают, что рост городов Германии был важным знаком того времени. Но сами либералы различно оценивали историческое значение города. По Г. фон Гагерну, "города - место интеллигенции, колыбель цивилизации, центр свободы". Т. Велькер считал, что "жизнь в городах порождена высокими достижениями в коммерции, индустрии и цивилизации в целом... Человек становится сильным и цивилизованным только через тесные контакты с себе подобными людьми"33. Р. фон Моль говорил о более опасной стороне урбанистической жизни. "Города, - писал он, -важный источник социальных болезней, особенно когда они заселены почти всецело бедными и необразованными людьми. Здесь все дурное становится психически и физически заразительным"34. Представление о городе как центре просвещения сосуществовало с образом урбанистического мира, наполненного опасностями и болезнями.

Вместе с ростом городов распространялся и индустриализм, порождающий одновременно и надежду, и опасения в либеральном движении. Были и открытые сторонники индустриализма, видевшие в распространении заводов основу для развития политического прогресса, материального достатка и национальной силы. Некоторые из защитников индустриального развития, однако, опасались потенциальной угрозы чересчур быстрых изменений. Ф. Лист, например, открыто защищавший экономический рост, не был того же мнения в отношении культуры и общества35. Другие либералы с опасением или неприязнью рассматривали увеличение фабричной продукции. Люди, подобно С. Иордану, рассматривали прогресс в терминах сельскохозяйственного процветания. Т. Велькер, который восхищался городами, считал сельское хозяйство "наиболее важным... и наиболее здоровым, счастливым и наиболее благородным занятием"36. Р. Моль признавал необходимость индустриального развития, но доказывал, что крестьяне в гораздо меньшей степени развращены, нежели фабричные рабочие. Моль поднимал тему, которая часто обсуждалась накануне революции 1848 г.: аграр-


32 Beutin L. Die markische Unternehmerschaft in der fruindustriellen Zeit. - Westfalische Forschungen, 1957, N 10, S. 64 - 74; Huschke W. Forschungen uber die Herkunft der thuringischen Unternehmerschicht des 19. Jahrhunderts. Baden-Baden, 1962; Fischer W. Der Straat und die Anfange der Industrialisierung in Baden 1800 - 1850. Berlin, 1962; Blumberg H. Manufaktur, Staat und beginnende Industrialisierung in Deutschland. - Jahrbuch fur Wirtschaftsgeschichte, 1967, S. 409 - 444; Redlich F. Fruhindustrielle Unternehmer und ihre Probleme im Lichte ihrer Selbstzeugnesse. - Wirtschafts- und Sozialgeschichtliche Probleme der Fruhindustrialisirung. Berlin, 1968, S. 339 - 412; Tilly R. Soil und haben: Recent German Economic History and the Problem of Economic Development. - Journal of Economic History, 1969, N 29, p. 298 - 319.

33 Deutsche Liberalismus im Vormarz: Heinrich von Gagern. Briefe und Reden. Berlin, 1959, S.347; Welker T. Stadte. Staatslexikon, Bd. 15. Altona, 1834 - 1843, S. 104.

34 Mohl R. von. Uber die Nachteile, welche sowohl den Arbeitern selbst als dem Wohlstande und der Sichercheit der gesamten Gesellschaft von dem fabrikmassigen Betrieb der Industrie zugehenund uber die Notwendigkeit grundlicher Vorbeugungsmittel. - Die Eigentumslosen. Freiburg, 1961, S. 302.

35 Vopelius M.E. Die altliberalen Okonomen und die Reformzeit. Stuttgart, 1968.

36 Wieber W. Die politischen Ideen von Sylvester Jordan. Tubingen, 1913, S. 68.

стр. 91

ное общество, особенно основанное на малом, независимом хозяйстве, с его точки зрения было необходимым источником стабильности в быстро меняющемся мире37.

Разные точки зрения либералов на значение индустриализации иллюстрируют различия либеральных позиций в отношении прогресса в целом: большинство либералов поддерживали модернизацию во всех ее аспектах и проявлениях; но были и те, кто испытывал в отношении социально-экономического развития смешанные чувства доверия и опасения.

