BIBLIOTEKA.BY is a Belarusian open digital library, repository of author's heritage and archive

Register & start to create your original collection of articles, books, research, biographies, photographs, files. It's convenient and free. Click here to register as an author. Share with the world your works!

Libmonster ID: BY-743

Share with friends in SM

Несмотря на то, что история возникновения и распространения протестантизма в Европе является одним из главных сюжетов раннего Нового времени, в нем есть аспекты, обойденные вниманием ученых. Это, в частности, воздействие книгопечатания на процесс развития и распространения протестантизма1. Разумеется, автор далек от придания феномену книгопечатания исключительности: возникновение протестантизма было обусловлено действием множества факторов. Однако книгопечатание ранее не рассматривалось в качестве одного из узловых моментов не только развития протестантизма, но и всей истории раннего Нового времени.

Факт, что в период возникновения и укрепления протестантизма в почти неграмотной Европе было напечатано около 500 млн. экземпляров Библии, делает очевидным значение книгопечатания для возникновения и распространения протестантизма.

Чтобы раскрыть эту связь следует обратиться как к социо-культурным причинам возникновения протестантизма, так и к истории развития книгопечатания. Оба эти явления изначально нуждались друг в друге: если для протестантизма обращение многих верующих людей непосредственно к Священному Писанию, минуя посредничество Церкви, было бы нереализуемо без книгопечатания, то для развития книгопечатания решающим был "взрывной" спрос на печатную книгу, который был связан именно с потребностями протестантизма.

Взаимосвязь протестантизма и книгопечатания укоренена, однако, намного глубже - на уровне социо-системных оснований европейской культуры: протестантизм есть одно из характернейших проявлений книжной культуры, своеобразный религиозный модус ее существования; а книжная культура есть одна из реализованных возможностей особого религиозного сознания, нуждающегося в печатном слове.

ПРОТЕСТАНТИЗМ И ОТНОШЕНИЕ К СВЯЩЕННЫМ КНИГАМ

Обыкновенно причины возникновения протестантизма сводят к комбинации интерпретируемых, в частности, в духе оппозиции к католицизму, превратившемуся в идеологический каркас феодализма, и внешних социальных причин, связанных с социо-культурным развитием буржуазного общества и закатом феодализма. Если для городских культур южной части Европы (Кальвин, Цвингли и т. д.) эта связь очевидна, то так называемый северный протестантизм (Лютер, Меланхтон) был органично встроен в структуру феодальных отношений и поддержан германской феодальной знатью в немалой степени исходя из политической целесообразности. Между тем, остается без внимания главное: эта связь лежит не только и не столько в плоскости политико-экономического развития общества, сколько в сфере новых коммуникационно-технологических


Назарчук Александр Викторович - доктор философских наук, профессор философского факультета Московского государственного университета им. М. В. Ломоносова.

1 Книга и культура. М., 1979; Crofts R. A. Printing, Reform, and the Catholic Reformation in Germany (1521 - 1545). - Sixteenth century, Kirksville, 1985, v. 16, N 3, p. 367 - 381; Hoffman W. Rheinische Druckersprache und Reformation. - Rheinische Vierteljahrsblatter. Bonn, 1991, S. 135 - 175.

стр. 79


возможностей культуры, которые подстегнули многие социальные процессы, а некоторым из них придали иную направленность.

При всем различии протестантских движений в середине и конце XVI в., протестантизм был выражением кризиса недоверия многих национальных культур севера Европы той культурной форме христианства, которая коренилась в эллинистической традиции и культивировалась прежде всего на юге Европы. Кризис христианства в XVI в. парадоксальным образом обернулся его стабилизацией. На протяжении ряда веков народы северной Европы болезненно переживали переход от язычества к христианству. Народы, населявшие Балтийский регион, были христианизированы лишь в XII - XIII вв. В зрелое Средневековье, когда христианство окончательно укоренилось во всей Европе, сформировались разнообразные национальные и культурные формы этой религии. Показателем культурной самостоятельности христианского севера может служить возникновение и расцвет готики, которой почти не было на юге Европы.

Зрелое Средневековье породило организационный кризис католической церкви. Если на юго-востоке Европы, в православных странах, эта проблема имела политически обусловленное решение - создание самостоятельной поместной церкви (например, в XVI в. в России возникла национальная поместная церковь), то католицизм при всей своей культурной толерантности не имел институциональных форм решения этой проблемы. Красноречив в этом плане пример восточноевропейских территорий, на которых в результате Брестской Унии в XVII в. установилось верховенство Папы Римского. Тем самым народы, населявшие эти земли, оказались в подчинении католической иерархии2. Примат Папы, оформленный еще в Средневековье как фундаментальный организующий принцип католической церкви, не позволял найти удовлетворительных институциональных решений для оформления культурного плюрализма христианства в Европе.

XVI в. был знаменит расцветом культуры Ренессанса, который при всех своих античных реминисценциях был порождением культуры католического юга Европы и формировался при непосредственной, зачастую инициирующей, поддержке Ватикана3. Хотя преобладающей формой бытования ренессансной культуры в большой мере служила светская придворная жизнь и буржуазный лоск цветущих городов Италии, куртуазность затронутого теми же процессами Рима глубоко подорвала доверие социальных низов северной Европы к католической церкви. Это дало исторический шанс религиозной оппозиции, существующей во всякой религиозной культуре. Книгопечатание послужило одним из основных ресурсов воздействия на массы и организации масс, который эта оппозиция смогла противопоставить институциональному ресурсу католической церкви и без которого не могло бы возникнуть полноценной идейно-политической борьбы.

Однако протестантизм неверно определять только из его буквального наименования - "протеста" против католицизма. Протестантские церкви справедливо называют себя "евангелическими". Теософская основа, на которой выросли эти церкви - примат Писания перед Преданием, главенство Слова перед Церковью. За этим определением -не просто богословская формула, а совершенно иное религиозное настроение, другая иерархия ценностей.

И православная, и католическая церкви были очень осторожны в предоставлении каждому верующему текста Библии. Библия - сохранившаяся на тысячи лет только благодаря требованию иудейской религиозности читать и изучать свои священные книги - в христианстве вновь оказалась в некотором смысле закрыта для непосвященных. Это несмотря на то, что и классическая античность, и эллинизм были предельно демо-


2 В настоящий момент католическая церковь включает в себя 21 Церковь восточного обряда. После II Ватиканского собора для восстановления евхаристического общения нет необходимости быть включенным в юрисдикцию Римско-католической церкви.

3 Эстетический образ Ватикана связан с искусством Ренессанса: Собор св. Петра, Сикстинская Капелла и т. д.

стр. 80


кратичны в отношении культуры текста. В христианстве же, скорее всего, сказалась восточная гностическая традиция, требующая сакрализации текстов и не одобряющая их общедоступности. Она нашла выражение в концепции разделения церкви на "церковь учащуюся" и "церковь учительствующую"4.

Парадокс гностицизма состоит в своеобразной рационалистической трактовке таинства: чтобы быть мудрым, достаточно только "знать", иметь доступ к аутентичному источнику, но сам источник недоступен. Неоплатонизм и иные мистические учения эллинизма довели этот парадокс до крайности "неписаного учения": то, что знает мудрец, вообще не может быть доступно в словах. В трактовке восточной патристики полнота божественного Логоса оказалась уже непостижимо выше возможностей человеческого постижения5.

Однако не только восточная патристика, но и опирающееся на куда более рационалистическую латинскую традицию средневековое католическое богословие не связывали обладание христианина истиной с непосредственным доступом к тексту Писания. Без Предания, без правильной святоотеческой трактовки, знание Писания ничего не значит, и даже может оказаться искусительным. Чтение его без изрядной доли смирения было бы делом зазорным, а не достойным поощрения6. Писание - это некий мистический сосуд Истины. Истину нельзя "вычитать", можно лишь "приобщиться" к ней вместе с верой и благочестием. Дело христианина - не чтение, а молитва. Даже средневековые внешне формально-рационалистические споры богословской схоластики относились не к тексту Писания, а поверх него - к логическим конструктам божественного мироустройства.

В условиях нарастающей дискредитации церкви в глазах религиозной оппозиции уже нельзя было опереться на Предание, утрачивалось доверие к мистике культа. Религиозная оппозиция требовала вернуться к истокам, опереться на нечто более очевидное - на Писание. В глазах реформаторов Писание могло служить единственным посредником для общения с Богом, коль скоро значение Церкви было низведено до союза верующих. Писание получило статус единственного источника и критерия правильности веры для верного суждения о божестве. Опора на Писание заставила переосмыслить и изменить многое во внешнем культе: богослужение утратило роль сакрального ритуала и превратилось в собрание верующих для размышления над истинами веры. Священник утратил роль жреца, поскольку благодать священства была признана за всеми членами церкви; он стал советчиком по вере, руководителем религиозной жизни общины. Произошел переход от примата храма к примату общины, от примата ритуальных священнодействий - к примату богословского рассуждения. Не мистическое "Причастие" к таинству Евхаристии, а рациональное воспоминание Евангельских событий стало центром религиозного переживания верующего. Эта замена повлекла поистине эпохальный переворот в религиозной ментальности человечества: священнодействие и культ перестали быть выражением религиозности, коим стало разумное и рассудительное отношение к божественной тайне, опосредованное личным контактом верующего со Священным текстом, источником вероучения. Чтение стало тем форматом религиозности, в котором совершается наиболее аутентичное приобщение к истинам веры. Перевод Библии на национальные языки был следующим шагом по десакрализации Писания. Требование к каждому христианину знать и изучать Писание в каком-то смысле пробудило разум от "священного трепета" культа, преобразило весь режим религиозной организации


4 Православие, хотя и не приняло такого формального разделения, скорее наложило запреты и для круга посвященных: ни иерархический статус, ни монашеская аскеза еще не давали православному христианину права свободно толковать Писание - это рассматривалось как слишком ответственное дерзание.

5 Дионисий Ареопагит. О божественных именах. СПб, 1997; Николай Кузанский. Об ученом незнании. Соч. в 2-х т. М., 1979.

6 Об этом красноречиво свидетельствует один из распространенных сюжетов святоотеческой житийной литературы, когда ученый монах становится жертвой богословской прелести вследствие излишнего чтения Ветхого Завета.

стр. 81


и жизни церкви. Богословие, а именно, необходимость обоснования всех своих действий исходя из Писания, перестало быть достоянием лишь "церкви учительствующей", а стало потребностью повседневной жизни каждого христианина.

Протестантизм вслед за иудаизмом обязывает верующих регулярно читать свои священные тексты. Священное Писание в концепции протестантизма развернулось в уникальном историческом ракурсе, в котором святость тождественна модусу читаемости. Если в католицизме Библия не является полным и непосредственным воплощением божественного слова, то в протестантизме Библия сугубо человечна и не может просто служить объектом религиозного поклонения: ее существование не имеет смысла без постоянного чтения. Разумеется, протестантизм нельзя сводить только к чтению священных текстов или излишне его рационализировать. Однако факт, что в понятие христианской религиозности протестанты включают чтение Библии как один из основополагающих элементов благочестия.

Новый для XVI в. тип восприятия религиозных ценностей требовал нового языка, новых средств коммуникации. Он послужил импульсом для развития социальных процессов, охвативших различные сферы жизни общества. Возникновение и стремительное распространение книгопечатания относится к одному из основных последствий трансформации религиозного сознания.

РАЗВИТИЕ КНИГОПЕЧАТАНИЯ В КОНТЕКСТЕ ОБЩЕСТВЕННОГО ЗАПРОСА НА ОБЩЕДОСТУПНОСТЬ БИБЛИИ

Книги Священного Писания, начиная с эпохи государственной церкви, служили элементом богослужения, а не объектом "спасительного чтения", и потому воспроизводились исключительно для этих целей. Переписывание Библии от руки было очень трудным и дорогим делом7. Списки книг Нового, и, в особенности, Ветхого Заветов были немногочисленны и хранились в монастырях и крупных храмах. Монаху-переписчику требовались годы, чтобы от руки переписать полный экземпляр Библии. Были такие христианские страны, в которых вообще не было полных списков священных текстов. В православной России например, полный список Библии впервые появился лишь при Иване Грозном8.