Многие либералы, особенно те, кто жили в германских землях, где торговые ограничения сохранялись, занимали еще более противоречивые позиции. К. Роттек, например, высоко ценивший преимущества свободы в теории, колебался в случае ее практического применения: "С ликвидацией гильдий начнется война всех против всех; комфортная, достойная уважения, наполненная тихими радостями жизнь, которая когда-то была дарована многим тысячам, исчезнет и богатые будут подавлять бедных и сделают их батраками на заводах"38. Характерной была позиция Р. Моля: он признавал, хотя с неохотой, что гильдейские законы были анахронизмом. Он поддерживал экономическую свободу, однако, прежде всего потому, что хотел открыть дорогу людям в ряды мелких, независимых производителей. Многие из тех либералов, подобно Молю, кто защищал свободу промыслов, были не просто поборниками классического экономического образа свободного рынка, многие из них на самом деле хотели видеть контролируемую государством конкуренцию, и если возникнет необходимость - защитить мелких независимых предпринимателей от уничтожения большими фирмами39.

Многие либералы смотрели на потерю традиционных ограничений в экономической и социальной жизни с определенной двойственностью: они признавали, что эти изменения создадут основания для большого и широкого процветания, но опасались, что неограниченная конкуренция принесет выгоду немногим, и тем самым еще более расширится опасная пропасть между богатыми и бедными. Это ощущение угрозы устойчиво нарастало с 1840 г., когда симптомы социального беспорядка стали все сильнее проявляться.

Одни либералы рассматривали социальное недовольство как побочный продукт прогресса; другие понимали, что в стране быстро зреет так называемый "социальный вопрос"40. Это однако не означало, что растущее число либеральных наблюдателей было озабочено увеличением социальной напряженности в стране, однако либералы испытывали смутный страх перед "титаническими силами, враждебными всем людям, что удерживаются дорогой ценой, но угрожают обширным переворотом"41.

Среди либералов не было единого представления о том, как сдерживать эти титанические силы. Для большинства либералов смысл "социального вопроса" был в том, чтобы поддержать снижающиеся возможности мелких независимых предпринимателей, торговцев или фермеров. Так как положение этих групп ухудшалось, идея либеральной социальной реформы 40-х годов XIX в. в основном сводилась к тому, чтобы преломить эту тенденцию. Организации самопомощи, кредитные планы, кооперативы и образовательные общества - все они были нацелены на помощь людям, сопротивлявшимся превращению их в неимущую и зависимую массу42.


37 Mohl R. von. Ackerbau. - Staatslexikon. Jena, 1929, Bd. 1, S. 211 - 212.

38 Schib K. Die staarechtlichen GrundlagenderPolitik Karl von Rottecks. Mulhous, 1927, S. 52 - 53.

39 Mohl R. von. Gewerbe- und Fabrikwesen. - Staatslexikon, Bd. 6, S. 775 - 830.

40 Mombert P. Aus der Literatur uber soziale Frage und die Arbeiterbewegung in Deutschland in der ersten Halfte des 19. Jh. - Arhiv fur Geschichte des Sozialismus und der Arbeiterbewegung, 1921, N 9, S. 169 - 236; Koster J. Der rheinische Fruhliberalismus und die soziale Frage. Berlin, 1938, S. 49. Kuczynski J. Burgerliche und halbfeodale Literatur aus den Jahren 1840 bis 1847 zur Lage der Arbeiter. Berlin, 1960.

41 Bensen H. W. Die Proletarier (1847). - Briefs G. The Proletariat. New York, 1937, p. 65.

42 Stein H. Pauperismus und Assoziation. - Internatoinal Review of Social History, 1936, N 1, S. 19 - 20; Angermann E. Erich Mathy als Sozial- und Wirtschaftspolitiker (1842 - 1848). - Zeitschrift fur Geschichte des Oberrheins, 1955, N 2, S. 492 - 622; Die Eigentumslosen. Freiburg, 1961, S. 447, 451; Angermann E. Robert von Mohl, 1799 - 1875. Neuwied, 1962, S. 225.

стр. 92

Основная цель этих ассоциаций была в том, чтобы увеличить ряды людей, занятых предпринимательской деятельностью и имеющих стабильное социальное положение. В программе одной из таких организацией говорилось: "Объединяйтесь, вы, немецкие рабочие, подмастерья, помощники или всякий, кого вы призовете за собой, бросьте ваш жребий вместе для того, чтобы благодаря возможности вашего образования и обучения... пришел золотой век среднего класса и начался новый золотой век"43.

Либерал Р. Моль - один из первых, кто сосредоточил свое внимание на проблеме фабричных рабочих, считал, что лучшее, если не единственное, решение этой проблемы - увеличение возможностей для мелких предпринимателей самостоятельно добиваться улучшения своего положения44. Этот взгляд на социальную реформу отражал стремление либералов к защите мнимого ресурса стабильности традиционного общества от "неурядиц", сопутствующих социально-экономической модернизации45.