В Европе, несмотря на больший размах ручного написания текстов Библии, до распространения книгопечатания тоже не было рынка книг9. Книгопечатание изменило ситуацию. Книги стали печататься не по заказу, а как готовый продукт с расчетом на покупательский спрос "выбрасывались" на рынок по доступным ценам. За XVI - XVII вв. цены на печатные книги понизились на четыре пятых против их прежней рыночной стоимости. Первые книгопечатники получили возможность целенаправленно влиять на ситуацию на рынке. Количество напечатанных экземпляров книг вело к революционным изменениям в обществе10. С 1470 до 1500 гг. в Европе было напечатано около 10 тыс. книг, в основном Библии. С 1500 по 1536 гг. в Европе вышло в свет уже около


7 Острожская Библия, один из самых хорошо подготовленных российских издательских проектов XVI в., была написана за 203 дня, т. е. по 100 строк в один день.

8 Царь Иван Грозный, обладавший крупнейшей библиотекой в России, издал указ о выкупе книг Библии и содержал писчую мастерскую. Можно представить, сколь велики были разночтения в писаных книгах Евангелия, впервые собранных в одном месте. Ивану Грозному принадлежит несколько, поначалу неудачных, попыток организовать печатное дело в Москве.

9 В Европе книги стали дешевле, когда началось распространение пергамента, чему способствовал подъем интеллектуальной жизни после крестовых походов, а также развитие университетов. В XIII в. в университетах были должностные лица - стационарии, дававшие студентам списывать учебники и бравшие книги на комиссию от ростовщиков-евреев, которые не имели права торговать книгами. Стационарии и были первыми продавцами печатных книг в новой Европе. - Владимировас Л. И. История книги. Вильнюс, 1979.

10 Одним из следствий возникновения книгопечатания в России было решение о правке списков Библии, ибо до того не существовало возможности создать стандарт, лишенный "ошибки писца".

стр. 82


17,5 млн. экземпляров книг, из которых львиную долю составляли библейские тексты. Остановить рост книгопечатания и формирование книжного рынка могло только сознательное решение препятствовать печатанию Библии, на что ни у светских, ни у церковных властей не было ни воли, ни основания.

Вот хронология завоевания Европы печатной книгой. В 1440 г. Иоганн Гуттенберг из Майнца делает первые в Европе попытки книгопечатания11. Но лишь в 1455 году была закончена работа над основным проектом жизни Гуттенберга - Библией. Это был двухтомный фолиант, 641 лист в два столбца12.

Печатной книге пришлось пробивать себе дорогу: лишениями, а не триумфом покрыт путь первых книгопечатников13. Кроме нежелания коммерсантов вкладывать деньги в новое рискованное предприятие, в Европе долго существовало пренебрежение к печатной книге. Богатые люди продолжали предпочитать искусные и изящные книги, написанные от руки. Но печатная книга стала стремительно менять облик окружающей жизни, и не только культурной, но и индустриальной: составляя плод развития технологии и организации труда целых столетий, книгопечатание благодаря своему развитию подстегнуло техническое усовершенствование многих искусств. Книжная торговля, газетное дело, переплетное мастерство, производство красок и типографских машин, резьба по дереву, множество изобретений в области графических искусств - все это находится в прямой связи с развитием книгопечатания14.

Завоевание печатной книгой популярности исторически произошло в течение одного-двух веков, начиная с юга и заканчивая удаленными уголками востока Европы15. Не лишена основания попытка определить интеллектуальное развитие различных стран Европы в конце XV в. по числу изданных книг. Значительная часть изданного приходится на долю Италии - обстоятельство, подтверждающее, что Италия по уровню своего просвещения стояла впереди других стран16. Во главе всех европейских городов по развитию книгопечатания шла Венеция. В Париже число изданий в шесть раз превосходило их количество в Лондоне: Англия была далеко позади Франции. До 1550 г. в Шотландии было напечатано только семь книг. В России книгопечатание появилось спустя столетие после изобретения Гуттенберга.


11 К ним относилась и печать бланков для папских индульгенций. Первой книгой, напечатанной Гуттенбергом, была Псалтырь. Спустя два года после напечатания этой книги Гуттенберг и Фауст выпустили в свет сочинение епископа Дюранда "Rationale", затем произведение Иоанна де Януа "Catholicon". - Щелкунов М. И. История, техника, искусство книгопечатания. М. - Л., 1926.

12 Каждая страница содержит в себе 42 строки, отчего она и называется сорокадвухстрочной, или Гуттенберговой, Библией.

13 Фауст, партнер Гуттенберга, был обвинен парижскими монахами в волшебстве и скончался в тюрьме. Гуттенберг после многих лет скитаний нашел приют при княжеском дворе. Признание пришло к нему при жизни. После Гуттенберга книгопечатание в Европе уже было не остановить: французский король Людовик XII в указе 1513 г. заявлял, что книгопечатание скорее божеское, чем человеческое изобретение.

14 "В конце XIV и начале XV в. в "латинском квартале" целые дома и переулки были заселены переписчиками, каллиграфами, переплетчиками, миниатюристами (иначе иллюминаторами), пергаментщиками, продавцами бумаги и пр. В Лондоне переписчики в 1403 г. объединились в особый цех, подобное происходило и в Голландии. В Италии в XV в. были книгопродавцы, содержавшие при своем магазине массу писцов, следовательно, способные издавать книги и до книгопечатания". - Щелкунов М. И. Указ. соч., с. 23.

15 В 1464 г. книгопечатание появилось в Италии, в 1470 г. - во Франции, в 1473 г. - в Нюрнберге и Голландии, в 1474 г. - в Испании, в 1477 г. - в Англии, 1481 г. - в Лейпциге, 1482 г. - в Дании, 1483 г. - в Швеции, 1478 г. - в Чехии, 1484 г. - в Португалии, 1491 г. - в Кракове, в 1494 г. - в Черногории, 1492 г. - в Вене, 1525 г. - в Вильно, 1564 г. - в Москве, 1574 г. - во Львове, 1581 г. - в Остроге, 1640 г. - в Северной Америке. - Там же, с. 24.

16 17,5 млн. экземпляров книг, напечатанных в первой трети XVI в., распределялись по Европе следующим образом: в Венеции - 2835, в Базеле - 320, Милане - 625, Страсбурге - 526, Болонье - 298, Аугсбурге - 256, Риме - 925, Лувене - 116, Париже - 751, Майнце - 134, Кельне - 530, Лондоне - 130, Нюрнберге - 382, Оксфорде - 7, Лейпциге - 351. - Там же, с. 26.

стр. 83


Разумеется, быстрое развитие книгопечатания в Италии было обусловлено сочетанием иных факторов, чем на севере Европы. Издание Библии не играло в Италии решающей роли. Книгопечатание было столь же необходимым условием для реминисценции античной классики, как и для возникновения Реформации. Не раннее Возрождение в Италии, а северный протестантизм с его стремлением к чтению текста Библии стал движущей силой распространения книгопечатания в Европе.

Книгопечатание началось с немецкого перевода Библии, одновременно открыв перевод как элемент литературно-издательского процесса17. Процесс новых переводов Библии и совершенствования старых становится постоянным18. Лютер, формируя стандарт верхненемецкого языка, создавал основу для дальнейшего развития общенемецкой национальной литературы. Благодаря сделанному Лютером переводу Библии, небольшой университетский городок Виттенберг на многие годы стал главным центром книгопечатания в Германии19. В дальнейшем центрами немецкого книгопечатания стали и другие города, затронутые Реформацией: Нюрнберг, Страсбург, Аугсбург, в дальнейшем Лейпциг. На католической территории центрами книгопечатания стали Кёльн, Майнц, Любек, Базель.

500 млн. экземпляров Библии - характеристика как роста интереса верующих к тексту Священного Писания, так и развития книгопечатания в Европе.

Перевод и издание печатной Библии стали важным отправным пунктом для начала книгоиздания как процесса, ориентированного на покупательский спрос производства и продажи книг20. До изобретения книгопечатания не существовало издательства как экономического предприятия. Издателем был сам автор или переписчик, причем имя его часто оставалось неизвестным читателю.

Стандартизированное печатное издание книг требует доработки манускрипта. Издатели заинтересованы в увеличении тиражей своей продукции, они заняты поисками авторов и материалов для печати, формированием читательской аудитории, развитием книготоргового рынка. Хотя книгоиздатель, особенно на первых порах, был обременен скорее технико-производственными и финансовыми проблемами печатного дела, чем выработкой издательской политики, его религиозные, политические и литературные интересы со временем стали определять ассортимент издаваемых книг.

Издатель был предпринимателем, который открывал и стимулировал развитие новых коммуникационных возможностей культуры. Историческое значение имела издательская деятельность Мануция Альда (Венеция), К. Плантена (Антверпен), семей Эльзевиров (Нидерланды), Этьеннов и Дидо (Франция)21.

Известно, что книгопечатание было изобретено в Китае в XI веке22. Но, несмотря на высокий уровень китайской культуры письма, китайцы не смогли воспользоваться новой технической возможностью мультиплицирования текстов. В Китае не было книг, на которые существовал бы массовый спрос, не было массовой грамотной аудитории. Искусство книгопечатания было частью ассортимента аристократических излишеств.


17 Следующим полным переводом Библии был перевод Йоханнеса Пискатора в Швейцарии, опубликованный в 1603 г., который считался для реформаторских общин Швейцарии официальным вплоть до 1824 г.

18 Горфункель А. Х. Историко-культурное значение первопечатных Библий. - Федоровские чтения, 1981. М., 1985, с. 66 - 76.

19 Между 1517 и 1520 гг. тираж изданий достиг 300 тыс. Лишь в ходе Тридцатилетней войны (1616 - 1648 гг.) Виттенберг уступил первенство Люнебургу. - Robertson D. S. The Information Revolution. - Communication Research. New York, 1990, v. 17 (2), p. 200.

20 Neddermeyer U. Lateinische und volkssprachliche Bucher im Zeitalter Gutenbergs. Uberlegungen zu den Auswirkungen von medientechnischen Umstellungen auf den Buchmarkt - nicht nur im Mittelalter. - Bibliothek und Wissenschaft, 1999, N 32.

21 Кацпржак Е. И. История письменности и книги. М., 1955.

22 Первые опыты книгопечатания были предприняты в 1041 - 1048 гг. китайцем Би Шэном.

стр. 84


В католической средневековой Европе ситуация была аналогична китайской: там, где не существует потребности в массовом чтении и печатании книг, где нет "критической массы" для начала национального книгоиздания, успех книгопечатания мало вероятен.

Протестантская печатная Библия послужила литературной основой развития книгопечатания в Европе. Еще долгое время, кроме Библии и памфлетов на злобу дня, книгоиздатели не имели другого материала для массовой печати. Религиозная литература вплоть до расцвета светской литературы в XVIII в. составляла основной массив выпускаемых книг23. В раннее Новое время классическая литература представляла интерес лишь для узкого круга образованных читателей.

Постепенно католическая церковь, которая сначала пассивно отреагировала на появление печатных книг, поставила книгопечатание себе на службу. Католическая контрреформация была бы невозможна вне книгопечатания. Католический орден иезуитов после появления печатных книг и стал главным "интеллектуальным оружием" контрреформации. Папский Индекс запрещенных книг стал реакцией Рима как на реформацию, так и на книгопечатание. В ходе работы Триентского Собора (1545 - 1664 гг.) был разработан единый стандарт латинской Библии-Вульгаты, текст которой затем был размножен значительными тиражами. Однако вульгарная латынь оставалась для широких слоев населения Европы непонятным языком. Библия на латыни, хоть и напечатанная в типографии, в лучшем случае могла стать предметом изучения ученых-богословов и студентов-теологов.