Другая периодически повторяющаяся тема в произведениях либералов - роль государства как надежного бастиона социального порядка. Под давлением социальной озабоченности в годы перед революцией 1848 г. многие либералы желали усиления защитной роли государства. Моль, например, публично высказывавшийся в защиту правового государства, осознавал, что под давлением определенных обстоятельств государство может быть вынуждено пойти на жесткие административные меры46.

Аналогичные взгляды были присущи членам либерального городского совета Берлина в 1847 г., которые считали, что свобода передвижения в Берлине урезана с целью предотвратить его превращение в "магнит бедности" и центр волнений47.

Призыв к увеличению роли государства в социальном процессе был не просто следствием предчувствия кризиса 40-х годов XIX в.: он отражал образ мыслей либералов. Взгляд на государство как необходимую защиту от социального хаоса проявляется в его наиболее систематическом и влиятельном виде в наследии Гегеля. Защита Гегелем политического примата бюрократии была основана на его убеждении, что "социально нейтральная" власть является необходимым элементом стабильности в динамично меняющимся обществе. Этот контрбаланс стабильного государства и потенциально хаотического общества часто появляется в либеральной социальной мысли48. Даже среди тех либеральных экономистов, которые привнесли британские классические либеральные взгляды в Германию, присутствовало подспудное нежелание освободиться от государства и стремление признавать созидательную роль бюрократии. В сфере практической политики существовала ориентация на политическую активность либеральных бюрократов, которые не только стремились к свободе, но и управляли социальными и экономическими силами49. Либералы, которые хотели, подобно Роттеку, ограничить индустриальное развитие страны, и те, кто, подобно Ганземану, выступал за ускоренный рост промышленности, одинаково видели в государстве союзника50.

Накануне революции 1848 г. в Германии можно было найти либералов, которые полностью принимали принцип невмешательства государства в экономику, но оши-


43 Oberman K. Die deutschen Arbeiter in der Revolution von 1848. Berlin, 1953, S. 106.

44 Mohl R. von. Uber die Nachteile, S. 309 - 310.

45 Conze W. Moglichkeiten und Grenzen der liberalen Arbeiterbewegung in Deutschland: das Beispiel Schulze-Delitsch. Heidelberg, 1965.

46 Angermann E. Robert von Mohl, S. 200 - 201.

47 Meyer D. Das offentliche Lebben in Berlin von der Marzrevolution. Berlin, 1912, S. 38; Valentin. Geschichte der deutschen Revolution, Bd. 1, S. 87.

48 Ritter J. Hegel und die franzosische Revolution. Cologne, 1957; Habermas J. Hegels Kritik der franzosischen Revolution. - Theorie und Praxis: Sozialpolitische Studien. Neuwied, 1963, S. 89 - 107; Riedel M. Studien zu Hegels Rechtsphilosophie. Frankfurt a.M., 1969.

49 Ritter U. P. Die Rolle des Staates in den Frtihstadien der Industrialisierung: die preussische Industrieforderung in der ersten Halfte des 19. Jahrhunderts. Berlin, 1961; Mieck I. Preussische Gewerbepolitik in Berlin, 1806 - 1844. Berlin, 1965.

50 Tilly R. Financial Institutions and Industrialization in the Rhineland, 1815 - 1870. Madison (Wis.), 1966, p. 94.

стр. 93

бочно рассматривать этих людей как представителей либерального движения в целом. Скрытым центром идеологического либерализма были люди, которые не были уверены в недвусмысленной выгоде социально-экономических изменений, что заставляло их рассматривать государство как необходимого партнера в социальном прогрессе. Можно найти аналогии с признанием либералами экономической и социальной важности государства в других аспектах их мышления. Например, в своих надеждах на образовательные и религиозные реформы либералы показали свое нежелание положиться на автономные силы и стремление рассматривать государство как необходимого участника прогрессивных преобразований51.

Таким образом, мы можем констатировать чрезвычайно своеобразную корреляцию между идеями германских либералов и их социальным миром. Однако трудно было ожидать иного в столь сложной и динамичной исторической ситуации. Налицо сложное соотношение между социальным характером либерального движения и восприятием либералов обществом. Среди либеральных социальных мыслителей мы можем найти влиятельное меньшинство, которое, безусловно, признавало теоретическую и практическую ценность свободного индустриального общества. Но сложный социальный состав ядра либерального движения предопределял двойственное отношение большинства теоретиков по отношению к возможностям социальных изменений. Для большинства из этих людей прогресс за рамками традиционной государственной власти был невозможен. Они были озабочены поддержанием стабильности в стране путем создания сильного среднего класса. Во взглядах на процесс изменений и свою социальную роль в нем большинство либералов сталкивались с необходимостью выбора между привычным традиционным обществом, с одной стороны, и неведомым, опасным, но соблазнительным для них будущим - с другой.