Поэтому книгоиздатели, заинтересованные в развитии рынка книг, обращаются не только к Священным Текстам, но и к античной и арабской классике, ведут поиск собственных национальных авторов. Можно с достаточным основанием утверждать, что литература Возрождения не появилась бы без этого запроса со стороны книгоиздателей.

В России книгопечатание возникает на столетие позже, чем в западной Европе, и лишь благодаря инициирующей роли великокняжеской власти24. В православии не был поставлен вопрос об отношении к печатной книге, если не считать попытки унификации текстов - задачи скорее технической, но, тем не менее, религиозно болезненной25. Даже острый религиозно-политический кризис, связанный с правкой церковных книг и расколом в церкви, не повлек за собой создание книжного рынка и книгоиздательства в России. Лишь в XVIII в., в связи с целенаправленной просветительской деятельностью Петра I и Екатерины II, книгопечатание в России приобретает постоянную, причем сугубо светскую, основу для развития. Национальный перевод Библии в России происходит лишь к концу XIX в. и едва ли имеет существенное влияние на развитие книгоизда-


23 С первых дней существования книгопечатание развивалось как сугубо светское коммерческое предприятие. Несмотря на то, что религиозные темы были доминирующими в книгоиздании, монастырские предприятия за немногим исключением не могли на равных работать на рынке.

24 Первые славянские печатные книги с кириллическим шрифтом были выпущены Фиолем Швайпольтом в Кракове в конце XV в. В начале XVI в. Франциск (Георгий) Скорина организовал в Вильно печатание книг на славянских языках. Первая русская датированная печатная книга "Апостол" была создана Иваном Федоровым и Петром Мстиславцем в 1563 - 1564 гг. на царском печатном дворе в Москве. Иван Грозный имел широкие планы использования книгопечатания для стандартизации библейских текстов, для религиозного "усмирения" умов, а также в политических целях - для обращения в христианство населения территорий, присоединенных к Московскому царству. Но судьба русского первопечатника Ивана Федорова, умершего в нищете, была печальнее судьбы его европейского предшественника Иоганна Гуттенберга. Федоров лишь несколько лет проработал в основанной им печатной мастерской, из которой был изгнан разгневанной толпой, обвинявшей его в искажении книг. Несмотря на многократные попытки, ему так и не удалось наладить постоянное печатное дело. - Немировский Е. Л. Возникновение книгопечатания в Москве. Иван Федоров. М., 1964, с. 8.

Старообрядцы не отрицали печать как технику изготовления книг, однако свои тексты вплоть до XIX в. публиковали в виде рукописей.

стр. 85


ния - к этому времени Россия уже превратилась в одну из ведущих книжных и литературных наций26.

КНИГОПЕЧАТАНИЕ И ФОРМИРОВАНИЕ НОВОЙ КОММУНИКАТИВНОЙ СРЕДЫ

Возникновение книгопечатания означало информационный взрыв для европейской культуры. В течение короткого исторического срока книгопечатание в разы увеличило объемы курсирующей в культуре информации. На связь между цивилизацией и обработкой информации указывал американский ученый Д. Робертсон, считавший, что тип цивилизации зависит от информационных ограничений: "Цивилизации в основном информационно ограничены... Предел производства информации был решающим фактором, препятствовавшим прогрессу в период, предшествовавший каждому информационному взрыву"27. Робертсон дает оценку "информационной емкости цивилизаций", беря за основу основные информационные революции: переход от пред-языка к языку (109 бит); возникновение письменности (1011 бит); изобретение книгопечатания (1017 бит); компьютирование (1025 бит)28. Каждая новая форма фиксации и охвата информации лежит в основе цивилизационных сдвигов. Книгопечатанию как одному из таких сдвигов принадлежит честь дать старт цивилизации Нового времени29. Изменение информационной емкости культуры повлекло с собой изменение коммуникативной среды, которая существенно не менялась в Европе на протяжении предшествующего тысячелетия. Реформаторы первыми ощутили это по новым возможностям, которые были недоступны их предтечам, например, Яну Гусу.

Лютер, Кальвин, Цвингли не даром стали книгоиздателями. В печатной книге они увидели уникальное средство донести свою весть до тысяч верующих. Книга дала им оружие реализации своей воли, которое не требует насилия, организации, институциональных средств, но, переходя от сердца к сердцу, связывает людей воедино и наделяет их силой. Без книги великим реформаторам была бы уготована участь всех иных еретиков. С книгой они изменили историю.

Но печатная книга не просто представляет собой трибуну. Она зажигает в человеке свет просвещения. Просветительский пафос книгоиздателя через два столетия после изобретения книгопечатания вырастает в новую историческую силу - эпоху Просвещения. В позднем Средневековье просветительство может иметь только религиозную окраску, им и заражается протестантизм.

В появлении просветительской идеи следует видеть скорее признак новой ситуации в общественной коммуникации, давшей новые формы проявления лидерства, а не психологическую особенность отдельных личностей. До появления книгопечатания европейское общество представало для своих духовных лидеров в качестве множества скрепленных христианской верой национальных общин, доступ к которым был возможен только по бюрократически-иерархическим каналам духовной и светской власти. Эти общины, по сути, были информационно замкнуты, усвоенные ими истины веры почти не подвергались внешним влияниям и не менялись в течение веков. Религиозные общины было возможно контролировать от влияний извне (что и приняла на себя Святая инквизиция), но было крайне трудно воздействовать на них изнутри. Церковный авторитет местного иерарха служил его статусным потенциалом в системе коммуникационных


26 Расцвет литературы и критики в XIX в. в России был связан с быстрым развитием книгопечатания. В 1913 г. Россия выпускала 34 тыс. названий книг, уступая первое место в мире лишь Германии (45 тыс.). - Говорова А. А., Куприянова Т. Г. История книги. М., 1998.

27 Robertson D. S. Op. cit., p. 235.

28 Ibid., p. 248.

29 Робертсон на примере книги Коперника, имевшей тираж около 500 экземпляров, пишет о воздействии книгопечатания: "Для нас это очень немного, для того же времени это была революция, информационный взрыв, так как рукописным способом создать такой тираж за короткое время было бы невозможно". - Robertson D. S. Op. cit., p. 241.

стр. 86


возможностей власти. Но информационные каналы этой системы могли пропускать только организационные решения (например, мобилизацию ресурсов для Крестовых походов или сбор индульгенций), а не доктринальные инновации. Хотя благодаря существованию университетов в Средневековье была создана ниша для развития школьного богословия, доктринальное воздействие на народ было труднодоступно даже для энциклик Папы и проповедей представителей духовной власти.

Ни Лютер, ни Кальвин не принадлежали системе иерархии духовной власти. Но они открыли иные каналы общественной коммуникации: неформальные связи людей, способных лавинообразно взаимодействовать под влиянием единой веры, в частности, в процессе формирования протестного настроения в обществе30.

В иной исторической ситуации подобные социальные связи возникнуть не могли, так как не существовало генерирующих их медиумов - текстов, доступных для людей и способных воздействовать на каждого человека. Обязательство чтения Священных текстов и их доступность завершали формирование новой коммуникативной ситуации в протестантских регионах.

Воздействие книгопечатания на религиозную ситуацию в позднем средневековом обществе не ограничивалось увеличением доступности письменных текстов. Его последствия для общественной коммуникации были глубже, чем даже от возникновения письменности вообще. "Понимание коммуникации, - подчеркивает немецкий социолог Н. Луман, - и является пониманием общества"31.

Письменность, создавая эффективный механизм исторической памяти человечества, не меняла существенно характер повседневной коммуникации и ее доминирование в коммуникационной структуре общества. Повседневная коммуникация продолжала определяться присутствием коммуницирующих людей. Создаваемые тексты служили или целям межличностной переписки, или решению хозяйственных задач. Функция письма ограничивалась "удлинением ног" для преодоления расстояния до адресата-современника. В намерение пишущего не входила публикация письма или книги. Количество публично доступных текстов было ничтожно мало.

Книгопечатание раскрыло социальный потенциал письменности, создавая из тех, кому адресовано письменное сообщение, "читающую публику". Возникает "удаленная" коммуникация, коммуникация "отсутствующих". Сколь разнятся эти коммуникативные ситуации, описал Н. Луман, анализируя поведенческую, мотивационную и этическую структуру коммуникации32. Исчезает представление, что коммуникация является интеракцией, ибо письменная коммуникация не обязательно может быть интерактивной. Письменная коммуникация лишена обязательности и императивности устной коммуникации. Устная коммуникация обладает определенной принудительностью и возможностями физического контроля ситуации, поэтому ее чрезвычайно трудно игнорировать. В отличие от этого письменная коммуникация предоставляет новые степени свободы, позволяющие и игнорировать обращение и задержать ответ. Из тиражированного текста может быть не видно, в какое время, под воздействием каких условий возникал текст, кто автор, который является партнером по коммуникации. Человек, коммуницирующий письменно, вправе выбирать из всего объема коммуникации только ту часть, которая ему нужна, тем самым, позволяя создавать информационный переизбыток, который не мог бы возникнуть, если бы человек имел обязательство перерабатывать всю поступающую информацию. Вследствие существования этого переизбытка и возникает информационная ниша для тиражирования книг.


30 В XIX в. достижения печати и новые формы социальной коммуникации - коллективы рабочих - сделали возможным системное формирование протестного настроения в отношении условий труда и политической системы в индустриальных странах. Можно сказать, что книгопечатание в противовес стихийному бунту открыло возможность организованного социального протеста.

31 Robertson D. S. Op. cit., p. 299.

32 Luhman N. Die Gesellschaft der Gesellschaft. Frankfurt a. M., 1998, S. 291 - 301.

стр. 87


Изобретение книгопечатания с точки зрения технологии производства текстов не только позволило снизить себестоимость книгоиздания, но и, прежде всего, придало письму характер публичности. Публичность создала новые качества текста, которые не сводятся к количественному измерению. Дело не только в том, что печатные тексты могут быть прочитаны массой людей - даже в единственном экземпляре печатное слово воздействует иначе, чем написанное от руки. Способность печатного текста организовать общественность не требует тиража как такового - она может действовать как потенциальная сила, как угроза и власть. Следствием публичности текстов является новая "общественность" общества.

Смысловые коннотации, которые заключены в понятии общественности, раскрыты в трудах Ю. Хабермаса33, который под общественностью понимает возникновение публичной сферы как самостоятельного субъекта общества. Общественность - это динамичная коммуникативно-структурированная область социальной реальности, которая опосредует как отношение индивида и государства, так и отношение частных индивидов между собой. Понятие "общественность" осмысливается Ю. Хабермасом и в ракурсе соотношения частной и публичной сфер, и в ракурсе соотношения государства и гражданского общества. Общественность - это место институционализации публичного дискурса. Она выполняет среди прочего и важные политические функции, становясь инструментом коллективного участия индивидов в формулировании их общих интересов. Общественность как публичная сфера существует и в античности, и в Средневековье. Однако в разные эпохи общественность располагает разными ресурсами и играет различную роль в социальной структуре общества. Слабая коммуникативная база обуславливает локальность традиционных жизненных миров и "сегментарность" общественности. Изобретение новых средств коммуникации, таких как книгопечатание, позволяет преодолеть эту локальность и постепенно развивать публичную сферу в направлении политически ангажированного гражданского общества. Книгопечатание запускает такие важные механизмы поддержания публичного дискурса, как периодическая печать, литература, критика.

Функция формирования публичной сферы в новых условиях книгопечатания подчеркивается и другим теоретиком дискурсивной этики, К. -О. Апелем34, который формулирует представление о неограниченном коммуникативном сообществе как безусловной трансцендентальной предпосылки любой общественной коммуникации. Решающим для исторического процесса является дистанция между этим идеальным коммуникативным сообществом, символизирующем полноту и завершенность коммуникации (в трансцендентально-прагматическом смысле), и реальным коммуникативным сообществом, опирающимся на существующие коммуникативные средства и институты. Зрелость общества характеризуется, в частности, способностью включать в публичный дискурс точки зрения всех членов коммуникативного сообщества. Историческое значение печатной книги заключается в том, что она становится инструментом, способным доносить партикулярные интересы и точки зрения до общественного сознания и тем самым по-новому формировать общественность. С помощью книги дискурс может вестись на уровне текстов, а не речей. Способность печатной книги преодолевать физические границы устной коммуникации - важный исторический шаг воплощения идеального коммуникативного сообщества в реальном.