51 Rilrup R. Judenemansipazion und burgerliche Gesellschaft in Deutschland. - Gedenkschrift Martin Gohring. Wiesbaden, 1968, S. 174 - 199.

Orphus

© biblioteka.by

Permanent link to this publication:

https://biblioteka.by/m/articles/view/ГЕРМАНСКИЙ-ЛИБЕРАЛИЗМ-НАКАНУНЕ-РЕВОЛЮЦИИ-1848-года

Similar publications: LRussia LWorld Y G


Publisher:

Беларусь АнлайнContacts and other materials (articles, photo, files etc)

Author's official page at Libmonster: https://biblioteka.by/Libmonster

Find other author's materials at: Libmonster (all the World)GoogleYandex

Permanent link for scientific papers (for citations):

Н. Н. БАРАНОВ, ГЕРМАНСКИЙ ЛИБЕРАЛИЗМ НАКАНУНЕ РЕВОЛЮЦИИ 1848 года // Minsk: Belarusian Electronic Library (BIBLIOTEKA.BY). Updated: 31.01.2020. URL: https://biblioteka.by/m/articles/view/ГЕРМАНСКИЙ-ЛИБЕРАЛИЗМ-НАКАНУНЕ-РЕВОЛЮЦИИ-1848-года (date of access: 29.11.2020).

Found source (search robot):


Publication author(s) - Н. Н. БАРАНОВ:

Н. Н. БАРАНОВ → other publications, search: Libmonster BelarusLibmonster WorldGoogleYandex

Comments:



Reviews of professional authors
Order by: 
Per page: 
 
  • There are no comments yet
Related topics
Publisher
Беларусь Анлайн
Минск, Belarus
269 views rating
31.01.2020 (303 days ago)
0 subscribers
Rating
0 votes

Related Articles
Русские контакты Д. Дидро: эволюция исследования проблемы
Yesterday · From Беларусь Анлайн
Российско-прусский договор 1743 г.
Catalog: История 
13 days ago · From Беларусь Анлайн
Р. А. ГОГОЛЕВ. "Ангельский доктор" русской истории. Философия истории К. Н. Леонтьева: опыт реконструкции
Catalog: Философия 
13 days ago · From Беларусь Анлайн
Организация репетиторского агентства
14 days ago · From Беларусь Анлайн
Русско-американские разногласия по вопросу о полосе отчуждения КВЖД. 1906 - 1917 гг.
Catalog: История 
16 days ago · From Беларусь Анлайн
Кадровый состав и внутриармейские отношения в вооруженных формированиях в годы гражданской войны
Catalog: История 
16 days ago · From Беларусь Анлайн
Генрих VIII Тюдор
Catalog: История 
32 days ago · From Беларусь Анлайн
О. Шпенглер и "консервативная революция" в Германии
Catalog: История 
37 days ago · From Беларусь Анлайн
М. КЛИНГЕ. Тень Наполеона. Европа и Финляндия на переломе 1795-1815 гг.
Catalog: История 
39 days ago · From Беларусь Анлайн
Отто Дибелиус и проблема христианской ответственности
39 days ago · From Беларусь Анлайн

Libmonster, International Network:

Actual publications:

LATEST FILES FRESH UPLOADS!
latest · Top
 

Actual publications:

Latest ARTICLES:

Latest BOOKS:

Actual publications:

BIBLIOTEKA.BY is a Belarusian open digital library, repository of author's heritage and archive

Register & start to create your original collection of articles, books, research, biographies, photographs, files. It's convenient and free. Click here to register as an author. Share with the world your works!
ГЕРМАНСКИЙ ЛИБЕРАЛИЗМ НАКАНУНЕ РЕВОЛЮЦИИ 1848 года
 

Contacts
Watch out for new publications:

About · News · For Advertisers · Donate to Libmonster

Biblioteka ® All rights reserved.
2006-2020, BIBLIOTEKA.BY is a part of Libmonster, international library network (open map)
Keeping the heritage of Belarus


LIBMONSTER NETWORK ONE WORLD - ONE LIBRARY

US-Great Britain Sweden Portugal Serbia
Russia Belarus Ukraine Kazakhstan Moldova Tajikistan Estonia Russia-2 Belarus-2

Create and store your author's collection at Libmonster: articles, books, studies. Libmonster will spread your heritage all over the world (through a network of branches, partner libraries, search engines, social networks). You will be able to share a link to your profile with colleagues, students, readers and other interested parties, in order to acquaint them with your copyright heritage. After registration at your disposal - more than 100 tools for creating your own author's collection. It is free: it was, it is and always will be.

Download app for smartphones