Характеристики формируемой на заре Нового времени новой коммуникативной среды можно обозначить несколькими ключевыми понятиями: книжный рынок, возникновение жанровой литературы, понятие авторства, формирование профессиональных сообществ, структурная дифференциация общества.


33 Habermas J. Strukturwandel der Offentlichkeit. Berlin, 1962; idem. Vorstudien und Erganzungen zur Theorie des kommunikativen Handelns. Frankfurt a. M., 1984, S. 121.

34 Apel K. -O. Transformation der Philosophie, Bd. I - II. Frankfurt a. M., 1973, S. 431.

стр. 88


Одна из заслуг книгопечатания состоит в формировании книжного рынка. Рынок представляет собой сегмент социальной жизни общества, организованный на основе денежных механизмов регулирования спроса и предложения. Рынок обладает собственным порядком коммуникации: он реагирует на общественные потребности. Благодаря книгопечатанию книга впервые приобрела характер коммерческого продукта. Рынок создает особого рода формат условий, под которые книга должна подходить, чтобы быть изданной. Рынок означает также существование класса потребителей, которые систематически приобретают книги. Вплоть до Нового времени не существовало круга населения, который бы формировал заказ на массовый выпуск книг. Массовый спрос запустил процесс индустриализации книгоиздания и механизм рыночного ценообразования35. Господствовавшей до тех пор логике политических и религиозных институтов при публикации сакральных текстов и манифестов пришлось столкнуться с экономической логикой книгоиздателей и книготорговцев.

Если письмо долгое время служило для того, чтобы сохранять и комментировать культурно и социально значимые тексты, то массовое книгопечатание меняет функциональность письма, вводя письмо в оборот более широких социальных потребностей. Книги начинают реализовывать не свойственные прежде письму функции. Уже в XVI в. удешевленная печатная книга демократизируется: она становится доступной и интересной для чтения не только для образованных, ни и для простых людей. Удешевленная книга проникает на женскую половину купеческого или небогатого дворянского дома и даже в деревенские трактиры; она столь же часто служит для развлечения, как и для назидания.

Воспроизведение письмом живой коммуникации создает жанровую литературу. Это оказывает воздействие на религиозную литературу: возникают ее новые жанры. В тексты превращаются устные жанры, такие как диалог и проповедь. Старый тип мемориального чтения для воспоминания важных истин сакральных текстов и их толкования сменяется экстенсивным типом, который ищет в материале для чтения новую информацию.

Это, в частности, ведет к изменению качества богословского дискурса. Он проявляется в жанрах, бывших прежде секулярными: переписке, публичной полемике, например, Эразма Роттердамского и Мартина Лютера. Язык протестантского богословия секуляризируется, лексика демократизируется. Богослов, обращаясь к широкому читателю, оставляет "жреческий" тон и стремится вовлечь читателя в коммуникацию равных. Протестантизм переводит богословскую науку с латыни на современный бытовой язык, создает национальные стандарты письменной речи. Протестантское богословие сознательно отвергает гностическую мистику "неписанной" мудрости36. Что может быть сказано, должно быть сказано явным образом, рационально, с опорой на тексты Писания и факты библейской науки. Так появляется почва для библеистики, библейской археологии и анализа библейских текстов. Это создает новый импульс богословской мысли, которая оставляет жанр аскетики и приобретает характер научного исследования: исторического, герменевтического, филологического.

Массовая печать имеет непосредственное воздействие на понимание идентичности пишущего - на понятие авторства. Если традиционное благочестие элиминировало авторство религиозных текстов, то в Реформации - и в этом есть общее с ренессансным гуманизмом - человек индивидуализируется через авторство. Слава лидеров Реформации - распространялась как слава авторов через их тексты. Вместе с тем, письменный текст характеризуется анонимностью - определенной свободой от конкретных условий его создания и личности его создателя. Это создает проблему социальной достоверности


35 Neddermeyer U. Von der Handschrift zum gedruckten Buch. Schriftlichkeit und Leserinteresse im Mittelalter und in der fruhen Neuzeit. Quantitative und qualitative Aspekte. Wiesbaden, 1998.

36 Речь не идет о богословии романтиков-мистиков, подобных А. Бему, которые выпадают из общей протестантской богословской традиции.

стр. 89


письменной коммуникации. Когда не существует способа непосредственно убедиться в добросовестности информации, возникает явление "авторитета" источника, концентрирующего в себе гарантии аутентичности коммуникации и гарантирующего от злоупотребления социальным престижем. В этом причина быстрого формирования ортодоксии в протестантском богословии.

Массовое распространение письма с его строгостью формулировок и логикой построения текста ведет к униформизации и стандартизации языка37. Посредством словарей и переводов возникает возможность до деталей описывать элементы языка и правила его употребления. Печатная коммуникация, опосредованная редакторским вмешательством издателя, в гораздо большей мере формализована и рационализирована, чем письменная. Это имеет далеко идущие последствия для европейской рациональности: "Представление о взаимном дисциплинировании коммуникации в рамках интеракционной модели устной речи постепенно заменяется господством представления о правилах разума, затем, начиная с Просвещения, - обобщается в понятии человека", - подчеркивает Н. Луман38.

Письмо, в отличие от речи, открывает пути создания сложных формализованных языковых структур для оформления интеракций в публичной сфере, помогая дисциплинировать институциональные отношения в разных сферах общественной жизни. Этот эффект охватывает государственное управление, право, экономику, политику, стимулируя разграничение функциональных структур общества. Все это как долговременное действие книгопечатание закладывает в социум. В религии богословский язык приводит к возникновению коммуникативных границ, в пределах которых теряют свое значение языки политики или экономики, вмешательство которых в дела религии становится все более проблематичным. Лютер своим разделением "земного и небесного града" формулирует это в качестве доктринального запрета.

Книгопечатание помогает созданию профессиональных сообществ. Для них оно предлагает наиболее удобную форму профессиональной коммуникации, создавая узкоспециальные сегменты литературы, содержащей профессиональные знания. Книгопечатание помогает сохранять дисперсность и плюрализм групп по интересам. Благодаря этому обстоятельству протестантизм смог создать и развить организационную форму самостоятельных церквей-сект, а не растворился в больших религиозных сообществах.

Но главные последствия развития книгопечатания связаны с накоплением и трансляцией знаний, выработанных человечеством. Книгопечатание открывает путь к формированию библиотек, дает возможность сортировать, сравнивать, классифицировать массивы знаний. Количественный рост напечатанного вызывает потребность обзора и упрощения, развития методов систематизации и формализованной обработки информации, актуализации актуального и забвению забытого. С этого исторического момента имеет смысл идентифицировать память человечества с процессом хранения массива информации.

Книгопечатание провоцирует в религиозной культуре новую степень рационализации общения, которая революционизирует всю общественную коммуникацию. Коммуникация приобретает новые уровни, которые делают общество более современным, сложным, комплексным. Протестантизм стал первой сферой человеческих отношений, где была освоена эта новая социально-коммуникационная система и выявлены основные черты формирующегося Нового времени.


37 Наглядной пример тому - формирование единого стандарта немецкого языка с помощью одного произведения - лютеровской Библии.

38 Luhman N. Op. cit., S. 301.

Orphus

© biblioteka.by

Permanent link to this publication:

https://biblioteka.by/m/articles/view/ВЛИЯНИЕ-КНИГОПЕЧАТАНИЯ-НА-РАЗВИТИЕ-ПРОТЕСТАНТИЗМА-В-ЕВРОПЕ

Similar publications: LRussia LWorld Y G


Publisher:

Беларусь АнлайнContacts and other materials (articles, photo, files etc)

Author's official page at Libmonster: https://biblioteka.by/Libmonster

Find other author's materials at: Libmonster (all the World)GoogleYandex

Permanent link for scientific papers (for citations):

А. В. НАЗАРЧУК, ВЛИЯНИЕ КНИГОПЕЧАТАНИЯ НА РАЗВИТИЕ ПРОТЕСТАНТИЗМА В ЕВРОПЕ // Minsk: Belarusian Electronic Library (BIBLIOTEKA.BY). Updated: 08.01.2020. URL: https://biblioteka.by/m/articles/view/ВЛИЯНИЕ-КНИГОПЕЧАТАНИЯ-НА-РАЗВИТИЕ-ПРОТЕСТАНТИЗМА-В-ЕВРОПЕ (date of access: 01.12.2020).

Found source (search robot):


Publication author(s) - А. В. НАЗАРЧУК:

А. В. НАЗАРЧУК → other publications, search: Libmonster BelarusLibmonster WorldGoogleYandex

Comments:



Reviews of professional authors
Order by: 
Per page: 
 
  • There are no comments yet
Related topics
Publisher
Беларусь Анлайн
Минск, Belarus
329 views rating
08.01.2020 (328 days ago)
0 subscribers
Rating
0 votes

Related Articles
ВИДЕОЛЕКЦИЯ. СОЦИОЛОГИЯ РЕЛИГИИ [Беларуси], лекция, часть 1
ВИДЕОЛЕКЦИЯ. СОЦИОЛОГИЯ РЕЛИГИИ [Беларуси], лекция, часть 2
Русские контакты Д. Дидро: эволюция исследования проблемы
3 days ago · From Беларусь Анлайн
Российско-прусский договор 1743 г.
Catalog: История 
14 days ago · From Беларусь Анлайн
Р. А. ГОГОЛЕВ. "Ангельский доктор" русской истории. Философия истории К. Н. Леонтьева: опыт реконструкции
Catalog: Философия 
14 days ago · From Беларусь Анлайн
Организация репетиторского агентства
15 days ago · From Беларусь Анлайн
Русско-американские разногласия по вопросу о полосе отчуждения КВЖД. 1906 - 1917 гг.
Catalog: История 
17 days ago · From Беларусь Анлайн
Кадровый состав и внутриармейские отношения в вооруженных формированиях в годы гражданской войны
Catalog: История 
17 days ago · From Беларусь Анлайн
Генрих VIII Тюдор
Catalog: История 
34 days ago · From Беларусь Анлайн
О. Шпенглер и "консервативная революция" в Германии
Catalog: История 
39 days ago · From Беларусь Анлайн

Libmonster, International Network:

Actual publications:

LATEST FILES FRESH UPLOADS!
latest · Top
 

Actual publications:

Latest ARTICLES:

Latest BOOKS:

Actual publications:

BIBLIOTEKA.BY is a Belarusian open digital library, repository of author's heritage and archive

Register & start to create your original collection of articles, books, research, biographies, photographs, files. It's convenient and free. Click here to register as an author. Share with the world your works!
ВЛИЯНИЕ КНИГОПЕЧАТАНИЯ НА РАЗВИТИЕ ПРОТЕСТАНТИЗМА В ЕВРОПЕ
 

Contacts
Watch out for new publications:

About · News · For Advertisers · Donate to Libmonster

Biblioteka ® All rights reserved.
2006-2020, BIBLIOTEKA.BY is a part of Libmonster, international library network (open map)
Keeping the heritage of Belarus


LIBMONSTER NETWORK ONE WORLD - ONE LIBRARY

US-Great Britain Sweden Portugal Serbia
Russia Belarus Ukraine Kazakhstan Moldova Tajikistan Estonia Russia-2 Belarus-2

Create and store your author's collection at Libmonster: articles, books, studies. Libmonster will spread your heritage all over the world (through a network of branches, partner libraries, search engines, social networks). You will be able to share a link to your profile with colleagues, students, readers and other interested parties, in order to acquaint them with your copyright heritage. After registration at your disposal - more than 100 tools for creating your own author's collection. It is free: it was, it is and always will be.

Download app for smartphones